Немного иная история семьи Афтон

***

POV Кэссиди Афтон       Глухо падаю на кровать, силясь понять, как это могло произойти. А что именно? Моё попадание в другое зазеркалье и другое тело другого пола. В мальчика из Америки, из игры FNAF — Кэссиди Афтона, младшего ребёнка Уильяма Афтона, главного антагониста игры. Честно, мне всегда казалось, что он тогда с катушек слетел, но одного я не понимаю: КАКОГО ЧЁРТА УБИВАТЬ ДРУГИХ ДЕТЕЙ?! Как это могло произойти?! Как?! Глухо стучу кулачками по кровати, не боясь, что это увидят, так как я один дома. И какого чёрта Майкл издевается над своим братом?! — Как всё сложно… — тихо прошептал я, уткнувшись в подушку. В этот момент послышались шаги. Поднимаю голову от подушки. Отец вернулся, если я правильно понял по шагам. Поднимаюсь и иду встречать того. Майкла не будет около недели, что меня радует. Оказавшись внизу, сразу попадаю в объятия мужчины. Эти объятия очень тёплые и надёжные, что не хочется отпускать того. При этом не могу сказать, что за эмоции у меня по отношению к нему. Да бесполезно разбираться. Отец аккуратно отстранил меня от себя и стал рассматривать, нет ли каких-либо повреждений. — Со мной всё в порядке, папа. — обычно я не называю его так, но теперь это будет нормой. На его лице появляется улыбка, какую я ещё никогда не видел, что становится неловко. Вот блин! Буду в ауте, если окажутся те чувства к нему, о которых я подумал. Не! Бред! Надеюсь, я ошибся… После чего мы идём в гостиную, просто поговорить. Так проходит весь день, что не замечаю, как наступает ночь. Блин… Здравствуйте, кошмары… С мысленной обречённостью иду к себе, так как всё равно придётся спать, силы надо восстанавливать. Переодеваюсь и ложусь под одеяло. Как только закрываю глаза, кошмар воцаряется в моём сознании, только в отличии от того Кэссиди, мои кошмары не об аниматрониках, а о кое-чём другом.       «Я загнанно дышу, стараясь отдышаться от долгого бега. И так каждый раз. Мне снова снится моя смерть в прошлой жизни, но уже не так страшно, скорее просто выматывающий кошмар. Из-за этого я не могу активничать слишком много и долго, внимание рассевается и результат — Майкл меня застаёт врасплох. Поднимаю голову — смерть.» Я подскакиваю на кровати и смотрю на часы. 4 часа утра. Как мне теперь уснуть? Стараюсь устроиться поудобнее, но не выходит. Вздыхаю, встаю с кровати и беру игрушку — Мистера Спринга, его сделал Уильям для меня. Обнимаю его и уже с ним ложусь в кровать. От него до сих пор веет отцом, словно тот сделал его только-только. Это меня успокаивает, и я погружаюсь в спокойный сон. Я просыпаюсь от ласкового проглаживания по голове. Папа… Борюсь с усталостью и открываю глаза. Тот сидит передо мной и тепло улыбается. — Доброе утро, Кэсси… — Доброе, папа… — прошептал я, поднимаясь на локтях. — Уже скоро будет обед, а ты всё спишь. — произнёс он. — Прости, пап… Снова плохой сон не дал выспаться. Теперь не страшно, но это не даёт мне выспаться. — виновато произнёс я. Он сажает меня на свои колени и снова начинает гладить по голове. Очень надеюсь, что обойдётся… Уж лучше кошмар, чем потом тело будет впадать в безумие. В прошлой жизни обошлось без сильного такого всплеска, об этом только слышал от своих друзей. Слезаю с колен отца и иду приводить себя в порядок. Приведя себя в порядок и одевшись, иду обедать, так как с кухни идут умопомрачительные запахи. Весь обед прошёл в уютной тишине, что не хотелось её прерывать. После чего папа ведёт нас гулять в парк. Это было прекрасно, ведь из-за его работы он не часто уделяет внимание, а сегодня… Это самый лучший день в моей жизни! Возвращаемся мы под вечер, так как я сильно устал. Настроение на высоте, что хочется обнять весь мир. Папа улыбается тоже, только потому, что я улыбаюсь. Как не хочется снова засыпать, ведь кошмар снова вернётся… Уже сидя на диване, чувствую, как меня клонит в сон. Поднимаюсь с дивана, но оказываюсь на руках отца. — Я могу и сам дойти до своей кровати. — язык с трудом ворочается. — Знаю, Кэс. — с улыбкой произнёс папа. Не замечаю как засыпаю на его руках.

***

      На следующее утро я просыпаюсь отдохнувшим, при этом я не сразу понимаю, что нахожусь не в своей комнате, а в комнате папы. Сам родитель ещё спит, что не решился его будить, ведь никогда не видел таким умиротворённым… Перевожу взгляд на часы. Они показывают 6 часов утра. Ещё посплю. Залезаю под бок отца и снова проваливаюсь в царство Морфея, обняв его за руку. Окончательно просыпаюсь, когда не обнаруживаю в своих объятиях отца. Если судить по звукам, то тот на кухне. Слезаю с постели, заправляю и иду к себе за сменной одеждой и умываться, чтобы потом пойти обедать. Такие прекрасные дни рано или поздно заканчиваются и наступают тяжёлые, а точнее — Майкл скоро будет дома. Закатываю глаза и мысленно готовлюсь к издевательствам, а точнее, как их мне избежать. Ничего, прорвусь! Год спустя…       Это не должно было произойти… Ведь должен был погибнуть я, но не как Майкл!!! Да, он мудак, но он стал мне братом! Его дружки ещё больше уроды, чем он!!! Отец в ярости и печали. Несмотря на их непростые отношения, он любил и будет любить своего старшего ребёнка. Теперь у него остался только я, он не отпустит меня ни на шаг. В нашей семье осталось только двое: я да отец. Словно нашу семью прокляли свыше… Не зря в моём родном зазеркалье говорили: не семья, а драма. Это оказалось правдой. Я чувствую, что отец меняется, как бы не начал убивать ни в чём неповинных детей… Сейчас я сижу в своей комнате, обнимая мистера Спринга или же Спрингтрапа, как будут звать потом отца. Уже стемнело, а папа так и не пришёл есть. Надо подогреть еду и позвать того. Вместе с игрушкой иду на кухню и начинаю греть. Через 10 минут зову того из мастерской: — Папа, поешь немного, тебе нужны силы. В моём голосе звучит беспокойство и боязнь потерять его, как маму, Лиз и Майкла. Тот отрывается от очередного черчежа и обнимает меня. Обнимаю его в ответ, очень крепко, насколько я способен. — Папа. — хрипло начал. — Пообещай не натворить ничего и, что будешь со мной. Пожалуйста… Последнюю фразу я сказал, смотря ему в глаза. Он кивнул и прижал меня к себе сильнее. Я надеюсь… Весь оставшийся день мы провели вместе, а на следующее утро — начался мой сбывшийся КОШМАР.       Я потерянно смотрю на новости, где говорится, что мой отец теперь в тюрьме за убийство Шарлотты Эмили, это произошло сегодня ночью. Это не он!!! Бью кулаком по стене, до сломанных костяшек. НЕТ!!! В этот момент заходит мистер Эмили. Смотрю на него осуждающим взглядом и говорю равнодушным голосом: — Он был со мной весь оставшийся день… Это не он… Ненавижу… И ухожу к себе в комнату, закрывшись там и просидев до следующего вечера. До своего совершеннолетия я прожил с мистером Эмили, но относясь к нему холодно. Потом я продолжил дело отца, но уже самостоятельно. Ту пиццерию я отдал Эмили, так как с ней связано много воспоминаний об отце. И насчёт тех чувств… Это они оказались. Мне тогда захотелось кричать и крушить всё подряд, но сдержался. Я навещал отца в тюрьме до моих 30 лет, пока того не убили. Это я узнал, когда пришёл к нему, чтобы передать кое-какие вещи и презенты. Об этом я узнал у начальника тюрьмы. Вот тогда я возненавидел Генри сильнее, только его семья: Шарлотта, Сэмми и его жена не виноваты. Потом я узнал, что в его пиццерии произошла серия убийств детей, что довольно сильно встревожило меня. Это очень плохо. У меня в зазеркалье, в игре это делал Уильям, но сейчас — неизвестно. Потом стали пропадать охранники, но я то знаю, что это неспокойные души детей, что хотят отомстить своему убийце. Я решаю взяться за своё расследование, так как это нельзя оставлять. На это время, решаю перейти к нейтральным отношениям с Эмили, ведь вдвоём мы справимся лучше, чем поодиночке. Он принимает мою помощь. Ближе к концу, мы находим убийцу, но ценой моей жизни.

***

      Я лежу на полу в пиццерии в своей крови, понимая, что вся семья Афтонов теперь точно мертва. Почему мертва? Так я так и не женился, не хотел и из-за оболганной фамилии моей семьи. Может потом оно будет снято, но это будет уже не важно. Уже сейчас я вижу, там, на том свете мою семью: прошлую и эту. Они меня ждут, абсолютно все. Прошлая: мама Анна, отец Александр, старший брат Андрей, сестрёнка Алла и братишка Костя. И семья Афтон: миссис Афтон, Лиз, папа и даже Майкл. Он просит прощения за всё, что он причинил. Я не злюсь на него, ведь всё позади. Папа Уилл устало улыбается и говорит: — Идём домой, сынок. И я иду. Конец POV Кэссиди Афтон.       Генри Эмили видит всю семью Афтон в сборе, но не только их, но ещё другую семью, семью русских. Вполне вероятно, что это семья Кэса из прошлой жизни. Правда, это теперь не узнать, Кэссиди Афтон мёртв и ушёл домой. Уже находясь там, молодой мужчина смотрит на пожилого мужчину и говорит: — Живи без груза на плечах. Ты заслужил своё счастье, пусть и немного у тебя времени осталось. Я прощаю тебя и держу на тебя зла. Генри Эмили больше не мучают кошмары, что он виноват в несчастьях этой семьи, теперь он спокоен. Спустя год после этой трагедии, он тоже уходит туда и встречает всех: свою жену, сына, дочь и лучшего друга с его семьёй. Тот в своей манере начинает шутить, эту эстафету перехватывает Кэссиди, заливисто смеются жена друга, дочь, сын, его (Генри) жена, дочь с сыном. Также прошлая семья Кэса радуется, что всё хорошо завершилось. — Кэссиди, а как тебя звали в прошлом? — спросил Уильям сына. Тот короткое время молчит, а потом отвечает, светло улыбаясь: — Радомира, Радомира Стужева.