Белые розы

— Я же тебе говорил… — Осаму, в очередной раз издевательски дёргая Чую за рукав кофты и притягивая к себе, отвлекает его от готовки. — Брось уже, давай лучше фильм посмотрим. — Дазай, прекрати заражать меня, иди болеть в другую комнату, сейчас ещё меня заразить не хватает, — Накахара отвлекается уже в сотый раз точно также, как и в первый; сразу откладывает нож в сторону и поворачивается к Дазаю, уже чуть ли не повиснувшему на рыжем. — Я закончу с ужином и посмотрим, сам же потом ныть будешь, что голодный. — Чу… — Осаму сразу же закрыли рот рукой. — Потом. Марш в постель, — Накахара указывает пальцем на дверь и, дождавшись, когда Осаму послушно уйдёт, возвращается к готовке.       Тихо пройдя в комнату болеющего, Чуя подбирается к спящему Дазаю. Первое, что не без труда приходит на ум: хватит пялиться, ещё насмотришься. Накахара убирает со лба тёмные пряди, обещано целуя Дазая в лоб. Горячий. Чуя поправляет одеяло и уходит из комнаты также тихо, как и зашёл.       Рыжик в пару минут справляется с переодеванием и походом на улицу — он уже успел пообещать «Ребёнку» вечер вдвоём. Надежда, что температура спадёт раньше, конечно, звучала заманчиво, но Накахара был уверен, что Осаму так просто не отстанет и обязательно придумает какую-нибудь заморочку, лишь бы не сидеть спокойно.       Чуя рисковал, оставляя Дазая сейчас одного больным, но бегать по магазинам, когда тебе звонят из дома каждые пять минут с расспросами, где ты и когда вернёшься — ещё хуже. Кто бы знал, что Чуя окажется в отношениях таким заботливым, Осаму даже некоторое время сомневался, точно ли рядом с ним живёт тот самый Чуя Накахара, которого он знал ранее. Впрочем, Дазай никогда не возмущался по этому поводу.       Накахара с покупкой закончил быстрее, чем ожидалось, успел даже до пробуждения Осаму. Где-то ещё были мысли, что баловать Дазая раньше его выздоровления не стоило бы, но их Чуя отбросил куда подальше. На кухне выставили несколько свечек, тарелки; Чуя даже не ожидал, что устраивать романтическую атмосферу окажется настолько сложно. Он несколько раз переставляет свечи, ища им наилучшее место, стелит скатерть и снова её убирает — не может выбрать, что лучше. Представляет, как сядет Осаму и где; сомневается, точно ли он сегодня будет в состоянии вообще сидеть на кухне. Недовольно ворчит себе под нос, что не может даже ругаться вслух из-за спящего Дазая, «Заварившего кашу». — Чу~уя, — протягивает Осаму, тихо подкрадываясь к дверному проёму и с всё ещё сонным лицом наблюдая картину рассматривающего вилки Накахару. Последний чувствует неприятную дрожь, поворачивает голову и уже хочет послать Дазая куда подальше — не получается у него создать атмосферу, какую хотел Осаму — но не успевает. Дазай подходит к рыжему, поглаживая его одной рукой по голове, а после аккуратно целуя в макушку. — Спасибо, — Осаму старается не обидеть Чую. — Мне было бы достаточно и просто посидеть вместе. — Придурок, — цокает Накахара, обнимая брюнета и потираясь носом о грудь больного. — Я доделаю и позову тебя. Иди обратно и сделай вид, что ты ничего не видел. Быстро.       Осаму хочет поспорить, но интерес, что же такого придумает Чуя, брал верх. Уже через пятнадцать минут Осаму слышит знакомый голос с кухни и почти подрывается на месте, чтобы побыстрее выйти, но вовремя останавливается. Взъерошив свои волосы и сделав похожее на сонное личико, чтобы воссоздать для Чуи ощущение, что тот действительно ничего не видел, Осаму накидывает себе на плечи одеяло и уже только после этого выходит обратно на кухню.       Дазая встречает красиво украшенный стол и букет белых роз в руках Накахары. Покрасневший нос и немного хмурое лицо рыжика заставили Дазая на секунду выпасть из реальности и улыбнуться. Широко и искренне. Чуя помнит дату. — Только не говори, что ты забыл… — Вовсе нет, — Осаму подходит к любовнику, осторожно забирая из его рук цветы, а после наклоняется, целуя Чую в щёку. Заражать нельзя, но показать нежность всё равно хочется. — С третьей годовщиной, — шепчет брюнет на ухо уже расплывшегося Накахары, после оставляя ещё один поцелуй, но уже в уголок губ. — Я тебя люблю.