please use me like a drug

Утро. Солнце. Он просыпается с легкостью на душе и чувствует манящий запах утреннего завтрака. Он спускается вниз и видит веселящихся родителей, которые, заметив сына, желают доброго утра и обнимают. Они все вместе идут к столу и… — Чонвон! Пиши, у нас скоро контрольная! — В лежащего на парте парня удачно попадает тетрадь соседа, который грозно на него шипит и хмурится. Чонвон открывает один глаз и пытается вспомнить, где находится. Смотрит на парня рядом, на его светлые волосы и милые щечки, делает вывод, что в школе, раз Сону сидит рядом с ним и что-то усердно пишет. Опять уснул, ясно. Чонвон приподнимается и смотрит на доску, немного прищуриваясь, чтобы разглядеть написанное. Ничего не поняв, парень вздыхает и обратно опускает голову на парту, прикрывая глаза. С математикой у него всегда были проблемы, так что даже смысла нет вникать. Да, потом он не сможет написать контрольную, но это последнее, что сейчас волнует Яна. Да учеба сейчас в принципе его не колышет, так что ладно, можно и поспать по нормальному, раз дома не получается. Сону недовольно косится на друга и надувает губы. Такое отношение Чонвона к учебе Ким не совсем одобряет, но он ничего не может поделать, поэтому, спустя пару секунд размышлений, Сону забирает тетрадь соседа и начинает писать конспект и в ней. Успеть бы записать всё в две тетради. Урок заканчивается и Чонвон просыпается от громкого звонка. Вытягивает руки и зевает, с удивлением смотря на Сону, который протягивает ему исписанную тетрадь. — Сону, ты не должен был…— Начинает Ян, но блондин отрицательно мотает головой и сам кладёт тетрадь друга тому в портфель. — Всё в порядке, мне было не сложно. Надеюсь, ты выспался,— Искренне говорит Ким и заглядывает в глаза напротив, в поисках сам не знает чего. Чонвон неловко чешет затылок и, не выдерживая такого длительного зрительного контакта, опускает глаза вниз, поправляя рукава своей чёрной рубашки. — Д-да, спасибо… Пойдём? Это же был последний урок, правильно? — Ага. Не хочешь зайти ко мне? Поиграем в приставку, — Предлагает Сону, закидывая свой портфель на плечо. Чонвон ненадолго задумывается: идти домой ему совсем не хочется, но и у Сону он уже провёл немало времени. Парень закусывает губу и мнётся, а Ким хватает его за руку и качается из стороны в сторону, по-детски прося: — Ну же, Ян Чонвон, поиграй со мной,—Чонвон легонько смеётся и неуверенно кивает, останавливая блондина. — Хорошо, пойдём,— Выдаёт Ян и Ким счастливо улыбается, хлопая в ладоши. — Ура! Тогда я предупрежу маму. По дороге к дому Сону парни разговаривали на разные темы. Ну, точнее говорил в основном Ким, а Чонвон поддакивал и изредка что-то вставлял. Сону пускал на друга подозрительные взгляды и закусывал губу. Чонвон, конечно, сам по себе не такой уж и болтливый, но в последнее время он немного странно себя ведёт, что не мало беспокоит старшего. Разговор об этом Сону пытался заводить, но Чонвон всё отнекивался, говоря, что просто устал и не высыпается. Не то чтобы Ким не доверял другу, просто… ему кажется, что Ян что-то недоговаривает. Только вот что? Дома у Сону было тихо и спокойно. Чонвон очень любил приходить к нему. Здесь он чувствовал себя расслаблено. Чувствовал себя нужным, потому что Сону всегда здесь для него. Потому что в доме Сону лежат тапочки с котятами специально для Чонвона. Потому что мама Сону всегда поинтересуется как дела у Чонвона. Потому что дома у Сону всегда была атмосфера дома. Парни быстренько поздоровались с мамой блондина и пошли в комнату, быстрее хватаясь за приставки. — Сегодня, будь уверен, я надеру тебе зад!— Смеётся Ким и трясёт джойстик у глаз друга. — Это мы ещё посмотрим,— Усмехается Чонвон и делает супер серьезное лицо, всем своим видом показывая, что он сосредоточен и проигрывать не собирается. Сону снова смеётся и включает футбольную игру, которую сам не очень любит, зато Чонвону она по душе. Они играли около двух, или даже трёх часов, временами смеясь и перекидываясь какими-то фразами, но Чонвона немного напрягал вибрирующий минут тридцать телефон Сону и то, что блондин полностью игнорирует мигающий экран своего мобильника. — Сону,— Зовёт старшего Ян, поворачивая голову в сторону друга и пропускает гол в свои ворота. — Есть!!! Как ты мог так отвлечься?—Радуясь спрашивает Ким и легонько стучит младшему по плечу. Чонвон вежливо улыбается и глазами показывает на телефон, который звонит, а на экране вместо имени горит смайлик коньков. Сону смотрит на свой телефон, как будто и не замечал его, и машет рукой. — Потом отвечу, подождут. — Мне неловко, что тебе приходится игнорировать его из-за меня, так что ответь, пожалуйста, — Ян поджимает губы и смотрит в окно, потому что не хочет наткнуться на хмурый взгляд Сону. Ким часто говорит ему, что все в порядке, и что он всегда может ответить позже, говорит, чтобы Чонвон не переживал, но он все-таки не может не думать об этом. — Так, Ян Чонвон, послушай меня ещё раз, я тебе уже не раз говорил, что это для меня…— Сону опять начинает свою речь, которую младший выучил уже почти наизусть, поэтому он отводит глаза и пропускает слова друга мимо ушей. «Это для меня сейчас не так важно, я нахожусь с тобой, а значит что и всё внимание уделаю тебе. Всё остальное подождёт. Ты важнее». Чонвон слышит это из-за дня в день, но как он может верить в это, зная, что отбирает все свободное время у друга? Блондин замечает, что Ян его не слушает и, нахмурившись, даёт легкий подзатыльник Чонвону. Ну а что он ещё хотел? — Ты опять не слушаешь, мелкий проказник! — И почему сразу мелкий? Ты старше на пару месяцев! — А по умственному развитию ощущение, что на пару лет,—Чонвон только с улыбкой закатывает глаза на слова Сону, чувствуя себя немного лучше. Как бы странно это не было, но такие небольшие перепалки между ними немного подбадривали Яна. Пропадало ощущение, что Сону просто нянчится с ним. В такие моменты Чонвон вспоминал, что они- друзья. Сону смеётся и обнимает младшего, прижимая поближе к себе. Ян вяло улыбается на плече друга и обнимает в ответ, потому что кто он такой, чтобы не принять такие драгоценные объятья Сону? День медленно перетёк в вечер, так что Чонвон уже обувался в прихожей под пристальным взглядом Сону. — Я тебя всё-таки провожу,— Решает Ким, подходя ближе, чтобы взять свою обувь. Чонвон устало улыбается и перехватывает руку друга, которая уже почти добралась до новых кроссовок. — Я же говорю, не нужно. Сейчас очень темно. Да и мне идти минут семь, не переживай. — Но я переживаю, что ты будешь возвращаться в такую темноту… — Подумай тогда о том, как я буду переживать, зная что ты возвращаешься один в такую темноту,— Приводит контраргумент Чонвон и Сону кусает нижнюю губу, понимая, что ничего не может сказать в ответ. Да и Яну правда не хочется доставлять другу ещё больше хлопот, так что они тепло прощаются и младший выходит на улицу, наслаждаясь холодным ветром. Домой он идёт медленно, часто поднимая свои глаза наверх, уходя в свои мысли, которых слишком много для такой маленькой головы Чонвона. Сону опять провёл с ним весь день и Ян ничего не может поделать с тем, что чувствует себя ужасно неловко. Как будто он лишает Кима свободной жизни. Они знакомы с ним чуть ли не с пелёнок и они друг для друга самые близкие люди в мире. Чонвон знает, как сильно о нём переживает Сону и пытается сделать всё, чтобы вернуть Яна в строй, при этом совершенно не давя на него. Только вот приносит ли это какие-то плоды? Скорее наоборот, ведь Чонвон теперь чувствует себя таким виноватым перед Сону, что плакать хочется. Он забирает у своего самого дорого человека время, которое он может провести веселясь с другими друзьями. Но Ким каждый раз выбирает скучного и грустного Чонвона, который не может даже нормально поблагодарить его за это. Чем ближе Чонвон к дому, тем медленнее становятся его шаги. Наверное, не хочет возвращаться. Хотя почему наверное, просто не хочет возвращаться домой. Ян не знает почему продолжает называть это место своим домом, ведь он давно уже перестал чувствовать себя там как дома. Это скорее место для ночлежки. Парень заходит в квартиру и слышит звук телевизора, доносящийся из гостиной. Парень мнётся у входа, топчась ногами на коврике в прихожей, не торопясь снимать куртку и разуваться. Он, наивный, как обычно хранит надежду, что его выйдут встречать родители, ну или хотя бы крикнут «привет». Но, не смотря на желания Яна, ничего не происходит и он только смотрит наверх, стараясь сдержать слёзы в глазах. Он быстро снимает легкую джинсовую куртку и идёт в ванную, прихватив с собой пижаму. Закрывает дверь на замок и смотрит на себя в зеркало, хватается за раковину и уже не пытается сдержать слёзы. Каждый раз ему кажется, что невозможно плакать ещё больше, что слёз уже больше нет, но почему-то это не мешает им литься из глаз парня с двойной силой. Чонвон облокачивается на раковину, прижимая к ней голову. Ужасно. Он чувствует себя просто ужасно и ничего не может с собой поделать. — Ты так жалок,— Почти рычит своему отражению в зеркале Чонвон, не скрывая неприязни. Он быстро открывает маленький шкафчик с ванными принадлежностями, и нервно роется в бардаке, сосредоточившись. Наконец, он достаёт кусок бумаги, в которой завёрнуто что-то небольшое. Ян разворачивает её и достаёт лезвия. Маленькие и очень острые. Чонвон каждый день их старательно прячет, чтобы никто не нашёл, хотя прекрасно понимает, что и искать никто не будет. Хотя даже если бы искали, ничего бы не сделали.Он завороженно смотрит на маленькое лезвие в своей ладони и быстро переносит взгляд на внутреннюю сторону своих рук. На них было большое количество шрамов от порезов, некоторые даже выглядели достаточно свежо. Чонвон нервно сглатывает и смотрит на левую, и на правую руку по очереди и в итоге останавливается взглядом на левой. Он выбирает живое место на руке, ближе к кисти и аккуратно проводит по ней лезвием. Он морщится от боли и в то же время облегчено улыбается, почувствовав холодное железо на своей коже. Он понимает, что то, что он делает- ужасно. Но ничего не может с собой поделать. Это так хорошо помогает заглушить свою душевную боль, что Чонвон и не сильно задумывается о том, правильно или не правильно он поступает. Он сейчас делает так, как ему легче, разве можно его в этом винить? Он давит на лезвие немного сильнее, пуская его глубже под кожу и думает о родителях. Хотя стоит ли их так называть? Чонвон не очень уверен, потому что он даже и не помнит, когда последний раз вообще разговаривал с ними. После ряда событий год назад (а может и больше, не то чтобы кто-то считал) родители охладели к Яну. Перестали обращать на него даже малейшее внимание. Перестали спрашивать как дела, интересоваться его жизнью, перестали даже ругать. И это больше всего злило и расстраивало Чонвона. Он часто поздно приходил домой, получал плохие оценки, ломал велосипеды, делал всё, чтобы родители хотя бы поругались на него, показали бы ему, что они к нему хоть что-то испытывают, даже если это будет ненависть. Но он не получал никакой реакции. Совершено. Пришёл поздно? Ничего, пришёл же. Получил неуд? Ничего, исправишь. Сломал велосипед? Ничего, купим новый, только оставь уже нас в покое. Это его неимоверно злило, ведь для Чонвона в этой жизни нет ничего хуже безразличия. Если даже родителям Яна на него всё равно, то как другим должно не быть? Это так сильно раздирает Чонвона изнутри, что он не может справится. Просто не может. Он смотрел на себя в зеркало, следя за струйками крови, что так быстро текут по его руке и уже не испытывал ни боли, ни дискомфорта. Единственное, что заполняло его душу- это тоска и обида, вот только на кого? На родителей, которые его не замечают, на школу, которая отнимает у него так много сил, на Сону, который сам того не хотя, заставляет Чонвона чувствовать себя виноватым или на самого себя, потому что не может найти в себе силы пройти через всё это? Он не знает. Не знает и даже не пытается узнать, а какой смысл? Есть ли сейчас хоть в чём-то какой-то смысл? Чонвон не знает ответ и на эти вопросы.