please use me like a drug

Спустя несколько минут Ники буквально выбегает из ванной и усаживается на диван рядом с Джеем, хватая свой телефон. Пак выпрямляется, вдыхая запах чистых волос младшего и умиляется, видя надетую на Ники пижаму с машинками, которую старший купил ему по акции на Рождество в прошлом году. — А говорил, что носить не будешь, — Фыркает старший, растрепывая мокрые волосы Ники, легонько улыбаясь. Младший оглядывает свой внешний вид и жмёт плечами, утыкаясь в экран мобильника. — Всё остальное оказалось в стирке. Да к тому же ты старался, выбирал, — Наигранно отвечает Нишимура и хмурится, сильнее вглядываясь в экран. Джей нервно смотрит то на Ники, то на его телефон и активно вспоминает, всё ли он удалил. Да вроде бы всё. Никаких следов. Всё хорошо. — Эй, Джей-хён, ты что, лазил в моём телефоне? — Прищуриваясь спрашивает младший, нервно сжимая телефон в руках, и кладёт голову на плечо хёна, продолжая смотреть в экран. Джей медленно сглатывает слюну и стыдливо отводит взгляд. Ну и как он понял? — С чего ты взял? — Непоколебимым голосом спрашивает Джей, решая поиграть в недотрогу. А что ему ещё остаётся делать? Признаться слишком неловко, да и лишних вопросов тогда не избежать. Ники немного хмурится, нажимая что-то еще в своём телефоне и откладывает его, переводя все своё внимание на старшего. — Когда я пришёл, на главном экране не было никаких уведомлений. Но Сону написал мне сообщения! Если бы телефон никто не трогал, уведомления бы были! — Ники обьясняет Джею всё на пальцах, как маленькому, и старший фырчит, мысленно стуча себя по лбу. Ну как же можно было так спалиться? Ну спасибо, Сону, помог. — Да… Извини, — Тихо признаётся Пак и аккуратно смотрит на младшего, который спокойно продолжал лежать на его плече. Ники отмахивается, кидая в сторону старшего заинтересованный взгляд. — Да всё равно, просто… Что ты там делал? Джей закатывает глаза и отворачивает голову. Он так и знал, что так будет! Вот же ж… И как ему ответить? Врать Ники он точно не хочет, но говорить настоящую причину… тоже не совсем хочется, если честно. Нишимура продолжал сверлить взглядом затылок старшего, а тот изучал стену, завешанную разными плакатами, которые прикрывали отклеившиеся куски обоев. Он медленно выдыхает и аккуратно отвечает: — Я писал Чонвону. — Что? Писал Чонвони-хёну? Но я же дал тебе его какао…— Ники непонятливо склоняет голову, немного отодвигаясь от Джея, чтобы видеть его полностью, что смущает ещё больше. Ну и что это за вопросы такие? Как ему на них отвечать то? — Он меня заблокировал. Поэтому я написал через твой, — Джей пожал плечами и почти полностью отвернулся, желая закончить допрос на этом. Но никто и не сомневался, что Ники слишком любопытный, чтобы оставить всё это просто так. Он мигом оказывается у лица хёна, тряся его за плечи: — Джей-хён, а зачем ты ему так активно пишешь? Он даже тебя заблокировал, но ты продолжаешь с ним связываться! Удивительно! — Ники с хитрым прищуром смотрит на старшего и Джей цокает, кидая в младшего подушку. Ники легко ловит её, приноровившись к таким ситуациям, и продолжает крутится вокруг Пака, который пытается уйти от разговора всеми силами и направляется на кухню. — Хватит допрашивать меня! Мы же договорились, восемьдесят тысяч вон- и никаких вопросов! — Грозно восклицает Джей, щёлкая младшего по носу и ставя старый чайник на единственную работающую конфорку на плите. Ники закатывает глаза и садится на стул, кладя ногу на ногу и дует губы. — Так это не работает, ты ведь никаких денег мне не дал! — Ники фырчит, заставляя Джея виновато прикусить губу. Ну да, не дал, потому что откуда у него такие деньги? Сначала говорить, а только потом думать- точно про Пака. — У меня столько сейчас нет. Максимум десять тысяч могу дать. Пак виновато кладёт руки в карманы и присаживается на стул рядом с младшим, смотря на чайник, который уже почернел внизу из-за слишком длительного использования. Джей мысленно пополняет свой список вещей, которые нужно будет обязательно купить, новым чайником. Классным, современным, электрическим. Чтобы подсветка горела, когда он закипает, и чтобы сам выключался, когда потребуется. Ники пускает на старшего самый огромный жалостливый взгляд и пытается понять: неужели в голове Джея он действительно такой меркантильный? Как будто он не знает, что все заработанные деньги уходят именно в Ники: его плата дедушке, его одежда, взносы на соревнованиях, сборы на нужды класса, пуноппан каждую пятницу и вкусные йогурты, которые Джей не ест, но Нишимура их обожает. Все затраты- на него. А сэкономленную вону Пак старательно откладывает в маленькую коробочку на пыльном и почти пустом книжном шкафу, которая подписана «на университет». Блондин закусывает губу, чувствуя огромную вину за то, что он вызывает такие чувства. Даже сейчас смотря на Джея он видит, как тот корит себя, потому что не может дать Ники деньги. Как он не понимает, что он даёт ему что-то намного большее, чем деньги? — Боже, хён, оставь себе. Мне не нужны от тебя деньги, хорошо? Тем более никаких свиданий с Сону сейчас нельзя! Сначала я сдам тест на отлично, потом он пройдёт отборочный этап на соревнованиях - и тогда уже поговорим! — Ники бодро хлопает старшего по плечу, прыгая рядом, пытаясь взбодрить его и расслабить, а Джей устало улыбается, опуская голову вниз. Ему немного стыдно, что всё, что он может ему дать- это старая квартира, дешевая одежда из барахолок и… и всё, в принципе. Да, он прекрасно знает, что совершенно не обязан всё это делать, но Ники слишком много значит для него. И Паку так сильно хочется дать ему больше, чем было у него, что больше он ни о чем и думать не может. Хотя теперь может, ведь ураган по имени Ян Чонвон ворвался в его жизнь и смёл все мысли. Кстати о Чонвоне… Джей нервно сглатывает, вспоминая их изначальную тему разговора и быстрее выходит из поля зрения младшего, вставая рядом с чайником, ожидая, когда он закипит. Ники нагло ухмыляется и продолжает мельтешить перед глазами, подпрыгивая и хватаясь за руки хёна. — Ну раскажи-и-и-и же про Чонвони-хёна!!! Что тебе, поделиться трудно, что ли? Пак устало потирает глаза и локтями облокачивается на кухонную столешницу. Если Джейк и мог его не доставать вопросами, то Ники определённо такого не мог. Слишком наглый и любопытный, чтобы оставлять что-то без объяснений. Да и знает же, какое влияние имеет, заноза. Но Джей всё равно не может ничего ему сказать. Рассказать Ники о шрамах Чонвона на руках никак нельзя. Он будет накручивать себя, переживать, слишком тревожиться и доставать Яна, который, будет явно в бешенстве от такого поворота событий. Они бы ссорились и нервничали, были бы злы на весь мир и в конце концов один из них утопился бы в реке, в этом сомнений нет. Так что же он тогда может сказать ему? Про поцелуй уж точно нет. Это ещё хуже, ведь тогда уже умрёт Джей от смущения и стыда. Подумать только- целовался с его другом-школьником! Ужасно. Да и объяснить это все тоже никак нельзя, потому что наркотики- табу. И в итоге получается, что рассказать Джей может целое ничего. — Ничего такого, мелкий. Просто… хочу узнать его поближе. Он ведь твой друг, я должен держать его под контролем, — Выкручивается Пак, снимая чайник с плиты и наливая им по кружке некрепкого чая, потому что у них только один пакетик на двоих. Ники хмурится и пинает старшего в ноги, быстро усаживаясь обратно на стул. Джей шипит и грозно смотрит на блондина, недовольный такой реакцией. И что ему в этот раз не понравилось? — Ну да, конечно. С Сону ты, наверное, тоже уже переписываешься во всю, да? — С недоверием спрашивает Ники и Джей шумно выдыхает. Этот Сону опять его подставляет! Ещё чуть-чуть и одобрение Пака он уже не получит, — А он ведь мне даже больше, чем друг. Джей-хён, сначала врать научись, а потом уже практикуй! Ники немного смеётся и отпивает чай, хмурясь, когда слишком горячая жидкость проходит по горлу. Брюнет подпирает щеку кулаком и думает, что же ещё ему придумать, чтобы не вызывать подозрений. Всё оказывается немного сложнее, чем он думал. Нишимура тихо пьёт свой чай какое-то время, задумчиво разглядывая всё подряд, а через какое-то время его глаза загораются и он пододвигается ближе, заговорщически шепча: — Я всё понял! Тебе просто нравится Чонвони-хён! — Заявляет Ники и Джей чуть не выплевывает все обратно в кружку. Он таращится на Нишимуру и не может понять: это что, ему не послышалось? Что он сказал? Чонвон? Ему? Нравится? Джей не выдерживает и, быстро сглотнув весь чай, заливисто смеётся, закрывая глаза рукой. Эх, как жаль, что он не может ничего рассказать Ники, ведь этот мелкий будет верить в эту ерунду теперь. Ну, если так он избежит всех нежелательных вопросов дальше, то пусть думает что хочет, ему так даже легче. Ники хмурится и пихает Джея в плечо, обиженный такой реакцией. А что смешного то? Ничего смешного. Как ещё он может объяснить такое ярое стремление старшего пообщаться с Чонвоном? Ники всё прекрасно понимает: Джей долгое время думал только о нем и ни с кем не встречался, а тут такой милый парень появляется в его жизни! Чонвон, безусловно, очень обаятельный, немудрено, что он захватил внимание Джея. Так что он похлопывает старшего по плечу и смеётся тоже, полностью уверенный в своей правоте. — Ладно, я рад за тебя! Чонвон подходит тебе! Он такой смешной и милый, а ты угрюмый и ужасно скучный. Идеальная пара! — Айщ, ты..! — Джей бросает на младшего убийственный взгляд и сразу после закатывает глаза. И с чего это Ян смешной и милый? Да в каком месте он смешной? Да уж, не на шутку рассмешил он Джея в тот день, когда заявил, что ему нужны наркотики. И милый он, конечно, тоже до безумия. Самый милый момент был, когда Чонвон послал его нахер и заблокировал. Да, всё так и есть, Ян Чонвон- смешной и милый. Конечно. Ники улыбается и допивает свой чай, счастливый за хёна. А Джей немного вздрагивает, когда вспоминает, что согласился рассказать Чонвону о том, почему они живут вместе. — Ники, — Джей зовёт и младший моментально откликается, поднимая голову, — Я договорился встретиться с Чонвоном и… я пообещал ему рассказать подробности о нашем совместном проживании и как так получилось. Ты не против? — Спрашивает Джей, закусив губу. Он был явно не прав, обещая такое Яну, не посоветовавшись с Ники, ведь по сути Нишимура должен сам рассказать об этом. Они же друзья, да и это его тайна. Но в тот момент у него не было выбора, ведь в других обстоятельствах Чонвон бы не согласился встретится, так что оправдание у Джея есть. Ники невольно сжимается, поправляя свои волосы. Если честно, ему не очень бы хотелось говорить об этом с Чонвоном самому. Слишком неловко, да и грустновато как-то. Так что он даже рад, если об этом всём расскажет Джей, Ян в любом случае должен узнать всю историю, раз они дружат, верно? Да и любопытство, наверное, его раздирает до жути. — На самом деле, только за. Я не могу говорить на такие темы серьезно, так что это было бы сложно. Так что давай, предстань перед ним как рыцарь на белом коне и увези его в прекрасный замок, — Ники хихикает и убегает из кухни, чувствуя, как шипящий Джей уже бежит за ним, готовый отругать. Сону аккуратно смотрит на Чонвона, который не отрывается от своего телефона. Если быть честным, он немного озадачен поведением Яна в последнее время. От телефона не отлипает, играть в приставку после уроков отказывается, а на сообщения отвечает через раз. Это очень беспокоит, ведь складывается такое ощущение, что они отдалились друг от друга слишком быстро и слишком сильно. Ким понимает, что Чонвон сейчас слишком взбудоражен налаживающимися отношениями с родителями, но что-то не даёт ему покоя. Вряд ли он целыми днями переписывается с мамой или папой. Так что же он делает? — Эй, Чонвон, убери ты уже телефон! — Тихо шипит Сону, пихая друга в плечо. Ян первым делом поднимает глаза на учителя, которому, кажется, совершенно всё равно чем там занимаются сидящие на последних партах. Так что Чонвон грозно смотрит на Сону и снова утыкается в экран, поглощённый чём-то. Ким сжимает ручку в руке и закусывает губу. Как может Чонвон с ним так обращаться? Что он от него скрывает? Они столько лет были друзьями и сейчас происходит вот это? Ну уж нет, так дела не пойдут. Сону тянется через парту к другу и тянет руки, пытаясь схватить чужой телефон. — Что ты там смеёшься? Покажи мне и вместе повеселимся! — Максимально тихо прошипел с недовольством блондин, пока младший уворачивался от него, быстрее убирая телефон. Ян хмурится и цокает в сторону Кима, прищуривая свои кошачьи глазки. — Да ничего там такого. Просто решил полистать твиттер. Сону выпрямляется, когда замечает, что телефон из рук Яна уже исчез и скрещивает руки на груди. Ну да, твиттер. Ким прожигает Чонвона недоверчивым взглядом, а тот сидит с каменным лицом, не подавая никаких признаков вранья. Просидев минуту смотря друг друга в глаза, Сону громко выдыхает и отводит взгляд на доску, заполненную какими-то правилами. У него нет права сомневаться в словах Яна, на самом деле. Да и причин тоже особых нет. Что он, правда не может просто полистать ленту в твиттере? — Чонвон…— Сону протягивает младшему руку, ожидая почувствовать чужую и его глаза наполняются грустью. Почему Чонвон сидит так близко, но ощущается это, как будто он очень далеко? Почему Ким всё продолжает чувствовать что-то неладное? Чонвон косится на протянутую руку и с улыбкой накрывает её своей, сжимая. Ян, как будто прочитал мысли Сону, быстро кивает и достаточно тихо говорит: — Всё хорошо. Я ничего от тебя не скрываю. Веришь мне? — Ян улыбается ещё шире, вселяя в Сону свою уверенность. Ким легонько улыбается в ответ и кивает, решая довериться словам друга. У него все наконец хорошо. Он должен отпустить прошлые переживания, ведь все проблемы в семье разрешились, правильно? Чонвон хочет прямо сейчас открыть окно и выпрыгнуть звёздочкой, когда видит, как сияют глаза Сону после красивой лжи. Отвратительное чувство, просто омерзительное. Как он может так нагло врать своему самому близкому другу? Почему он сейчас всё продолжает отдаляться от Сону? Хотя, на самом деле, для этого есть причины. Ким активно занимается танцами, так что времени у него нет. А Чонвон активно переписывается с вечно скучающим Ники и старательно игнорирует все сообщения Джея. Этот Джей… слишком много ему пишет. Чонвон уже попросил его не писать просто так, но он как будто этого сообщения и не видел вовсе. Пишет всё подряд: чем позавтракал, какую машину на улице встретил, какие новинки появились в круглосуточном магазине напротив его дома. Но Чонвон не ответил ни на одно, хотя прочитывал сразу, как сообщение приходило, да и красочные ответы в его голове тоже возникали сразу, правда, Джею бы они не очень понравились. Вся эта ситуация доводит Яна до истерического смеха: что за ерунда происходит вокруг? Сказать что он был шокирован, узнав, что Ники и Джей живут вместе- ничего не сказать. Он буквально забыл как печатать, потому что голова вытеснила все мысли. Как же такое может быть? Почему Ники живет с Джеем? Он не может придумать ни одного логичного ответа, поэтому встретится с Паком ему просто необходимо. Даже если не очень хочется. Даже если рядом с ним очень неловко. Даже если он чувствует, что Джей- особенный человек в жизни Яна, и нутром ощущает, что с ним явно лучше не связываться, иначе проблем потом не оберётся. Одна встреча же ничему не помешает, верно? Потом он легко сможет удалить номер Джея и перестать пересекаться с ним. Сону уже открывает рот, чтобы отвлечь Чонвона от активного мыслительного процесса, но тут же на его телефон приходит несколько сообщений и, увидев от кого они, парень быстро переходит в какао. niki_jackson Ким Сону сегодня мы наконец-то идём заниматься в студию! никакой химии, ура! ddeonu~ С чего бы это никакой химии? Лентяй, тебе ещё столько подтянуть надо! Некогда нам отрываться от обучения! niki_jackson нет нет, есть когда это ты лентяй, уже не за горами отборочные в конкурс! если быстро не придёшь в форму ничего тебе не светит ( ddeonu~ Ясно Тебе лишь бы химией не заниматься У тебя знания, между прочим, далеко не на высший балл! niki_jackson я старательно учил всё то, что ты мне показал я даже правильно окислительно-восстановительную реакцию написал! я молодец? :) ddeonu~ Нет не молодец, почему в телефоне сидишь? Ты не на уроке разве? niki_jackson а сам тоже на уроке задаёшь стандарты- соответствуй! ddeonu~ Мне можно, у меня знания выше крыши! А ты не должен отвлекаться! Нужно усердно трудиться, чтобы достичь хороших результатов! niki_jackson ок папик ой блин двусмысленно выглядит я не это имел ввиду ну типа не то что ты там мог себе подумать да пофиг, легче удалить уже ddeonu~ хаха, я успел прочитать) а что я подумал, по-твоему? niki_jackson отстань у меня урок не отвлекай меня всё, пока, увидимся вечером Сону печатает ответ, сидя с красными щеками и совсем тихо хихикает, не в силах сдержать эмоции от такой захватывающей переписки, совершенно не замечая пристальный взгляд Чонвона. Да уж, Ким Сону, сам пять минут назад ругался на Яна за телефон, а сейчас сидит красный как помидор и активно переписывается. Да, эталон. — Ты чего это там уткнулся в гаджет свой? — Чонвон пододвигается к другу, почти упираясь в плечо, заглядывая в телефон. Сону, испугавшись, чуть не роняет мобильник и быстро выключает его, чтобы Ян ничего не увидел, — С Сонхун-хёном переписываешься? Чонвон играет бровями, пихая блондина в плечо, а тот опускает глаза вниз. — Ну да… С Сонхун-хёном…— Тихо отвечает Ким, потому что учитель Шин, видимо, вспомнил про существование задних парт и послал им грозный взгляд, призывающий к тишине. Сону, быть честным, не горит особым желанием рассказывать Чонвону о Ники, не смотря на то, что Ян для него ближе всех. Просто Ники… Он как его маленькая тайна. Ему так нравится ощущение того, что из всех его друзей о Ники не знает никто. Это довольно… классно. Так что пусть какое-то время Ники побудет маленьким секретиком. Должна же быть в Сону какая-то загадка? — Как он? Когда у него соревнования? — Интересуется Чонвон, когда учитель, наконец, возвращается к доске. Сону пару секунд непонятливо моргает, а потом быстро приходит в себя. Точно, Сонхун. — У него всё хорошо. Тренировки, тренировки и тренировки. А соревнования у него в два этапа: первый будет послезавтра, а второй на следующий день, — Отвечает Сону, задумываясь о Сонхуне. Они стараются переписываться по возможности, но с их забитым расписанием выходит не очень. Кима немного пугает то, что его общение с Паком уменьшается с каждым днём, и сейчас уже намного привычней не получать от него сообщения, чем получать. Это так странно, ведь Сонхун- совершенно особенный человек для Сону. Он всегда был рядом, всегда поддерживал, всегда говорил кучу комплиментов. Но сейчас Ким не видит такой сильной нужды получать это всё из раза в раз. Но почему? Что изменилось? Сонхун поменялся? Или поменялось что-то внутри Сону? — Ах, ясно. Надеюсь, у него всё будет хорошо, — Чонвон одаривает Сону тёплой улыбкой и Киму становится до жути неловко. Ему правда стоит сейчас написать Сонхуну, а то некрасиво получается. ddeonu~ Сонхун-хён, привет! Как ты? ice_hoonie_prince Сону-я~~~~~~~~~~ Я отлично, сейчас свою программу катает Вонён, через пару минут и я выйду на лёд Сейчас особенно важные тренировки, уже так скоро соревнования! ddeonu~ Не переживай только, хён Ты лучше всех! И ты обязательно выиграешь! Вот увидишь! ice_hoonie_prince Спасибо, лисёнок ㅠㅠ Ты не представляешь как мне приятно получать такие сообщения от тебя И мне вообще приятно что ты написал А то мне начало казаться, что мы… А, впрочем, неважно Так себе тема для обсуждения в смс ddeonu~ Сонхун-хён, не забивай себе этим голову! У нас всё хорошо Правда ведь? ice_hoonie_prince Да Конечно Я очень сильно скучаю по тебе Хочется обнять тебя и затискать ddeonu~ Хихи, милашка :) Тебе, наверное, уже пора на лёд Потом ещё поговорим, Сонхуни-хён~ ice_hoonie_prince А, да, конечно Пока лисёнок Спасибо, что написал Сону сжимает телефон в руке и стучит правой ногой по левой, закусывая губу. Почему он не смог ответить Сонхуну, что он тоже очень скучает и хочет поскорее его обнять? Почему с каждым днём эти желания становятся всё меньше и меньше? Неужели расстояние действительно так влияет на их отношения? Что ж, в таком случае, Сону надеется, что с возвращением Пака всё встанет на свои места. Джей нервничает слишком сильно. Он пришёл на полчаса раньше, чем должен был и поэтому сейчас вынужден бродить кругами. Но он даже немного доволен этим, потому что у него есть возможность прокрутить в своей голове всевозможные варианты их диалога и придумать ответы на все дурацкие чонвоновские фразы. Хотя вряд ли это как-то ему поможет, ведь Чонвон слишком непредсказуемый, так что Пак понятия не имеет, как пройдёт сегодняшний вечер. Ему бы очень хотелось, чтобы все прошло хорошо и чтобы Чонвон, наконец, перестал отталкивать его. Джею до дрожи хочется помочь Яну. Он хочет максимально сильно отвлечь его от жизни и разузнать побольше о нем самом. Он хочет, чтобы Чонвон жил, продолжая быть единственным другом для Ники, за которого младший так сильно держится. Да, всё ради Ники. Время уже перевалило за пять, а Чонвона всё не видно. Джей открывает какао, чтобы проверить сообщения, но ничего нет. Неужели Ян решил не прийти? Да быть не может! Он же хотел узнать, почему они с Ники живут вместе, так где же его носит? Пак нервно ковырял землю кроссовком, смотря на вход в парк, в котором всю неделю проходила небольшая ярмарка. Джей был очень вдохновлён идеей сходить на неё вместе с Яном: может тот расслабится и станет более дружелюбным. Ну, хотелось бы верить, по крайней мере. Чонвон появляется ещё спустя пять минут. Он неторопливо идёт, рассматривая немного украшенные скамейки и лавки для ярмарки, которые может увидеть. От холода он жмётся в свою большую пушистую куртку, зарывая подбородок в чёрный шарф, аккуратно обмотанный вокруг шеи. Джей застывает, увидев его, и нервно сглатывает слюну. Всё оказалось намного хуже, чем он себе представлял. Потому что один только этот вид Чонвона уже заставил Пака нервничать в десять раз сильнее и сердце забилось слишком быстро, как будто после марафона. Ян выглядит слишком мило и уютно. Прямо как котёнок. — Хён Джей-хён, я вот на эту ерунду с тобой не соглашался, — Резко заявляет Чонвон, как только подошёл к старшему. Он пальцем обводит видимую часть парка и скрещивает руки, направляя на Джея недовольный взгляд. Ну вот, от того котёнка не осталось ни следа, только злой Ян Чонвон. Джей закатывает глаза и молча хватает младшего под локоть, направляясь ко входу. Ну и что им теперь, на одном месте стоять, что ли? Куда пришли туда и пришли, какая разница. Чонвон шипит, чувствуя прикосновение к своей куртке, но вырваться не пытается и даже не сопротивляется. А какой смысл? Ему всё равно нужно выполнить главную цель сегодняшнего вечера: найти ответы на все свои вопросы. Так что Джей, не встретив протестов, решает отпустить Чонвона, чтобы не заставлять его испытывать дискомфорт. — Ярмарки это весело. Так что я подумал, что встретится здесь будет лучшим вариантом, — Джей пожимает плечами, слыша только фырчанье в ответ. Чонвон строит максимально недовольное лицо и кривится. — Ясно. Ну давай ты мне в этой атмосфере веселья расскажешь, почему вы с Ники живете вместе- и мы разойдёмся, как в море корабли, — Чонвон разводит руки в стороны, показывая весь свой настрой жестами и Пак морщится. Неужели он такой неприятный человек? Ян уже второй раз ему предлагает разойтись вот так легко. В чем проблема немного поговорить? Куда он торопится? Этот парень слишком сложный и Джей совсем не знает, как же к нему подобраться. Пак не отвечает, он лишь опять хватает недовольного Чонвона и ведёт его к лавке с разными ободками. В этот раз Ян уже вырывается и скептически оглядывает ободки перед собой. — Что за детский сад? Ты чего здесь остановился? — Чонвон фырчит в своей обычной манере и разворачивается, чтобы продолжить путь вперёд, но крепкая рука Джея останавливает его и заставляет повернуться обратно. Ян даже не успевает возмутится, как на его голове уже красуется ободок с чёрными кошачьими ушами, на одном из которых маленький колокольчик. Чонвон хлопает глазами и шикает, увидев своё отражение в маленьком зеркале, которые стоит с краю на лавке. Пак, довольный собой, улыбается и поправляет чужие волосы. — Эх, если бы ты молчал ещё, вообще был бы вылитый кот! — Заявляет Джей и получает кулачком по плечу от рассерженного Яна. Пак только смеётся, закрывая рот рукой, приглушая звук. Действительно, когда Чонвон молчит, он просто полон очарования. Младший буквально закипает. Да что этот Джей вообще возомнил о себе, говоря такие вещи? Придурок. Чонвон тоже так может. Он поворачивается обратно к ободкам и хватает дьявольские рожки, которые быстро надевает на Пака, приподнимаясь на носочки, чтобы достать. Джей, не успев сообразить, недоуменно застывает, а Ян складывает руки на груди. — А ты что бы не делал будешь выглядеть как дьявол, — Чонвон цокает и направляет свой победный взгляд на Джея, ожидая, что сейчас и он разозлится. Но старший, почему-то, оглядывает себя в зеркало и широко улыбается. Он поворачивается лицом к женщине за лавкой, которая с интересом изучала всех покупателей. — Мило выглядит, правда? — Спрашивает Пак у неё, пальцем показывая на себя с Чонвоном. Младший охает и пинает Джея, который говорит полную ерунду. Какой ещё мило? Да чем вообще он занимается? Подурачится сюда пришёл? Так пусть сам дурачится, нечего сюда Чонвона приплетать! — Да, просто очаровательно! Вы, наверное, очень близкие друзья! Возьмёте эти ободки? — Женщина с интересом обводит парней глазами и Джей активно кивает, доставая свой маленький бумажник из кармана. — Господи, ты такой придурок, хён Джей-хён, просто невероятно, — Тяжело выдыхает младший и агрессивно снимает кошачьи ушки, кладя их обратно на прилавок. Он быстро разворачивается и уходит, бурча всё подряд себе в шарф. Нет, ну правда, что за выкрутасы? Они сюда пришли с конкретной целью- Джей должен рассказать Чонвону об их с Ники сожительстве. Всё. Больше ничего не ожидалось. Так какого черта он сейчас устраивает этот цирк? Для кого? Лично Чонвону такие представления не нужны. Джей еле догоняет младшего, который убежал слишком быстро. Он ровняется с ним, тяжело дыша после бега, и хмурясь останавливает Чонвона. Тот еле держит себя в руках, чтобы ничего не наговорить, поэтому просто недовольно смотрит в глаза напротив. Его взгляд отдаётся по всему телу Пака, заставляя сжаться. Какой же всё-таки этот Чонвон кошмар! — Ты чего убежал? Тебе не кажется, что это некрасиво как-то? — Да? Некрасиво? А тебе не кажется, что некрасиво пудрить мне мозги и примерять всякие детские ободочки? — Чонвон саркастически смеётся, замечая на голове Джея рожки, которые он ему надел. Пак вскидывает бровь и поправляет их, пожимая плечами. — Не кажется. Расслабься, Чонвон. Повеселись, раз уж мы встретились здесь. Почему ты такой серьёзный? — Джей хмурится и надевает на Яна кошачьи ушки, которые до этого держал в руках. Чонвон закрывает глаза и считает до десяти, чтобы успокоится. Ну и бред. Он не в младшей школе, чтобы такой ерундой заниматься. Да он даже в младшей школе этим не занимался. Что в голове у этого Джея? Пак улыбается, увидев, что ушки Чонвон не снимает, и хлопает в ладоши, потирая их. — Не хочешь поесть? Тут есть лавка с рамёном, токпокки и… — Нет. Я просто хочу, чтобы ты рассказал мне то, что обещал, — Грубо перебивает Ян и скрещивает руки, сморщивая нос. Джей еле сдерживает себя, чтобы не закатить глаза, и выдавливает улыбку, чтобы показать свой дружелюбный настрой. Но даже это не может смягчить Чонвона. Почему он такой сложный? — Я не хочу сейчас тебе рассказывать это, ты ведь после убежишь сразу. Давай сначала прогуляемся, просто поболтаем, а потом я тебе уже всё расскажу, — Пак сопровождает слова жестами, пытаясь вывести Яна на нормальный диалог. Но младший только хмурится сильнее и вжимается в свою куртку. — Я тебе уже очень-очень много раз говорил, что мне общение с тобой не интересно. Зачем ты продолжаешь лезть ко мне? Я не заинтересован в тебе! — Чонвон. Послушай меня внимательно. Почему ты каждый раз ведёшь себя так? Почему отталкиваешь меня? Я уже много раз показывал, что у меня нет никаких плохих намерений, и что я совершенно нормальный человек. Мы и так с тобой уже достигли максимальной близости в прошлую нашу встречу, тебе не кажется? Ты даже не даёшь мне шанса раскрыться. Твоя категоричность мне не понятна. Ты вообще непонятный. Почему постоянно грубишь? Относишься ко мне, как… не знаю, к говорящему мусору. Объясни мне хоть раз по-нормальному, почему ты себя так ведёшь и тогда, если твои причины будут достаточно убеждающими, я от тебя отстану, — Джей проговаривает как скороговорку, тяжело выдыхая после и пристально следит за реакцией младшего на его слова. Чонвон быстро расслабляет своё лицо, немного приоткрыв рот, не ожидая такого напора от Пака. Он пустым взглядом сверлит чужую руку, которая в порыве эмоций, легла на чонвоново плечо, несильно сжимая. То, что сказал Джей- абсолютная правда, и Чонвон, даже если не хочет, понимает это. Он ведь правда за всю жизнь ещё ни с кем не был так близок, как с Джеем. Он показал свои слабости, которые не показывал никому, когда пришёл к нему за наркотиками. А потом ещё просто нагло поцеловал, чего он тоже ещё ни с кем не делал. Джей- первый человек, который знает такого Чонвона, и именно это его останавливает больше всего. Нельзя позволить ему узнать ещё больше, нельзя показывать свою разбитую сторону. Но Пак не виноват в том, что у Чонвона дурацкие заморочки, и сейчас, почему-то, младшему становится очень стыдно. Вот почему он не ведёт себя как мудак? Было бы легче в сто раз избавиться от него. А когда Джей каждый раз перелезает через стены, которые Ян старательно выстраивает, Чонвону хочется отталкивать его всё меньше и меньше. Младший тяжело вздыхает, уставившись на свою обувь, и подходит к ближайшей скамейке, усаживаясь. Джей тихо садится рядом, сжимая коленки, не зная что теперь делать. Чонвон слишком задумался над чужими словами, что пугает. Почему бы ему просто не ответить в своей манере? Почему он просто не может нагрубить ему? Тогда Джей хотя бы не чувствовал себя грубияном, который чуть ли не доводит до слёз. Как же быстро настроение Чонвона меняется, удивительно. — Я… просто не хочу. Ты прав, ты не заслужил к себе такого отношения, но я… Мне просто никто не нужен больше, понимаешь? Я не хочу тратить время на бесполезное общение с кем-то, — Чонвон поднимает свои кошачьи глазки, говоря настолько мягким тоном, что Паку кажется, что сейчас волшебным образом остановилось время и Чонвона заменил его двойник. Иначе как можно объяснить это взгляд, наполненный сожалением? Джей вздыхает и ничего не может ответить. А что можно сказать? Его «Не хочу» вполне достаточно, чтобы перестать так напористо лезть. Он же не может насильно заставить Яна с ним общаться, верно? Но Пак пока всё равно убежден, что к концу дня у него получится наладить контакт с этим ребёнком, иначе потом такого шанса уже не будет. Они молчат какое-то время, пока к ногам младшего не подскакивает бродячий кот. Чонвон ойкает и сжимается, поджимая ноги и зарывает почти все лицо в шарф, пока кот ходит вокруг чужих ног. — Принял тебя за сородича, — Усмехается Джей и тоже прикрывает рукой нос, всё-таки аллергия- не самая приятная вещь. Чонвон тоже улыбается, кажется, немного расслабляясь, и аккуратно тянет руку к животному, чтобы погладить, но она замирает, так и не коснувшись комочка шерсти. — Он милый. Жаль только, что у меня аллергия на кошек, я бы очень хотел себе одну. Чонвон бросает печальный взгляд на бродяжку и быстрее встаёт со скамейки, чтобы отойти от кота подальше, потому что таблеток от аллергии у него сейчас с собой нет. Пак следует его примеру и склоняет голову, вглядываясь в своего собеседника. Вот такие разговоры ему нравятся намного больше. Вот так узнавать Яна очень приятно. — У меня тоже аллергия, — Оповещает Джей, надеясь, что теперь у них завяжется нормальный диалог. Но Чонвон почти сразу возвращается к своему привычному «я» и возмущённо говорит: — Тогда что ты тут со мной делаешь, называя меня котом, если у тебя на них аллергия? — На таких сложных и бессовестных у меня иммунитет, — Цокая отвечает Пак и растрепывает волосы младшего, стараясь не задеть ушки. Чонвон закатывает глаза и оглядывает парк, направляясь вперед. Надо бы пройтись, иначе замёрзнуть можно. — Не надумал перекусить? — Заинтересованно спрашивает Джей, поворачивая голову в сторону младшего. Тот отрицательно кивает головой, засовывая руки в карманы. — Нет. Я поел перед выходом, — Нагло врёт Чонвон, о чём оповещает его бурчащий желудок, почуявший запах токпокки, исходящий из лавки неподалёку. Джей усмехается и пожимает плечами, направляясь прямо к этой лавке. — Ну, как хочешь. Я вот проголодался. Поем, пожалуй. Он подводит младшего поближе к лавке, как бы выбирая, какой токпокки он будет есть, пока живот Чонвона решает устроить концерт живой музыки. Джей сверлит Яна взглядом, ожидая, когда он уже согласится поесть, но тот только сжимает губы. — Не смотри так на меня. Я точно ничего не буду, я не голодный, — Отнекивается Чонвон и Пак, усмехаясь, заказывает одну порцию сырных токпокки. Джей, подпирая подбородок рукой, внимательно смотрит на Чонвона, который кушает слишком быстро, пытаясь положить себе в рот как можно больше токпокки. Снятые кошачьи ушки и дьявольские рожки лежали на столе, потому что на них уже косились не только дети, но и взрослые, а Ян столько внимания выдерживать не может. — Да не торопись ты так, кушай спокойно, тебя же никто не торопит, — Пак по-доброму усмехается, протягивая через столик бутылку воды, когда Ян давится едой. Чонвон аккуратно принимает воду, быстро прожевывая еду, чтобы что-то сказать. — Спасибо тебе. Я переведу тебе деньги на карту. Джей хмурится и машет руками, показывая, что ничего ему возвращать не нужно. У него, может, и есть финансовые проблемы, но уж накормить голодного Чонвона ему совершено не сложно, даже приятно как-то. Он мог бы хоть каждый день его так кормить, лишь бы он сидел вот так тихо и мило. Но главное тихо, конечно. — Мне не надо ничего переводить. Если хочешь отплатить, то просто ответь на несколько вопросов. Джей дружелюбно улыбается и лицо Чонвона вытягивается, выдавая свою заинтересованность. Он прищуривается и пожимает плечами, возясь палочками в токпокки. — Ладно. Задавай свои вопросы, — Легко сказал Чонвон, но на деле очень переживал. Вдруг Джей сейчас спросит что-то… не очень приятное? На что Ян не захочет отвечать? Например, почему он хотел попробовать наркотики? Или почему продолжил общаться с Ники? Чонвон совсем не знает, как будет отвечать на них, он ведь сам-то не всегда понимает, почему. — Хорошо. Какое твое любимое время года? Джей заинтересованно наклоняет голову, встречая удивлённый взгляд Яна на себе. Тот чуть не роняет палочки, услышав вопрос? Серьезно? Любимое время года? Чонвон, конечно, был готов ко всему, но не к этому. Он хмурится и немного отодвигается, спиной облокачиваясь на стул. — Это вопрос с подвохом? Зачем тебе? Что это за ерунда? — Ян недоверчиво скрещивает руки, оставляя палочки на столе, потому что токпокки были слишком вкусными и быстро оказались съедены. Джей только устало улыбается и тоже облокачивается на спинку своего стула. — Я же говорил, что хочу узнать тебя. Тебя, Чонвон. Не твои секреты или что-то в этом роде. Я просто искренне хочу узнать какой чай ты любишь, над какими фильмами плачешь больше всего, какая погода заставляет тебя чувствовать комфорт, какая музыка тебя расслабляет. Мне правда интересно. Чонвон отворачивается в сторону, вжимаясь в свою большую куртку. Он нервно выдыхает, сжимая руки. Ему только что сказали, что хотят узнать его получше. Если честно, он уже готов разрыдаться от этого прямо здесь. Ему ещё никто и никогда не говорил такого. Этот Джей… Он что, правда устроил всё вот это, чтобы просто узнать Чонвона получше? Чтобы просто узнать его любимое время года? Это очень… странно. И слишком приятно. Джей правда не хочет ничего плохого. Да и ничего же с Чонвоном не случится, если он один раз нормально поговорит с Паком. — Весна. Потому что именно весна приносит тепло после долго холода. Она открывает природе второе дыхание: цветы снова цветут, на деревьях снова появляются листья. Весна- время перерождения, — Чонвон смотрит в небо, отвечая на вопрос и легонько улыбается. У неё любимым временем года была весна. Она вечно говорила об этом Чонвону и радовалась, когда начинала цвести сакура рядом с домом. И из-за этого Яну сильнее хочется верить в то, что весна- время перерождения. — Ого, да ты философ. Мне вот лето нравится. Просто потому что тепло, — Делится Джей, вставая из-за стола. Он подходит к сидящему Чонвону и смотрит в глаза, протягивая руку. Ян колеблется и встаёт без чужой помощи, убирая руки в карманы, делая вид, что на улице просто слишком холодно. Он никогда не расскажет, что убрал руки потому, что взять чужую слишком боялся. Взять Пака за руку- значит доверится ему. Положиться на него. Этого Чонвон сделать не сможет, потому что в этом мире он может держаться только за одного человека- за себя. Прогулка по парку длилась около часа. Парни общались на все темы, которые Джею приходили в голову (поправочка: которые он судорожно придумывал весь день) и это было даже приятно. Не грубящий Чонвон довольно классный: он иногда странно шутил, смешно хмурился, когда был несогласен и звонко смеялся, когда Паку удавалось удачно пошутить. Джей прямо чувствовал, как становится к этому парню с каждым словом всё ближе и ближе, что не могло не радовать. Он сможет вызвать к себе доверие и помочь Чонвону. Обязательно сможет. — Так… Теперь мы уже можем перейти к гвоздю программы? — Чонвон нервно приподнял плечами и поднял глаза на Джея, немного наклоняя голову вбок. Пак сжал губы и неуверенно кивнул, замедляя свой шаг. — Ладно, да. Я обещал же рассказать. Давай присядем только, — Старший присел на ближайшую лавочку, постукивая по месту рядом с собой, приглашая присесть и Яна. Тот быстренько пристраивается рядом и в нетерпении сверлит Джея взглядом. Пак встречается взглядом с младшим и по-доброму усмехается, видя огоньки интереса в глазах напротив. — Что ж… Я даже не знаю с чего бы и начать. Это такая история… долгая. И не самая приятная,— Джей поднимает голову, смотря на потемневшее небо. Он возвращается в тот самый темный вечер два года назад, когда впервые встретил Ники. Джей шёл домой очень поздно: голова раскалывалась из-за переработок, а ноги еле двигались. На тёмной улице и людей уже толком не было: все либо дома, либо едут на машине или автобусе домой. И как же Пак им завидует, ведь такую роскошь как автобус он может позволить себе далеко не каждый день. Он идёт, осматривая улицу, освещённую одним тусклым фонарем. Взгляд Джея невольно падает на паренька, сидящего на скамейке с небольшим рюкзаком. Он сжимал коленки и смотрел прямо на Пака, заметив его на пустующей улице. Взгляд Джея быстро проскользнул по парню: тонкие кроссовки, расстегнутая ветровка, надетая наспех и домашняя одежда. Пак быстро отводит взгляд и продолжает свой путь домой, размышляя. Этот парень, наверное, поругался с родителями и решил сбежать из дома. Бунтарь, видимо. Завтра уже вернётся и получит нагоняй от мамы и месяц без прогулок, что-нибудь в этом роде. На следующий вечер Джей опять замечает этого паренька. В том же месте и в той же одежде. Он усмехается, думая, что парень оказался с характером. Как же можно так обидеться, что он второй день не возвращается? Ну ничего, когда поспать нормально захочет- вернётся. К большому удивлению Джея, этот парень встретил его в том же месте и на третий день. Пак в этот раз выгнул бровь, смотря на него с непониманием. А этот парень, заприметив знакомое лицо (тоже ведь запомнил его), молниеносно подбежал, останавливая Джея. — Извините, а у вас не найдётся несколько тысяч вон? Мне не хватает на номер в отеле, — Парень растеряно говорит на корявом корейском, заставляя Джея достаточно удивиться. Не местный, что ли? Но что он тут делает тогда? Выглядит ещё совсем ребёнком. Ах, ну всё ясно: семья переехала в Корею, не спросив сына и тот на них за это разозлился. Обычное дело. Джей усмехается и похлопывает младшего по плечу. — Не занимайся ерундой. Возвращайся домой, мелкий. Парень активно отрицательно качает головой и сжимает лямки своего рюкзака. Он поднимает на Джея свои красные глаза и хватает за руку, заставляя старшего сжаться от напора. — Я не вернусь. Ни за что не вернусь. Просто одолжите мне немного, пожалуйста, я хочу сходить в душ и поспать. Хотя бы один денёчек, — Парень почти стонет, умоляюще глядя на старшего, который не может остаться равнодушным. Видимо, сильно его обидели, раз он так категорично настроен. Позволять этому парню опять ночевать на улице Джей не может, всё-таки это ребёнок. Так что он достаёт все деньги, которые лежат у него в кармане (десять тысяч вон от силы, если не меньше) и кладёт их в руку младшего, который сразу начинает кланяться и благодарить. — Не глупи и завтра уже будь дома. Всю жизнь в отеле жить всё равно не сможешь, — Джей ещё раз стучит по плечу младшего и уходит, ещё не понимая, что только что приручил этого маленького паренька. На следующий день Джей опять встречает того парня и сразу хмурится. Ну и почему он не последовал совету? Где же он на этот раз ночевать собирается? Опять на улице? Ну и дурак маленький. Пак замечает, что домашняя одежда сменилась какими-то спортивными штанами и однотонной футболкой, а волосы блестели от чистоты. Парень стоял со своим рюкзачком рядом со скамейкой и то и дело вставал на носочки, оглядывая улицу, как будто в поисках кого-то. А завидев Джея он лучезарно улыбается и подбегает, вставая рядом и идя за ним. Пак хмурится и морщит лоб в непонимании. — Ты почему не дома? Хватит комедию ломать, ребёнок. Родители твои переживают, наверное. Парень заливисто смеётся и с улыбкой качает головой, что-то бурча себе под нос. Джей съеживается, слыша такой холодный и в то же время звонкий смех, вызванный непонятно чем. Неужели он сказал сейчас что-то смешное? — Я же сказал, что не вернусь. Можно я пойду с тобой? — Нагло спрашивает парень и Джей давится своей слюной, вылупляя глаза. Он указательным пальцем водит у своего виска, показывая все своё отношение к такому предложению. — Ты в своём уме? Я тебя не знаю. Ты меня тоже. Я могу тебя убить и закопать где нибудь в лесу, — С прищуром говорит Джей, но парень никак не реагирует. Он жмёт плечами и быстро отвечает: — Не убьешь. Ты хороший. Ты мне денег дал. — Дал. И сказал вернуться домой. Но ты, почему-то, здесь, — Джей недовольно смотрит на незнакомца, которого, казалось, эти слова совсем не трогали. — Меня зовут Рики. А друзья в Японии звали меня Ники, — Он представляется, полностью игнорируя старшего, и протягивает руку. Джей выжигает её взглядом и фырчит, не пожимая её. — Не помню, чтобы спрашивал. — А тебя как зовут? — Опять полностью игнорируя старшего спрашивает Ники и Джей не может сдержать себя от закатанных глаз. Он разворачивается на сто восемьдесят градусов, со злостью смотря в глаза младшего. — Отвяжись уже от меня, Ники, — Грубо бросает Пак и уходит, ускоряя шаг. Рядом с ним больше никто не появляется и тогда он спокойно выдыхает. Он собирался зайти поесть в дешевую забегаловку, купив себе рамён, ведь дома уже ничего не осталось. Он заходит в помещение и буквально краснеет от злости, когда прямо за ним врывается блондинистая макушка Ники. Джей закрывает глаза и, как будто никого не увидел, спокойно идёт к стойке, выбирая себе рамён. Ники стоит прямо сзади него и облизывается, смотря на весь ассортимент забегаловки. Пак бросает на мелкого быстрый взгляд и тяжело вздыхает. Надо же было ему так попасть: один раз сделал хорошее дело и всё, получи бесплатно прилипший банный лист. Пак берет два острых рамёна и садится за столик, и его примеру следует загадочный Ники. Он ярко улыбается Джею и несколько раз кланяется в благодарности. Пак усмехается и протягивает лапшу младшему, который начинает есть с такой скоростью, что начинает кружится голова. — Почему ты не хочешь возвращаться домой? — Заинтересованно спрашивает Джей, наблюдая за тем, как парень спокойно ест свой рамён, улыбаясь. Ники поднимает голову и приподнимает брови, видимо, раздумывая, отвечать или нет. Но он быстро оставляет все сомнения и спокойно говорит: — Долгая история. — У нас предостаточно времени. — Хм. Ну, я жил в Японии с родителями, но три месяца назад они разбились. Они возвращались домой на машине и в них врезалась фура: водитель не справился с управлением. Родственников у меня немного: в Японии были тётя и дядя, но они не захотели брать надо мной опекунство. Поэтому органы опеки отправили меня к деду в Корею. Я его не знал даже. Ники на секунду останавливается, закусывая губу, а Джей чувствует вину. Вину за то, что этот парень лишился родителей так рано. Что собственные родственники не хотят растить его. Что он должен проходить через все это в таком возрасте в одиночку в чужой стране. Но он не успевает углубится в мысли, ведь Ники продолжает своей рассказ, ковыряясь в лапше. Его губы подрагивают от неприятных воспоминаний, но голос уверенно говорит: — По началу все было не плохо. Мы почти не разговаривали: я уходил в школу, возвращался, и просто сидел в своей комнате. Иногда выходил покушать. А он смотрел телевизор или читал книгу. Но потом… я стал замечать странные вещи. Иногда я чувствовал запах собаки или кошки, но у нас нет животных. Потом я стал замечать клочки шерсти, валяющиеся по квартире. Потом… Ночью… Я услышал мяукание. Такое жалостливое и очень слабое. А на утро… Утром… Ники сжимал кулаки под столом и было видно, как тяжело ему даются эти слова. Джею хочется как-нибудь поддержать его: взять за руку или обнять, но он сидит напротив, как парализованный, и крутит в голове только одну фразу. «Только не говори, что он…» Ники продолжает шепотом, и теперь уже не может скрыть подрагивающий голос. — Утром он ел мясо. Точно не из магазина. Оно выглядело по-другому. И пахло тоже. Я испугался и спросил его, что он ест. А он посмотрел на меня таким сумасшедшим взглядом и начал смеяться. А потом он показал мне ошейник с маленькими бубенчиками… Клянусь, в этот момент я думал, что умру прямо там. Ещё никогда в жизни я не чувствовал себя так… ужасно. И я не мог ничего сделать: просто жил с ним и плакал. Я чувствовал сильную вину перед бедными животными, но всё равно сидел в комнате и только зажимал свой рот рукой. Но неделю назад ещё кое-что произошло. Я не очень поладил с одноклассниками и мы много дрались. Дедушку взывали в школу из-за моего поведения тогда. А когда он пришёл домой, он взял меня за волосы и потащил на кухню… Ники замолкает и убирает волосы, закрывающие левое ухо. Джей в ужасе закрывает рот рукой и с застывшими в глазах слезами рассматривает ухо, на котором был отрезан маленький кусочек рядом с хрящиком. Пак открывает рот, чтобы что-то сказать, но звуки застревали в горле, не проходя дальше. А парень просто улыбается, отпуская волосы, которые опять накрывают ухо. Джея прошибает, как будто в него только что ударила молния. Пальцы медленно леденеют, кровь застывает в жилах. А Ники продолжает улыбаться, как будто это ничего не значит. Как будто в этом нет ничего страшного. Как будто его жизнь не страшна. — Я хочу купить себе каффы, чтобы закрыть этот… это. Так что не стоит так реагировать, всё хорошо, — Ники улыбается ещё ярче и продолжает есть рамён, дуя на него, а Пак просто не может прийти в себя. Он нервно наклоняется поближе к парню и шепотом спрашивает, пытаясь унять дрожь: — Но Ники… Почему ты никому не рассказал об этом? Это… совершенно ненормально! Ты же понимаешь, да? Это незаконно и… Боже, это… Глаза старшего нервно бегают по лицу напротив, а младший только усмехается, набирая ещё лапши в палочки. — Ну рассказал бы я. Сдал бы его в полицию. И что? Его бы посадили в тюрьму, ну или лишили бы его опеки. А я бы отправился в детдом. На него мне всё равно, но в детдом я точно не отправлюсь. Ники снова смотрит вниз, полностью поглощенный едой. Джей еле дышит и чувствует, как холод пробирает его с новой силой. Ужасно. То, что происходит с этим ребёнком- просто ужасно. Сердце Пака буквально раскалывается на две части после этой истории. У этого паренька никого нет. Нет никого, кто бы мог ему помочь. Нет никого, кто бы мог поддержать. У него нет совершенно ничего. Джей смотрит вперёд и на секунду видит не Ники, а себя. У него тоже никого не было. И он тоже не знал что делать. И поэтому теперь он наркоторговец, который не то что живет, он выживает. Острая необходимость помочь пареньку растёт в геометрической прогрессии. Ведь он раньше так сильно хотел, чтобы ему помогли, но всем было всё равно. А Джей, зная на собственном опыте, что такое безвыходность, не собирается сидеть сложа руки. То, что рассказал ему Ники- на уровне фантастики. И это настолько ужасно, что он не может даже слов подобрать. — Меня зовут Джей. И ты… Ты сегодня можешь переночевать у меня. Глаза Ники блестят и он неожиданно вскакивает, чтобы обнять старшего. Он прижимается к нему так сильно, как только может, и сжимает его кожаную куртку. Джей понимает, что сделает всё, чтобы помочь этому ребёнку. Он не заслужил так жить. Никто не заслужил. Глупо ли доверять первому встречному, зная только его имя? Очень глупо и совершено безрассудно. Глупо ли приглашать к себе ребёнка, которого видишь четвёртый раз в жизни? Абсолютно глупо и нелогично. Но есть ли у них хоть какой-то выбор? Ники слишком сильно хочет избавится от ежедневных кошмаров в виде собственного дедушки, а Джей слишком сильно хочет дать что-то человеку, у которого есть ещё меньше, чем у Пака. — Как-то так. Время шло, мы с Ники быстро сблизились. Стали друг другу как родные, нашли поддержку в друг друге, да. Я не смог вернуть его к дедушке и тогда я договорился с ним: я высылаю ему каждый месяц определённую сумму, а он никак не связывается с Ники и вообще забывает про его существование. Да, так и стали жить вместе. Джей заканчивает свой долгий рассказ и слышит тихие всхлипы рядом. Он быстро поворачивает голову и видит плачущего Чонвона, который быстро вытирает свои щёки. Пак застывает и не совсем понимает как реагировать. Чонвон ранее давал понять, что прикасаться к нему он лишний раз не хочет, поэтому Джей не может утешить его, слишком уважает личные границы. Но Чонвону и не нужно утешение: он пододвигается ближе к старшему так, чтобы их плечи соприкасались. Джея прошибает током от одного ощущения Чонвона рядом и он немного расслабляется, когда замечает, что Ян перестал плакать. — Ты…удивительный, — Шепчет младший и хлюпает последний раз, вытирая глаза. Джей непонятливо смотрит на него и сердце замедляет свой ритм. Скажи ещё раз. Скажи это ещё раз. Это прозвучало слишком сладко, слишком приятно для ушей. Он бы хотел записать эти два слова на диктофон и переслушивать каждые тридцать минут, — Ты не бросил Ники, хотя сам был… не в лучшем положении. Это удивительно. — Я не мог по-другому. Кто бы ему помог, если не я? Чонвон поднимает сияющие глаза на старшего и Джей буквально тонет в них. Такие глубокие и искренние, Пак буквально может разглядеть в них всё сострадание, которое Ян подготовил для него. Рука младшего двигается в сторону Пака и маленький мизинчик неуверенно обхватывает чужой мизинец. Джей судорожно вдыхает и он клянётся, это самый приятный и самый интимный момент в его жизни. Чонвон переплетает мизинцы и уже не смотрит на Пака, слишком стесняясь. — Я даже не мог представить себе, что Ники прошёл через такое…— Губы младшего подрагивают, а свободная рука сжимает грязную скамейку. Джей нервно смотрит на него и сжимает чужой холодный мизинчик, пытаясь утешить. — Он невероятно сильный, так что он быстро оклемался. Ники никогда не говорит это, но ему до сих пор бывает тяжело. Я знаю, что никогда не смогу заменить семью, но я очень хочу стать частью его новой семьи. Джей поджимает губы и смотрит на профиль Яна, подсвеченный уличным фонарем и развешенными повсюду гирляндами. Младший на выдохе произносит, почти шепчет: — Ему очень повезло, что в его жизни появился ты. Чонвон чувствует, как границы, которые он старательно выстраивал от всех около года рушатся за пару мгновений, ведь Джей сидит рядом и передаёт всё своё тепло ему. Возможно, Чонвон ещё пожалеет, что позволил себе разрушить стену так быстро, но это будет не сейчас. Сейчас есть только он, Джей и их сплетенные мизинцы, которые открывают новый тернистый путь для обоих.