Дым сигарет с ментолом.

      — Здравствуйте, парламент ментоловые, пожалуйста, — парень достаёт карту, готовый оплатить покупку.       — Восемнадцать есть? — кассирша кидает неприязненный взгляд, скрещивая руки на груди.       — Есть, только паспорт дома забыл, — этого ещё не хватало. Снова эти вопросы.       — Знаю я вас таких "забывашек". Без паспорта не продам. Следующий, — женщина переводит взгляд на следующего покупателя, дав понять парню, что разговор закончен.       — И парламент с ментолом, пожалуйста, — мужчина складывает в пакет покупки.       — Всё?       Мужчина кивает.       — С Вас одна тысяча пятьсот семьдесят рублей. Карта? Наличные?       — Карта.       Мужчина выходит из магазина, выискивая взглядом парня с кассы.       — Держи, — брюнет протягивает подростку пачку парламента, купленную минутой ранее.       — Это мне? — зелёные глаза округляются от удивления.       — Тебе, тебе, — лёгкая улыбка касается губ старшего. — До восемнадцати далеко ещё?       Парень берёт протянутую пачку и лишь после этого отвечает.       — Чуть меньше года. Спасибо Вам огромное. Вам перевести по номеру или наличкой отдать?       — Да бери просто так. Когда в твоём возрасте был – меня один мужчина тоже так спас. Считай, это бумеранг добра.       Мужчина уходит, не дожидаясь ответа, оставляя младшего в приятном недоумении.

***

      — Сука, терпеть это ненавижу, — Антон бурчит себе под нос, закуривая.       — Да ладно тебе, один год остался, можно и потерпеть, — Дима, не отвлекаясь от телефона, "поддерживает" друга.       — Ага, один год, а потом ебучее ЕГЭ, поступление, ВУЗ, работа, семья, дети, пенсия и смерть.       — Ууу, вот это тебя накрыло... Шаст, ты чего?       — Да нихуя ниче! Один год остался, ты понимаешь блять?!       — Ну так-то я тебе то же самое сказал...       — Один год детства, блять! И то, не полноценный.       — Успокойся. Зато ценить этот год больше будем.       — Ага.       Парни стоят у ворот школы в ожидании Серёжи, который, как обычно, опаздывает.       — Ребя-ят! Я ту-ут! — запыхавшийся Матвиенко подбегает к друзьям и пытается отдышаться.       — Видим, — Антон слегка улыбается, а после чувствует, как кто-то запрыгнул к нему на спину.       — Привет, парни! Сто лет не виделись! — Ирина обнимает Шаста со спины, повиснув на нём прямо на десятисантиметровых каблуках. — Тохаа, ты чего так похудел? Одни кости! Не жрёшь вообще?       — Ага блять, он в три горла жрёт, хуй засунь – не разберёт, — Дима отшучивается и обнимает подругу после того, как та наконец-то спрыгнула с двухметровой каланчи.       Антон же криво улыбается и пожимает плечами.       — Серёжа, мой любимый мальчик, привет! — Ира обнимает друга и целует того в макушку.       — Кузнец, ты так встречаешь нас, будто всё лето не виделись.       — Мы не виделись целых две недели, баран! Я соскучилась, блять. Скоро, кстати, должна Окси прийти.       — Как у вас с ней? — Дима поправляет очки, сверяясь со временем на наручных часах.       — Да всё чудесно, вчера на последнее летнее свидание ходили. И видели, кстати, Антона, который снова какого-то мужика просил сиги купить.       — Вообще-то я не просил. Он сам купил и даже денег не взял, — Шастун хмурится. Не хватало ему ещё всяких дядек просить купить сигарет.       — Ну-ну, — Ирина ухмыляется, а после оказывается в объятиях Оксаны.       — Всем привет! — Фролова целует девушку в щёку и по очереди обнимает парней.       Когда все в сборе, компания ищет свой класс, так как до начала линейки остаётся буквально пятнадцать минут.       — Антон, а если серьёзно, то чего так похудел то? — Кузнецова не унимается, дёргает Шаста за рукав рубашки, заставляя того наклониться, и шепчет на ухо вопрос.       — Да забей, давно не видела меня, вот и кажется так, — парень отмахивается, не желая отвечать и переживает, что подруга заметит что-то неладное.       — Всего две недели, Тош... — с неким недоверием девушка изгибает бровь. — Ладно, потом поговорим.       К классу подходит завуч в компании с каким-то мужчиной. Женщина что-то шепчет на ухо последнему и идёт к крыльцу, на котором директор уже готовится читать речь, а одноклассники ребят, которых назначили ведущими, нервно стучат пальцами по планшетам для бумаг.       — Доброе утро, одиннадцатый "А", — Мужчина улыбается и поспешно оглядывает учеников. На Антоне он задерживает взгляд на секунду дольше, так как этот парень кажется мужчине знакомым. — На этот год я ваш классный руководитель. Познакомимся уже на классном часе.       Шастун же округляет глаза и наклоняется к друзьям, пытаясь как можно тише выразить свои эмоции.       — Ребят... Он похож на того мужика, который мне вчера сиги покупал! — на конце предложения Шаст чуть повышает голос, из-за чего в его сторону поворачивается пара одноклассников в попытке расслышать разговор.       — Кто? — Серёжа отвлекается от экрана телефона и с недоумением смотрит на Антона, у которого глаза размером, наверное, с настенные часы.       — Классрук наш новый! Кто, блять, ещё?!       — Ты серьёзно? — Дима пускает смешок, а девушки повторяют вслед за ним.       — Ну прям очень похож, я серьёзно, — Антон кидает короткий взгляд в сторону мужчины. — Да это точно он!       — Ну тогда попал ты, Антоха. Теперь наш классный знает как минимум одного курильщика в нашем классе, с которым ещё не успел даже познакомиться, — изрекает Позов, складывая руки на груди.       — Ха-ха, как смешно, — Шастун закатывает глаза, повторяя действия руками за другом. — Надеюсь, он меня не узнал и не будет доёбываться.       — Конечно, тебя же так сложно узнать с твоим то ростом, ага, — хмыкает Оксана, после чего территория школы заполняется музыкой из колонок, прерывая разговор.       Директор читает нудную речь, которую одиннадцатый "А" уже успел выучить наизусть за все годы учёбы. После объявления вальса выпускников, Антон, Ирина, Дима, Оксана и ещё две девушки и столько же парней выходят в центр двора, куда спустились и их ведущие. Серёжа же злобно потирает руки, так как у него получилось слинять от этого мероприятия и его не заставили танцевать этот грёбанный вальс. Всего четыре с половиной минуты, а Шаст думает, что вечность, и одиннадцатиклассники возвращаются к своему классу.       — Пиздец, если нас ещё и на выпускной заставят танцевать – я повешусь, — Ирина снимает каблуки и берёт свой пакет со сменкой из рук Матвиенко. Девушка зло пыхтит, снимает каблуки и надевает лоферы, которые добавляют к её росту всего три сантиметра.       — А зачем ты эти ходули-то надевала? — Серый задаёт тупой по мнению Кузнецовой вопрос.       — Ты издеваешься? Как бы я со своим ростом танцевала с Антоном, если этот пидорас два метра ростом?       — А.. — хвостатый чешет затылок и смешно моргает. — Тогда да, понял.       Ученики, начиная с первоклашек, расходятся по кабинетам. Когда одиннадцатый наконец-то рассаживается по местам, их новый классный руководитель подходит к доске и руками показывает жест "заткнитесь ради бога".       — Итак, одиннадцатый "А", меня зовут Попов Арсений Сергеевич и, как я уже сказал ранее, я – ваш новый классный руководитель и по совместительству учитель английского, — класс заинтересованно уставился на учителя, оценивая того.       Антон всё же с некой опаской смотрел на мужчину со своей последней парты, но тоже решил не терять времени. Парень отметил про себя то, что учитель достаточно молодой, ему явно нет даже тридцати. Ростом примерно метр девяносто. Достаточно высокий, но всё же ниже самого Шаста. Почему, интересно, у него паспорт не спросили? Может, он часто покупает сигареты в этом магните и его запомнили? Скорее всего.       — Вопрос вселенского масштаба, ребят. Кто сдаёт мой предмет? — после минуты молчания и перешёптываний класса, Арсений Сергеевич садится на стул и достаёт бланки с предметами. — Сейчас раздам вам бумажки, где нужно отметить предметы, которые вы собираетесь сдавать, ну и подписать их. Так что насчёт английского?       В классе поднимается три руки, среди которых оказывается и рука Шастуна.       — Хорошо, не так плохо, тогда после классного часа останетесь, дождётесь девятиклашек и поговорим про дополнительные.       Спустя минуты три, ученики по очереди стали относить бланки. Когда последняя заполненная бумажка оказалась на столе, мужчина улыбнулся и достал список.       — Давайте что ли познакомимся. Меня вы уже знаете как зовут, теперь ваша очередь, — назвав все фамилии, Арсений предложил не тратить время на лекции о том, как важна учёба и что ЕГЭ – очень сложная вещь. Синхронно кивнув, ребята стали прощаться с учителем, выходя из кабинета.       — Тох, мы тебя на улице подождём, — Дима касается плеча друга и, дождавшись кивка, вслед за компанией выходит из кабинета.       Четыре девятиклассника зашли в кабинет, поприветствовав учителя, а один из ребят сел рядом с Антоном, пожав тому руку.       — Привет, Шаст.       — О, Миш, привет. Решил английский сдавать?       — Ага.       — Так, давайте потом поболтаете, а сейчас обговорим дополнительные, — Арсений Сергеевич подходит ко второму ряду, на котором расселись все сдающие. — Так, у кого какой уровень? Отличники есть по английскому?       Одноклассницы Антона и две девятиклашки поднимают руки.       — Понял. Вы после 9 или остаётесь? — учитель обращается к младшим, из которых двое остаются, а двое уходят. Остаются как раз отличники. — Так, кто уходит – куда планируете?       — В пед, мне язык нужен, ибо на вышку хочу на учителя английского, а если не получится, то остаться в началке, — одна из девятиклассниц подпирает подбородок рукой, рассказывая свой план действий.       — А я на гостиничное дело, там язык нужен, — девятиклассник, улыбаясь, отвечает на вопрос.       — Ну, молодцы, — мужчина слегка улыбается. — Теперь вы. — Попов кивает в сторону старшеклассников. — Куда собираетесь?       — Мы с Настей на филологический, — девушка поправляет очки, отвечая за двоих.       — А я на переводчика, — Антон жмёт плечами, — но английский тяну на четвёрку с усилиями.       Парень слышит, как тяжело вздыхает учитель и мысленно извиняется.       — Хорошо, — Арсений потирает переносицу. — Девятый приходит ко мне по средам после седьмого урока. Одиннадцатый – в понедельник, а Шастун ещё и в пятницу. Тоже после седьмого.       Шаст разочаровано стонет и закатывает глаза. Он с кислой миной сидит за партой, пока остальные ученики расходятся.       — А может я лучше репетитора найду, чем в пятницу задерживать Вас? — предлагает парень, скрещивая пальцы под партой.       — В принципе, могу я репетитором твоим быть. Но тогда, Шастун, только в субботу вечером.       — Лучше так, — Шаст ликует в душе.       — А что, в пятницу вечером с друзьями будешь пивко гасить и сигареты пытаться в магните купить? — Арсений поднимает взгляд от бумаг на Антона и хмыкает.       Сука. Узнал.       — Ну Арсений Сергеевич, Вас не должно волновать – курю я или нет. Если только не на территории школы, — под нос бубнит Шастун в надежде, что учитель согласится с ним и разговор на эту тему закончится.       — По сути, ты прав. Иди уже, тебя, если не ошибаюсь, друзья ждут на улице. Позже поговорим про занятия.       — Хорошо, до свидания, — Антон подрывается с места и за пару шагов оказывается за пределами кабинета, выбегая наконец-то на улицу, где Дима уже собрался звонить другу.       — Вот засранец, — мужчина хмыкает, складывая бланки в папку.       — Ты чего так долго-то? — Серёжа хмурится.       — Он в итоге доебался по поводу вчерашнего. Пиздец блять, угораздило же, — парень поправляет браслеты и достаёт из рюкзака баночку белого монстра. — Пойдёмте уже.       Компания, как и планировала, отправляется в кино, чтобы "отметить" первое сентября.