My medicine

У Изанами всё внутри сломалось: каждая косточка, каждая клеточка души, даже внешняя оболочка сейчас больше похожа на простую обертку конфеты. Кожа на лице и руках обожжена и будто шуршащий фантик смята. Больше напоминает кровавое месиво, если честно. Там, где было возможно - наложили бинты, сквозь которые проступала сукровица. Сейчас она совершенно не понимала, почему эта жалкая оболочка, её сломанное тело в больнице, а не на свалке. Ведь сломанным вещам там самое место. А она сейчас мало походит на человека-человеческая кукла не более. Оболочка. А оболочкой тело становится, когда его покидает душа. Изанами будто со стороны наблюдает за своим телом на больничной койке, оно ей больше не принадлежит. Смотрит на отца, который смотрит на неё пустым взглядом, но не видит. Забавные гляделки получаются. Иногда приходят одноклассники, подружки, какие-то родственники. Её, если честно, уже тошнит от этих сочувствующих взглядов. Словно она попала в цирк уродов, а это его посетители. Изанами ужасно от того, что ее видят сломанной, уродливой, она же даже сказать не может, чтоб они все убирались. Чтоб не смели не единой слезинки пролить над ее останками. Изанами мечтает сдохнуть, потому что это не жизнь. Она все прекрасно понимает, чувствует ужасную боль во всем теле, особенно болит спина, если бы она могла пошевелить хотя бы чем-то, попросила бы отключить этот чертов аппарат, который удерживает ее тут. Минуты тянулись часами, часы неделями, а дни - вечностью. Все, что у нее было это агония. Девушка продолжает наблюдать за собой со стороны. От одно лишь вида тошно. Самолет в котором она летела - разбился. Вот и она должна была, Но нет. Зачем-то она обыграла саму смерть, жаль только правила игры в начале забыла прочитать. А в правилах было написано мелким шрифтом в уголке, будешь живым-трупом, тело разлагаться конечно не начнет, но вот душа. Изанами охватила истерика, сознание было в панике, боль стала нестерпимой. Даже тело, что ранее всегда оставалось неподвижным, начало дёргать в разные стороны. Приборы запищали самым противным звуком. Если бы она могла сейчас заплакать, слезы бы уже катились рекой. В палату набежали врачи, ошарашенного происходящим отца, выставили за дверь. Но наконец-то судьба смилостивилась над ней и пульс пропал. Девушка больше не дышала, больше не подавала признаки жизни. Все кончено. Мужчина скатился по стене, на которую опирался спиной, схватился за поредевшие волосы и будто отключился от мира. На это раз он потерял все.

***

В открытое окно проскальзывал тёплый летний ветерок. Лёгкая ткань занавесок подлетала вместе с ним, почти касаясь кровати. В доме пахло вкусно, чем-то свежим и, кажется, выпечкой. События сумбурно прокручиваются в её голове. Понимание совершенно не наступает. В квартире родители, приятный запах, на вешалке болтается бессмысленным грузом школьная форма, все тело вдруг без уродливых шрамов и всего того ужаса, что пережила девушка. Она совершенно ничего не понимала. Это было какое-то абсолютное безумие, потому что так просто не бывает. Три дня назад она умерла. Этот момент отчётливо отпечатался в памяти. Жуткий писк больничной аппаратуры, разряды тока по искалеченному телу и боль. Боль, которую невозможно передать словами. А сейчас на календаре красуется десятое августа две тысячи восьмого года. Словно всех тех пяти лет её жизни и не было. В голове всё это не укладывалось, как-то совсем глупо и нелогично. - Изанами, ты опаздываешь на свои курсы! - голос матери. Девушка всё ещё не привыкла, в будущем они рассорились в пух и прах и не общались уже пару лет, до того самого дня. - Поторопись, мы тебя отвезём. - Хорошо, мам. Даже собственный голос эхом раздавался в голове. Он был совсем детским, незнакомым и совершенно чужим. Изанами глотала воздух, как аквариумная рыбка, когда впервые заговорила так. Всё, что тут происходит, дикость какая-то. Но выбора особо не было, правилам игры пришлось подчиниться. Иначе нельзя. Изанами натягивает на своё хрупкое подростковое тело школьную форму, затягивает волосы тугой резинкой и спускается. Это её персональный ад. Черти здесь все окружающие. Так ей кажется, потому что иначе всё как-то совсем неправильно. - Я готова, мам. - О, неужели, я уж думала ты сегодня никогда не спустишься, - ей бы очень хотелось этого, так что теперь срывается глупая усмешка, - не надо корчить такое лицо! Сама виновата, что не училась весь год, теперь отрабатывать приходится... Женщина скрестила руки на груди, с упреком смотря на дочь, а Изанами еще раз усмехнулась. Да, это стопроцентный ад, потому что только в аду может повториться этот её период жизни. Тут она только начинает ошибаться по крупному. Раньше были мелочи, ничего серьёзного. Интересно, получится ли что-то изменить? А с другой стороны, ей же всё нравилось тогда. В шестнадцать лет это казалось слишком крутым и она сама казалась себе взрослой. Потом, правда, пожалела. Парень байкер, который появился у неё, крутая компания в их банде. Да, это все круто. Но когда вы подростки. А дальше все эти мальчишки из школьных банд превращаются в настоящих грабителей, наркоманов, убийц и просто отбросов общества. Изанами никогда не была в банде, но всегда была близка ней. Мёбиус, потом Вальгалла, а всё благодаря её, на тот момент, парню Ханме. События продолжают проноситься перед глазами, у девушки вместо головы будто боксерская груша, по которой кто-то отчаянно лупит. Никакого понимания что делать нет. Машина тормозит около школы. -Сегодня вечером придут гости, постарайся не опаздывать на свой же праздник. Изанами удивленно уставилась на отца. Тот закатил глаза. Дочь ведет себя очень странно уже третий день, а теперь и вовсе забыла про свой день рождения. - У тебя сегодня день рождения, Изанами. Каждое слово он выговорил отдельно, делая акцент на каждой букве. Будто она иностранка и совсем не понимает их язык. В его голове крутились неприятные мысли. - Ой...

***

Занятия проходили тихо, девушка была погружена в свои мысли. Пазл совсем не складывается, но она уже знает что делать дальше. Для начала понять что она уже успела попробовать, испортить или сделать. Звонок мерзким тоном раздался по классу, все резко подорвались. А Иза пыталась успокоить сама себя. Звук школьного звонка эхом раздается в её больной голове, напоминая звуки больничной аппаратуры. В дверном проёме возникает знакомая фигура. Высокий темноволосый парень опирается о дверной косяк. - Эй, мелкая, - от его голоса так мерзко, - так и собираешься тут сидеть? - Есть предложение получше? - Да. Его губы растянулись в зловещей улыбке. Парень медленно проходил вглубь класса, к самому месту, где сидела девушка. Изанами невольно сжалась от такой близости с ним. Раньше ей крышу от него сносило, но сейчас воротит как от гнилых овощей. Она знала всё его ужасное нутро, ведь сталкивалась со всеми его демонами. Но это потом. В этом возрасте, он вообще-то не такой и плохой. Был. Ханма облокачивается о её парту. Смотрит сверху вниз, все с такой же заговорческой улыбкой. - Сегодня сбор в Вальгалле, потом заеду за тобой, - он положил руку ей на лицо, поднимая подбородок чуть выше, - отдам твой подарочек. Дальше мерзких смешок. Иза с трудом сдерживается, чтобы не плюнуть в лицо этому самоуверенному ублюдку. Он долго смотрит в её серые глаза, пытается что-то прочитать, но никак не выходит. Изанами помнит его другим. Он причинил ей много боли. - Обойдусь без твоих подарков. Она резко вскакивает со своего места, намереваясь уйти, но его рука задерживает девушку на месте. - Будешь так со мной разговаривать, получишь по своей красивой мордашке, сучка. Комок подходил к горлу. Сколько раз он её ударил за всю жизнь? Да хрен его знает, на небе созвездий меньше, чем было синяков на её теле, оставленных им. Изанами роется в памяти. Точно, первый раз, когда он её ударил, был как раз на день рождения девушки. Только на семнадцатый. Через год. Тогда всё началось. - Ну, давай, ударь меня! - её голос срывается на крик, эмоции почти невозможно контролировать, - я же для тебя всего лишь игрушка! Урод долбанный! Его рука на секунду ослабевает, он замер от неожиданности. Звонкий хлопок. Она ударила его. Пощечина. Щека горела, но нет, ему конечно не больно, правда она себя так никогда не вела. Парень так и остался стоять с широко распахнутыми глазами. - В покое меня оставь! Она выбежала пулей из класса. Летела вниз по лестнице и извилистым коридорам. Сегодня она дала отпор своему худшему кошмару ещё раз. Правда сейчас он ещё не такой агрессивный психопат. Это было потом, но она не хочет давать ему ни единого шанса. Изанами наконец-то выдохнула, когда оказалась на улице. Она буквально скатилась по бетонной стене вниз. Внутри всё сжималось. Её колотило, будто в агонии. Вдруг послышались чьи-то шаги, девушка попыталась вжаться в стену. В школе уже почти никого не было, сейчас же каникулы. - Тебе плохо? Милый светловолосый мальчишка вдруг оказался рядом с ней. Он обеспокоенно смотрел на неё. - Такемичи! Долго тебя ждать ещё? Показался второй парень, намного выше первого, он выглядел устрашающе. Да и от голоса Изанами хотелось провалиться сквозь землю. Такой властный и грубый. - Тут девчонке плохо... - И че, ты в спасители записаться решил? Высокий блондин все же посмотрел в сторону Изанами. Его глаза не выражали никаких эмоций. Холодный взгляд. - Хэй, отойдите от этой дуры! Сердце опустилось в пятки. Быстрым шагом к ним приближался Ханма. Он уже сжимал кулаки и издалека сверлил девушку взглядом. - А ты ещё кто такой? В той же манере ответил ему блондин с косичкой. - Её парень. Девушка содрогнулась. В её глазах отражался дикий испуг. - Это правда? Спросил Такемичи, протягивая Изанами руку. Девушка посмотрела на него отрицательно мотая головой. - Дайте её сюда! Быстро! Ханма подходил всё ближе, но высокий парень преградил ему дорогу. Оба злобно улыбнулись, пытаясь просверлить дыры в друг друге. Они были почти одного роста. Изанами наконец-то встала, хоть и с помощью Такемичи. Её охватывала дикая паника. Парни уже нанесли друг другу первый удар. Капельки крови стекали по лицам обоих. - Что тут происходит, Кенчик? Невысокий парень с длинными светлыми волосами подошел так, что даже Такемичи вздрогнул от неожиданности. Блондин устало цыкнул. - Я же просил не называть меня так на людях! Он пропускает удар. Ханма, с сумасшедшей улыбкой, трясёт кулаком. Доракен зол. Удары исподтишка- не то, что он уважает. Это низко. Тело с грохотом падает на газон. Майки с улыбкой смотрит на Доракена. У того костяшки аж побелели. - Этот хуесос к девчонке приставал. Майки одобрительно кивнул, смотря в сторону Изанами. Девушку всё также трясло. - Ты как? -Я...я нормально. - Не связывайся больше с такими уродами. Доракен сплюнул сгусток крови куда-то в сторону валяющегося на земле тела. Не то, чтобы он сильно любил драки, но заступаться за слабых был его негласный долг. - Постараюсь... - Как тебя зовут-то? На лице Майки застыла такая искренняя и добрая улыбка, что ему невольно хотелось рассказать все секреты. Изанами наконец-то смерила дрожь в теле. - Изанами Самада.