дела небесные

«меня мой милый назовёт безмолвной дрянью, а я покорнейше кивну..»       Его крылья спрятаны за белыми рубашечками, которые он натягивает на свои аккуратные руки. Появляется в них на каждой своей выставке, а крылья там. Они сливаются с белизной рубашечек. Рукава их огромные, пушистые рюшами и лентами. Его тонкие руки становятся больше, но это не его прихоть. Иногда Стервятнику кажется, что он просто просовывает крылья в рукава рубашек. Ему неудобно, он мешкается, ёрзает, но терпит. Такова его участь. Ангела. Перья липнут к свитерам, делая серое белым, а чёрное серым. Перья валяются на полу, засоряют пылесос, тонут в ванной, когда Курильщик моет свои белоснежные крылья. Перья везде, они душат, оказываются в горле, появляются мокротой при сухом кашле. Белоснежные, словно пух облепили и Стервятника. Стервятника, привычно чёрную птицу. Рубашечки его белеют день ото дня. На всех его чёрных брюках появляются пёрышки, блестят и выделяются лучше, чем пятна от кофе и вина, которые Стервятник последнее время мешает меж собой. Скрывая тот соблазн обнять тонкую фигуру, притянуть к себе за талию и погладить крыло, выпирающее рядом с позвонками. Чтобы Курильщик выдохнул, прижался и молчал. Чтобы перья были повсюду. Они служат украшением, зна́ком. Он мой, мой и только мой. Никто и не претендует. Он ангел. Прячет свой нимб, скрывая кольцо за спиной. Нимб сверкает и блестит, он слишком яркий, чтобы хранится где-то в чулане. Он излучает слишком много света, Курильщик излучает слишком много света. Это кольцо Стервятник хочет видеть каждый день, но его желания совсем не совпадают с публикой. Черви не любят тех кто отличается от них. Курильщик хнычет, но прячет. Он умеет искусно врать, что ангелу, вроде него не под стать.       Видеть раны на руках ангела болезненно. Такая боль отдаёт эхом где-то в горле, а сердце падает дальше чем должно быть. Отдаёт тянущей болью в ноге и остаётся шрамом на чужом запястье. Курильщик лгун, очень плохой, но такой ужасно безнадёжный лгун. За него тревожно, о нём больно, а всё что с ним связано тягуче-приятно. И Стервятник дышит этим. Дышит Курильщиком полностью и до конца, вдыхает едкий дым, ради запаха весенних цветов и зелёного чая, который теплится внутри. Курильщик отвечает на любовь, запахи, прикосновения. Он умеет чувствовать, трепетно и нежно. Такое у него пока никто не забрал. Никто не пытался, никто не посмеет.       Страшно, когда твоё солнце выгорает. Страшно видеть, как становится темнее, как становится больнее, как слова становятся острее. Ещё страшнее видеть, как собственные слова режут по чужому телу, острыми лезвиями бритвы, остаются шрамами на руках и когда раскрывают, на ногах. Когда слышишь тихий плач в ванной, опускаешься на колени и молишь бога, чтобы это закончилось. Бога нет. Его ангелы здесь тонут.       На вопросы Курильщик кивает, курит. Он курит, курит и курит. Вокруг него образуется перманентное облако дыма, а Стервятник дышит, задыхается и снова вдыхает. Лучше дышать дымом с ним, чем дышать дымом без него.       У Курильщика недостаточно силы, чтобы бороться с червями. Гниль, что окружает ангела, потопит маленькое белое судно. Сожрёт молодого художника, как назовут это СМИ. Перья повсюду, они душат и заставляют Стервятника складывать себя в карманы рубашек чёрных, как смоль. Курильщик молчит и не смеет даже поспорить. «..нет сил бороться с этой грязью, что глубоко внутри себя держу»       Теперь Курильщик не носит белые отглаженные рубашечки. Сидит на стуле с ногами в разноцветных красочных футболках, которые стали такими от разнообразия красок, которыми парень выводит тонкие линии на холсте. А Стервятник впервые в жизни достаёт из водостока перо, измазанное в масляной краске.