Тэхён никогда не

      Тэхён замолкает на полуслове, когда Чонгук, держащий его за руку, резко тормозит, хмуро глядя себе под ноги. Ким вопросительно окликает его, не понимая причины такой резкой остановки.       У них сегодня было короткое, но такое уютное вечернее свидание на берегу реки, где устроился маленький ресторанчик корейской еды. Наевшись до отвалу и насладившись приятными видами спокойной тёмной воды, отражающей в себе сотни ярких огней ночного Сеула, они купили в ближайшем ларьке по мороженому и пошли домой. Решили сделать это пешком, так как погода была просто прекрасная, да и идти им недалеко. К тому же Чонгук как раз сегодня оставил машину на парковке их жилого комплекса, зная, что выпьет пару бокалов вина. Тэхён пару раз пытался отпить чужого напитка, но каждый раз забавно корчился и с кислой миной возвращал бокал обратно Чону. Это выглядит комично, учитывая то, что Тэхён любит пить виски, что намного крепче того же вина. — Чонгу-хён? — снова зовёт старшего Тэ, непонимающе топчась рядом и тоже опуская взгляд на тёмную решётку дождевой канализации, которую сейчас сверлил пристальным взглядом его мужчина.       Чонгук трясёт головой, отдаёт Киму своё подтаявшее мороженое и просит отойти на пару шагов назад. Тот не понимает ничего, но послушно выполняет просьбу, внимательно следя за тем, что Гук собирается делать дальше. И шокировано пучит глаза, когда старший наклоняется и начинает поднимать тяжёлую решётку. Сквозь кожу рук начинают выпирать вены из-за напряжения, мужчина глубоко дышит носом, но спустя несколько секунд ему всё же удаётся поднять железную махину с него размером и отложить в сторону. Не зря всё-таки Юнги много лет назад с ножом у их задниц погнал его и разленившегося Чимина в спортзал, застукав, что у них появилась одышка при подъёме по лестнице.       А потом Чонгук без раздумий и капли сомнений ложится на землю пластом. В своей белой рубашке и дорогих брендовых брюках, которые в ту же секунду пропитываются влагой и грязью с асфальта. Странно видеть постоянно одетого с иголочки мужчину в таком... положении.       Тэхён разевает удивлённо рот и растерянно хлопает глазами, когда Чонгук вдобавок ещё и половиной тела влезает в канализацию, уходя всё ниже и ниже, пытаясь что-то достать. Тэхён начинает переживать, поэтому шустро выбрасывает мороженое в стоящую рядом урну и приседает на корточки рядом со старшим, придерживая его за бёдра, чтоб не свалился целиком. И, наконец, слышит, что именно сподвигло Чонгука залезть в канализацию. Протяжное тонкое мяуканье. Там был котёнок, и Гук, судя по всему, его заметил, когда они проходили по этому месту. Заметил и не смог пройти мимо.       В своих догадках Тэ убеждается, когда Гук, наконец, вылезает на поверхность с его помощью, держа в одной руке тёмный меховой комочек. Животное всё в грязи, трясётся от голода и истошно мяукает, растопырив лапы в разные стороны и испуганно смотря огромными зелёными глазами на двух незнакомцев.       Чон откашливается от попавшей в лёгкие уличной пыли и встаёт на ноги, бережно прижимая несчастное животное к груди. Всё равно от его кристально белой рубашки и намёка на этот цвет не осталось, так что этот меховой комок со своей грязной шёрсткой уже ничего не испортит. А котёнок только рад этому: вцепляется когтями в ткань рубашки и пытается судорожно залезть повыше и настойчиво ткнуться носом мужчине в шею. Чонгук, естественно, не позволяет, удерживая его на месте. — Какая кроха, — умилённо тянет Тэ, подходя чуть ближе и ласково почёсывая котёнка пальцем за маленьким остроконечным ушком. Тот, наконец, обращает на него своё внимание и с жалостливым мяуканьем тянется уже к нему. Чонгук, снова же, не позволяет, чтобы котёнок не испачкал одежду ещё и младшему. Смотрит пристально на вытянутую мордочку и жалостливые изумрудные глаза животного, в которых плещется столько страха и жажды ласки одновременно, и негромко вздыхает. Почёсывает за ушком уже сам, чтобы успокоить, и говорит Тэхёну: — Пошли домой. Ему срочно нужно хорошенько помыться и поесть, я все его кости ладонью чувствую, — замолкает, оглядывая себя, и кривит губы. — Мне, кстати, душ тоже не помешает теперь. — Костюм испортился, — с сожалением тянет Тэ, пока они идут, бросая задумчиво-ласковые взгляды то на пригревшееся в надёжных руках животное, то на обладателя этих самых рук. Мило смотрятся. Чумазые оба такие.       Чонгук жмёт плечами, наклоняясь и коротко чмокая Тэхёна в лоб. — Плевал я на это. Костюм — это лишь вещь, которую можно купить, а этот бедолага там умер бы в страданиях, даже не пожив нормально. Он же совсем мелкий ещё.       И правда. Котёнок совсем крохотный. Месяц с натяжкой дать можно. Тэхён даже не хочет представлять, как тот оказался в таких условиях. Велика ведь вероятность, что хозяева просто выбросили его из дома. И он никогда не поймёт таких людей. Изверги какие-то.       Тэхён едва ли сам не мурлычет в такт малышу, что удобно устроился на его коленках, крепко спя. Вместе с Чонгуком они его тщательно вымыли купленным по пути шампунем от паразитов, а после старший уверенными движениями избавил его от нескольких найденных клещей. Тэхён лишь удивлённо смотрел на то, как умело мужчина действовал щипцами, откидывая мерзких даже на вид паразитов в банку с кипятком, чтоб точно подохли.       После, накормленный и наглаженный Тэхёном малыш, на чёрной грудке которого оказалось белое пятнышко, напоминающее бабочку, развалился на коленках Кима, свернувшись в маленький пушистый клубок. Испытываемый в самом начале страх у него исчез сразу же, как к его морде подтолкнули блюдце с молоком.       Через некоторое время и Чонгук выходит из душа, повесив на шею полотенце и присаживаясь на диван рядом с Тэхёном. Тот с улыбкой берётся за махровую ткань и принимается сушить чужие волосы, стараясь резко не дёргаться, чтоб не разбудить своего «коленочного квартиранта». — Что мы будем с ним делать? — спрашивает он после, укладывая голову на оголённое плечо Чона и слушая расслабляющие вибрации, издаваемые котёнком. Уже поздний вечер, так что в квартире царит уютная тишина, не нарушаемая дневным уличным шумом. — Отдадим в какой-нибудь хороший приют, наверное? На улице точно не оставим, я же спать спокойно не смогу.       Тэхён слабо улыбается, выдыхая. Закусывает задумчиво губу, а после поднимает глаза на старшего, обхватывая пальцами его за подбородок и наклоняя голову к себе. Целует целомудренно пару раз в губы, чтобы разнежить и расположить к себе (хотя Чонгук буквально постоянно к нему расположен), а после, когда старший расслабленно прикрывает глаза, просит: — А мы не можем оставить его себе? Или… или ты не любишь животных? Если нет, то ладно, я не буду настаивать. Всё же, это твоя квар- — Так, стоп, — прерывает его Гук, хмурясь и открывая глаза. Смотрит твёрдо, зарываясь пальцами в растрёпанные на макушке волосы своего парня, несильно сжимая их, чтоб Тэ не мог опустить голову. — Не моя, а наша. Я тебя месяц сюда утягивал, чтоб у нас был общий дом, без этой всей делёжки на твоё-моё. Запомни уже, пожалуйста. Иначе ругаться буду.       Чонгук даже цокает в конце едва раздражённо, уже в который раз пытаясь втолковать своему парню такую простую истину. И кусает за кончик носа в наказание, чтоб это не ощущалось так, будто он реально зол на парня и будет грубо ругаться на него. Не маленький вспыльчивый мальчик, словами всё спокойно объяснит, при этом, не унижая и не оскорбляя свою половинку.       Тэхён скромно улыбается, смущённо почёсывая «пострадавший» нос. Не привыкнет никак, что эта квартира теперь и его тоже. До сих пор с трудом верит в целом в то, что такой мужчина, как Чонгук (Чон от таких хвалений собственной персоны лишь закатил бы глаза, приводя в пример тысячу и один свой недостаток) захотел строить с ним общий быт. — А насчёт котёнка — я не против. Нормально я к животным отношусь, у меня даже в детстве кот был. Рыжий и жирный. Жрал вечно мои сосиски и занимал половину кровати, — Чонгук с усмешкой вспоминает эту рыжую скотину, что провела с ним всё его детство. Он и правда положительно относится к животным. Сам не заводил, потому что думал, что не будет успевать заботиться о нём как следует. Но теперь-то у него есть помощник и по совместительству парень. — Но я всё равно его любил. Он меня тоже… надеюсь.       Тэхён басовито хохочет с явной неуверенности, проскользнувшей в голосе Гука на последнем слове. — Я почему-то больше думал, что ты их терпеть не можешь. Считаешь обузой какой-нибудь. Ты ведь весь такой солидный и собранный, не похож на того, кто готов каждое утро шерсть с пиджака своего убирать. А тут вот оно как, оказалось, — делится тем, что хранил в душе, ловя на себе удивлённо-возмущённый взгляд и забавно прикусывая язык. — А спросить не судьба была? — возмущается старший, скрестив руки на груди и откидываясь на спинку дивана. — Боялся, — Тэ жмёт плечами, опуская взгляд на котёнка и рассеянно перебирая пальцами мягкую густую шёрстку. — В смысле «боялся?»       Чонгук вздёргивает бровь непонимающе, наклоняясь вперёд и пытаясь заглянуть в лицо Тэхёну. Тот оборачивается сам, и по его потускневшим на мгновенье глазам и натянутой улыбке, Гук уже сам всё понимает. И понимание это вызывает лишь уже привычную жгучую злость в сторону одного и того же человека, вскипающую где-то внутри чонгуковой души. — Блять, да ладно…       Тэхён усмехается негромко, аккуратно убирая животное на диван и пересаживаясь к старшему на колени. — Ага. Он ненавидел животных. Но я узнал это не сразу, а лишь со временем. И своим затуманенным мозгом не среагировал так, как надо было. У меня тогда был пёсик, Рики, маленький и игривый, я его за год до отношений с ним завёл. И сначала мой бывший просто как-то холодно к нему относился, но чем чаще он оставался у меня на ночь, тем больше злости и возмущений высказывал в сторону Рики. Называл бесполезным грузом и растратой денег и времени, матерился на шерсть, погрызанные вещи, бесился, когда я тратил свои деньги на дорогие корма.       Тэхён замолкает из-за образовавшегося в горле кома. Дальнейшие события всё ещё отзываются тупой болью в сердце и огромным сожалением. Чонгук его состояние улавливает сразу, поэтому обнимает крепко за талию, прижимая к себе максимально близко, и успокаивающе прижимается губами к тёплому лбу. — Он даже брезговал его трогать. И никогда в жизни не полез бы в канаву за ним, портя дорогой костюм, как это сделал сегодня ты, — Тэхён заглядывает в лицо Чонгука, широко улыбаясь и накрывая ладонью его щеку, нежно поглаживая. — У меня чуть сердце в тот момент не разбилось от осознания и счастья, что ты поступил полностью противоположно тому, что сделал бы он.       Младший прислоняется лбом к чонгукову, прикрывая глаза и, вытянув губы, почти невесомо целуя старшего в нос. С Чонгуком хорошо. Комфортно и безопасно. Тэхён редко с кем позволяет себе отпустить контроль над собой и ситуацией, но его парень это абсолютное исключение из правил. — И, хён, ты не подумай, я не спрашивал не потому, что боялся тебя. А потому что боялся найти хоть какое-то сходство с тем мудаком и убедиться в своих предположениях. И мне легче было никогда не поднимать с тобой тему о домашних питомцах и не знать, возможно, горькой для меня правды. — Разрешаю ударить меня, если я хоть когда-нибудь сделаю хоть что-то, похожее на него, — сурово тянет Чонгук, в противовес своему хмурому выражению лица мягко поглаживая бока Кима сквозь ткань футболки. Тэхён хитро скалится. — У вас причёска похожа. — Моя жизнь никогда больше не станет прежней. Бей, — с глубоким драматизмом стонет старший, осуждающе качая головой.       Тэхён смеётся, резво подаётся вперёд, крепко-крепко обнимая мужчину за шею. Всё внутри просто взрывается от количества любви и трепета. После такого придурка, как его бывший, Чонгук — это просто подарок самой судьбы. Тэхён так благодарен ему, что тот мирится с его заморочками прошлого и терпеливо помогает Тэ с ними бороться. — Эта история с твоим псом закончилась как-то плохо, да? — догадывается Гук, трясь носом о мочку уха младшего и бросая короткий взгляд на их нового маленького жителя. Спит и ухом не ведёт, пригрелся уже. — К сожалению. Из-за того, что он физически как-то не причинял Рики вред, я спускал всё с рук, просто уходя с ним в другую комнату или отвозя к маме. Но потом, в один день, я вернулся домой и… собаку свою больше не нашёл. — Только не говори, что- — Да. Пока меня не было дома, он взял пса и выкинул его где-то в городе.       Чонгук стискивает зубы и чувствует, как у него начинают чесаться кулаки. Этот придурок совсем все границы потерял, что ли? Попадись он сейчас Чону на глаза — целым не ушёл бы. Чонгук знатно бы прошёлся по его костям, с искренним наслаждением слушая то, как они ломаются. — Мы тогда впервые так сильно с ним поругались. Даже до драки дошло.       Чонгук напрягается всем телом из-за последней фразы, словно камень. Тысяча мыслей бурным потоком пробегают в его голове, и все они сводятся только к одному вопросу: — Вы подрались? То есть ты давал сдачи, а не только получал, так ведь? Пожалуйста, скажи, что да. Потому что если он тебя ещё и бил, то я реально подниму на уши всю прокуратуру и Чимина и оторву этому уроду всё, что вообще можно оторвать.       Тэхён успокаивающе поглаживает взбесившегося старшего по загривку, отрицательно качая головой. — Я давал сдачи, и получал он не слабее, чем я, в этом можешь не сомневаться. Я многое спускал ему с рук, вёлся на его унижения и прогибался под его интересы, но в тот момент я будто был не в себе. Перед глазами пелена красная стояла, и было только одно желание: вытрясти из него всё дерьмо. Он выкинул дорогое мне создание по своей гребаной прихоти, и именно это и отрезвило меня. К слову, скоро после этих событий мы и расстались.       У Чонгука немного отлегает от сердца. Слава Богу, что Тэ не давал себя в обиду в таком плане. Потому что Чонгук уверен, позволь Тэхён сделать это один раз — этот мудак взял бы в привычку творить такое. — Почему ты раньше не рассказывал мне об этом? — У меня так много страхов и комплексов после него осталось, поэтому я стараюсь не вспоминать специально наши отношения. И с тобой у меня это очень хорошо получается, я всё больше и больше отвлекаюсь от тех событий.       Чонгук понимающе кивает, обнимая его за талию и замолкая. Младший действительно редко откровенничает с ним о своих прошлых отношениях по собственной инициативе, а не когда Гук сталкивается с очередными его страхами прошлого. Видимо, старается как можно быстрее стереть их из памяти. Жаль, что так не получится: сначала ведь нужно искоренить сам корень страха или комплекса.       Что ж, их ждёт ещё долгий и скрупулёзный в некоторых моментах путь, в котором они уже делают большие успехи, укрепляя свои отношения, доверие и взаимопонимание между ними. И хорошо, что Тэ сам, хоть и после лёгких толчков в спину, идёт навстречу и старается бороться со своими обидами прошлого. Если бы Чонгук один всё это тянул — это было бы бессмысленно и долго они не протянули бы.       Тэхён качает ногами, умостив голову на плече Гука и вырисовывая пальцем узоры на его груди. Зевает попеременно, прикрывая рот ладонью и сонно глядя на старшего. — Правда можно котёнка оставить? — заискивающе спрашивает, глядя из-под ресниц и с трепетом переплетая их пальцы. — Только лоток будешь менять ты. — Договорились! — Ким светится, как начищенная монета, и, смачно чмокнув мужчину по щеке, тянет свободную руку к черному комочку, желая взять его с собой в кровать. Но Гук обламывает его планы, внезапно вставая с дивана с Тэхёном на руках. Хмыкает довольно и идёт в сторону спальни, крепко удерживая свою немаленькую ношу. — А котёнок? — протестует Тэхён. — Он будет спать там. Кто знает, сколько ещё паразитов на нём осталось. Вот завтра поедем в ветклинику, проведём полный осмотр, поставим все прививки, и тогда- — И тогда я смогу брать его спать в спальню? — радуется искренне, залезая под одеяло и настойчиво утягивая старшего к себе в объятия.       Чонгук улыбается во все зубы, хитро сверкая глазами. — Нет. — Нечестно!