После смерти Джирайи

Какаши после смерти Джирайи кроме ещё больше увеличившейся пустоты в сердце быстро обнаружил ещё кое-что: ему больше нечего читать. Да, раньше он брал в руки все подряд, но с открытием для себя Джирайи не только как искусного шиноби, но и как талантливого писателя, он неосознанно стал отдавать предпочтение лишь его творчеству, которого, благо, было много. Им и заполнял всё свободное время, чтобы хотя бы попытаться сбежать от реальности. А после смерти Джирайи, к большому удивлению Какаши, сбегать оказалось некуда. Хотя до этого ему думалось, мол, разве есть вообще разница, какую для этого выбирать книгу? Ещё после смерти Джирайи Какаши с таким же удивлением понял, что у него, оказывается, есть эстетический вкус и видение прекрасного, раз он ну совсем не может заставить себя читать второсортные романчики неизвестных авторов, которые вроде бы пишут о том же, что и Джирайя… Поэтому Какаши некоторое время перечитывал романы любимого автора, и выучил бы в конечном счёте их наизусть, если бы с ним не случилось ещё кое-что: он увидел, что такое — настоящий побег от реальности; испугался того, как он много думал об этом, как сильно желал, как упорно пытался осуществить — пусть и в совершенно другом смысле. Новых романов Джирайи нет, и не будет, да и литература Какаши стала противна, как и любые другие попытки искусственно вдохнуть подобие жизни в его существование. Вроде бы, неразрешимое противоречие. Только вот Какаши разрешать его больше не нужно. Его уже разрешил тот, кто это самое противоречие, вообще-то, и создал. Обито. С его возвращением Какаши больше не нужно вдыхать подобие жизни в свое существование. Ведь теперь оно само превратилось в жизнь. Прошло сквозь долгий тернистый путь, полный боли и тьмы, но превратилось. Обито вернулся к Какаши, физически и, главное, духовно. Времени и, главное, смысла читать книги для Какаши больше нет. Всё его время занимает Обито, с которым им ещё столько нужно наверстать. Хотя… Какаши не полностью отрекся от своего былого увлечения книгами Джирайи. Ведь теперь он может извлечь оттуда множество практически применимых вещей.