Красные

Наступило утро. Чимин сидел в «своей» комнате уставившись в стену. За всю ночь он не сомкнул глаз, а под утро обнаружил сиренево-чёрные круги под глазами в отражении зеркала. …Сотрут память? Юноша восседал на тёплом пушистом покрывале кровати подогнув ноги под себя и нервно теребил пальцы. Он даже не заметил как дверь приоткрылась и в помещение вошёл Кён Су. -Доброе утро.-он улыбнулся и подошёл к нему. Чимин перевёл на него осторожный взгляд и невольно сжал мягкую ткань пледа в руках. -Ты чего такой напуганный?-парень молчал, не отводя взгляда от оппонента. -Ладно. Я думаю ты захочешь позавтракать, поэтому можешь переодеться и спуститься вниз. Зачем? Пронеслось в розоволосой голове, но парень старался не подать виду того, что он напуган. Невысокий вампир вышел оставив его одного ,а Чимин совершенно не знал как ему действовать дальше. *** -Он там в порядке?-искоса взглянув на только что вошедшего друга спрашивает Чон. -Н-уу…Выглядит испуганным. Чонгук хмыкает и зашторивает окно. Он посвятил всю ночь в раздумьях над произошедшим, но так до конца и не определился, что делать с тем, что этот мальчишка всё знает . -Варианты? -Я думал всё уже решено.-Кён Су подходит к столу и наливает себе крови из графина в один из бокалов, которые стройными рядами были расставлены по серебряному подносу. Чонгук молчит, подложив обе ладони себе под подбородок.-Или ты струсил? -Ты о чём? -Ну-у…Ты же знаешь о последствиях стирания памяти для человека.-его губы растягиваются в ухмылке, а язык собирает несколько оставшихся тёмно-рубиновых капель с них. Чонгук всё прекрасно знал. Франция. Монпелье. 1641 г. 1641 г.-окончание французской революции и подписание долгожданного Пероннского договора. Были сняты все ограничения с промышленности и торговли, что привело к стремительному подъёму класса буржуазии. Церковь отошла на второй план, что проложило дорогу науке и технике. Монархия была уничтожена, что привело к расширению полномочий народного представительства. Парламент-Национальный конвент-обрёл реальные рычаги и влияние на французскую политику. В стране постепенно налаживалась обстановка после военных действий, длившихся шестнадцать лет. Народ наконец-то смог вздохнуть полной грудью и потихоньку вливаться в спокойное русло жизни. Чонгук брёл по узким грязным улочкам города, где то и дело натыкался на людей сидевших у различных зданий прося милостыню. Это были люди различного возраста-в основном старики, либо матери с детьми, которых они заботливо кутали в грязные драные одеяла и качали на руках. Он завернул за угол на площадь пересечения улиц Кардиналь-де-Кабриер, Сен-Пьер и Эколь-де Медсан, прямиком к Кафедральному собору Святого Петра. -Куда путь держишь?-послышалось где-то сбоку и парень обернулся на голос. Перед ним стоял невысокий юноша, ростом примерно ему по плечо в пурпуэне из тёмного сукна с простёганной грудью, штанах с пуфами, чулками и туфлями на невысоком каблуке. Образ завершал длинный тёмный плащ и очень высокий воротник, окаймлённый белым жабо. -Простите, мы знакомы?-осторожно начал Гук рассматривая незнакомца с ног до головы. Юноша усмехается и, слегка наклонившись, протягивает руку для рукопожатия. -Бэкхён. Бён Бэкхён.- он улыбается, а в глазах черти пляшут. Чонгук с минуты две откровенно пялиться на собеседника округлив глаза, но руку всё же пожимает. -А твоё имя?-сладким голосом спрашивает новый знакомый. -Чонгук. Чон Чонгук. -Тебе страшно, Чон Чонгук.-вдруг произносит он и склоняет голову на бок, пристально смотря на парня своими чёрными, как сама ночь, глазами. -О-о.. Ч-чём это ты? Парень обходит Чона со спины, не переставая улыбаться. -Я знаю кто ты такой. Точнее…-он оглядывает его силуэт снизу-вверх -Кем ты стал.-Чонгук сглатывает, пытаясь не выдать своего дикого волнения.-Твои глаза тебя выдают, ты себя совсем не контролируешь. И ты абсолютно не пахнешь как человек. -А как я пахну?-неуверенно задаёт он вопрос. -Никак.-рот тянется в ухмылке, а блестящий язык медленно скользит по верхней губе. Юноша снова обходит Чонгука-видимо осматривая его, и, наконец, хмыкнув себе под нос, что-то достаёт из своей крошечной сумки.-Вот. Гук переводит взгляд на его ладонь и видит в ней пузырёк с какой-то тёмной жидкостью. -Что это? -Не попробуешь-не узнаешь.-загадочно тянет тот и снова улыбается. Точно какой-то псих. Думает про себя Чон, всё ещё смотря на бутылёк в руке нового знакомого. -Тебе это поможет. -Для начала я хочу знать что это. Бён закатывает глаза и всучает Чонгуку пузырёк без всякого на то согласия. -Ну и дрянь.- морщится Гук и откладывает пустой флакон в сторону. -Ты помнишь его имя? -Что?-недоумевает парень уставившись на вампира. Они сидят на веранде многоэтажного имения Бёна и наслаждаются великолепным видом на роскошный сад, который был раскинут прямо под окнами особняка. -Обратившего тебя.-спокойно отвечает юноша. Его каштановые волосы едва развеваются на ветру, а мраморная кожа становится ещё бледнее при свете луны. Красивый… Чонгук немного зависает на облике вампира не замечая как у него перед носом несколько раз щёлкнули пальцами. -А? Извини…-Чонгук отворачивается, пытаясь всеми силами не думать о том, о чём он только что думал. Бён вздыхает и закатывает глаза. -Ты хоть что-нибудь помнишь? -Практически ничего.-вздыхает Гук, наблюдая за садом.-Я…не очень понимаю что со мной происходит. -Ты умер.-коротко отвечает вампир без какой-либо эмоции в голосе. -Что…?-парень снова оборачивается на собеседника и сжимает подлокотники кресла в руках со всей силы что у него была.-Что значит умер!? -То и значит. Ты мёртв. Твоё сердце не бьётся. И отчего новообращённые все такие недалёкие.-сетует он, нервно потирая переносицу. Чонгук вскакивает как ошпаренный чуть не нырнув за перила. Что значит умер!? Он хватается за сердце и понимает, что ничего не чувствует. Он сильнее надавливает на грудь-и снова ничего. Тишина. -О Боже.-ахает парень и едва не падает на пол, но успевает схватиться за что-то холодное. -Не думаю, что ему есть до нас дело.-парень медленно поднимается и подходит к Чону помогая тому встать. Одной рукой поднимая на ноги. -Как ты… -Одно из преимуществ моей профессии.-ухмыляется Бён и поправляет ему воротник . -Пойдём. -Куда? Бэкхён разворачивается в дверях и пристально смотрит на абсолютно потерянного Чонгука. -Разве ты не хочешь узнать? -Узнать о чём? -Хорошо. Ответь мне тогда на вопрос-твоё сердце не бьётся, не стучит в груди, тогда как ты можешь жить? Чонгук замер. Он действительно думал, что это какая-то шутка, глупый розыгрыш и этот странный парень с холодными…Пальцами…Так, стоп. Гук взглянул на свои ладони, которые почти просвечивались и, казалось, сияли в темноте и ему стало жутко. -Теперь понял? Брюнет поднимает на него свои стеклянные глаза. -Я…Я …-надломленным голосом молвит он, а у самого колени трясутся то ли от страха, то ли от осознания того, что он мёртв. Действительно мёртв. НО КАК!? -Да. Ты-вампир . *** Чимин идёт по длинному коридору в котором ещё вчера его могли убить и морщится, как от неприятного запаха. Если честно, то внутри себя, где-то в глубине его не очень приятной души-он сдался. Всю прошлую ночь он думал над тем, что произошло и пришёл к выводу, что если ему и суждено умереть-то это не самый плохой вариант. Подойдя к лестнице, которая вела на первый этаж, он в последний раз оглянулся и пошёл вниз Главное без паники. Мысленно твердил себе он как мантру и пытался выглядеть уверенно, но как только увидел огромный обеденный стол, обставленный дорогой посудой с разными блюдами,- его уверенность как рукой сняло. Чимин видел на столе много свечей чёрного цвета, которые были установлены в ряд по самому центру стола, ярко-красная скатерть, на вид напоминающая бархат… Как вульгарно. Подумал Чимин и присел на свободный стул. -Добрый вечер.-раздалось из-за спины и парень тут же обернулся. В арке обеденной стоял Чонгук в неизменно чёрной одежде и с неизменно засученными до локтей рукавами. -Добрый.-буркнул Чимин оборачиваясь обратно к столу. Он обратил внимание, что вся посуда и приборы-из серебра. Хотел было он удивить "уникальной" шуткой о вампирах и серебре, но вовремя передумал. Тем временем, Чонгук сел напротив Чимина и уставил свой взор на него-Хватит пятиться на меня. Это неприятно. -Может мне нравится пялиться на тебя.–Чонгук улыбнулся, кивая прислуге, которая подлила ему в бокал вина. А может это и не вино вовсе. -Когда я вернусь домой? -Ты хочешь поговорить об этом сейчас? -Да хочу.-стараясь не выдать своего явного раздражения, отвечает Чимин. Ему порядком начинают надоедать эти игры. Вампир отпивает из бокала и ставит его на стол, всё также не отрывая глаз от парня напротив. -Я передумал.-спокойно отвечает он, откинувшись на спинку стула. -Что значит передумал!? -Это может быть опасно для тебя.-он снова отпивает из бокала и жестом что-то показывает прислуге. В помещении начинает играть музыка. -Что за отстой.-бубнит Чимин, прикладывая руки к голове и закатывая глаза. Вампир усмехается. -Моцарт. «Obcento N. 13» или «Paulo nocte obcento». Чимин снова закатывает глаза. Такими темпами они станут самой натренированной частью его тела, серьёзно. -Ты снова уходишь от ответа. -А ты снова задаешь те же вопросы. Чимин начинаешь кипеть от злости. -Так. Мне надоело играть в твои игры, кто бы ты ни был.-парень резко встаёт с насиженного места, громко отодвигая от себя стул.-Либо ты возвращаешь меня домой, либо… -Либо что?-невозмутимо спрашивает Чон, наблюдая за происходящим. -Либо я сам уйду.-сквозь зубы шипит розоволосый и еще дальше отпихнув от себя стул выходит из-за стола. Его руку моментально перехватывают и сильно сжимают-Ай! Отпусти!- Чимин пытается вырывать из цепких пальцев пострадавшую конечность, но безуспешно. -Мне не очень нравится, когда мне дерзят.-спокойно произносит Чонгук, наблюдая за жалкими попытками парня высвободить свою руку. -Я СКАЗАЛ ОТПУСТИ МЕНЯ!-вопит Чи и сильно дёргает рукой. Но вампира, кажется, это только забавляет. Одним ловким движением он прислоняет Чимина к первой попавшейся стене и ещё сильнее сжимает его руку. -Ты начинаешь действовать мне на нервы.-зло цедит Чонгук прямо в лицо юноши, но тот и не думает успокаиваться. Чимин изо всех сил старается выбраться из ловушки, в которую он снова угодил. С чего этот сукин сын решил, что может каждый раз издеваться над ним и ему не будет отпора? Из последних сил розоволосый вырывает руку из стального захвата и влепляет смачную пощечину по бледной щеке вампира. Повисло молчание. Чонгук стоял напротив него держась за пострадавшую щеку, его глаза постепенно стали приобретать привычный тёмно-карий оттенок, а поза становилась всё более расслабленной. -Ты можешь сделать со мной что угодно, тогда чего ты тянешь!?-кричит Чимин и сам не верит в свои слова. Чонгук молчал не отрывая взгляда от паренька.-Убей меня и покончим с этим.-задыхаясь, произносит Чимин и отчего-то ещё больше бледнеет сам. Он чувствует, как сильные руки утягивают его в объятия, отчего лицо оказалось прижатым к крепкой груди. -Я никогда не хотел причинить тебе вреда.-совсем тихо шепчет вампир, запуская пятерню в шелковистые розовые волосы.-Никогда. Чимин молчит, не в силах пошевелиться. Его тело словно онемело, а сердце перешло на более медленный ритм. Он чувствовал лёгкое покалывание на кончиках пальцев, а во рту неприятную горечь. Они стояли так некоторое время-Чонгук гладил младшего по волосам, а Чимин вёл внутреннюю войну с самим с собой: он мог сейчас оттолкнуть от себя Чона и убежать, так как парень был расслаблен и не держал его силой, но почему-то Чимину этого совсем не хотелось. Эти объятия приносили ему спокойствие, нежность и ,может быть,..Счастье? Во всяком случае он чувствовал себя защищённым впервые за долгое время.