Собственник моей любви

Солнце уже грозилось сесть за горизонт, оставляя последние теплые, оранжевые и слегка прозрачные лучи. Голубизна неба пачкалась об грязные и мрачные тучи. Погода сама по себе давала знать, что вот-вот начнётся дождь. В переулках медленно начали зажигаться фонари, освещая путь прохожим. А также парню, который быстрой ходьбой шел по укладочной плиткой тропе, периодически заворачивая в переулки, дабы скоротать свой путь. Ему не нужен был лучик света, чтобы дойти до собственной «темницы». Ведь там его ждал совсем другая драгоценность. Челка иссиня-черных вихрей прилипли ко лбу бледного подростка. Который больше походил на больного и в любой момент был готов потерять сознание. Но, к сожалению, а может и к счастью, он был болен, лишь любовно. Достав связку ключей со своей школьной темно синей сумки, ключ просунулся в замочную скважину, прокручиваясь пару раз. Послышался щелчок, что оповещало о том, что проход в дом доступен. Зайдя внутрь, парень сразу же принялся снимать обувь, чтобы после аккуратно поставить её на Гэнкан* рядом с ещё одной парой обуви. Нахмурив темные брови домиком, антрацитные очи смотрели в темную прихожую, будто их владелец хотел увидеть что-то нереальное, безрассудное для людского мира. Спустя пару минут он выдохнул, выпуская лишний воздух из лёгких, дабы расслабиться окончательно. Хотя сейчас было бы не плохо погрузиться в о-фуро*, особенно после тяжелого дня. Ну и простой горячий душ тоже подошёл бы. — Нии-сан, я дома! — Громко и с неким хрипом крикнул Саске, обувая домашние тапочки и проходя в основу дома. В ответ тишина, что даже не удивило парня. Раздвинув фусумы* в стороны, Саске прошел в гостиную. Его взору предстала даже милая картина. Сидя над столом, уснул его старший… Нет, не так. Его смысл жизни. Волосы цвета вороньего крыла были набрежно раскиданы по всему столу, тем самым прикрывая аристократическое лицо. Длинные ресницы изредка подрагивали, а пухлые губы сминались в тонкую полоску. По решетчатому каркасу начал медленно бить капли маленького дождя. Что так внезапно, но так очевидно начался. Все ещё не налюбовавшись видом, Саске подошёл ближе. Настолько близко, как мог себе позволить. Под смоляными завитками были видны какие-то бумаги, внимание, которые особо не привлекали. Сев на колени, младший из братьев слегка наклонил голову набок. Рука потянулась к темным прядям, дабы получше рассмотреть такое же бледное лицо. Но его неожиданно перехватили, крепко схватив за запястье. Дождь на улице стал сильнее, от чего звук становился характернее, что лишь сильнее погружало в осеннюю атмосферу. Сквозь длинные и манящие волосы, Саске смог заметить этот пожирающий, строгий и слегка меланхоличный взгляд черных как сажа глаз. В туже минуту его резко притянули к теплой груди все такой же мертвой хваткой держа, только теперь за плечо. — Ты сегодня позднее. Где был и с кем? — Грубо проговорили у самого уха, от чего Саске затаил дыхание, забывая, как дышать. А на лице появился алло-розовый румянец, обладатель которого даже не пытался скрыть свое смущение. Зачем? — Нас задержали в вузе. У нас были дополнительные занятия. Подготовка к контрольным. — Голос на середине предложения дрогнул, от чего оно звучало не очень правдоподобно. И старший это заметил и слегка разочаровался в этом. Вновь это молчание. Которое прерывал лишь гомон дождя. Изредка гром, который звучал устрашающе. Но никто из присутствующих не боялся это глухое рокотание. Саске отстранили от разогретого и любимого тела, но взамен родные фаланги пальцев ухватились за его горячие от смущения щек, несильно приподнимая вверх, ближе к лицу Итачи. Младший лишь скривился от неприятного ощущение. Стыд сразу же пропал с лица, когда сердитый, яростный и жгучий взгляд был прикреплен к его лицу. Рассматривая. Изучая. — Почему же тогда мой Саске не соизволил набрать мне или же напечатать СМС, чтобы я не переживал. — Итачи лишь специально выделил слово «мой», явно намекая, что оправдание должен быть весомым и удовлетворить возможные сомнения. Упомянутый лишь сглотнул ком в горле и холодной ладонью накрыл запястье брата. — Прости, прости. Я не хотел, чтобы ты переживал. Просто… Из головы вовсе вылетело. — Смог ответить Саске, лишь когда его отпустили, но в то же время не позволили отстраниться слишком далеко. После смерти родителей, Итачи у которого уже была свою личная жизнь, взял Саске под свое крыло. В первый месяц они почти не контактировали, ведь оба находились в подавленном состоянии после трагедии. А ведь это было лишь семь лет назад, а столько уже успело поменяться. После полугода они снова общались как родные. Как тогда, в детстве. После года перебивания в доме брата Саске слегка смущал тот факт, что у его Нии-сана всё ещё не было какой-то прелестной дамы. Не то, чтобы его это огорчало, а скорее наоборот. Радовало. Ведь за этот чёртов год он втрескался по уши. Конечно он до последнего не верил в это, но жажда ласки и любви все же переубедила его в этом. Тогда он даже от одного взгляда покрывался ярким смущением, что никак не укрылось от внимательного взгляда старшего. Он долго тянул с признанием, каждый раз, стоя перед братом, грызя себя сомнениями. В итоге нёс какую-то чушь. Но в один неудачный и сложный для Саске день, он признался. Оно вырвалось случайно. Но никто из двоих об этом не жалеет. — Что ж, тогда у меня для тебя хорошие новости. — Голос стал более мягок, а обладатель столь потрясного баритона, встал с мата и осмотрел своего возлюбленного, а после разбросанные документы на столике. Саске все также был одет в гакуран*, что было весьма некомфортно. — С завтрашнего дня ты будешь учиться на дому. Я обо всем договорился, поэтому волноваться тебе не стоит. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты дома в безопасности. И на тебя никто не станет пялиться, кроме меня. — Эта новость слегка поразила младшего хозяина уютного дома, но противиться не стал. Да и не хотел. Чёрт! Это уже не здоровые отношения, но его ему было плевать. Ему главное, что ОН рядом, а остальное не имеет значения. Даже если бы его заперли в каком-то старом и сыром подвале, любовь и привязанность никуда бы не пропала. Может кто-то и посчитает его жертвой. Но он пошлёт их к чёрту. — Но… Итачи. А как же ты? Ты ведь часто пропадаешь на работе. — Для Саске это и вправду была проблема. Возможно, глупа и очевидна, но от одной мысли, что он проведет целый день в одиночестве, бросало в дрожь. В ответ он услышал лишь смешок, а после завороженно наблюдал, как губы расплывались в улыбке, а ладонь легла на все ещё ноющею щёку, поглаживая скулы большим пальцем. Старшему пришлось слегка пригнуться, дабы коснуться его маленького отото. — Ты так волнуешься об этом, малыш? — Вскинув бровь вверх, но не дождавшись ответа или же кивка, продолжил. — Я также беру работу на дом. Но иногда мне все-таки прийдётся выходить. Уж извини. Но я что-то придумаю. Ты веришь мне? — Получив в ответ четкое «да», тот с улыбкой отстранился, беря с деревянной поверхности резинку, дабы собрать волосы в низкий хвост. От этого невозможно было отвезти взгляд. Саске сейчас так открыто сидел и рассматривал брата, но для них это стало привычным делом. Итачи также часто мог залипать на тело или же более интимные места своего солнца. — Тогда тебе стоит пойти и переодеться. А я пока приготовлю нам чай.

***

— Скажи… Кто-то смел касаться твоей кожи? Уже больше часа парочка сидела на уютном диване напротив камина. На длинном круглом, деревянном столике стояли две опустошение кружки. Дождь все ещё шел, не прекращая, но для парней это была как приятно играющая на заднем плане мелодия. — Нет, я общаюсь лишь с Наруто и Шикамару. — После признания Итачи стал слишком опекать и контролировать Саске. По началу в его голову лезли мысли, что это дико, но они ушли также быстро и резко, как и появились. Поэтому он перестал общаться со многими своими знакомыми и близкими друзьями, которые не очень нравились нии-сану. Они все делают вместе и перебывая дома почти не отходят друг от друга. — А как же та девушка, которая лезла со своими признаниями к тебе? — Рука, что находилась на бедре Саске, сжалась. К столь резким движением младший уже давно привык. Поэтому отреагировало на это лишь тело, что слегка вздрогнуло от неожиданности. — Её вроде как перевели. Но подробности не знаю. — Какой молодец. Я польщён. — Губы коснулись других. От такого лёгкого касания тело взбудоражилось, а к лицу вновь припал жар. — Я рад, что ты не разочаровал меня за все годы проведенные вместе. — От одного только слова «рад», Саске становилось легче. Его также чёртовски возбуждала похвала брата. Пусть это и звучит чудовищно странно и извращённо. — Ты молодец, малыш. — Губы наконец-то сплелись в бешеном танце. Зубы иногда оттягивали нижнюю губу, прибавляя больше огня и страсти. Руки Итачи бродили по телу, что так скрывалась под одеждой. Столь юное и хрупкое, словно фарфоровая ваза. Меж поцелуем, старший не забывал шёпотом нахваливать Саске, от чего тот лишь поскуливал в поцелуй, наслаждаясь мгновением. Также без какого-либо стыда, младший тёрся своей эрекцией, давая понять, что нуждается в помощи. Которую ему без сомнений предоставят. Куда бы его нии-сан не пошёл, он будет идти следом. Чтобы он ему не сказал, он все исполнит без раздумий. Может, его любовь неправильна и больна, но ради жизни с ним, он готов на все! — Ты имеешь право принадлежать лишь мне. Мой отото.