Время сближает

      Юи Каму очень спокойная и довольно скрытная. Она не в коем случае не изгой, ведь вполне может поговорить с одноклассниками, если те подойдут сами. Она настолько загадочная, что мне захотелось её разгадать.       Её увлечение, это рисовать, что неплохо у неё получается. Она шьёт. Ходит в мой кружок и отлично шьёт себе вещи. В последний раз она сшила огромную толстовку бежевого цвета, которая получилась ну очень профессионально.       Иногда мы можем по-мелочи поболтать. С ней приятно общаться. Она опрятная, спокойная и в её глазах читается очень много опыта. Нам по семнадцать лет, но посмотрев в её глаза, можно смело говорить, что опыта у неё на сорок лет больше, чем у любого моего знакомого.       Она довольно мудрая и её приятно слушать. Каждое слово ложится словно бальзам на уши. Тоненький, в меру тихий голосок чарует своей тональностью и заставляет окунуться в её рассказ с головой, слушать только её.       Я влюбился в неё и принял это. Я не предпринимаю какие-либо действия, ибо она все-равно останется в том, своём мирке, не пропуская через турникеты рассуждений других людей.       Может мне просто везёт, но она разрешает провожать её до дома. Когда мы гуляем с ней в парке, пока пышные хлопья снега плавно ложатся на мерзлую землю, она забавно поправляет выбившуюся из длины волос прядку и трёт покрасневший от холода нос. Тогда я даю ей мой шарф, который мы вместе связали на кружке. Он тёплый, поэтому даже в заставляющий колеть холод, щекам тепло и уютно.       Я мечтаю просто прикоснуться к ней. Просто самому поправить выбившуюся прядку или убрать маленькую крошку от ароматной, только испеченной булочки, которые она всегда покупает после школы в ближайшей кофейне. Хочется обнять её настолько крепко и укрыть от этого порой жестокого мира, но она сама это сделала. Скрылась сквозь завесу своих мыслей и мечтаний. Укрылась глубоко в себе и даже не думает кого-либо пропускать.       Иногда, когда она зыбывает взять с собой свои тёплые руковички, она кладёт свою руку ко мне в карман, а я накрываю её своей рукой, и грею замерзшие от зимнего, холодного ветра хрупкие ладони.       Со временем, мы проводим все больше времени вместе. Она сама порой приглашает меня погулять по зимнему парку. Когда тёплый свет уличных фонарей неярко освещает покрытые снегом ветви старых деревьев. Рукавички она стала забывать все чаще и чаще, но мне это только в радость.       Хоть мы и сблизились, но она не пропускает меня к себе в мысли. Да, она делится со мной своей точкой зрения, но все также, словно соблюдая дистанцию, не даёт насытиться своими интересными и интригующими мыслями.

***

      Мы вновь гуляем по зимнему, холодном парку, такому же холодном, как её настроение сегодня. Она теряется в вещах, немного неуклюжая и, кажется, ушла в свой мирок. Я не обижаюсь, ведь ей это дозволено. Если хочет, пусть размышляет, мне хватает даже её тоненьких пальцев, которые волнительно мнут ткань кармана. Её глаза бегают по летящим с высоты красивым снежинкам, а алеющие губы немного подрагивают. — Мицуя, я должна сказать тебе кое-что очень важное, пожалуйста выслушай меня. — девушка остановилась посреди узкой дорожки и посмотрела глубоко в глаза, её фирменным, долгим взглядом. — Конечно, Юи, я всегда тебя слушаю — выдохнув тёплый пар, я устремил на неё взгляд, замечая, что-то, что она хочет сказать, очень волнует её. Это особенно заметно по её мимике. Сдвинутые к переносице брови и чуть сжатые в тонкую полоску пухлые губы. Чуть розоватые от холода щеки, кажется ещё пуще начали краснеть. Неужели она..? — Такаши, мне никогда не требовалось друзья или постоянное окружение, я привыкла быть одна. Никто, до тебя не пытался как-то поинтересоваться моими мыслями или просто провожать до дома. Хоть это и мелочи, но я стала от них зависима. Мне словно перекрывают кислород, когда я прихожу домой и ужинаю в одиночестве. Когда дома я шью, мне не хватает твоей компании. И когда я смотрю в твои глаза, я чувствую тепло глубоко в груди. Такаши, ты нравишься мне, я пойму, если ты не ответишь мне взаимностью, но я искренне надеюсь на неё. — её голова опустилась в небольшом поклоне, не давая взглянуть в полюбившиеся мне глаза. Я и подумать не мог, что так ей понравлюсь. — Каму, ты для меня словно луна, на огромном, усыпанном звездами небе. Ты выделяешься и светишь ярче других звёзд. Ты тоже мне нравишься, и я очень рад слышать, что это взаимно — я приблизился и аккуратно, совсем невесомо чмокнул в губы, потому что большее я пока что не могу себе позволить.       И именно так, наша история началась зимой, под завесой холодного зимнего снега.