Проявление моей любви к тебе.

25.08 — Впервые я заметила её, когда она поливала тюльпаны, белые и чистые, словно маленькие ангелочки на стебельках, в ту минуту она показалась мне таким же маленьким тюльпанчиком. Я была повержена её улыбкой, что была лучистым светом, окрыляющим собой весь мир. Меня сковали цепи по шее и кистям, заставляя преклониться перед ней. Я не решилась подойти. Её звали Кира. 04.09 — Оказалось, мы были одноклассниками, я ещё никогда не была столь счастлива. Но вокруг Киры всегда было полно народа, это заставляло меня расстраиваться. Ведь ни один из них не понимал, что все они не достойны её красоты и света. Кира была лишь МОЕЙ. Её свет должен был быть лишь моим. Они поплатятся за свою наглость. 17.10 — Я не могу её ОТПУСТИТЬ. Не могу, не могу, не могу! Но она продолжает отталкивать меня, почему Кира не понимает, что мы связаны?!.. Извини, но если эти уроды продолжат к ней лезть, я больше не смогу сдерживать себя. Я расчленю их жалкие тела и достану органы, повесив их на крючья, прямо перед входом в школу, чтобы все пригляделись и увидели, что же будет с теми, кто будет с Кирой. Вероника: — Чего ты добиваешься, ебанутая?! Ты и удара не сможешь сделать, хватит пороть всякую еботню мне в личку. Себя то видела?.. Прекращай, я все расскажу Кире и её подругам, посмотрим, что на этот счёт подумает твоя ненаглядная. — Не смей. —... —Блядь. —... —Я выколю глаза всей твоей семье. —... —ЭЙ. —... —Сука, только попробуй. —... —Посмотрим, буду ли я ебанутой в твоих выколенных глазах. *** *** — Она и в правду безума от Киры, тихоня с темно- каштановыми волосишками, что всегда сидит за задней партой. — Поговаривают, раньше она сидела в психушке, вот почему осталась на второй год. И нахуя её вообще перевели к нам? Эту чекнутую старуху. —Я слышала, она убила свою одноклассницу, но из-за ебанутоспобности отсрочили. — Бедная Кира, неужто эта блядь и её тоже решила свести в гроб? — Шшш! Она идёт. Бесшумно, ловя пристальные, выпученные взгляды на ту, Товна прошла за свою парту, пока вокруге, медленно, словно яд, просачивалась в жилки дребезжащая кожу тишина, что заставила даже самых громких из класса замолкнуть. Но также медленно расступалась тишина под гнетом тихих шепотков, пока наконец таки учитель не впустил в давящую комнату глоток свежего воздуха. Урок начался. 18.10 — "Я все слышала, вот суки. Тупые суки, хватит. Хватит ждать. Просто всем перережу глотки. Завтра, по одной. Выведу этих крыс ядом." Более ничего интересного в этот день не произошло, Товна вновь всю школу смотрела на Киру, не записав и слова в тетради. Обычный будний день, но со страшными мыслями о мести в голове одной девушки. Пока он не закончился жестоким избиением поджидающих подружек Киры у выхода из школы. Со всей радостью пропитывая каждый удар ногой по Товне, пока не осталось и чистого места без синяка и крови. — Ну что, выкусила, больная сука?! К Кире. — Подняв Тову за пучок спутанных волос, подружанька Киры промолвила. — Ни. Ногой. Иначе в следующий раз живой от нас ты не вернёшься домой. Хотя. Кто такую жалкую может ждать дома?.. Только самый отвратительный кусок говна, ты со мной согласна, Товна?~ — С искривленной усмешкой приблизившись к её лицу, со всеми чувствами харкнув той в лицо. С вороньим гарканьем, что становился все отдаленнее и отдаленнее, они покинули Товну. Перекатившись, Това с выдохом улеглась на спину, посиневшими от многочисленных синяков глазами смотря на чистое небо, закатившись в бурный смех. — ХАХАХАЗАХХАХ! Вот уродки! Завтра их первыми прихлопну. Как бы мне их убить? О! Снотворное, и пока они без сознания, развешаю как дряное мясцо на крюки, за руки и ноги. А как очнуться, с наслаждением прикладу за шею, оххх. Уже чувствую их мучения. Так она и продолжила обсуждать предстоящие смерти одноклассников и других людей, пока не стемнело и солнце не закатилось за здания. Пришлось идти домой, вымученно вставая и в хромую топая домой. Все равно никто не заметит. Медленно открыв и столь же тихо прикрыв дверцу, девушка пошла в свою комнату, пока пропахшая спиртным и табаком квартира, не вставая и не встречая утро, уже легла спать. А Товна целовала повешенную в рамку фотографию Киры и ложилась спать. И снились ей прекрасные окровавленные сны о сотнях смертей.