Когда умерла любовь, ты стал моим спасением...

В центре комнаты стояла певица лишь в красивом чёрном кружевном нижнем белье, выгодно оттеняющем белую кожу. Она и девушка костюмер обернулись, Тамара тут же покраснела и, отвернувшись, попыталась прикрыться шалью, но та была полупрозрачной и не спасала в данной щекотливой ситуации свою хозяйку, в то время как Дмитрий не мог сдвинуться с места, завороженно смотря на практически полностью обнаженное женское тело. Костюмер первой очнулась от ступора из-за внезапного появления мужчины, загородила собой певицу и громко заявила: — Дюжев! Немедленно покиньте гримерку! Актёр будто пришёл в себя, выходя из оцепенения, и попятился в коридор, бормоча извинения, но при этом не в силах был отвести взгляд от Гвердцители: — Извините, пожалуйста! Извините! Тамарочка, ещё раз простите! И наконец дверь захлопнулась, и Дмитрий уткнулся лбом в стену, чувствуя как в паху стало тесно, а дышать становилось всё труднее, Дюжев даже не мог вспомнить, когда он так реагировал на тело женщины, которое только лишь увидел. — Как стыдно! — даже болезненно застонала Гвердцители и села на стул, спрятав лицо всё в той же шали. — Вот как нам теперь с ним работать и общаться?! Вот же угораздило! — Тамара Михайловна, простите меня, это я виновата, дверь забыла закрыть! — девушка повинно присела перед ней на корточки. — Подай мне платье, надо одеться уже наконец, — смогла лишь вымолвить певица. После того, как костюмер помогла Гвердцители закончить с образом, девушка молча покинула гримерку, понимая, что сейчас здесь лишняя. Дима всё это время крутился недалеко от двери, и увидев, что девушка вышла оттуда, подождал 15 минут, а потом всё же решил войти. Он тихо постучался, но Тамара настолько погрузилась в свои мысли, сидя кресле, что не услышала этого. Дюжев открыл дверь и вошёл внутрь, вставая перед певицей на колени, накрывая ладонями её скрещённые на столе руки, певица вздрогнула, приходя в себя. — Тамара, простите меня, пожалуйста! Я так торопился к Вам, хотел идеей поделиться, что даже забыл постучаться, этого больше не повторится, клянусь. И даю Вам слово, о случившемся никто не узнает, — его глаза были искренними, не позволяющими усомниться в них. Но всё же Тамаре было очень неловко и стыдно, и тогда Дюжев поцеловал её кисти, забирая столь маленькие ручки со стола в свои большие ладони, согревая: — Вы такая красивая… — шепотом признался актёр, смотря на певицу с нескрываемым восхищением. — Дима… мне очень неловко… я… — певица попробовала возразить и оправдаться. Но актёр перебил её: — Ничего не говорите сейчас, только умоляю, пообещайте мне, что Вы не лишите меня чести и радости поздравить Вас с днём рождения через 4 дня… — глаза у актёра были как у Чеширского кота, такие же умоляющие. — Хорошо… только о случившемся… — она замялась. — Никто не узнает, клянусь! — сразу же угадал её мысли Дима. Раздался звонок и в коридоре послышались шаги, все спешили на сцену: — Нам пора, — заметила Тамара, осторожно поднимаясь на ноги. — Да, — поддержал её Дюжев и вдруг вспомнил, протягивая ей принесенную вещь. — Тамарочка, Ваш зонтик! — Спасибо, — напряжение по прежнему сковывало Гвердцители, а крайне пристойное декольте она старалась прикрыть руками. К сцене они подошли вместе, но даже не держась за руки, Дима ненавидел себя за этот наглый поступок, это испортило их и без того хрупкие отношения, но с другой стороны, он бы отдал всё на свете, чтобы вновь увидеть Тамару в таком виде. Это женщина будоражила его сознание и раньше, а сейчас смела остатки разума. Артистов пригласили на сцену, и дуэты стали выходить. Начало съёмок обьявил режиссёр, ведущие тут же стали «щебетать», чтобы завладеть вниманием аудитории. Раздались аплодисменты, зрители приветствовали участников: — Одиннадцать пар! — объявила Пугачева. — Герои нового фильма — одиннадцать друзей первого канала! — дополнил свою супругу юморист. — Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев! — обьявил Галкин. Дуэт поклонился, Тамара несколько смущённо смотрела в зал. Первыми на сцене остались Борис Моисеев и Елена Воробей, остальные ушли в бар, только Дмитрий Колдун и Наталья Рудова остались за кулисами ждать своего выхода, им сегодня предстояло выступать вторыми. И дуэт Гвердцители-Дюжев нервно стоял за кулисами, пока гримеры поправляли им прически и грим. Время предательски утекало как песок сквозь пальцы. Дима не сводил взгляд с партнерши, не зная, что ещё сказать или сделать, чтобы поддержать её, Тамара была очень зажата и скованна. Наконец, Галкин обьявил итоговые оценки пары Колдун-Рудова — 34 балла. Ведущий стал представлять следующих участников: — Следующий дуэт Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев отметили месяц совместного творчества в проекте две заезды следующим образом: то есть сначала они хотели отметить так! — Максим подогревал публику, снова указывая на грузинское происхождение певицы. — Первый вариант: шашлыки, ну всякие там, понимаешь ли… Ведущий посмотрел в текст, читая грузинские названия: — Чинандали рекой, витиеватые тосты, Чита-Гврито, Чито-Маргарита, ляя… Это предложил Дмитрий! — тут же уточнил Галкин. Хотя все в зале и так поняли, в чей адрес было всё сказанное, привычная манера юмориста высмеивать участников, в адрес интеллигентной Гвердцители выглядела по меньшей мере жалко, хотя сказанное и вызвало смех зрительного зала. Но ведущий решил сразу исправиться, что в общем вышло не очень то и уместно: — Но Тамара проявила изысканный вкус и предложила сходить просто в кино, видимо на фильм «Мужчины и женщины» или на «Шербургские зонтики». Потому что… ну… — юморист замялся, вглядываясь в текст, высмеивать Гвердцители было сложно, с этой парой работать в том стиле, в котором он привык, не получалось, всё сказанное больше напоминала карикатуру. — Собственно, тема то из фильма «Шербургские зонтики». Дмитрий Дюжев и Тамара Гвердцители. Под аплодисменты зрителей Максим наконец-то обьявил пару, чувствуя облегчение, шутки не возымели должного успеха ни у кого. Алла Борисовна переняла инициативу на себя, представляя следующую пару, не удержавшись от комплимента в адрес своей коллеги по цеху, но только очень тонкий слушатель замечал в голосе Примадонны нотки зависти: — Когда-то божественная Тамара Гвердцители исполняла эту песню… — ведущая даже сделала паузу, чтобы взять себя в руки и никак не выдать истинного отношения к успешной карьере и великому таланту грузинской певицы. — Под аккомпанемент самого маэстро Леграна. Дальше была лишь секундная пауза, чтобы сделать вдох, но от колкости Пугачева не удержалась: — Так что, я думаю сегодня Дмитрию Дюжеву, конечно, будет очень непросто! — она открыто намекала, что материал выбирает в дуэте только Гвердцители, и актёру приходится каждый раз подстраиваться под певицу. — Но он обязательно сдюжит, на то он и Дюжев. Несколько секунд зал молчал, а после вдруг зааплодировал, зазывая на сцену любимый дуэт. — Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев! Легендарные Шербургские зонтики! — объявила Пугачева, пробиваясь сквозь восторг зрителей. Дуэт в это время стоял за кулисами, Дима заблаговременно с нотками заботы в движениях открыл до Тамары зонтик, протягивая его певице: — Спасибо! — певица улыбнулась. Мужчина аккуратно взял её ладонь, не крепко сжимая, этот жест был больше нужен ему, чем Тамаре, хотя Дима даже не догадывался, как сердце певицы невольно замерло, пропуская удар. Раздались звуки дождя, специальная дорожка перед их выступлением и Тамара шагнула на сцену под первые ноты их композиции, медленно выходя на центр, оставляя красный зонтик на полу и выпрямляясь: — Mais je ne pourrai jamais vivre sans toi — je ne pourrai pasm ne pars pas, j'en mourrai — Je te cacherai et je te garderai — Mais mon amour, ne me quitte pas. Каждую строчку она даже не пропела, прошептала своим уникальным, многогранным голосом, Дима, стоя за кулисами, заслушался, что едва не пропустил свой выход. В этой песне для Тамары было очень много личного, когда-то любимый человек уже провожал её на гастроли, а после погиб. На последней строчке, актёр вышел на сцену, будто ища певицу, играя… хотя кого он пытался обмануть? Разве что зрителя. Ведь свою единственную любовь он уже нашёл, поэтому он и остановил свои поиски на сцене именно рядом с Тамарой. А в следующую секунду уже вступил, исполняя слова на русском языке: — Целой жизни мало, — Дима перешёл и встал по другую сторону от партнерши, как бы окружая её своим ареалом внимания. — Чтобы ждать тебя. Тамара замерла, даже не шевелясь в центре сцены, но не смотрела на партнёра, куда-то в зал, слушая французскую музыку и вспоминая, как много у неё с ней связано. А Дима меж тем окончательно убедился: эта песня его личное откровение и признание в любви одной-единственной женщине. Вот только, нужен ли он ей? — Моя жизнь пропала, если нет тебя. Продолжил Дюжев, его тембр стал тише и даже немного бархатнее, так он больше соответствовал Гвердцители, чтобы не портить и не заглушать её французскую мелодичность. Илья Резник задумчиво смотрел на пару, что-то не давало ему покоя, он чувствовал, оба исполнителя растворились в музыке настолько, что пели о чём-то своём, о личном… — Ты в краю далеком не забудь меня. И тут на русском вступила Тамара, словно отвечая на его признание: — Где бы ни был ты — Я тебя жду. — Легче ждать столетья, чем четыре дня, — актёр невесомо пальцами коснулся её ладони, но тут же убрал руку, продолжая. — Вдруг в минуту эту ты забыл меня? Актёр наклонился к партнёрше, словно адресуя этот вопрос именно ей. — Вспомню и слова что ты сказал тогда… Тамара немного повернулась к нему, поднимая левую руку, едва касаясь пальцами его груди. Дима не упустил этот момент, ведь на репетиции его не было! Невесомо он взял женскую кисть в свою, неотрывно смотря на певицу. Гвердцители допела последние слова: — Вокзал… Дюжев чуть потянул её за руку, разворачивая к себе, прижимая женское запястье к своей груди, вглядываясь в бездонные зелёные глаза Тамары. Певица подняла голову, их зрительный контакт был гораздо красноречивее любых слов. Дима расцвёл в улыбке, смотря на женщину, его душа наполнялась светом и теплом, если Гвердцители дарила ему своё внимание. Актёру было даже неважно, что настроение у песни совершенно не соответствует происходящему на сцене. Но Тамара закончила: — И пустой перрон. И снова Гвердцители вступила на французском языке: — Mon amour, J'ai tellement peur. Quand je suis seule Дима продолжил уже на русском: — Пусть бегут столетья, вспоминай меня… Артисты повернулись к залу, но продолжали держаться за руки, а её кисть Дюжев по прежнему бережно сжимал в своей ладони. Тамара с восхищением смотрела на своего партнёра, даже забывая о стеснении и о том, что всего меньше часа назад этот мужчина видел её полуобнаженной в гримерке. Её вступление на французском было настолько задушевным и искренним, что Дима забыл где находится, его лицо озаряла счастливая улыбка, сегодня его постигло абсолютное актёрское фиаско, свою роль в расставании двух любящих друг друга людей ему сыграть оказалось не под силу. Потому что не мог и не хотел расставаться с Гвердцители, он забывал обо всём на свете, стоило услышать голос этой удивительной женщины. — Буду ждать тебя, — в унисон, с надрывом пропели артисты, поворачиваясь друг к другу и всё также держась за руки. Ни для кого ни в зале, ни среди членов этот сомнений не оставалось, в дуэте есть «химия», они не пели, они… проживали всё в каждом слове и каждой ноте. Дима отпустил её кисть и Тамара повернулась к залу, допевая строчку, закрыв глаза, её грудной, чуть дрожащий голос наконец-то набирал силу: — Ждать тебя! — словно признаваясь кому-то в своих намерениях. Гвердцители обернулась к Дюжеву, заканчивать им предстоит вдвоём, расстояние между партнёрами увеличилось до нескольких шагов: — Буду ждать… Дима всё-таки протянул к ней руку, и Тамара вытянула свою, мужчина коснулся кончиков её пальцев, их руки… они были как бы отдельной, очень важной частью этого номера, пластикой они показали всё то, что спели, расставание и… разрыв: — Тебя! Последние аккорды, Дима отпустил её пальцы и не опуская рук партнеры сделали несколько шагов назад, неотрывно смотря друг на друга. Последние такты, словно окончательный приговор, но у пары было своё виденье: их история будет продолжаться! Тамара сделала один немного неуверенный шаг вперёд, а Дима несколько к ней, и поймав ее руку, потянул к себе, чуть наклоняясь и… Крепко обнял, прижимая её к себе, певица же почти невинно, по-дружески обвила его плечи, в то время как мощные ладони Дюжева заключили Гвердцители словно в кокон: — Я люблю Вас, Тамара! — прошептал актёр. И сразу же убедился, она услышала его, мужчина почувствовал как по женской коже помчались мурашки. Ощущая это, одна его ладонь почти незаметно опустилась пониже ей на талию, а другой Дима лишь крепче прижал Тамару за лопатки к себе. Певица замерла, не веря до конца в происходящее, она так ждала этого признания, а потому крепче обняла Дюжева… Это не укрылось от Димы, он почувствовал как её рука прижимала его к себе! Их объятия длились гораздо дольше, чем того допускали нормы приличия. Однако зритель встретил это громогласными аплодисментами. Несколько секунд и наконец, Тамара вспомнила, где они находятся: — Дима… мы на сцене… Актер нехотя пришёл в себя, возвращаясь к реальности, отпустил певицу и наклонился, поднимая зонтик. Гвердцители сразу же взяла его под локоть, и они вместе оказались под зонтиком. Тамара на мгновение усмехнулась, посмотрев за кулисы, где их гримеры и Алсу с нотками шока смотрели на них, Тамара заметила в глазах певицы зависть, но не стала предавать ей значения. Это шоу уже обретало в себе дух соперничества. И если судить по реакции участников и зрителей, Гвердцители и Дюжеву сегодня удалось всех удивить. Тамара посмотрела в зал и поклонилась, стараясь не поднимать глаза на партнёра, что улыбался, не сводя с неё взгляд. Алла, уже заподозрившая в дуэте личностную симпатию, вышла к ним, подходя очень близко, стараясь быть вежливой и приветливой: — К тому, что скандирует зал, ни убавить, ни прибавить. Дима закрыл зонтик, ни на шаг не отступая от Тамары, расстояние между ними было не больше «одного локтя». Пугачева видела, с последнего совместного выступления в дуэте явно изменились взаимоотношения в лучшую сторону. — Но я должна сказать, что удивительно, — Алла посмотрела на артистов, подбирая слова. — У Вас так получается, что Тамара как будто бы всю жизнь играла в театре! Гвердцители засмеялась, хотя хорошо видела во взгляде Пугачевой лукавство, ведущая смотрела на певицу, стараясь едва ли не заглянуть ей в душу, но лицо Тамары не выражало тех эмоций, которые хотела увидеть Алла, поэтому Примадонна повернулась к залу: — А Дмитрий как будто бы всю жизнь пел! Я думаю, что это потрясающий номер! Стоя спиной к дуэту она не заметила приветственного жеста Гвердцители в сторону своего партнёра. Но Дюжев испытывал небольшую вину, его настолько поглотила всеобъемлющая любовь к своей партнёрше, что он полностью провалил свою роль, их выступление по сути держалось только на Тамаре. Он же весь номер улыбался как Чеширский кот, ловя взглядом и млея от каждого движения Гвердцители: — Я Вам честно скажу, мы можем лучше, — постарался оправдать Дима своё полнейшее актёрское фиаско. А Тамара, догадываясь о причине его состояния, только искренне улыбалась, хотя её щеки и покраснели, но это можно было обьяснить эмоциями после номера, а не взаимной влюбленностью партнёров. Хотя Оскар Кучера уже вовсю наблюдавший за участниками из бара, немного ошеломлённо смотрел то на монитор, то на вернувшуюся Алсу, словно спрашивая её: «ты тоже это видишь?» — Которую неделю идёт конкурс и мы всё равно продолжаем волноваться, — и тут Дима решил не скрываться и не оправдываться, с вызовом смотря на Пугачеву, мужчина признался. — Но мы пели чувством! Лицо Тамары выразило искреннее удивление: «неужели он в этом готов признаться всем?», но тут же взяла себя в руки и успокоилась, когда заметила, что Алла Борисовна пытается переварить эту информацию и даже не знает, что ответить. Сдержать смех у Гвердцители не получилось, сейчас Дима вёл себя как рыцарь, чтобы все подозрения не сваливались только на Тамару. Пугачева пришла в себя: — Я запомню этот номер навсегда… И тут Дюжев, взяв ладонь партнерши в свою, долго поцеловал, становясь рядышком с ней. Гвердцители буквально сияла на сцене, счастливо улыбаясь, не скрывая песни своего собственного сердца. Алла почувствовала, что между двумя исполнителями пробежала не просто искра, там уже бушует настоящее пламя, и решила добавить немного дёгтя: — Но чтобы Вас совсем не забыть, подари мне, Дима, этот зонтик на память! Тамара тут же отошла чуть-чуть назад, хотя стало немного обидно за такое поведение Пугачевой. Этот зонтик был их первой совместной покупкой, в выборе которой они оба принимали участие. Но Дима лишь встал на одно колено и протянул его Примадонне, за счёт своих длинных ног ему не пришлось подходить ближе к ведущей. Тамара чуть отступила назад, буквально на крошечный шажочек: — Спасибо! — Алла посмотрела на Гвердцители, но та лишь рассмеялась. Дима поцеловал руку Пугачевой, и прежде, чем ведущая успела огласить их имена, Дюжев уже вернулся к Тамаре, в один шаг преодолевая разделявшее их расстояние, беря партнершу за руку. — Дмитрий Дюжев и Тамара Гвердцители! — объявила Алла. Наблюдая как пара скрывается в тени, актёр громко поблагодарил зрителей, не отпуская кисть певицы: — Спасибо! Тамара сделала небольшой реверанс и под финальные прощальные аккорды оркестра пара скрылась в кулисах. И сразу же направились в бар, там их уже встречал Галкин, немного ошалевший от увиденного на сцене: — Прошу Вас… — он так внимательно рассматривал декольте Гвердцители, что едва не сел мимо. — Ааа! Я чуть не навернулся! Несколько оправдывающе произнёс Максим, Дима подставил руку, чтобы юморист не упал, однако почувствовал уже знакомый прилив ревности, ведь актёр прекрасно видел на кого смотрит Галкин. Сегодня он специально сел ближе к ведущему, чтобы тот не прикасался лишний раз к Тамаре. Максим старался не смотреть на Гвердцители, но всё равно начал в своей фирменной манере, игнорируя Дюжева: — Судя по песне я должен начать эту беседу так… — На французском, — сразу же уловила ход его мыслей певица. В то время как Дима уже пронзил Галкина ревностным взглядом, но тому похоже было всё не по чем: — Да! Tamara, c'était magnifique! — Merci, Makcim! — Тамара смутилась, а её партнёр тут же перевёл взгляд на певицу. — Beaucoup chansson! Je suis chanteur! — Merci, — певица не воспринимала эти комплименты всерьёз, они ее скорее веселили. Галкин, радуясь, что полностью завладел вниманием Гвердцители и не удержался, чтобы не подколоть Дюжева: — Мы тебе не мешаем? Ниче! Сиди! — и сразу же перевёл взгляд на Тамару, поворачиваясь к ней. Но Дима с подобным раскладом не был согласен, не для того он в перерывах на съёмках учил базовые французские реплики, а потому решил немного отбрить ведущего: — Bien! Bien! Tre bien! — и тут же повернулся к Тамаре. Женщина удивилась и даже встрепенулась, оборачиваясь к Диме, понимая, что фразы на французском языке он выучил специально ради неё! Но ведущий будто сегодня истосковался по женскому вниманию, вновь постарался перетянуть Гвердцители себе: — С'était magnifique! Paris vous êtes en bas! Paris vous êtes en bas! — Максим уже не знал, что ещё добавить. Но и у Тамары происходящее уже вызывало только улыбку, эта клоунада ей быстро надоела, выручил дуэт в этой ситуации Юрий Гальцев, который крикнул со своего места фразу на французском, что очень не понравилось Максиму: — Что ты говоришь, Юра? — ведущий встал к нему с микрофон. В то время как Тамара откинулась назад, смеясь, её в этом порыве поддержал и Дмитрий, радуясь, что ведущий отвлёкся. Но Галкин тут же исковеркал сказанное: — Con de la passé comment len tre… сижу плюю на абажур! Произнесённое вызвало бурный смех бара и зрителей. — Дмитрий, Вы то что-то можете? — спросил ведущий, собираясь подколоть и его. — Сomment ça va? — с серьёзным видом спросил актёр, буквально взглядом показывая Галкину, что пора остановиться. Тамара обернулась к нему, вытирая непрошеные слёзы от смеха. — «Сomment ça va», сказал Дмитрий, — повторил Максим. И тут на помощь партнёру пришла Гвердцители: — Ce bien. Шутить над французским произношением Тамары Галкин не мог, проигрывал по всем пунктам, а потому решил спихнуть всё на жюри: — Это значит, в переводе на русский, Владимир Леонардович, поставьте им что-нибудь! Члены жюри теперь взяли последнее слово за собой: — Я скажу честно, мне понравилось сегодня выступление меньше, чем в прошлых передачах. Дело в том, что будь то «Арго», будь то дуэт из Юноны… Камеру перевели на исполнителей, Тамара, склонив голову на бок, с серьезным видом слушала комментарий Матецкого, а Дмитрий смотрел на певицу, любая ошибка и любое замечание, сказанное сейчас относилось именно к нему, он свою роль в их номере исполнить не смог, поддался эмоциям. А Матецкий в это время продолжал: — Это звучало почему-то более вот… проникновенно и убедительно. Но всё равно 10 баллов, я считаю дуэт великолепный! Галкин ожидал оценку гораздо ниже, начало речи Владимира ну никак не сулило десятку, ведущий перевёл взгляд на исполнителей и увидел. Как Дима взял ладонь певицы, что покоилась на её ножках в свою: — Спасибо! — Спасибо! — вторила ему певица, смущённо опуская голову. Зрителем встретили оценку аплодисментами. — Гарик Мартиросян! — обьявил Максим. Но неожиданно со своим словом влезла Алла Борисовна: — Гарик обещал, между прочим, быть более суровым! — её интонация не предвещала ничего хорошего. Для любого артиста слово Пугачевой было законом, но Мартиросян был в первую очередь мужчиной армянином, и он хорошо увидел то, что многие ещё не осознали: в дуэте Гвердцители/Дюжев завязалась тончайшая любовная нить, которую нельзя было очернять никакими закулисными интригами. Поэтому он геройски принял на себя вызов противостоять самой Примадонне: — Я буду очень суровым, но дело в том, что я как человек, который знает французский лучше… Тамара в это время в баре сжалась, немного опустив голову, расклад на шоу уже был ясен, и его похоже собирались соблюдать любой ценой. Ей вдруг стало так обидно, что невозможно было передать словами. Дима рядом сидел тоже как на иголках, положив ладони на свои колени. Желая поддержать Гвердцители, он немного придвинул свою ногу к ней, едва соприкасаясь с её. — Чем русский, кстати, Максим! — одним своим тоном член жюри поставил юмориста на место. — Ой, серьезно? — встрепенулась Тамара, надеясь услышать что-то стоящее, я не позорящее её любимый язык. — Что-нибудь, Гарик, пожалуйста, — глядя на стол попросил Максим. И тут всему залу пришлось немного потерять дар речи, Мартиросян заговорил на чистом французском, введя в ступор всех. А Галкина загрызала досада: — Это он сейчас выучил, — но на его слова никто не обратил внимания. Тамара с Димой только усмехнулись, видя попытки юмориста подколоть Мартиросяна: — Гарик, а ты сам понял, что сказал? Комик решил поддержать эту игру, понимая, что ему ещё предстоит выйти из неё победителем: — Не совсем, Максим, как всегда я не очень понимаю то, что я говорю. Ведущий возликовал, Дима опустил голову стараясь сдержать уже больше истерический смех, от этой дребедени, в то время как Тамара с немым укором смотрела на Галкина: — В переводе с французского Гарик сказал, что он пьян, потому что отмечал день рождения друга, — Максим понимал и видел, его супруга не жалует Гвердцители, ему ничего не оставалось, кроме как в своей манере над этим дуэтом подшучивать. — Совершенно верно, — согласился Мартиросян. И тут Пугачева решила идти в атаку, она уже поняла, играть по её указке Гарик не станет, поэтому Алла Борисовна постаралась снова на него воздействовать, уже открыто спрашивая оценку, не забыв в конце поблагодарить его, как бы решая всё за члена жюри и лишая Мартиросяна выбора. Зал зааплодировал, но Гарик оставался серьезным, в речи Примадонны был акцент, единственная здесь певица с идеальным французским — Гвердцители. Он нашёлся что ей ответить, припоминая фрукты со съёмок второго выпуска шоу, как бы тонко намекая, что давить на него не нужно. Тамара расхохоталась, видя отчаяние Пугачевой, почему вдруг Примадонна стала к ней так предвзята, грузинская певица не понимала. Дима же сидел серьезней каменного изваяния. — По сути, я понял о чём пелось вначале песни на французском языке, я согласен в чём-то с Владимиром. Действительно… — он замялся, подбирая слова. — Видимо этот дуэт является таким… самым лиричным нашим дуэтом на этом проекте, видимо это их фишка, говоря молодежным языком. Гарик повернулся к Матецкому, ища у того поддержку: — Вот петь такие медленные, лиричные… любовные в чём-то композиции… НО, не могу и в другом не согласиться с Владимиром, сделано это было бесподобно! Дюжев зажмурился, весь подтекст он понял, Гарик прочёл его поведение и его самого как открытую книгу — 10 баллов! Ура! Мартиросян ликовал, он отстоял и себя и этот дуэт перед лицом Пугачевой, да за такое хотелось стоя выпить! — Спасибо! — воскликнул Дима, беря руку Тамары в свою. — Ну не могу быть суровым, когда этот дуэт поёт! Не могу, Алла Борисовна! — поставил заключительную точку член жюри. — Спасибо, Гарик! — с искренней благодарностью произнесла певица, понимая, ЧТО он только что для них сделал. Пугачева похлопала Мартиросяну, скорее признавая его смелость противостоять ей. — Пожалуйста, слово Барбаре Брюльска, — продолжил Максим. — Я буду очень строгая! Я даю десять! — без лишних слов, но с неким благоговением в голосе произнесла польская актриса, смотря на Гвердцители. — Спасибо, Барабара, — первым отреагировал Галкин. — Спасибо, — следом поблагодарили и Дима с Тамарой. — И наконец, Илья Резник! — обьявил Максим, уже порядком подуставший от этой крайне сложной и говоря честно, провальной беседы с дуэтом Гвердцители/Дюжев. — Tamara ma chérie de mon cœur de la casion de Notre Dame fait! — Merci beaucoup… — улыбалась певица, слыша обращение «моя дорогая». — Вы смотрите! — прервал их ведущий. — Не все французы после двенадцатого года уехали! — Здесь потомки, да? — поддела Гвердцители Максима, указывая на его никудышное знание французского языка. Но ничего не могло испортить восторг Ильи Резника: — Конечно, для полноты картины и Дима тоже должен был петь по французски был бы замечательный дуэт… Дюжев опустил голову, чувствуя этот небольшой укол в свой адрес, до Гвердцители он конечно не дотягивал. Но поэт продолжил: — Была бы замечательная Елисейская картинка, ну конечно, десять, — закончил Илья Резник, посмотрев на Пугачеву. В его взгляде было лишь немое подтверждение и без того очевидного факта: «не всё тебе, Алла, под силу подмять!». Это понимали и члены жюри, поэтому аплодисменты зрителей поддержали и Барбара с Гариком. — Спасибо! Итак, дуэт Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев — 40 баллов! — обьявил Галкин. Пара ушла за кулисы, и вдруг синхронно выдохнули: — Неужели закончилось? — со смехом спросила Тамара. — Кажется, нас отмучали! — подтвердил Дима, целуя её кисть. И дуэт уже подошёл к привычному месту с темно-красным занавесом, где у них в прошлый раз брали интервью. Уже подходя, Дима положил Тамаре ладонь на спину, чем вызвал непонятный трепет в женщине, она немного побледнела, смущаясь. — Мотор! Начинаем! Гвердцители рефлекторно обняла себя руками, то ли от холода, то ли от смущения, то ли от воспоминаний, что сегодня она предстала перед Димой практически полностью обнаженной. Поэтому певица смотрела куда угодно, только не на рядом стоящего партнёра. — Я понимаю, что эта музыка звучит на французском потрясающе… Ощутив её скованность, Дима нехотя убрал руку. Тамара продолжила: — Но я думаю, что на русском тоже очень хорошо, потому что подчеркивается вот эта атмосфера. Здесь должна быть вот та французская легкость и та русская задушевность, которая необходима, чтобы состоялся наш дуэт! Дима с благовонием посмотрел на партнершу, внимая ей словно ребёнок. — Я думаю, что это, как говорится… опять эксперимент удался. — Тамара повернулась к актёру. Видя, что его взгляд скользит по её лицу, шее и задерживается на родинке на груди… Но Дима опомнился, вспоминая, что ему тоже нужно что-то сказать. — У меня было ощущение, что мы всё-таки играем спектакль, была драматургия, этот поиск и слияние двух людей, двух судеб, которые разными языками сливаются в одно произведение, — он даже со свойственным ему актерством, показал сказанное руками. А Тамара старалась на искать в его словах подтекст, который был виден и совершенно точно адресовался именно ей. — Стоп! Спасибо! — остановил их оператор. — Поздравляю Вас, Вы сегодня конечно зажгли! — Спасибо! — в унисон ответил дуэт. Они ушли в бар смотреть выступления других участников, тихонько обсуждая происходящее на сцене между собой. Последними выступала Распутина и Малахов, получив свои 40 баллов, все пары вышли на сцену. Их баллы объявили после Колдуна и Рудовой, эту нелегкую для Аллы задачу взял на себя Максим: — Тамара Гвердцители и Дмитрий Дюжев — 40 баллов! Оценку ведущий произнёс грудным голосом, пытаясь изобразить баритон, но вышло плохо. И наконец, съёмку обьявили законченной, уставшие участники стали расходится по гримеркам, Дюжев дождался свою партнершу и когда она вышла, деликатно предложил: — Тамарочка, может поужинаем? — Дима… я очень устала, — честно призналась певица, слегка потупив взгляд. — Тогда позвольте отвезти Вас домой, или Вы на машине? — актёр старался всё же попытать удачу. — С водителем, — подтвердила Гвердцители. — Тогда позвольте проводить Вас хотя до автомобиля? — не отступал Дима. — Буду рада! — улыбнулась певица и взяла его под локоть. Они быстро покинули Останкино и Дюжев галантно открыл для певицы дверь машины, попрощавшись, он лишь проводил взглядом чёрную иномарку, скрывающуюся в ночной Москве.