Когда умерла любовь, ты стал моим спасением...

А Дюжев своими длинными пальцами имел крайне заманчивую возможность прикасаться к её блузке, скрывающей от него фигуру, силуэт которой ему уже довелось увидеть в гримерке. Желание пылало в мужчине, и Дима осторожно задал вопрос: — Я могу Вам позвонить не только по вопросам репетиций выступлений для шоу? — он говорил тихо, боясь нарушить блаженную романтическую обстановку. Тамара удивленно подняла голову на мужчину: — Конечно… — а увидев в его глазах знакомый огонёк, невольно покраснела, чуть опуская глаза. Дима наклонился к её лицу и осторожно приблизился к пухлым розовым губам, боясь спугнуть певицу. Но Тамара сама подалась чуть вперёд и поцеловала своего партнёра, закрывая глаза, по прежнему удерживая одну его руку на своей талии, а второй ласково коснулась мужской щеки. Актёр тут же ответил на поцелуй, тем более Гвердцители раскрыла губы и его язык смог проникнуть ей в рот, переплетаясь с её в причудливом танце страсти. Дима немного крепче обхватил талию певицы, а другой ладонью скользнул в копну её темных волос, пропуская шелковистые локоны сквозь пальцы. Воздух заканчивался, но отстраняться друг от друга пара не торопилась, пульс участился, а сердца сокращались в сумасшедшем ритме джаза. Дима переместил ладонь на шею певицы и немного придвинул к себе, углубляя и без того страстный поцелуй. Тамара подалась ему навстречу, насколько позволяло её положение, немного впиваясь в мужскую щеку пальцами. Ногти перед предстоящими гастролями певица привела в порядок, а точнее убрала их длину, она — пианистка, а на концертах ей предстояло аккомпанировать себе самой и для удобства она всегда избавлялась от длинных ногтей. Тамара понимала, что этот вечер должен закончиться чем-то большим, чем просто поцелуй. Про себя она даже успела подумать, что Мама предупреждала её об этом. Их зарождающиеся чувства всё больше и больше пробуждались в паре, снося своей разрушительной волной страсти все границы и внутренние противоречия. Именно эта скорость и немного пугала Тамару, она очень боялась снова обжечься, учитывая что с Сергеем Амбатьело у неё был крайне стремительный брак. Воспоминания о бывшем супруге охладили Гвердцители, она распахнула глаза, замирая и натягиваясь словно тетива лука. Перемены в ней мгновенно ощутил и Дима, немного отстраняясь от певицы и разрывая поцелуй, но не убирая рук с её шеи и талии. Его взгляд был внимательным, он старался понять, что сделал не так, ведь всё было хорошо. Тамара поняла, что всё испортила и постаралась исправить: — Простите… я… — но как объясниться, она не знала. Не желая ставить возлюбленную в столь униженное положение, Дима постарался перевести разговор: — Я должен Вам букет из этих роз! — и коротко поцеловав певицу, поднялся на ноги, уходя к цветам. Тамара посмотрела ему вслед и благодарно улыбнулась за этот рыцарский поступок: ей не пришлось оправдываться и объясняться. Дюжев срезал двадцать пять роз, выбирая уже распустившиеся цветки, этот сорт был без шипов, эту особенность в нём вывели специально. Актёр обернулся к певице и улыбнулся, направляясь к ней с этим букетом, опускаясь рядом с Тамарой на колени: — Это Вам! — Спасибо! — Гвердцители вдохнула цветочный аромат и отложила чуть в сторону. Она только догадывалась, сколько Дмитрию пришлось заплатить, чтобы позволили здесь срезать розы. Пауза затягивалась, женщина видела и чувствовала: Дюжеву нужно большее, но вот была ли она к этому готова, певица не знала. Актёр аккуратно взял похолодевшую ладонь певицы в свою: — Вы замёрзли? — обеспокоено спросил он. — Нет, всё хорошо! — сразу же постаралась заверить его певица. И понимая, что мужчина и так уже столько сделал для неё, что очередное отталкивание может разрушить их хрупкие зарождающиеся отношения, поэтому подалась навстречу и сама поцеловала его, очень трепетно, почти невесомо. Ладонь Дюжева обняла Тамару за талию, притягивая к себе, и мужчина страстно, но не грубо, ответил на поцелуй. Певица постаралась расслабиться, и это ей даже удалось, но Дмитрий похоже улавливал в ней малейшие изменения настроения. И неожиданно понял причину её внезапного поцелуя: она испугалась оттолкнуть его! Но вопреки опасениям Гвердцители, Дюжев сделал совершенно другой вывод: если она боится отвергнуть его, значит любит, в развеять её внутренние страхи уже должен он сам! С огромным усилием отстранившись от столь желанных губ Тамары, Дима успокаивающе погладил певицу по плечам: — Я поторопился, да? — тихо спросил он, актёр чуть отстранившись. — Простите меня, Тамара. — Я… я забылась… и… извините… — певица покраснела, чувствуя, что испортила прекрасный вечер. Он до сих пор не мог простить себе съёмки второго выпуска шоу «Две звезды», его неуместное внимание к Пугачевой в присутствии Гвердцители очень обидело тогда Тамару, и Дима знал об этом. — Тамарочка, я очень боюсь Вас потерять, поэтому, наверное, так и тороплю события… — Дима постарался объясниться. — Ревную, хотя не имею на это никаких прав… вёл себя как полнейший идиот… Но Гвердцители не могла слушать извинения, ведь и она сама виновата перед ним не меньше! Именно ей груз прошлых отношений не позволял полностью и окончательно себя отпустить, чтобы раствориться в чувствах к Дюжеву, но и грузинское воспитание здесь не помогало, а наоборот, мешало Тамаре, ведь воспитанная в правилах и целомудрии кавказской женщины, она не могла позволить себе выказывать чувства. Однако противостоять им было выше её сил, тем более галантность и манеры Дмитрия очень подкупали певицу, в нём была непреодолимая мужская сила, рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Тамара накрыла его губы своей ладонью, вынуждая замолчать: — Не надо… ничего… не говорите сейчас… — певица посмотрела на его уста и чуть приблизилась к партнёру, едва шевеля губами, произнесла. — Всё будет… но не… не сегодня… я не могу… правда… Дима взял обе её кисти, нежно целуя тонкие пальчики, Тамара коротко вдохнула, грудь взмылась вверх, она чуть подвинулась к актёру и неожиданно ей на плечо прыгнула белочка-воришка, так и не нашедшая на подносе больше орешков. Певица забрала свои руки из ладоней Дюжева и постаралась убрать пушистого зверька, но тот от внезапных телодвижений певицы спрыгнул и убежал в кусты роз. А Тамара потеряла равновесие, соскальзывая с подушки, на которой сидела. Чтобы она не упала, актёр обхватил её талию и притянул к себе, опираясь другой вытянутой рукой на плед, певица обняла его за плечи и трепетно поцеловала, словно благодаря. Актёр потерял голову и медленно опустил её на плед, наклоняясь к шее и едва касаясь нежной кожи губами, всё-таки позволяя себе немного большее и тут же отстраняясь и смотря в глаза певицы. — Я не смог удержаться… Вы — мой яд и мое исцеление… я потерял рассудок, а сердце в ваших руках… — Дима, я понимаю… что это звучит эгоистично с моей стороны… — Тамара с огромным трудом старалась привести дыхание в норму, наблюдая за крепким рельефным телом молодого актёра, проступающим сквозь рубашку и нависающим сейчас над ней. — Но я не могу так быстро… моя семейная жизнь… разрушилась чуть больше месяца назад… мой бывший супруг… Гвердцители понимала, что сейчас не время и не место, тем более с Димой, говорить о Сергее Амбатьело, но скрывать от него что-то, означало обидеть своим недоверием и недосказанностью. — Тамарочка, не нужно оправдываться, Вам не за что передо мной извиняться! — заверил её актёр, немного приподнимаясь на вытянутых руках. — Я помню о своём обещании, данном Вам вчера… и я буду ему следовать, но… но сейчас… Вы настолько очаровательны, трепетны, красивы… что окончательно свели меня с ума… Тамара покраснела, смущённо скрестив кисти на груди, прикрывая свой бюст, вздымающийся в глубоком дыхании. Актер бережно обнял за талию и поднял певицу в сидячее положение, и тут они увидели их воришку, который поглядывал на них, с края пледа: — Похоже для гостя закончились орешки! — заметила Тамара и рассмеялась. Дима поддержал её смех и обнял за плечи: — Или этот рыжий хвостик хочет обратно на лиственницу, к себе домой? — с интересом посмотрел на певицу мужчина, будто они родители и обсуждают проказы ребёнка. — Похоже уже действительно поздно… — осторожно произнесла певица. — Вы правы, тем более у Вас самолёт завтра на гастроли. Во сколько рейс? — ему непреодолимо пришлось возвращаться в реальность. — В 10 утра… — расстроенно ответила Гвердцители, которой так не хотелось заканчивать этот вечер. — Тогда я просто обязан отвести Вас скорее домой, отдыхать! — решил мужчина, поднимаясь на ноги. И дотянувшись до сапожек певицы, снова присел рядом: — Разрешите Вам помочь? — осторожно произнёс он, накрывая её ладонь своей. Певица покраснела и улыбнулась, едва заметно кивая. Дима бережно надел на неё сапожки и очень медленно застегнул молнию. После чего помог Тамаре встать и надеть шубу, пока певица поправляла тёплый платок на шее, чтобы не замерзнуть и не простыть. Дюжев уже надел пальто и ботинки, ожидая, когда Гвердцители закончит свои приготовления, хотя и радовался моменту и возможности понаблюдать за ней хотя бы лишнюю секунду. Забрав с пледа букет, актёр протянул розы певице, которая смутившись взяла их, улыбнувшись Дмитрию. Они покинули оранжерею, следом за ними на лиственницу взобралась и белочка, прячась в своём дупле. На улице уже было темно, и чтобы певица ни обо что не споткнулась, актёр подставил для неё свой локоть, за который Тамара с благодарностью взялась. Пара добралась до машины и Дюжев открыл для певицы дверь и помог ей сесть внутрь, через пару минут оказываясь на водительском сидении. Завёл автомобиль, включая обогреватель и направляя его в сторону Тамары, чтобы она не замёрзла: — Спасибо за этот вечер! — певица повернулась к Дмитрию и призналась. — Он был восхитительным… Вы… сегодня Вы стали для меня волшебником! — Тамарочка, для Вас я буду кем угодно! — актёр поцеловал её кисть и медленно вырулил с парковки. По пустой Москве они за час добрались до дома Гвердцители, на прощание актёр вновь поцеловал её руку: — Я могу Вам позвонить? — всё же решил снова уточнить Дмитрий, опасаясь, что после его действий Тамара передумает. — … Да… — ответила певица, не меняя своего решения и приподнявшись на носочки, поцеловала партнёра в щеку. — Спокойной ночи… Дима… После чего открыла дверь и переступила порог, обернувшись к Дюжеву и улыбнувшись, отправила ему воздушный поцелуй.