Когда умерла любовь, ты стал моим спасением...

Дима выбежал следом и в несколько шагов настиг Тамару, обхватывая её за талию и прижимая к себе. Певица развернулась и уперлась ладонями у его плечи: — Отпусти! — яростно возмутилась женщина. — Скажи мне прямо… чего ты хочешь? Я никогда не угадываю с твоим настроением и расположением духа, я тороплю события, признаю! Но я собственник, безумно в тебя влюблённый и не желаю тебя ни с кем делить, хочу быть вместе с тобой каждую минуту, но своим напором я похоже всё время тебя отталкиваю и пугаю… — актёр говорил искренне, удерживая женщину в своих крепких объятиях. — Поэтому прямо сейчас скажи сама, чего ты хочешь, я так и поступлю. — Чтобы ты остался… — едва шевеля губами призналась певица, не смотря актёру в глаза, и тут же сдавленно охнула, когда Дмитрий ещё крепче сжал её в объятиях. — Наконец-то! — воскликнул Дюжев и прильнул к губам Тамары страстным поцелуем, сразу проникая языком в её рот. — Ммм!.. — попыталась возмутиться грузинка столь наглому поведению актёра к тому же ещё и на улице, но всего через пару секунд стала сама отвечать, обнимая мужчину за шею. Только когда воздух стал заканчиваться, Дима перестал терзать губы Тамары и нехотя отстранился, смотря на неё искрящимися счастьем карими глазами. — Заходи в подъезд скорее, замёрзнешь, — неожиданно вспомнил Дюжев, отпуская певицу из кокона своих рук. Гвердцители наконец-то смогла полноценно вдохнуть после крепких мужских объятий. А актёр уже отошёл от Тамары обратно к машине, певица внимательно наблюдала за партнёром, но он достал из салона оба букета, папку со сценарием и подошёл к замершей женщине. С улыбкой положив бархатную коробочку на красные розы, Дима спросил, опускаясь на одно колено: — Королева моя, Вы ещё можете передумать относительно участи скромного подарка? Тамара изобразила задумчивость, но руки уже забирали обратно цветы и браслет, который ей безусловно очень понравился. Дюжев поднялся с колен и поцеловал Гвердцители руку. Они зашли в дом и вскоре оказались в квартире Тамары. Дмитрий почему-то чувствовал себя здесь неловко, особенно в присутствии Инны Владимировны, ему казалось неправильным жить вместе с певицей в одной квартире и не быть при этом женатыми. Хотя раньше подобные мысли даже не возникали с его голове. Высокий, статный, импозантный молодой Дюжев всегда был окружён представительницами слабого пола. Но ни один из его романов или интрижек не длился больше нескольких месяцев. Их встретила в коридоре Инна Владимировна, которой Дмитрий сразу же протянул букет, целуя руку: — Спасибо, как хорошо, что Вы уже вернулись, — заметила Кофман, с нетерпением ожидавшая возвращения дочери и её партнёра по шоу «Две звезды». — Мойте руки и будем ужинать. Дюжев даже немного растерялся от столь быстрого принятия «в семью», но Тамара, как только Мама покинула коридор, приподнялась на носочки и прильнула к губам актёра, перетягивая всё его внимание только на себя. Дима тут же обвил её талию руками, отвечая на поцелуй и прижимая женщину к стене. Но забыться они не могли, всё-таки были не одни. Ужин проходил в молчании, Тамара постоянно смотрела на свой репертуар, подготовленный для концерта и что-то в нём ей неумолимо хотелось изменить, она чувствовала себя не в том эмоциональном состоянии для исполнения некоторых песен… Мысли Дюжева занимали завтрашние съёмки и вечерний спектакль. Инна Владимировна видела, что участники дуэта думают каждый о своём, поэтому не стала их отвлекать расспросами. Её этот день порядком утомил, поэтому закончив с трапезой, она покинула кухню, уходя к себе. Дмитрий первым встал помыть посуду, и этим вновь удивил Гвердцители, которая подошла к нему и обняла мужчину, утыкаясь в его спину лбом: — Ты меня каждый раз поражаешь… — прошептала певица, поглаживая пальчиками его грудь сквозь толстовку. — О чём ты думала весь ужин? — осторожно, боясь залезть не в своё дело, спросил Дюжев. — Надо переделать репертуар на завтрашний концерт… некоторые песни… они не подходят… — а шепотом призналась, краснея. — Я сейчас не смогу убедительно спеть про несчастную любовь… Актёр почувствовал как сердце казалось бы стало сокращаться вдвое быстрее, выключив воду и развернувшись к Тамаре, лукаво и с обожанием в голосе уточнил: — А про что сейчас ты можешь петь убедительно? Гвердцители залилась румянцем и опустила глаза вниз. Дима поднял согнутым указательным пальцем её подбородок и посмотрел в зелёные сияющие счастьем омуты. Но вместо ответа Тамара приподнялась на носочки и поцеловала актёра, но тут же отстранилась, широко улыбаясь, обняла мужчину за пояс и прижалась к нему. — Будешь переделывать репертуар на завтра? — уточнил Дмитрий, почти невесомо поглаживая её тёмные локоны. — Да… буду сейчас искать что-то подходящее… — певице больше всего на свете хотелось в этот момент полностью забыться и раствориться в крепких и надёжных руках Дюжева, как ни странно, но музыка, которой она всегда горела и пылала, отошла сейчас почему-то на второй план. — Я не буду тебе мешать учить роль, если стану музицировать? Ей так хотелось, чтобы Дмитрий отказал, и она могла бы вытеснить собой все его планы на этот вечер. — Я буду счастлив слышать твой голос… — прошептал актёр, целуя певицу в висок. Что ж, комплимент слышать Тамаре было приятно, но вот провести с мужчиной время хотелось гораздо больше. Но становится безумно навязчивой ей казалось неправильным, всё-таки она грузинская женщина, хотя певица уже и сама понимала, что влюбилась в Диму без памяти. Отпустив Тамару в гостиную к инструменту, Дюжев ушёл в коридор за папкой со сценарием и вернувшись, устроился на диване, внимательно вчитываясь в роль, используя свои актерские хитрости для быстрого запоминания текста. Гвердцители совершенно не могла сконцентрироваться на музыке, поэтому закрыв крышку рояля, подошла к Дмитрию и встав у него за спиной, ласково коснулась его плеч своими ладонями, слегка массируя: — Ты всегда так напряжен, когда работаешь? — осторожно и тихо, стараясь не отвлекать, спросила Тамара. Вместо ответа Дюжев запрокинул голову, в удовольствии закрыв глаза. Певица расплылась в улыбке и наклонилась к его лицу, опаляя горячим дыханием губы актёра, а после нежно и почти невесомо поцеловала. Дмитрий откинул в сторону сценарий и зарылся ладонями в волосы женщины, отвечая и углубляя поцелуй. Оторвавшись от её губ, актёр с нескрываемым вожделением посмотрел на возлюбленную: — Иди ко мне… — мужчина поймал руку Тамары, притягивая к себе. Гвердцители закусила губу и сделала несколько шагов к краю дивана, но Дмитрий потянулся и одним движением, обхватив певицу за талию, повалил её к себе на колени, обхватывая за бёдра и плечи. Женщина рассмеялась и пронзительно посмотрела в глаза мужчины, искренне ему улыбаясь. Дюжев провёл ладонью по стройным ногам певицы, медленно наклоняясь к женским губам, но не касаясь их, прошептал: — Похоже… у нас есть третий вариант на вечер? — Дима напомнил Тамаре её же обещание, данное утром. Певица закусила губу, немного подаваясь ему навстречу и в этот момент раздался характерный стук в окно, Дюжев повернул голову и обомлел. В стекло влетел белый голубь и упал замертво на подоконник: — Птица… в окно… — в ужасе пробормотал актёр. И в этот момент его щеки коснулась знакомая тёплая ладонь, Тамара притянула к себе мужчину, и сама поцеловала его губы, возвращая внимание на себя. Дима мгновенно потерял голову и ответил на порыв певицы, перемещая ладони ей на талию и приподнимая вверх. Гвердцители сразу же поджала ноги, а после села на колени Дмитрия, зарываясь в его короткие волосы пальцами и с большей страстью отвечая на поцелуй. Они оторвались друг друга, и сами улыбнулись своей безрассудности, чувствуя себя подростками. — Ты придумала как изменишь репертуар концерта на завтра? — поинтересовался актёр, поглаживая её по щеке. Тамара задумалась и вдруг женское лицо просветлело: — Да! Я знаю… чем… И не договорив, певица поднялась на ноги, отходя к роялю и присаживаясь за инструмент, её пальцы запорхали по клавишам, напевая «Мне приснилось небо». Дмитрий подошёл к возлюбленной и встал рядом, опираясь на крышку рояля. Он с наслаждением слушал голос Тамары, пребывая в состоянии блаженства. Но Гвердцители, впервые в жизни, так волновалась, исполняя перед Дюжевым песню, что практически постоянно путала клавиши и краснела. — Фальшивила… много… — опустив в стеснении глаза, призналась Тамара. — Неправда… это было великолепно… ни одной неточной ноты… — прошептал Дмитрий и приблизился к женщине, поочередно целуя её кисти. — Иди ко мне, — улыбнулась Тамара и подвинулась на пуфе. Женщина даже обрадовалась, ведь когда на день рождения ей друзья подарили новый рояль, он купила к нему не привычную банкетку, а именно пуф, довольно широкий, и на нем запросто помещалось двое человек. Дюжев сел рядом и с интересом посмотрел на певицу. — Ты хочешь научить меня играть? — изумился актёр. Гвердцители закивала головой и рассмеялась, видя шокированный вид партнёра. — Тамарочка, я безнадёжен! — запротестовал мужчина, боясь даже прикоснуться к инструменту. Но певица упрямо взяла его ладони и положила на клавиши, и накрыв его пальцы своими, нажимала, чтобы сыграть несколько нот. Пара в унисон рассмеялась, женщина уткнулась в плечо мужчины. — Я люблю 9 симфонию Бетховена, — призналась певица. Тамара стала играть руками Дмитрия, получалось медленно, но пару это не смущало. Гвердцители чувствовала себя настолько счастливой и умиротворенной, что ласково положила голову на ключицу партнёра, поближе к его шее. Дюжев обнял правой рукой певицу за плечи и сразу вернул её на клавиши, чтобы Тамара могла и дальше играть его пальцами. А мужчина неотрывно смотрел на женские кисти, решение родилось мгновенно. Вот только времени в ближайшие дни у него совсем не будет, что очень расстраивало актёра. Однако взгляд актёра упал на его мобильный: «Визитка!». Промелькнуло в голове Дюжева, ведь у него остались контакты ювелира, у которого он прежде заказывал комплект украшений на день рождения Тамары. Улыбнувшись своим мыслям, мужчина поцеловал певицу в висок: — Я отлучусь на один телефонный звонок и сразу вернусь, — он шепотом обратился к Гвердцители. Грузинка нахмурила бровки и с напускной серьёзностью произнесла, смотря актёру в глаза: — Только… один! — а потом тут же смягчилась, улыбаясь. — Я очень соскучилась… — Милая… — Дима был счастлив как кот на Масленицу, ведь мало любить, хочется чувствовать себя любимым. — Я быстро решу один небольшой нюанс и вернусь. Поцеловав певицу в уголок губ, мужчина поднялся на ноги, и взяв свой сотовый ушёл на застекленную лоджию. Там он довольно быстро нашёл нужный номер и нажал кнопку вызова. — Алло, здравствуйте. — раздался деловой мужской голос. — Здравствуйте, это Дмитрий Дюжев, я около месяца назад заказывал у Вас комплект украшений… — начал актёр, надеясь, что ювелир вспомнит его. — Дама решила отказаться от подарка? — с интересом спросил мужчина, который в этот момент делал огранку для очень необычного обручального кольца. — Нет, ей понравился комплект. Я по другому вопросу… — Дима постарался подвести к нужной теме, чтобы сразу не получить отказ. — Я внимательно слушаю, — отозвался ювелир, снова осматривая кольцо, которому хотелось добавить некоторых штрихов, но каких пока неясно. — Мне нужно обручальное кольцо уже завтра рано утром! — на одном дыхании произнёс Дюжев и сразу же добавил. — Я заплачу за срочность и прочее. — Вы решили своей спутнице внезапно сделать предложение? — с любопытством спросил ювелир. — Да, — требовательно ответил Дима, уже рассчитывая перейти к сути вопроса, он прекрасно понимал, что вряд ли уговорит Тамару стать его женой, а уж надеть кольцо на безымянный палец и подавно. — Но я не хочу классическое обручальное кольцо… нужно что-то необычное… чтобы… Но ювелир его перебил, уже прекрасно догадавшись, кому Дюжев собрался делать предложение руки и сердца и кому клясться в вечной любви. — Значит так, молодой человек, невесте делать предложение лучше классическим кольцом, а вот когда она согласится, тогда уже можно и придумать интересный дизайн для кольца. Если я правильно понимаю, обручальное она носить вряд ли будет? — Хоть бы какое надела… — с досадой и отчаянием признался мужчина. Ювелир отложил свою работу и подошёл в столу, открыв верхний ящик, он достал оттуда бархатную подставу с практически законченными заготовками будущих колец. — Размер какой? — уже деловито спросил мужчина. — Женский… — растерянно ответил Дюжев. — Юноша, я спрашиваю про размер кольца, — закатив глаза, пояснил мастер. — Я не знаю… — окончательно поник Дмитрий, понимая, что попал в просак со своей идеей предложения руки и сердца. Но вот ювелир недаром был потомственным мастером украшений, его помимо таланта видеть и создавать прекрасное, отличала ещё и феноменальная зрительная память. И ему несколько раз уже доводилось присутствовать на концерте Тамары Гвердцители и даже вручить ей лично цветы. Понимая, что Дюжев в растерянности, ювелир решил спросить прямо: — Это Гвердцители? Но этим вопросом он окончательно привёл Дмитрия в замешательство: — А… откуда Вы… — актёр понимал, огласка уже неизбежна, а её очень опасалась Тамара, это он знал точно. — Молодой человек, — мужчина на другом конце провода закатил глаза. — Я был на её концерте и в силу своей профессии всегда безошибочно определяю размер колец на руках как женщин, так и мужчин. Поэтому спрошу ещё раз, Вы кольцо выбираете для Гвердцители? — … Да… — спустя паузу всё же выдавил актёр. — Вы утром приедете? — мужчина уже уточнял последние нюансы. — Да, к семи часам… если это возможно… — произнёс Дюжев, понимая, что отступать уже некуда. — Я буду Вас ждать в своей мастерской, адрес отправлю Вам, а сейчас извините, но у меня ещё много дел и заказов. И ювелир отключился, а через несколько секунд на дисплее мобильного телефона загорелось уведомление о новом сообщении, открыв его, Дмитрий увидел адрес. Вернувшись в гостиную, актёр заметил Тамару, сложившую руки на крышке рояля и неотрывно смотрящую на него. Мужчина быстро сократил между ними расстояние и опустился перед певицей на одно колено. — Я хочу завтра познакомить тебя со своим близким другом — Юрой Чурсиным, он… — И как ты меня ему представишь? — перебила его Гвердцители, выпрямляясь и смотря на мужчину. — Как свою невесту… — Дюжев попробовал уже сейчас намекнуть ей на свадьбу, но снова был прерван на полуслове. — Дима! — недовольно, даже с паникой в голосе, воскликнула Тамара, в ужасе представляя, что о ней подумает его товарищ. — Как свою партнершу по шоу, — сразу же отступил назад актёр, решив не давить на неё сейчас. — И потом, ты же сама хотела познакомиться с моими близкими, семьи у меня нет, зато есть два лучших, проверенных временем друга: Юра Чурсин и Сергей Безруков. — Хорошо, только… приезжайте к окончанию концерта… — всё же попросила Тамара, надеясь, что так у неё будет больше времени, чтобы подготовиться к этому знакомству. Певица понимала, что это очень важный и серьёзный шаг в их отношениях, теперь уже не только он стал частью её жизни, но и Дима впускал Гвердцители в своё окружение, знакомя с друзьями. Эта новость моментально стёрла малейшие желания певицы на продолжение этого вечера в спальне. Её, как в далеком 1984 году, охватил мандраж, тогда она также нервничала перед знакомством с родителями своего будущего супруга Георгия Кахабришвили. — Пойдём спать… завтра будет насыщенный событиями день, — осторожно предложила Тамара, надеясь, что Дима не вспомнит про её утренне обещание. — Ты впустишь меня в свою спальню? — лукаво и со смешинками в голосе, уточнил Дмитрий, припоминая ей ночь на диване в гостиной. — Можно подумать, что ты забыл дорогу! — рассмеялась певица, прекрасно понимая, на что он намекает. Влюблённые в унисон рассмеялись и ушли в спальню, Тамара упала на кровать, и как только оказалась в горизонтальном положении в объятиях мягкого матраса, почувствовала как усталость накатывает на неё. Дима прилёг рядом и провёл кончиками пальцев по её лицу: — В одежде спать не очень удобно… Гвердцители открыла глаза и вдруг засмущалась: — Отвернись… — Что, прости? — едва сдерживая смех, уточнил мужчина. Тамара покраснела, и дотянувшись до подушки, бросила её в мужчину. Дима уже не смог сдержаться и расхохотался, поднимаясь на ноги и утыкаясь лицом в подушку, пока Тамара переодевалась в пеньюар. Певица подошла к актёру и с совершенно серьезным видом попыталась забрать из его рук подушку, но Дюжев поймал её руки и посадил к себе на колени, явно требуя объяснений. — Мне нужно немного времени… я ещё не привыкла к твоему постоянному присутствию в моей жизни… — смотря на свои руки, призналась Тамара. — Я люблю тебя! — поцеловав женщину в щеку, напомнил Дмитрий, и взяв певицу на руки, перенёс на кровать. Сняв и аккуратно повесив одежду на стул, актёр лёг рядом с Тамарой, женщина сразу же положила голову ему на грудь и шепотом спросила: — Ты уже рассказывал обо мне что-то своему другу? — Да… вернее он сам догадался, что в моей жизни появилась женщина, а задав несколько вопросов про шоу… без труда догадался, что это ты. — И как же он догадался? — с подозрением уточнила певица, опасаясь, что об их с Димой отношениях уже знает весь театр, в котором он работает. — Я не могу говорить о тебе без счастливой улыбки, а Юра меня давно знает, поэтому обо всём догадался, но не волнуйся, — опережая женские страхи, произнёс Дима. — Он порядочный человек и не будет распространяться об этом. — Значит уже завтра с ним познакомлюсь и я, — заключила Тамара и перевернулась на бок, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза. Дима завёл себе будильник на шесть утра и поставил его на минимальную громкость, чтобы не разбудить певицу. Его сон был очень чутким, а если говорить точнее, то поспать ему удалось не больше нескольких часов, окончательно проснулся мужчина за двенадцать минут до звонка будильника. Отключив уже ненужное для пробуждения приложение сотового телефона, Дюжев осторожно покинул кровать, стараясь не разбудить певицу. Одевшись, он взял с журнального столика небольшой листок бумаги и написал для Тамары записку, на случай если она проснётся раньше его возвращения: «Я уехал за цветами, вернусь к твоему пробуждению. Люблю тебя!». В коридоре мужчина надел пальто и взял ключи от квартиры Гвердцители, которые лежали на трюмо. Максимально бесшумно закрыв дверь, Дюжев уехал к ювелиру. Только подъехав к адресу и вытаскивая из бардачка портмоне, мужчина увидел визитку и только сейчас посмотрел на имя: Константин Львович. Как ни странно, мастер практически сразу открыл ему дверь, словно ожидая своего раннего гостя: — Здравствуйте, Дмитрий. — Доброе утро, Константин Львович. — Проходите, я покажу Вам, что успел подобрать для вашей невесты, — ювелир не мог не упомянуть Тамару Гвердцители хотя бы косвенно, всё же чувствовалось своеобразное мужское уважение к достойному выбору Дюжева. Они прошли в мастерскую ювелира, и мужчина достав бархатную подставку с кольцами, их было семь штук. Они все были обручальными, но только четыре из них были классическими, остальные — с изысканной гравировкой. — Я бы посоветовал вот это, — Константин Львович указал на не широкое, но очень аккуратное и красивое украшение. — А вот это возможные эскизы необычного кольца, о котором мы вчера говорили. Ювелир испытывал профессиональный интерес, всё-таки украшение — это нечто уникальное и индивидуальное. А создавать его специально для конкретного человека… этот процесс был искусством, ведь тогда в результат можно было вложить душу. Дима внимательно рассмотрел рисунки и указал на последний: — Вот это! Константин Львович улыбнулся, в выборе Дюжева он не сомневался, ведь это кольцо хоть было скромным, отличалось особой изысканностью, а не вычурностью. И важную роль в нем играла именно необычная форма кольца. — Но я смогу сделать его, не раньше, чем через месяц, — предупредил ювелир, потому что заготовок на это изделие у него не было, а значит сделать украшение быстрее не представлялось возможным. — Хорошо, я подожду… — а после шепотом добавил себе под нос. — Хоть бы согласилась… — А Вы не думайте, Дмитрий, Вы предложение делайте… и руки и сердца, и души и тела! — лукаво усмехнулся пожилой мужчина. На этом разговор был окончен, Дюжев оплатил обручальное кольцо и оставил предоплату за сделанный заказ. Покинув мастерскую, актёр по пути к дому Тамары нашёл круглосуточный цветочный магазин и купил там два букета. Хотя сегодня он практически не спал, энергия уже била в нём ключом. Так же тихо мужчина вернулся в квартиру Гвердцители, осторожно пробравшись в спальню певицы, он убедился, что она крепко спит, поправив одеяло на её обнаженных плечиках, Дмитрий забрал записку, а вместо неё на свою подушку положил букет их красных роз и белых лилий. Решив приготовить завтрак, мужчина удалился на кухню, раздумывая чем бы удивить женщин, и тихо, стараясь не шуметь, стал доставать продукты и необходимую посуду. Инна Владимировна проснулась в 8 часов, она собиралась приготовить завтрак как раз к пробуждению дочери, у певицы концерт был только вечером в Крокус Сити Холл, к тому же вернулись они вчера с Дюжевым вместе, а значит, наверняка «уснули не сразу». Ей нравился этот молодой человек, что так внезапно, благодаря шоу «две звезды» появился в жизни Тамуни, он был интеллигентным, вежливым, галантным и самое важное, в нём чувствовалась мужская сила, способность и желание защищать и оберегать свою женщину. Мама певицы оделась и тихо прошла на кухню, где замерла на месте от увиденного, обеденный стол был красиво сервирован на трёх человек, а сам Дмитрий стоял и что-то готовил, судя по продуктам — тесто. Почувствовав на себе взгляд, актёр поднял голову: — Доброе утро, Инна Владимировна! Вы не возражаете, если я здесь немного похозяйничаю, обещаю, после всё уберу и помою. — Нет… — растерянно произнесла женщина. — А?.. — Тамарочка ещё спит, у неё ведь только вечером концерт, — с безграничной нежностью произнёс мужчина. — Я собирался блинчиков напечь к завтраку. Он снова переключил своё внимание на тесто, доставая сковороду и ставя её на включенную электрическую плиту. Инна Владимировна даже не знала что сказать, она лишь села за стол, молча наблюдая за актёром. Первый же блинчик, идеально круглой формы, он переложил на тарелку и подал женщине: — Пожалуйста, попробуйте. Мама певицы надкусила и была приятно удивлена: — Очень вкусно, а вы хорошо готовите, Дима! — Спасибо, польщен! — он улыбнулся и спохватившись, взял с подоконника букет, который купил этим утром. — Это вам! И мысленно он уже представлял покрасневшую в смущении Тамарочку, которая после пробуждения увидит на подушке букет из алых роз и белых лилий. — Спасибо! — женщина положила цветы на стол и никак не решалась задать вопрос, волновавший её уже не первый день. На кухне повисла тишина, нарушаемая лишь аппетитным треском румяных блинчиков, когда Дюжев снимал их со сковороды. Когда он поставил на стол полное блюдо, Инна Владимировна решилась спросить: — Дима, извините за бестактный вопрос, но… у вас с Тамарой только роман или нечто большее? — Кофман очень боялась, что этот молодой человек разобьёт сердце её ранимой талантливой дочери. Актёр в миг посерьёзнел, сел напротив Инны Владимировны и задумался, собираясь с мыслями, а потом медленно достал из кармана красную бархатную коробочку, неторопливо повернул её в руках и произнёс, не глядя на женщину, которая внимательно и терпеливо ждала его ответа: — Я люблю вашу дочь… безумно. Тамара появилась в моей жизни словно путеводная звезда и я ни за что на свете не хотел бы потерять её. Она — мой кислород. Но… для меня совершенно недосягаема, ведь это не просто женщина или певица, это Тамара Гвердцители… Уже есть имя и магический образ, связанный с ней… Он поднял глаза на Инну Владимировну и, даже как-то отчаявшись, произнёс: — Вряд ли Тамара согласиться выйти за меня замуж. Отговорок найдёт миллион. — Дима, а вы спросите её об этом! — она подмигнула ему и кивнула на цветы. — Прямо сейчас… — Её букет уже ждёт свою обладательницу! — он улыбнулся и поднялся на ноги, следуя совету Мамы Гвердцители. Инна Владимировна смотрела ему вслед, всё-таки, именно такой мужчина должен быть рядом с её дочерью. Дюжев добрался до спальни певицы, и открыв дверь, он замер, до чего же красивой была женщина, которая так внезапно появилась в его жизни: по подушке разметались её темные локоны, синее одеяло слегка приспустилось, открывая обнаженное плечико, во сне она была такой невинной и беззащитной, совсем непохожая на уверенную в себе царицу Тамару, которую зрители видели на сцене. Приблизившись к кровати, он нежно убрал волосы и поцеловал певицу в щёку: — Тамарочка, доброе утро! Гвердцители во сне улыбнулась и повернула голову на голос, в итоге их губы встретились и Тамара тут же проснулась, распахивая глаза, а в следующую секунду закрыла веки, обнимая актёра за шею, проваливаясь в пучину нежности. Оторвавшись друг от друга, она перевела взгляд на подушку, откуда доносился божественный аромат цветов, увидев букет, она покраснела: — Спасибо! — приподнимаясь на кровати в сидячее положение и придерживая одеяло на своём теле, певица взяла в руки удивительную композицию из алых роз и белых лилий. — Закрой глаза! — загадочно попросил Дюжев. Гвердцители по-детски зажмурилась, искренне улыбаясь и ожидая сюрприз, которыми Дима её постоянно баловал, актёр достал из коробочки кольцо и взял в руку правую ладонь певицы, надевая ей на безымянный палец обручальное кольцо. Тамара распахнула глаза, чувствуя холодный ободок, и растеряно посмотрела на Дмитрия. — Я прошу… вас… — тут мужчина вспомнил, что они уже давно перешли на ты, поэтому поспешил исправиться. — Тебя… стать… моей женой! Он безумно волновался, делая предложение руки и сердца первый раз в жизни.