Как тебя покорить?

Стоит сказать, что Лиза Макарова очень любила своего брата. Да, родителей часто не хватало и в особо тяжёлые и одинокие дни она плакала в подушку, зарывшись в одеяло, чтобы никто не услышал, вспоминая исчезающий в памяти голос мамы, что пела ей колыбельную, когда она была совсем малышкой. Лёша делал всё, чтобы Лиза не чувствовала себя покинутой, старался быть взрослым ради неё, хоть и сам был ещё ребёнком. Ответственность за сестру не давала ему расклеиться, поэтому, когда на его имя неожиданно пришло письмо из некой частной школы, он без раздумий выбросил конверт. Каково было его удивление, когда на следующий день письмо снова появилось на его прикроватной тумбочке. Но и в этом случае он поспешил от него избавиться. Это повторялось из раза в раз, пока Лёша не рассердился окончательно и, наконец, не решился его прочесть. Содержимое конверта оказалось ещё страннее, чем он представлял. Школа магии? Что? И он, Лёша, зачислен? Было похоже на очень глупую шутку, поэтому Макаров избавился от письма и в этот раз. Вечером, после ужина, они с Лизой сидели в общей комнате детдома и он рассказал ей эту абсурдную историю. Та, вполне ожидаемо, пришла в восторг. Лёша улыбнулся. Несмотря на то, что их жизнь не была сахаром, сестрёнка продолжала верить в чудо. Даже будь это письмо реальным, он не посмел бы её покинуть и оставить совсем одну в этом недружелюбном месте. А потом жизнь сделала кульбит. За ним пришёл красивый мужчина в странной длинной одежде, рассказал, что их с Лизой мама происходит из древнего рода, в котором все были колдунами и колдуньями. Она покинула мир магии ради их отца, а Лёше с Лизой предстоит пройти обучение в школе магии, иначе им просто нельзя. Ему напомнили про все странные вещи, происходившие с ними, которые он не мог объяснить, пообещали, что они с сестрой ни в чём не будут нуждаться в будущем. И Лёша потерялся. Начать учёбу - значит оставить Лизу одну, пока она не достигнет возраста десяти лет и не поступит в школу вслед за ним. Конечно, они будут видеться летом, но этого было недостаточно. Она впервые в лоб столкнётся с жестоким миром и брата больше не будет рядом. Но Лиза, едва услышав про его сомнения, кинулась ему на шею и уверила, что обязательно справится сама, что они оба будут "крутыми волшебниками", а для этого брат должен сейчас пойти в школу и рассказывать Лизе про все интересные вещи, которые увидит. И Лёша поддался. Перешагнул порог Колдовстворца, учился усердно, писал Лизе дважды в неделю и с улыбкой читал её письма с усердно выведенными буковками. А Лиза, тем временем, грезила о волшебстве и старалась не сильно скучать по брату. Они проводили лето вместе и он рассказывал истории из школы. Тогда она впервые услышала о Кирилле Гречкине. Лёша упомянул его вскользь, как самого популярного из средних классов, но Лиза почему-то запомнила. Когда она получила своё письмо, оба Макарова облегчённо выдохнули. Годы разлуки были позади, дальше только вместе. На первой же линейке Лиза узнала в толпе того самого Гречкина из историй. Тот уже был старшеклассником, его волосы и правда были странно зализаны назад, а на щеке красовалась магическая подвижная татуировка. Его одежда едва ли соответствовала школьному уставу, но, кажется, никому не было до этого дела. Не заметить Кирилла было бы сложно, его сияние было ослепительным. Позже Лиза начала замечать, что Кирилл смотрит на её брата в коридорах, на линейках и в столовой за ужином. Также, она не могла не видеть, что её брат тоже следит взглядом за Гречкиным и, по иронии судьбы, их взгляды практически никогда не пересекаются. Она уверяла брата, что тот нравится Кириллу, а он в ответ лишь недовольно фыркал и жёстко это отрицал. А Гречкин смотрел всё чаще и отчаяннее. Поэтому, когда он внезапно заявился в учебное крыло младшеклассников, Лиза не была удивлена. Кирилл был в выпускном классе, если и действовать, то сейчас. Если бы она не была уверена, что Лёше, под всей напускной бравадой, тоже нравился Гречкин, то помогать бы не стала. Но если кого она и знала хорошо, то это любимого брата. Он был достоин лучшего и, может, идеалом Гречкин не был, но попытаться стоило. Для начала стоило извиниться за хризантемы. На следующее утро на прикроватную тумбочку Алексея отправился букет мелких ромашек. Они нравились ему, в детстве мама плела из них веночки и надевала на головы детей. Она откуда-то брала их даже зимой, а Лёша считал её волшебницей. Сейчас, конечно, ясно, что так оно и было. На следующий день Кир, довольный тем, что Лёша, хотя бы, не сверлил его сердитым взглядом, под указку Лизы, отправил ему сахарные перья. Из сладостей волшебного мира они были у Макарова самыми любимыми. Пока Лёша подозрительно осматривал неожиданный подарок на предмет зелий и проклятий, Кирилл уже заказывал совиной почтой тёплый шарф, расшитый маленькими совами, специально для него. Терпения Алексея хватило ровно до момента, когда на его тумбочке оказалась парадная мантия, украшенная золотистой вышивкой. Он был польщён, удивлён, озадачен и совершенно потерян. Кирилл перестал его доставать, его подарки били точно в цель, а ещё, Лиза стала подозрительно часто загадочно улыбаться. Не мог же Гречкин сам догадаться о его предпочтениях. А то, что подарки становились всё дороже сильно настораживало и даже тревожило. Его будто пытались купить. И сестрёнка явно в этом участвует. Этим же вечером Лёша решил поговорить с сестрой. Но та, почему-то, совсем не смутилась. - Да, я помогаю Гречкину. - Но почему? - Потому что ты ему правда нравишься. А он нравится тебе, - она быстро зажала брату рот ладошкой, - И не спорь. Дай ему шанс, он правда хороший. У Лёши было на этот счёт другое мнение, но он, сам того не ожидая, отчаянно пытался поверить в то, что Кирилл и правда делает это искренне. На следующий же день Кирилл наконец услышал долгожданное: "Хорошо, я пойду с тобой на бал". И вдобавок: - Пожалуйста, перестань слать мне подарки, я чувствую себя продажным. В день осеннего бала Лёша впервые в жизни танцевал с кем-то и оглушительно смеялся над чьими-то шутками. А ещё в этот вечер его впервые кто-то поцеловал. Лиза лежала в своей кровати, в крыле для младшеклассников, улыбалась и была твёрдо уверена, что всё сделала правильно.