Бог мой, Никитааа

Жизнь Никиты была похожа на сериал, и он был даже не в главной роли. Главным героем был его отец - успешный, красивый мужчина, свой бизнес, двое детей и постоянное невезение в делах любовных. Конечно, Никита мало помнил свои первые годы жизни, но с его матерью отец не был счастлив, это Никита помнил, знал и никогда не забывал. На отца он обижен не был, да и на мать, в принципе, тоже, но без этих вынужденных отношений им было бы жить явно легче. Вынужденных - потому что Никита. Никита ворвался в их жизнь неожиданно и не запланировано. Арсению и Оле наобещали много всего, отговорили делать аборт, заставили сыграть свадьбу и все в этом духе. Дал бог зайку, даст и лужайку. Да и Арсений, тебе уже 22 года, пора задуматься о детях и семье. Арсений, который хотел заниматься театром, а не экономикой, задумываться о детях и семье не хотел. Вынужденное обстоятельство (Никита) разрушило его мечты о театре, и пришлось образовать новую ячейку общества. Как там было в песне? Мы молодая семья, у нас уверенный вид, у нас нет нихуя, кроме нашей любви? Любви там не было, там было Арсеньево “я ушел на работу в шесть утра, чтобы вернуться в четыре утра, потому что у нас нет нихуя, а вынужденное обстоятельство нужно кормить” и Олино “я заебалась сидеть дома с ребенком, мне девятнадцать, я не нагулялась”. Никита не жаловался, Никита не мог просто. Несмотря на то, что он - вынужденное обстоятельство, связавшее двух абсолютно не подходящих людей, родители его любили. Отец любил больше, это чувствовалось, а может так просто казалось, потому что мать в какой-то момент собрала вещи и ушла, оставив Арсения одного с двухлетним ребенком на руках. Очень сериально, правда? А у Арсения кризис на всех фронтах: ребенок, работа, женщины и мужчины. Арсений спокойно принял свою бисексуальность. Маленькому Никите даже нравился один мужчина. Наверное, единственный человек из всех пассий отца, который ему нравился. Никита гораздо лучше помнил мать, которую не видел с тех самых пор, как она ушла, чем этого единственного и неповторимого студента. Никите было шесть, единственный и неповторимый готовил вкусные блины, читал сказки на ночь и любил отца. А отец любил его. И они оба любили Никиту, тогда Никита мог бы даже подумать, что он главный герой сериала, но главным был все еще отец. Никита помнил, как он проснулся ночью, чтобы попить воды, вышел на кухню, а там сидит очень грустный отец и очень грустный единственный и неповторимый, и пьют что-то алкогольное. Никита понял, что единственный и неповторимый уйдет, как ушла мать, и оказался прав. Он больше никогда не видел единственного и неповторимого. Может потому, что отец перебрался из Омска в Москву, а может потому что все было сложно. Никита никогда с отцом не разговаривал на эту тему. В Москве они прожили недолго. Бизнес процветал, отец был популярен и снова встретил девушку, которая была совсем не против прицепа в виде Никиты. По ее словам, детей она любила. Никита ей верил мало, но с отцом не спорил, он взрослый, ему виднее. Только годами позже Никита понял, что у отца явно сбит прицел, он ебется в глаза, и, наверное, совсем чуть-чуть, тупой пиздец, но в свои десять он этого еще не понимал и пытался называть Лену мамой. Лена была рада, Лена выходила замуж за молодого многообещающего бизнесмена Попова по залету. Лена родила дочь, а через год поняла, что не нужны ей ни Арсений, ни дочь, ни тем более Никита. В отличие от матери Никиты, Оли, и единственного и неповторимого, Лена ушла со скандалом, отсудив парочку дочерних фирм, половину состояния и имущество в центре Москвы и за ее пределами. После этого Арсений взял одиннадцатилетнего Никиту и годовалую Кьяру и переехал в Питер. Депрессия, загруженность на работе, возня с детьми - отцу не шли. Пить отцу тоже не шло, но в Питере - пить, так даже в песне поется. Никита просто наблюдал, потому что был маленьким и помочь отцу не мог с его взрослыми проблемами. Он только спросил, может вернем единственного и неповторимого? Чтоб готовил блины и читал сказки, и Кьяра ему наверняка понравится. Арсений тогда грустно посмотрел на сына, покачал головой и сказал, что у единственного и неповторимого наверняка уже своя жизнь и со стороны семейства Поповых будет очень эгоистично снова врываться в эту жизнь, просто потому что пять лет назад было хорошо вместе, и вообще их пути давно разошлись. Никита грустно кивнул, и только когда стал постарше, задумался, почему единственный и неповторимый не переехал с ними изначально. Но Никита постарше смотрел на отца и все понимал - отец иногда долбоеб, нельзя так о родителях, но Никита правда не мог подобрать других слов. В жизни шестнадцатилетнего Никиты появилась она, новая пассия отца, Алина. Появилась с год как уже, и с каждым днем Никита убеждался, что отец в женщинах не разбирается совершенно. Алина не нравилась никому. Худая блондинка с силиконовыми губами и грудями, которая совершенно не любила детей (а у Арсения их было целых двое), и любила только толстый кожаный кошелек Арсения. Это видел Никита, это видел Сережа, лучший друг Арсения, это видела шестилетняя Кьяра. Арсений великий слепой и тупой, конечно, этого не видел. - Мы решили пожениться! - объявил “радостную” новость Арсений, вплывая в кухню со своей избранницей. Никита подавился невкусной овсянкой, которую же сам и приготовил. Этого ему еще не хватало. Прокашлявшись, он натянуто улыбнулся, кивнул, сказал что-то вроде “как я рад” (с сарказмом, конечно) и отправился в школу. Он даже не опоздал, как обычно это делал. В распорядок его дня входило: покурить перед школой, забежать к тренеру по баскетболу и по футболу, потом посветить лицом перед молоденькой учительницей английского, поздороваться со своей командой и спросить в учительской, не нужна ли кому-нибудь помощь (просто чтобы прогулять урок). В этот знаменательный день Никита вычеркнул практически все пункты и повторил первый три раза, выкуривая сигарету за сигаретой на школьной крыше. Никита, как будто главный герой аниме, сидел на предпоследней парте у окна и смотрел на медленно опадающие листья. Он нетерпеливо выстукивал какой-то ритм пальцами, ожидая, когда же ему, наконец, ответят. Вы ты знаешь?? Пироженка конкретнее Никита схватил телефон и закатил глаза. Вы про свадьбу. Пироженка да Вы ето пиздец. я не хочу. я против. Пироженка ? Вы а, то есть тебя все устраивает?? ето же Алина. Алина тупая мразина. Пироженка это решение твоего отца. - Вот так решение, - недовольно буркнул Никита, блокируя телефон. Он откинулся на спинку стула и угрюмо посмотрел на доску, чуть поморщившись от звука звонка. Даже учительница истории не могла ему поднять настроение, тоже молоденькая, но перед ней Никита лицом не светил, только на уроках всячески ластился (а как еще ему оценки зарабатывать?) Но после звонка в класс вошла не миленькая девушка с черным каре, а высокий мужчина, который головой чуть не сшиб дверной проем. Никита недовольно цокнул и практически сполз под парту. - Здравствуйте. Карина Олеговна ушла в декрет, теперь историю у вас буду вести я. Меня зовут Шастун Антон Андреевич. В школе Никита был круглым отличником, но оценки он зарабатывал не своими знаниями, а своей харизмой и умением выкручиваться. Сейчас он не особо себе представлял, как ему выкручиваться перед двухметровым мужиком с нахмуренными бровями и серым лицом. Не выглядел Антон Андреевич так, что мог бы поставить пять за красивые голубые глаза и лучезарную улыбку. - Мы напишем небольшой тест, чтобы я мог оценить уровень ваших знаний и потом перейдем к теме урока. Доставайте двойные листочки, а я пока познакомлюсь с вами. Никита закатил глаза и положил телефон под тетрадь. Рожденный списывать учить не будет. Антон Андреевич выглядел так, будто он тусил две недели в клубе, поспал час и его заставили идти работать. Как вы представляете нового учителя? Он улыбнется, чуть расскажет о себе, вы на первом уроке мило пообщаетесь и он отпустит вас пораньше в столовую. Антон Андреевич решил сразу обозначить границы: я недружелюбный мудак, которого вы будете ненавидеть на пару с моим предметом. Тем не менее, женская половина класса с него, ожидаемо, потекла. Тут и рост, и стиль, и строгий взгляд уставших зеленых глаз, еще и голос приятно хрипел. Курите, Антон Андреевич? Антон написал имя на доске, оперся задом об учительский стол и открыл журнал, пробегаясь взглядом по именам. Ему, вообще-то, нужно было только к четвертому уроку сегодня. Внезапно планы изменились, и другой учитель, который должен был взять класс, тоже неожиданно решил уйти. Антону позвонили в семь утра и обрадовали, что нет, Антон Андреевич, надо прийти к первому. Страдайте. Антон страдал и показывал это всем своим видом. А если страдал он, то придется страдать и 24 его ученикам. Попов Никита. Антон нахмурился. Встречался ему однажды Никита с фамилией Попов. Совпадение? С другой стороны, что Никита, что Попов - довольно распространенные имя и фамилия. Какая вероятность того, что этот Попов Никита это тот самый Попов Никита? Дернув головой, Антон медленно начал зачитывать имена по списку, без особого интереса поднимая взгляд на отзывающихся детей. Он даже не извинялся и не исправлялся, если произносил чью-то фамилию неправильно. Вот если бы он пришел к четвертому уроку, то он бы и побрился, и был бы более в настроении вести себя не как сука. Судьба распорядилась иначе. - Попов Никита, - зачитал Антон, поднимая взгляд и осматривая класс. - Тут, - Никита лениво поднял руку привлекая к себе внимание. Антон тяжко вздохнул, ставя галочку в журнале. Вероятность того, что этот Попов Никита - тот самый, оказалась стопроцентной. Черные волосы, голубые глаза и все те же черты лица. Сын своего отца, что сказать. Да и куда бы еще Арсений мог переехать, если не в Питер? Никите не понравилось, как на него посмотрел Антон Андреевич. Никите сейчас вообще мало что нравилось. Отец жениться собрался непонятно на ком, Карина Олеговна ушла в декрет и на смену ей пришел хмурый дядька, дядя Сережа не разделял его негатива по поводу свадьбы. Какие еще сюрпризы будут? Его выгонят из команды по баскетболу и футболу? Девочки перестанут с него течь? Слава, лучший друг, его кинет? К слову, Слава его кинул, не пришел в школу и не отвечал на сообщения. Антон закончил перекличку, взял подготовленный тест (честно скачанный по пути в школу на первом попавшемся сайте) и медленно пошел по рядам, раздавая задания самостоятельно и внимательно осматривая столы на предмет шпор. Страдать должны все, помните? Он уже успешно заприметил парочку телефонов, которые тут же попросил спрятать, кто-то послушался, а кто-то Никита. Антон протянул лист с заданиями Никите и остался стоять на месте. Никита сделал вид, что заинтересованно читает задание и у него на парте нет ничего лишнего. - Что? - наконец не выдержал он, поднимая взгляд на учителя. Антон молча отодвинул тетрадь в сторону и взял “припрятанный” телефон в руки. Он знал, что забирать вещи у учеников нельзя, но он и не собирался. Никита уже готов был начать жаловаться на это, но Антон лишь протянул телефон перед собой. - Прячь, - холодным тоном сказал он. Никита закатил глаза, взял телефон и сунул его в карман худи. - В рюкзак прячь, - добавил Антон. Никита сдержался, чтобы недовольно не цокнуть. Он лишь поджал губы, достал рюкзак и послушно вкинул туда телефон, только после этого Антон Андреевич отошел от его парты. Какая же вы сука, Антон Андреевич, думал Никита, перечитывая вопросы. Из истории он знал только свою дату рождения, своей сестры и своего отца. Все. Для всех остальных у него было оповещение во Вконтакте, которое заблаговременно предупреждало, что неплохо было бы поздравить человека. Пятерки по истории он раньше зарабатывал только умением шутить шутки, красиво улыбаться и иногда что-то зачитывать из интернета. Ему даже в голову пришло незаметно достать телефон, но что-то остановило. Наверное, Антон Андреевич, который успешно расставлял двойки направо и налево только за мысль о попытке списать. Никита потянулся к рюкзаку, делая вид, что чешет ногу, но приподнятая бровь учителя на пару со взглядом “ты уверен, что хочешь это сделать?” заставила его передумать. Антон Андреевич видел все, а Никита просто мысленно материл его и все, на чем мир стоит. Открытые вопросы и ни одного тестового задания с вариантами ответов. Включай фантазию, пиши свою историю, чтобы не сдавать лист пустым. Никита честно попытался вспомнить что-то, но все было тщетно. Он не учил историю с тех пор, как Карина Олеговна ее у них вела, а вела она ее с восьмого класса. Никита тогда выучил целый один параграф, зарекомендовал себя как умненького мальчика и стал пинать хуи, а еще мячи в сборной по футболу и баскетболу. Написав пару не смешных шуток вместо полноценных ответов, Никита сдал контрольную и вернулся на свое место. - Двадцатый век не такой интересный как девятнадцатый? - внезапно спросил Антон, просматривая ответы. - Что? - не понял Никита. - Ничего, - Антон покачал головой, явно не собираясь объяснять свою фразу. - Три поставлю за шутку про Ленина. Но в следующий раз это не сработает. - Три? - Никита задумчиво посмотрел в потолок, что-то подсчитывая. - Мне нельзя три. Если у меня будет три, я могу не поехать на соревнования по футболу. А я капитан. - Могу поставить два, если хочешь, - Антон пожал плечами. - Так будет даже честнее. У тебя по этой теме стоит пять у Карины Олеговны. Возникает вопрос, как ты сдал ее, если сейчас тебя хватило только на частушку. Если это была шутка, можешь прийти после уроков и переписать, побуду сегодня добрым. Если это все твои знания… - Вопросы будут те же? - с надеждой спросил Никита. - Конечно… Нет, - Антон улыбнулся, хотя в его улыбке не было ничего дружелюбного. - Тогда ставьте три, - Никита тяжко вздохнул. - Поздно торговаться. Два, как и у большинства класса. - Но… Сука, - буркнул Никита себе под нос, и скосился на учителя, надеясь, что тот не услышал. Антон усмехнулся, ставя тройку в журнал. Не хотел он портить отношения с Никитой, хотя тот, кажется, его и не помнил. Сколько ему было, когда они виделись в последний раз, шесть? Антон и не думал, что увидит пацана еще раз в своей жизни, но вот он, сидит и фырчит недовольно под нос как ежик. Как бы Антону не хотелось относиться ко всем беспристрастно, с Никитой это явно не получится, он уже чувствовал, что отношение у него будет к нему особенное. Подтверждением тому была незаслуженная тройка в журнале. Тем не менее, ставить пятерки просто за красивые глаза он тоже не будет, всему надо знать меру. Просмотрев еще несколько работ, Антон хлопнул руками по столу, поднимаясь со своего места, записал тему и начал ее рассказывать. Никита не слушал, сидел только недовольно теребил в кармане толстовки пачку сигарет. Двойки ему не хватало только, тренер ему за эту двойку голову откусит. Антон Андреевич не был похож на человека, который мог бы поддаться на чьи-либо уговоры, а тренер слушать не станет. Может и попробует подойти к учителю истории, но Никита чувствовал, будет послан нахуй. После окончания урока, Никита подошел к столу учителя, который, как и ученики, спешил уйти из класса как можно быстрее. Он посмотрел на Никиту и тяжко вздохнул, возвращаясь на свой стул. - Как можно исправить двойку? - спросил Никита, очень надеясь на то, что его лицо выглядит приемлемо. - На уроках отвечать и писать контрольные по истории России, а не шуток времен Петросяна. Никита едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Не стыдно вам, Антон Андреевич? Не успели в школе появиться, как уже себе врагов в лице учеников наживаете. - Что-то еще? Никита покачал головой. А что ему еще говорить? Антон пожал плечами и поднялся, взял свой портфель и направился к двери. Никита все-таки закатил глаза, поправил лямку рюкзака и медленно поплелся следом. - Сука, - снова буркнул он себе под нос, вытаскивая телефон и открывая переписку со Славиком. - Я не глухой, кстати, - Антон обернулся в дверях, бросая на Никиту многозначительный взгляд. - Блядь, - вздрогнул подросток от неожиданности. - Ой, бля… - он закрыл рот рукой, стараясь не сделать ситуацию еще хуже. - Извините, больше не повторится. - Бог мой, Никита, - Антон покачал головой, выходя из класса. Никита посмотрел в потолок, мысленно задавая вопрос всем известным ему богам, за что ему это. Славик не пришел и на второй урок, и на третий тоже решил не явиться. А ответить на все сообщения Никиты соизволил только на четвертом, сообщая, что его подкосил приступ лени и он отсыпался. Стоило звонку прозвенеть, как Никита схватил рюкзак и полетел на крышу школы, чтобы записать голосовое сообщение другу и покурить. И не пойти на остальные уроки, потому что его тоже одолел всем известный школьный недуг. Он достал сигареты, прикурил и сел на корточки, натягивая капюшон толстовки чуть ли не на самый нос. - Слышь, хуй очкастый. По полочкам. Ты пидор, что не пришел в школу и не предупредил меня. Если б я знал, я бы просто пошел к тебе, а не в эту шарагу. Предатель. Я тебе доверял. У нас новый учитель по истории, тот еще мудак, поставил мне два. Верните Каринку, она хотя бы просто так оценки ставит, улыбнулся и готово, а она залетела. Ну и короче, пиздец. Тренер узнает, он меня на шашлык пустит, я в душе не ебу, как мне перед этим Антоном плясать, чтоб он мне двойку исправил. Ну и вишенка на торте, отец предложил этой мрази жениться. Куда тебе блядь жениться? Сидел на жопе ровно, и сидел бы дальше. Нет, ахуенные грабли, потанцую на них. Он же вроде не тупой, а творит такую херню. Ты щас дома? Я в этой дыре сидеть заебался, а домой не хочу, не дай бог там эта сука осталась. Отправив сообщение, Никита сунул телефон в карман и, докурив сигарету, выкинул бычок в сторону и достал еще одну, тут же прикуривая. Он поднялся и стал разминать ноги, не сразу обратив внимание на хлопнувшую за спиной дверь. Не он один выходил на крышу курить, а учителя сюда совались редко. Никита вздрогнул, когда рядом с ним остановилась двухметровая шпала. Он и сам был ростом не маленький, 1.89, сантиметра не хватало до роста отца, а тут Антон Андреевич, на которого приходилось смотреть, задрав голову. Антон молча закурил, никак не обратив внимания на сигарету в руках школьника. - Вы чего не на уроке? - спросил Никита, поспешно пряча сигарету за спиной. - У меня окно. А вот у тебя должен быть урок, нет? - Антон усмехнулся. - Не до уроков щас, - фыркнул Никита и, опасливо косясь на учителя, сделал затяжку. Не было похоже, что Антон Андреевич собирался его ругать. Он вообще просто пожал плечами и устремил взгляд вдаль, словно Никиты рядом с ним не было. Никита любопытно скользнул глазами по учителю, пытаясь понять, что с ним не так. Странный он был, с кучей колец на пальцах, цепями на шее, в черных джинсах и черной рубашке нараспашку, под которой была такая же черная футболка. Он едва заметно подрагивал из-за холодного ветра, но его это не сильно волновало очевидно. - Даже за курение ругать не будете? - спросил Никита, снова делая затяжку, демонстративно, словно испытывая судьбу. - Да мне похуй, веришь нет, - хмыкнул Антон, отчего Никита нахмурился. Не ожидал он, что учитель будет вот так с ним разговаривать. - У меня перерыв, вот если бы ты это сделал на уроке, я бы тебе что-то сказал, а так… Да и смысл? Будто это возымеет эффект. И я тебе не отец, чтоб тебя за это ругать и отчитывать. Он ведь не знает, что ты куришь? - Да ему насрать, - фыркнул Никита, бросая бычок под ноги. - Сомнительное утверждение. Уверен, что твоему отцу это не понравится. - Да ему на все сейчас насрать. Он жениться собрался, сейчас главное это какие цветы выбрать, заказывать розовый или белый лимузин и какие голуби не заклюют эту тупую Алину. Так что мое курение его сейчас в последнюю очередь ебать должно. Антон чуть завис, задумчиво рассматривая как быстро тлеет сигарета, и отвис только когда огонек неприятно обжег пальцы. Он тихо ругнулся себе под нос, бросая окурок так же, как и Никита минутой ранее. - Ты ошибаешься. Стоит твоему отцу спалить тебя за курением, заставит выкурить всю пачку, или выдаст порцию пиздюлей. Или и то, и другое. - Так говорите, будто знаете моего отца. Антон лишь загадочно пожал плечами. - А ты чего не рад, что отец женится? - Да потому что хуевый у него вкус на женщин. Перед ним поставь девять нормальных и одну с приветом, и он выберет именно ее. Вижу цель, не вижу препятствий. А потом они решат завести еще одного ребенка, ага. А мне конкуренция не нужна, красивее уже не вылезет, тем более из Алины, тут даже гены отца не справятся, а права качать будет. И все внимание ему. - Ты ревнуешь. - Нет. Я хочу, чтоб папа был счастлив, но не с ней. Ну он не будет с ней счастлив. Он будет из кожи вон лезть, чтоб все было идеально, а идеально не будет. Будет все через жопу, она ему разобьет сердце, родит ему ребенка, и съебет куда подальше, отсудив половину состояния. И чего я вам это все рассказываю? - внезапно спросил Никита, удивляясь самому себе. - С малознакомыми обычно легче делиться, слышал? - Ну не с учителем же. Который еще и двойку поставил. - Уроки учить надо. - Кстати о двойке, Антон Андреевич. Что мне сделать, чтоб ее исправить? - Учить историю, Никита. Спрошу на уроке, а ты уж постарайся ответить. Узнаю, что прогуливаешь мои уроки, как сейчас - высеку. - Да нормально же общались, - недовольно застонал Никита. Антон посмотрел на наручные часы и кивнул сам себе. - Мы друг друга не видели. - А если я всем расскажу, что вы курите и материтесь со школьниками? - Бог мой, Никита. Поставлю тебе еще пару двоек и высеку. И позвоню отцу, расскажу про прогулы и курение. Мы друг друга услышали? - Да, Антон Андреевич, - кивнул Никита, и дождался, когда учитель уйдет с крыши. - Сука вы, Антон Андреевич. Никита достал телефон из кармана и снова открыл диалог с другом, который ответил ему таким же голосовым сообщением. Слушать Никита его не стал, сначала надо поделиться эмоциями. - Слава, я не выдерживаю. Такой пиздец. Я короче еду к тебе. Этот учитель истории такой странный. Короче, я вышел на крышу покурить, а он выходит такой и…