The inevitable outcome

"Всё, к чему ты прикасаешься - умирает." Так говорил внутренний голос Осаму всю его сознательную жизнь... и это не было далеко от правды. Всё, за что ни брался шатен, приносило беды и несчастья. Страдало, мучалось и, в итоге, умирало. До того момента, как он познакомился с человеком по имени Чуя. Прикасаясь к Чуе Дазай спасал его, не позволяя умереть. Это дало его жизни смысл. С того момента каждый день, каждый час он думал о том, как приятно иметь смысл жить. С течением времени они сближались всё сильнее, пробуждались тёплые чувства, перерастающие в нечто большее, заставляющее думать лишь о партнёре. Вот и сейчас, спешно сдёргивая друг с друга одежду, уже повзрослевший двойной чёрный переходит в кровать, не прерывая жарких поцелуев. Тела переплетаются в чувственном соитии. В неопределённый момент процесса Накахара, в позе "лицом-вниз-задницей-вверх" и вовсе полностью расслабляется. Отдышавшись после прекрасного оргазма, шатен наклоняется ближе к чужому телу. - Ты уже кончил? Ответа не следует, чужие ноги лишь разъезжаются в стороны, оголяя влажные пятна на члене, животе и постели. Их владелец всё ещё лежит, уткнувшись лицом в подушку и сжимая простынь в пальцах. Кончики ушей пылают красным. - Очаровательно смущаешься - улыбается Осаму, подползая ближе и укрывая обоих одеялом. - Ладно, лежи и так, если хочешь. Спокойной ночи~ Привычный поцелуй в макушку как всегда прекрасен. *** - Чуяяя, пора вставать! Не похоже на тебя, так долго дрыхн- Шатен внезапно замирает: - Чуя?.. Рыжий лежит, как и раньше. - Ч-Чуя..?.. - Осаму на дрожащих ногах подбегает к постели, трясёт рыжего за плечо. - Эй, проснись! Он прекрасно понимает почему тот не реагирует, но... Дазай одним резким движением срывает одеяло, откидывая в сторону. Осознание приходит резко. Внезапно глаза шатена округляются. Он отходит на шаг, потом на два, едва удерживаясь на шатающихся ногах. Накахара не дышит. Судя по совокупности факторов, уже около девяти часов. Кожа мертвенно бледная, глаза открыты и закачены вверх, из приоткрытого рта вытекает тонкая струйка слюны. Живот и бёдра запачканы его же полу засохшей спермой. Во время оргазма случился сердечный приступ, он умер спустя буквально несколько минут. Судя по всему, Осаму начал заниматься любовью с живым, а дотрахивал уже труп. Шатен стоит в тишине, не отрывая глаз от чужого тела. И тёплым весенним утром, столь прекрасным в лёгком ветерке и солнечном свете срывается на нечеловеческий крик.

Потому что всё, к чему он прикасается, неизменно умирает.