Анемия//Anemia

Я люблю осень. И каждый год я верю, что в этот раз она будет особенной. Прогулки по осеннему лесу, пряные горячие напитки, фильмы ужасов, Хеллоуин, кофе и круассаны … Каждый год я пытаюсь жить так, как Я хочу. Но что-то не очень хорошо выходит. Это какая-то ирония судьбы, или же злой рок, но каждый год именно осенью перемены стучаться в мою дверь. Они такие: «Хей, одна тут? Нам кажется, что ты уж слишком скучно живешь, пора бы взбодриться». Я ненавижу лето и обожаю осень, и несмотря на все эти ежегодные осенние превратности судьбы, я верю, что будет год, когда все будет по-моему. Ведь если выбор делала я, тогда кому нужна судьба? Не так ли? В этом году нам пришлось переехать. Мы не планировали это, никогда не хотели. Маму уволили с работы, она повздорила с начальством. И наверное очень сильно, ведь нам пришлось уехать. Как сказала Мама: «Все Карин, для меня там все двери закрыты». Все двери закрыты, да, супер. А я тоже закрыла перед собой все двери выхода из затяжной депрессии. Боже, я думала, этот год пройдёт спокойно, без всяких причуд, и я спокойно закончу этот дурацкий одиннадцатый класс. Сдам экзамены и все. И тогда уже можно начинать новую жизнь. Но не так резко, нет. Меня мучают эти мысли каждый день! Как я буду чувствовать себя в Московской школе? Как я сдам экзамены? Ведь из-за этих сильных переживаний я не смогу сосредоточиться на учёбе. Моя жизнь- говно. Как я живу с таким настроем? Не знаю, это такая, своего рода, светлая грусть. Ты сломлен давно, но все равно идёшь дальше и не позволяешь себе упасть вниз. Не впадаешь в отчаяние. Более того, у мамы возникли некие проблемы с получением зарплаты на старой работе, и нам пришлось задержаться на целую неделю. На целую. Учебную. Мать его, неделю! С мамой мы все время ссорились из-за этого, я ныла, что не хочу жить в Москве, что меня все это пугает и бесит. Она в ответ мне говорила, какой я неблагодарный ребёнок. И что мать всю жизнь для меня одной старается, а я такая маленькая тварь, не ценю ее. По всем фронтам я была в поражении. И вот, этот роковой день настал. Мой первый учебный день в новой школе. Думаю об этом, и начинают дрожать руки. Встала я с трудом, допоздна смотрела какие-то обзоры на новые альбомы. Какие- то видео про силу мысли, о том, как мы влияем на самих себя. Потом я пила чай и так просидела почти до утра. Сейчас я кое- как встала с кровати и слава Богу, что не проспала! Плетусь на кухню, чтобы сделать кофе. Честно, этот момент я обожаю больше всего из всей моей жизни. И если меня спросят, была ли я счастлива и когда, то я сразу отвечу: «Когда делаю себе утренний кофе». Включаю в наушниках что-то типа Cat Power. Сегодня я грустная киска. Ставлю зеркало на подоконник, закручиваю кухонную занавеску, чтобы не мешала. И начинаю свой утренний ритуал. Хороший макияж- залог успешного дня. Пока крашу свой фейс, параллельно пью свой чёрный, обжигающий кофе. Мама с утра уже убежала на работу. Тетя Соня ее позвала к себе в компанию, на пробу. И квартиру нам нашла тоже тетя Соня. Чтоб Мама без неё делала? Хватаю «тройку» со стола и закидываю в сумку. Это начало конца, Карин. Страшно смотреть в глаза неизвестному. Страшно покидать свой мир, где тебе хорошо. Москва- такая большая, шумная, чистая и по-настоящему колоритная. Здесь русский дух, здесь Русью пахнет. Столько тут храмов, красивых зданий, милых скверов, уютных ресторанчиков. Здесь прям, хочется жить по полной. Это удивительный город, в котором гармонично сочетается православное наследие нашей Родины, уютные панельные дома, спальные районы , дорогие и шикарные гостиницы, а ещё и постсоветская архитектура. Прикольно это все, необычно. Так много всего намешано, и это все- Москва. Такая разная, непонятная, необъятная. Как будто сама по себе. - 11Б, вы меня десять лет мало доводили?! Вы решили перед выпуском совсем меня в могилу свети?! А?!- Я стояла в коридоре и смотрела через порог, как моя новая классная отчитывает моих новых одноклассников. - Голубин встань! Пересядь за третью парту, а Красильникова сядет на первую! У вас в классе пополнение незапланированное. Карина Фоменко. Приехала к нам из Краснодара. Карина, проходите. Я неохотно переступила порог класса, Нина Сергеевна рукой указала мне на парту, за которую я должна была сесть. Третья парта, первый ряд. Там сидел какой- то парень. Весь такой напомаженный, в дорогих шмотках. Как и все в этом классе. Чувствую себя ужасно неуверенно, но вида не подаю. Молча сажусь и достаю учебник. Все пялятся на меня и шепчут что-то друг другу. Единственное, что радует, преподша сразу начала вести урок, без всех этих: «Карин, расскажи о себе». -Слышь новенькая, а ты почему не здороваешься даже? В Краснодаре все такие борзые что ли? - Нет, нет, пожалуйста, только не это! Да ещё и от парня такое слышать. Я не поднимаю глаза на блондина. Но даю понять, что услышала все, что он сказал. Парень не стал продолжать свою речь, а только хмыкнул что-то недовольно. Господи, я же ничего не сделала даже. За что ? Прозвенел долгожданный звонок. Все мигом встали и убежали куда-то. Наверное в столовую. Следующий урок у нас будет в этом же кабинете. Я такая голодная, но одна боюсь идти в столовую. Мне уже тут все не нравится. Мама не могла найти школу попроще и подешевле? Боже! -Ты поэтому такая стройная? Потому что не ходишь в столовую? - Сказал мне женский голос с последней парты. Я повернула голову, на последней парте сидела очень красивая, кудрявая, смугленькая девочка. Немного в теле, с большими карими глазами и характерным восточным носом. -Привет. Да нет, я немного струсила туда идти одна. - Я Луиза. Если хочешь, может, по кофе ? Мы спустились в цокольный этаж и взяли два капучино. В этой школе все настолько пафосно, что есть кафетерий. А детям вообще в школе можно кофе продавать? Ох, занесло меня . -Я слышала, что тебе сказал Голубин. Все слышали. Ты поэтому не захотела одна идти в столовую? Ты красивая, тебя может не будут обижать, чего ты так боишься? Это я- жирная армянка, которую дразнят при любом удобном случае. - Так, во-первых, ты не жирная, Луиза. А во-вторых, у меня прадед тоже армянин, ха-ха. Мы с тобой точно поладим. На счёт моего соседа по парте. Конечно я испугалась, со мной мальчики так никогда не разговаривали. -Да Голубин тут вообще шикарно устроился. Папа владелец спортивного комплекса. Продают свои спорттовары, школу по боксу открыли вот недавно. У нас же спортивное направление такое, ну, неофициальное. Мы постоянно в каких-то соревнованиях и тд. И вот папочка Голубина школу снабжает всеми плюхами спортивными. Задаром почти, чтобы сыночка его в попу целовали. В прошлом году он директрисе отпуск оплатил в Испанию. На Юбилей ее. -Ого! Неплохо конечно. Я если честно, наверное, переведусь куда-нибудь. Первый день, а уже такие вот успехи у меня. А дальше что? -Твоё дело Карин, может ты преувеличиваешь. Хотя класс у нас жестокий немного, ну, иногда бывают такими. Бить тебя здесь не будут, не переживай. Но морально могут задавить. -Да уж, лучше бы били наверное. День проходит монотонно. Я хотела пересесть к Луизе, но здесь обязательная рассадка по плану. Пересаживаться нельзя. Больше меня никто не обижал, но все смотрели на меня, как на говно. Девочки косились и шептались. Парни подкалывали Глеба, как же ему не повезло сидеть с Краснодаром. Последний урок - физкультура. У меня отгул. Справка по состоянию здоровья. Я сидела в тишине в раздевалке, смотрела видосики, думала о своём. Захотелось пойти в туалет, да и прогуляться немного. Я встала и потопала вдоль, по коридору. Эта школа очень мрачная, но красивая в то же время. На стенах панели под красное дерево, приглушённое освещение, на первом этаже есть витражи. Большая библиотека, стены изумрудного цвета. Такой какой-то старинный лицей. Я открываю дверь уборной, и тут же замираю от страха и удивления. Буквально врастаю в туалетную дверь. Глаза, полные страха. Я напугана, не могу поверить в то, что я вижу. Туалет на первом этаже был самый большой, в центре помещения был небольшой фонтанчик с искусственными гортензиями. По правую сторону находились зеркала и раковины, а по левую, на ступенчатом подиуме, параллельно каждому зеркалу, располагались кабинки. Луиза неподвижно лежала на полу. Голова ее упиралась в самый верхний угол кафельного подиума. Шея опиралась об остальные ступеньки, а белая нынче рубашка, стала красной. Я быстрым шагом, уже почти бегом, шла прямиком в учительскую. У Нины Сергеевны сейчас окно. Я без стука открываю дверь, все учителя замирают при виде моего заплаканного лица. -Фоменко, что с тобой?- Нина Сергеевна встаёт с кресла, снимая свои очки. -Луиза кажется умерла,- Это все, что я смогла выдавить сквозь свою истерику. *** Через час тут уже была скорая, полиция, директриса, родители Луизы. Все на свете были. Никого домой не отпустили. Мы сидели в классе, все молчали. Я не могла выкинуть из головы образ бедной Луизы. И ту лужу крови, в которой она лежала. Дверь открылась, зашёл мужчина сорока лет, в форме. Ну все, сейчас начнут меня допрашивать. Или это делают не при всех? Если я ее нашла, вдруг подумают, что это я? Боже. Пока будет идти следствие, я точно не смогу отсюда перевестись, мне не позволят и подозрения сразу падут на меня. Я была сломлена окончательно. -Вечер добрый. Оперуполномоченный Ничаев, Вы все в курсе произошедшего, и наверное очень напуганы. Время смерти удалось установить быстро. Причина смерти- удар об острый предмет в случае падения. Следов борьбы не обнаружено. Большинство из вас были в это время на уроке, то есть, имеете железное алиби. Но четыре человека отсутствовали на занятии по физкультуре. А именно: Фоменко; Голубин; Красильникова и Трубенков. Вам в обязательном порядке придется дать показания, что вы делали в период с начала урока до момента смерти. Это понятно ? -Да чего тут думать, товарищ Ничаев. Это все новенькая наша Фоменко, замочила Луизу и все! -Красильникова ты что несёшь, лучше бы на уроках так отвечала!- Нина Сергеевна из последних сил произнесла это заплаканным голосом. На мне просто не было лица. Я выходила из школы полностью разбитая. Неужели она сама так упала? Или кто-то помог? Мне стало ещё страшнее. Не хочу возвращаться туда снова. По приходу домой я сразу легла спать, но так и не уснула. Уроки я не делала, с мамой тоже не стала разговаривать, сделала вид, что сплю. Хотя очень хотелось рассказать обо всем и сбежать из той школы, пока я не оказалась на месте Луизы. Я очень надеюсь на то, что она сама оступилась, а не её толкнули. Ещё эти показания давать. Меня что, посадят теперь в тюрьму ? Да нет, это бред. Они наверняка уже посмотрели камеры с первого этажа. И по ним видно, когда я заходила в туалет. *** Утром следующего дня мы все сидели у кабинета директрисы. Из нашей компашки как-то случайно всем оказалось по восемнадцать лет и допрашивали всех, как взрослых. Как я и думала, по камерам ничего не нашли. Спрашивали какие-то элементарные вещи. Настроение немного улучшилось, потому что меня не посадят в тюрьму! -Какие отношения у Луизы были с классом? ,- Это был к счастью, последний вопрос. - Напряженные, насколько я знаю, хотя при мне конфликтов не было. Я же вчера была первый день тут. Это мой первый учебный день…. Луиза говорила, что ее дразнили из-за веса. И все, больше наверное, я не могу ничего рассказать, это все, что я знаю. -Я понял. Спасибо. Но вот гражданка Красильникова утверждает обратное. Говорит, что Луизу все уважали и любили. -Не могу поспорить, потому что не знаю, как у них тут все было. Но если честно, меня они приняли очень грубо и холодно, что уже говорить о Луизе. Я рада, что это не убийство. -Да-а. Не убийство. Хорошо, Карина Алексеевна, вы свободны. Алиби было у всех. Я зашла в туалет через двадцать минут после установленной смерти. Глеб где-то обжимался с Красильниковой. Трубенков отпросился и ушёл ещё до начала урока. Что ж, получается, что она и правда упала. Какая глупая смерть… Она же ещё не успела вообще ничего в этом мире. Была ли она вообще счастлива? Ей было всего 17 лет. Такая глупая смерть. А я все переживаю о себе. Как же я бедная буду тут учиться? Луиза вот нигде больше не сможет учиться. В размышлениях о жизни и смерти, и жизни после смерти я провела весь день. Голубин все уроки кидал в меня бумажки и назло пялился, чтобы отвлечь от конспектов. - Голубин, те совсем Луизу не жалко? -Опа. Краснодар заговорил,- Глеб смотрел прямо мне в глаза. Как хищник смотрит на жертву. Только я не была жертвой. Я смотрела ему в ответ. Смотрела и не моргала, - тоже мне нашлась подруга, ты ее знала? Эту Луизу..Нет. Так чего же лить слёзы крокодиловы? А? -Дело не в этом. Вы учились с ней десять лет, сейчас ее нет, и тебе типа, все равно? -А тебе типа нет? Больше мы с ним не говорили. И бумажки он в меня больше не кидал. У большей части класса было странное отношение к смерти Луизы. Как будто и правда ничего и не было. Как будто она не лежала вчера с проломанной головой в туалете. Что же за люди такие. Жизни не давали девочке, ещё и после смерти такое отношение. Ни за что в жизни не пожелаю никому быть такими, как они! Это ужасно, их безразличие разбивает мне сердце. За эти два дня все вокруг превратилось для меня в день сурка. Опять эти недовольные лица, опять один и тот же кабинет, монотонные уроки. И ни один человек не заговорил со мной за целых два дня. Луиза могла бы стать моим другом, наверное. Но теперь, стоит ли сожалеть об этом? Ее больше нет, моя последняя надежда на выживание в этом месте умерла вчера , в школьном туалете. Моя депрессия обрела Новый уровень. Раньше я много думала о самой себе. О том, почему я не могу быть, как все остальные девочки. Я просто не умела радоваться ничему. Мама одна, которая любит злоупотребить красным сухим. Вечные скандалы с ней. Вечные ее упрёки. Дома нет покоя, нигде нет покоя. Нет хороших друзей, которые поймут и не расскажут это никому больше. Неуверенность в себе, которая мешает двигаться дальше. Один большой салат из детских травм и тревожности. Надуманных самой собой проблемах… Но теперь, это все приобрело Новый окрас. Никогда прежде меня не разочаровывало так безразличие людей. Их отношение ко всему и всем. То, как они ведут себя. До этой школы я не знала, что такое ненавидеть. И почему вообще я принимаю это так близко? Мне что, мало собственных загонов. Я то и делаю, что загоняюсь. По поводу внешности, денег, мозгов, талантов, собственного мировосприятия. Я не могу быть нормальной, я ненормальная, не такая, как они. Я не иду через противопоставление себя другом, наоборот, я хочу дружить и любить, но мне тяжело это делать. Потому что я- не они. И в этот прекрасный кисель в моей голове добавилась ещё сильная агрессия против моих одноклассников. Можно дать кому-нибудь миллион, чтобы депрессия прошла? *** Все опять ушли в столовую. Деньги я с собой не взяла. Да их мне толком и не дают. Я сидела в классе и просто смотрела на стену, разглядывая бюст Платона в нише. Знал ли Платон, сколько дебилов родится в этом новом мире?… Pov: writer Школьная столовая была третьим самым большим помещением в лицее, после спортивного зала и библиотеки. В этой школе было все совсем иначе. Другие устои, другой менталитет, другие люди. Здесь не было актового зала, а все мероприятия проводились в библиотеке, потому что она была огромной. Находилась под витражным куполом, в самом сердце школы. Огромные дубовые стеллажи окружали центр библиотеки. Все здесь было мрачным, таинственным и неповторимым. На витражи здесь мало кто обращал внимание, как и на свою собственную хладнокровность и колкость слов. Это же подростки. Это, наверное, нормально в их возрасте, задирать друг друга. Но порой, дети могут быть очень жестокими. Или они уже не дети? За большим столом в левой части столовой, прямо у окна, откуда падал вид на ели в школьном саду, сидели те самые хладнокровные, избалованные и опьяненные вседозволенностью дети. Вряд ли им было интересно даже друг с другом. Просто самые богатые и знаменитые примкнули с своим коллегам по цеху и образовали некий клан. Так все происходит в их мире. -Ребят, слушайте, а давайте как-нибудь новенькую разведём? - Маша Красильникова с большим удовольствием плюнула своей тупой идеей в тишину. -Красильникова, ты совсем ку-ку? Ну давай хоть для приличия не будем сейчас этого делать. Все таки, человек умер. Ну, в самом деле. -Ой посмотрите, Максимка, какой ты у нас оказывается сентиментальный парень. А кто Акопян всю жизнь называл коровой и с фейковых страниц на фотки разводил? Ой, наверное не ты, наверное кто-то другой. -Ну все, перестань. Я не это имел в виду. -А что ты имел в виду Макс. Так у нас всегда было, вы говно делаете, а потом, когда надо, для приличия сожалеете. И только Маша у нас идёт до конца, только я говорю то, что думаю и делаю то, что хочу. И из-за этого я ещё и лицемерка,- Блондинка недовольно хмыкнула и ещё больше развалилась на стуле. - Маша, это ты что же, совсем не сожалеешь? Не скорбишь?- С ухмылкой произнёс Голубин. -Я то- нет. Предлагаю, чтобы Глеб заманил Краснодар в библиотеку и развёл ее на поцелуи. Вот увидишь, Голубин, она сразу там растает, а потом мы такие с камерами, хоп, и в конце ты ей скажешь: «М-м-м, Краснодар, ты реально подумала, что можешь понравится мне?». Классная тема. Вы как думаете? - Я с Фоменко целоваться не буду. Вон пускай Макс этим занимается, ему же всех жалко. Вот пускай и сосутся, такой жест благотворительности. -Глеб, ну чего тебе стоит это сделать? - Маша приподняла ногу под столом и слегка задела голень Глеба, якобы случайно. -Мария, я те сказал, Я. Этого. Делать. Не буду! -Че новенькую жалко да? Влюбился что ли? -Ты ебанутая, Маш? -Докажи нам теперь всем, что не влюбился в эту замухрышку, давай. Давай Голубин! -Не бери меня на понт, не выйдет. -Ты сам себя взял на понт. Завтра в 14:00 в библиотеке. Не притащишь туда Фоменко, то-о, то сам знаешь, что будет, милый. Маша резко встала из-за стола и удалилась из столовой. Глеб был зол на неё. Ему не хотелось играть в эти детские игры, не хотелось быть актёром, в этой дешевой постановке. Его бесило, когда ему говорят, что нужно делать, приказывают. Он ненавидел это. Почему он не мог просто сказать: «Нет». Почему он стал выбирать? Почему стал думать? Почему просто не послал Машу и не стоял на своём? Неужели ее мнение так важно в этом классе? Неужели она имеет над ним некое влияние?