Victim of the White Snake

Ранее бессонные ночи взяли вверх над Ханагаки. Его разум окутал сон, что так долго не являлся к нему. Даже боль во всём теле не смогла помешать ему уснуть. Он не хотел спать. Не хотел, но не смог противиться природе своего организма. Отсутствие сна в течение трёх суток давали о себе знать. Парень вырубился почти сразу. Однако единственное, что ему приснилось, так это то, что ранее послужило причиной трёх бессонных ночей и боли во всём теле.

Сон

Это было уже не впервые, он привык. По крайней мере до этого момента ему так казалось. Раньше всё было не так плохо. Раньше всё было гораздо мягче. Но сегодня Изана особенно зол. Что очень напрягало Такемичи. Даже не зная причины, пошёл его встречать, как подобает послушной игрушке. Вот только единственное, что он получил, это следы на шее. Его чуть не задушили. Это было отвратительно. На секунду его разум очистился, но вот только это было на жалкую секунду. Однако эта жалкая секунда помогла ему понять, что сейчас он находится в полном отчаянии и безвыходной ситуации. Его окотил холодный пот и ужас. А потом пропасть, но длилась она не долго. Продолжением сна стало самое страшное, что произошло позже. Первое что он увидел, это лицо Изаны которое заставляло трепетать сердце даже пройдя сквозь столько страданий и боли. Всё те же прекрасные пепельно-белые волосы, развивающися от лёгкого сквозняка. И всё так же блестящие глаза, напоминающие драгоценные сапфиры. Такие манящие, сверкающие таким до страха красивым огоньком. Кто-то мог с уверенностью сказать, что этот огонёк очень опасен и стоит его обходить. Но вот только сам Такемичи не смог его обойти. Эти глаза слишком манили его. Они, словно магнит, тянули молодого человека к себе. Из этого состояния транса его вывело резкое движение со стороны Курокавы. Он притянул его к себе и одной рукой залез в иссиня-чёрные волосы Мичи. Так грубо, но и как-то по своему нежно. Вот только за этим последовали укусы. В шею, в ключицы, в плечи и даже покусывание бледно-розовых сосков Ханагаки. От этого из его уст вырывались хриплые стоны, что явно ласкало уши кусавшего. Об этом говорила его довольная ухмылка. Пепельноволосый явно не планировал на этом останавливаться. Потянувшись своими руками в штаны стонавшего, начал поглаживаить член парня, слегка подрачивая ему. Это заставляло Мичи подрагивать, однако ему это даже нравилось, вот только он и не знал, что же ждёт его дальше. Да и не хотел знать. И снова пустота. Опять. Темнота. Этот день был отрывками. Следующее, что он увидел, так это то, как его лицо упирается в подушку, а на затылке он чувствовал крепкую хватку. Его прижали к кровати. Вот только таз был приподнят, а анальное отверстие подверглось жёсткому проникновению и почти сразу полностью. Курокава был зол. Очень зол. Ханагаки и не знал из-за чего. Он не помнил. Сейчас он ощущал жуткую боль во всём теле, но не сразу понял что его и за руки держали. Его тонкие запястья поместились в одну мужскую ладонь, которая могла их сломать в один миг. И вот, острая боль в нижней части тела. В нём резко начал двигаться орган Изаны. Это было гораздо больнее, чем ранее, казалось, органы Такемичи сейчас выйдут наружу через рот. В таком состоянии он не мог соображать. Его мозг отключился. Полностью. Единственное, что он понимал, так это то, что его насилуют. Да. Всё началось с ласки, но вот только предположений, что же он сказал или сделал не так, не было. Тёмноволосый ощущал каждый толчок, каждое грубое движение. Единственное, что радовало, так это смазка, которую насильник всё-таки использовал. Неожиданное и резкое движение. В него кончили, а Изана так и не собирался прекращать. Он был в гневе. Это пугало. Только Ханагаки приготовился испытать новую волну жуткой боли, как снова темнота. И вот, он лежит на своей кровати, полностью обнажённый и весь в сперме, а так же укусах и ярко-фиолетовых синяках, что покрыл и всё его тело. Единственное что чувствовал Такемичи — ничего. Он даже боли не ощущал. Лишь пустота. Его сердце давно уже исчезло. Оно сломленно, уничтожено, разбито и в конце концов испарилось… Даже Курокава не осознавал всего, что испытывала его игрушка. Это причиняло ещё больше боли. Если вспомнить, то Ханагаки и вправду его когда-то полюбил. Да. Любил. Очень сильно. Даже сейчас это чувство осталось. Хотя нет. Это скорее уже эмоциональная привязанность. Привязанность, которую вызвал Изана огромным количеством разных эмоций, которые он ему подарил.

Пробуждение

Такемичи проснулся. После всего этого кошмара, который он испытывал. Он смог проснуться. Всё тело немного ныло. К сожалению побочным эффектом его, уже позабытых прыжков во времени, стало то, что во сне он ощущает абсолютно всё. Боль, эмоции, чувства, ощущения. Всё кажется настолько реальным, что по началу пугало. Сейчас же он привык к этому. Полежав до момента, когда боль спала, он слегка приподнялся и сел. А потом и вовсе сполз на пол. Как-то тяжело вздохнув, вкладывая в этот вздох остатки своей души, он потянулся под тумбочку, где лежал сверкающий от редких лучей солнца, нож. Взяв его и покрутив его немного в руке, он поднёс его к своим плечам…

***

Кладбище. Могила, на которой было выбито имя «Сано Шиничиро». Мичи сразу понял, что это родственник Майки. Только вот кем он ему приходится? Этого он не знал. Его раздумья прервал голос. — Шиничиро, это Ханагаки Такемичи, — Инуи положил свою руку на левую лопатку Мичи. — глава одиннадцатого поколения» Чёрных Драконов». — продолжил блондин. — Ханагаки понял в чём дело. Точнее, вспомнил. Это Шиничиро Сано — глава первого поколения. В знак приветствия он поклонился. — Я не опозорю имя первого поколения. — уверенно заявил парень. — Я создам крупнейшую группировку!!! — гордо, с какой-то наивностью проговорил на одном дыхании Мичи. Только он хотел ещё что-то добавить, вот только его прервал голос, который приближался к ним. — О, день рождение одиннадцатого поколения в день рождения первого…? — Прозвучал до боли знакомый голос. — Забавно. Ханагаки, ты не говорил, что стал лидером одиннадцатого поколения. — — Ха. Ха. Прости… — извинился Ханагаки. — Ты ведь это и так знал. Я не видел смысла тебе об этом говорить. — честно признался блондин. С того момента в кафе, когда они посидели и пообщались, он понял, что Курокава не так уж и плох и страшен, как казалось ранее. Он даже запал в душу Такемичи. С тех пор у них сложились дружиские отношения, но ещё больше их связывал Какосик. Друг детства блондина и самый близкий человек Изаны. — Ты пришёл навестить Шиничиро? — спросил голубоглазый. — — Да, не ожидал тебя и… — Он посмотрел на стоявшего в полном шоке Инуи. Усмехнувшись, Изана подошёл и обнял Такемичи, как бы говоря, что он его собственность и лучше ему не лезть. Вот только сама «жертва» не понимала, что же обозначает данное действие. — И Инуи. Да? — всё так же насмехался Курокава. — Я так понимаю, ты до сих пор грезешь о воскрешении славы и духа первого поколения? — Стоявший минуту назад в шоке Сейшу, почти сразу вырвал Ханагаки и объятий пепельноволосого и слегка приобнял его за плечи. — Курокава… Ты что здесь забыл? — Он перевёл взгляд на Мичи. — И как вы вообще связаны?! — недоумевал блондин. — — Мичи, так ты им не сказал? — поразился Изана. — Тут его речь прервали. — Не сказал что? — Гневно прозвучал голос позади. — — «Майки…» — тут же пронеслось в голове Ханагаки. — «Пиздец мне и всем…» — — Такемучи. Я жду объяснений. — Грубый голос заставлял подрагивать, что конечно же не улезнуло от глаз Изаны и Инуи. Вот только первым Курокава потянул к себе дрожавшего и обнял. — Майки, какая встреча. — ехидно произнёс глава Поднебесья. — А, и Эмма тут тоже. Давно не виделись, сестричка. — Теперь Ханагаки совсем запутался. Что вообще происходит. Почему он участвует в разборках семьи Сано? Но напрягало ещё больше неожиданная нежность его друга. — Инуи, уведи Эмму. — еле сдерживался Манджиро. — А я пока разберусь, что происходит… — Кивнув, Сейшу улыбнулся юной особе и повёл её прочь. С чего-то он решил послушать приказ Майки, хотя полностью подчинялся только Такемичи. Но предчувствие говорило о том, что ему нужно срочно забрать сестру семьи Сано и беречь как зеницу ока. Что он и делал. Когда Инуи и Эмма скрылись с поля зрения, атмосфера сразу же изменилась. Майки разозлился, а Изану это лишь веселило. Он всё так же прижимал к себе Такемичи, который уже почти не дрожал. — Такемичи. Объясни, что происходит. — Уже на грани крика произнёс Манджиро. — Тяжело выдохнув, только глава одиннадцатого поколения собрался что-то сказать, его перебил его друг. — Манджиро, ты слепой? — спросил с насмешкой перебивший. — Чего?.. — — Того. Ты, блять, слепой? — переспросил Изана. — Он весь трясётся. Как он может тебе это нормально объяснить? — он ухмыльнулся. — Ну, раз он не может, скажу я. — ухмылка лишь расширилась. — Недавно он сбил меня с ног, предложил угостить чем нибудь в знак извинения, а потом и вовсе мы стали друзьями~ — Довольно, словно проурчав, проговорил всю хронологию событий «Король» Поднебесья. — — Что?.. — в глазах слушателя промелькнуло недоумение. — Такемучи. Это же не правда? — отчаяние охватило Манджиро. — — Прости, Майки. — слегка дрожащим голосом проговорил Ханагаки. — Всё именно так, как он и сказал. — — Но. А как же я.? — парень погрузился в полное отчаяние. — Я же тебя первым нашёл… — Изана усмехнулся. То ли от знания, что на его стороне Какучё, то ли просто от удовольствия, что видит Майки таким. — Ты ошибся, Майки. — он положил свои руки на плечи Мичи. — Первым его нашёл не ты. А Какучё. Какучё Хитто. Его друг детства и мой самый ближний приспешник. — После слов Изаны, Такемичи показалось, что он слышал звук бьющегося стекла. Это было сердце Манджиро. Оно упало. Разбилось. Он и не знал что ему теперь делать. Только голубоглазый хотел что-то добавить, как ему слегка прикрыли рот ладонью. - Уж прости, братец, но я забираю его к себе.. - Напоследок бросил Курокава и взяв своего нового подчинённого, покинул данное место, оставив лишь мёртвую тишину и разбитого Манджиро Сано. Конечно же Такемичи потом поговорил с Курокавой насчёт всей этой ситуации и по итогу было решено, что блондин вступит в Поднебесье. Это его, конечно же не особо устраивало, но потом он смирился. Когда проходило собрание верхушки Поднебесья, то Ханагаки представили. Уже сейчас он имел неплохую репутацию, что явно послужила неплохую службу. Например Братья Хайтани сначала скептически отнеслись к этому, ибо парень не умел драться от слова совсем. Однако у Какучё было наоборот, совершенно положительное мнение. Он уже знал о плане Изаны, в который входило переманить к себе командира Первого отряда Свастонов. А Мочидзуке вообще было всё равно. Правда он поддержал позицию Хайтани в плане битв. Там он будет бесполезен, ведь не умеет драться. Вот только Изану не волновало их мнение. Ему было важно забрать Ханагаки по нескольким причинам. Во-первых это сломило Майки, во-вторых он сам его заинтересовал. И в-третьих у главы Поднебесья были свои личные причины, о которых он, конечно же, не говорил. Конечно же, когда Кисаки и Ханма познали об этом, то их возмущению не было предела. Тетта пытался как-то переубедить главу, вот только в этот раз это не получалось, что злило его. Шуджи же лишь усмехнулся. Что угодно, но такого он не ожидал. Ему было интересно, чем же закончится весь этот цирк. Он с нетерпением ждал финала и последующих ходов от своего напарника и его оппонента. Шут желал шоу. Позже было принято решение о том, что Такемичи не участвует в битве. Конечно же, в итоге победило Поднебесье, ведь состояние Майки не особо позволяло ему сражаться, ведь ранее, как оказалось, когда они разговаривали, Кисаки ударил Эмму по затылку, по крайней мере планировал. Сейшу вовремя заметил, что к ним приближается два байка, явно агрессивно настроенных и вовремя оттолкнул девушку, почти не пострадав. Лишь вывих плеча и кость была немного раздробленна. Но это он ещё легко отделался. Блондинка всё равно в итоге получила сотрясение. Это уже явно не смерть, что искренне радовало.

***

...И вот, нож прошёлся своим тонким лезвием по плечу парня. Он даже не почувствовал боли. Алая жидкость начала течь из раны. Вот только одного пореза ему было мало. Он потихоньку начал сходить с ума. Такемичи наносил всё больше и больше. Молодой человек желал испытать хоть что-то. Хотя бы малейшую боль. Но не мог. Он просто не мог. Он продолжал и продолжал, пока чья-то рука не схватила его за запястье. Подняв голову и посмотрев своими глазами на помешавший объект, он увидел Изану. Его лицо выражало ужас. Казалось, сейчас его глаза наполнятся слезами. Ханагаки не мог смотреть на него. Он опустил свои стеклянные глаза в пол. Курокава чуть сильнее сдавил запястье Мичи и тот выронил нож. Следующим действием был не удар, не крик, ничего из того, что предположил Такемичи. Это были объятия. Простые, крепкие объятия. Как когда-то давно, когда они ещё были в здоровых отношениях. Впервые за столь долгое время Такемичи плакал. Искренне плакал. Он скучал по таким объятиям. Очень скучал.. Вот только всю эту маленькую радость прервало головокружение и резкая темнота... Он отключился...