"Пьяная русалка"

      Они дарят ему в благодарность громкие овации, угощают выпивкой, несмотря на его юный возраст и ласкают комплиментами, не зная о его уродстве, что стыдливо спрятано за чёлкой.       Он принимает всё жадно, боится, что отберут. Опыт жизни за спиной шепчет — «люди однобоки, за один вечер не исправятся и везде одинаковы. Сейчас приласкают, потом побьют».       Он это понимает, только никуда не спешит уходить. Вместо этого, Хуа Чэн спрашивает хозяйку таверны о комнате, а та выделяет ему место, за которое он может платить тем, что поет песни. Ведь этим он привлекает прохожих, и те выбирают именно её заведение из числа других, где нельзя послушать живую задорную музыку, вкупе с красивым голосом.       Проходит день. Потом второй. Он продолжает играть для всех на инструменте и слагать песни, угощает их жизнерадостными напевами, чтобы люди в полной мере смогли отдохнуть от суеты и духоты жизни.       В таверне «Пьяная русалка» всегда очень много людей, обменявших неспешную жизнь земли на бурные всплески волн за бортом корабля. Моряки зовут его с собой в дальние плаванья, но он всегда отказывает, хоть соблазн и велик. Только он понимает, что долго не протянет в кругу людей, те и сами вскоре выкинут его за борт - это юноша может сказать точно, наученный опытом жизни.       Да и муза его слишком привередлива, с этого нечего спорить. Юноша и сам бы рад заменить её на что-либо более постоянное, но выбирать не приходиться. В конце концов, кто он такой?       -Эй, Хуа, спой-ка нам чего-нить! — кричит ему крестьянин. Недавно у него разродилась корова и он заглянул по такому случаю, чтобы отпраздновать за кружкой хмеля и послушать заводные песни местного музыканта.       -Сию минуту! — с улыбкой бросает Хуа Чэн, беря инструмент в руки. Первые аккорды уже привели гостей в веселое возбуждение. Кто пришёл с грустью, приободрился, кто пришёл с радостью — воодушевился.       Музыка задорная и незамысловатая. Юношеский голос легок, а слова простые и людям в таверне по душе, поэтому подпевать берётся каждый.       Беззаботно, Хуа Чэн прощается с каждым из людей, даря им эту песню. Последнюю и самую теплую. Он вложил в неё чувства, что подарило ему это место. А потому, спев, он навсегда оставит эти чувства людям, живущим в городке, вместе с песней, которую они смогут петь, где бы ни находились. Вместе с музыкой, что останется в их сердцах еще на долгое время.       Смотря им в глаза, юноша посылает последние улыбки. Никто из гостей еще не знает о его скором уходе, а узнают только тогда, когда будет поздно.       Хуа Чэн чувствует небывалый подъем, что теплом разливает в груди в тот момент, когда он охватывает взором тихо сидящего, у самого окна, человека. На нем одежда в заплатах и шляпа, закрывающая верхнюю часть лица. Но этот незнакомый человек кажется таким родным и словно именно его всё это время, оставаясь на одном месте четыре дня, ждал Хуа.       Незнакомец смотрит в его сторону и юноша, доигрывая последние аккорды, не сводит с человека горящего взгляда. А после, не оставляя инструмента, подходит к объекту своего внимания.       -Господин, могу я составить вам компанию? — с надеждой спрашивает он.       -Конечно, я буду очень рад. — Искренне отвечает человек.       И Хуа Чэн садится напротив, жадно вглядываясь в лицо, наполовину скрытое шляпой.       -Вы превосходно играли, — слова похвалы, произносимые этим ртом, самые приятные из всех, что доводилось когда-либо слышать юноше. Хуа Чэн переполнен неизвестными доселе эмоциями, что даже теряется.       -Спасибо, — отвечает он и замирает. Весь. Даже сердце сбилось с ритма, затихнув на неположенный срок. Незнакомец снял шляпу, положив её на край стола.       Человек перед ним прекрасен и вместе с тем удивительно прост. И слова свободно покидают рот:       -Только вот, я больше не могу сочинять, — грустно выдает Хуа Чэн и ждет реакции.       -Отчего же? — искренне беспокоится человек.       -Муза покинула меня, — продолжает Хуа, с печалью выдыхая.       -Могу я чем-то помочь? — участливо осведомляется доверчивый мужчина.       -Только если вы согласитесь пойти со мной в дальний путь, быть может, мы догоним прохвостку. Главное суметь её поймать, а один я не справлюсь. — Заканчивает Хуа Чэн и на губах его играет озорная улыбка.