Лекарство для зависимого

      Оомори еще никогда так отвратительно себя не чувствовала. Голова просто раскалывалась от невыносимой боли, принося море дискомфорта и желание умереть, а по горлу будто кошки скреблись, оставляя глубокие бороздки от острых когтей. На мгновение ей и правда показалось, что она в агонии умирает, испуская последний дух. Однако оживленные голоса, которые слышались будто через толстый слой ваты, все же заставляли верить в лучшее. Охара попробовала пошевелиться, но тело не хотело слушать свою хозяйку, предпочитая быть безвольным мясом с костями. С неудовольствием дернув головой, девушка раздраженно зашипела, чувствуя как виски начинают гореть от резкой боли. Следом за ней приходит головокружение, от которого она болезненно стонет. — Похоже твоя бедовая барышня очнулась, — услышала она голос навязчивого прилипалы. — Если бы ты ее не швырнул в багажник, она была бы в нормальном состоянии, — недовольно прозвучал голос, в котором Оомори узнала второго брата. — Зачем ее вообще сюда привезли? Ты не мог ее оставить там, откуда ее и притащил? — Она еще понадобится в одном деле и это ваша вина, тупые Хуйтани, нахер вы машину сменили? Считай из — за вас она головой о багажник долбанулась, — раздраженно ощерился розоволосый. — Раньше туда даже двухметровые вышибалы влезали! — Ничего нового, опять мы виноваты, — смешливо ответил старший из братьев. — И чем она так провинилась перед тобой, что стала твоей компанией на задание? — Не твое дело, — злобно фыркнул Харучие и присел рядом с безвольным телом Охары. — Наш раболепный Харучие нарвался на свидетеля и не смог его убить, — насмешливо протягивая голос, произнес Риндо. Оомори резко замерла, чувствуя тяжелую ауру убийцы рядом с собой. Насколько же он разозлился, что Охара могла ощущать эту злобу собственной кожей, от которой ей становилось только хуже. — Эй, «миссянезнаюХаручие», — обратился к ней старший из братьев, который похоже решил забавным издеваться над ее бедой. — Считайте вам повезло, что мы поменялись с этим розоволосым животным заданиями. Повстречай вас я, вы бы были уже мертвы. — Не говори ерунды, Ран, — встрял Риндо. — Мы бы сделали все чисто и не напоролись бы на свидетеля. Так что этой мисс не повезло, что она встретила Санзу. — Заткнулись, Хуйтани! — буквально выплюнул Харучие, раздраженно шипя себе под нос. — Эй, ты собираешься глаза открывать, нет? Оомори почувствовала довольно болючий тычок в бок и недовольно сморщилась, пытаясь открыть глаза. Она чувствовала себя настолько отвратительно, что могла лишь выдавить непонятные мычания. — Я… ммм… голова. — Похоже сильно ударилась, — задумчиво раздалось у нее прямо возле лица. Охара могла чувствовать горячее дыхание на своих щеках. Попытка еще раз открыть глаза не увенчалась успехом, а очередной приступ головной боли буквально выворачивала ее изнутри. — Это ваша работа, тупицы. — мрачно произнес розоволосый и ткнул ее еще раз, чтобы уверится, что она не померла. — Минуточку, вообще — то ты ее швырнул так будто она мешок с дерьмом, — беззаботно ответил Риндо, пожимая плечами. — Что ты собрался с ней делать? Восстанавливаться она будет еще долгое время, а решать дело нужно уже сейчас. Эта мисс — балласт. Можно было оставить ее в покое или сразу закопать. Предпочтительнее, конечно, второе. — Да, где твое милосердие, ручной щеночек? — явно издевался старший. — Ты хочешь, чтобы эта мисс работала на нас, но она обычный человек, который ничего не мыслит в нашей, так скажем, сфере. Защищаться она не сможет, да и ты не всегда рядом будешь. К тому же из — за нее ты можешь попасться и сам. Да и король этого не одобрит. — Велика вероятность, что она нас сдаст, — дополнил за братом Риндо. — Не сдаст, — фыркнул Ран, — Трусливая. Будет до конца своих дней шарахаться от каждого шума. Вот идет она себе спокойно с работы по своему привычному маршруту и натыкается на окровавленного сумасшедшего, у которого в руках катана. Вроде бы отбиваешься от него, а он на следующий день является к тебе домой, а после тащит на разборку. И вот она просыпается в неизвестном месте с кучей мужчин и травмой головы. — Романтика, — хмыкнул младший. — Не знал, что в тебе это есть, Харучие. — Идите к черту, Хуйтани! — И все же лучше избавься от нее, — насмешливый голос старшего из братьев перешел на мрачно — серьезный. — Даже если у нее окажется амнезия из — за травмы головы, лучше не оставлять свидетелей. Мне учить тебя делать твою работу? Охара попыталась снова открыть глаза, однако снова потерпела неудачу. «Я хоть и в отвратительном состоянии, почти умираю, но я вас слышу, идиоты». — Ран, она же все слышит, — шикнул на него Риндо, заметив беспокойное подёргивание лица Оомори. — Знаю, от этого только веселее, — хмыкнул садист, — Эй, неудачная жертва нашего яндере — куна, уж постарайся что — нибудь сказать. Последнее слово там… пожелание. Должны же мы исполнить последнюю волю покойного. — Я… — голос Охары перебивался на хрип, — Плохо… кружится. — Что, что? «МиссянезнаюХаручие!» — голос старшего из братьев становился только громче. Оомори казалось, что он делает это специально. Хочет, чтобы она хоть как — то реагировала. Она чувствовала, как язвительные, хитрые глаза пронзают ее внимательным взглядом. «Что я могу сделать, тупой идиот? У меня в голове вертолеты летают. Подойдешь ближе, наблюю тебе на твои отполированные туфли». В конце концов, громкий голос Хайтани стал настолько невыносим, что она в итоге вяло промычала. — Прекратите. — О, наконец — то! — однако это было несколько опрометчиво с ее стороны. Ведь лишнее телодвижение привело в действие механизм, от которого старший Хайтани будет еще долго отмываться. Продолжение следует…