Глава 79
18 ноября 2021 г., 13:50
Игорь стоял в нескольких шагах от Гэ Сю.
Он немного опустил глаза, поджал губы и медленно произнес: "Я слышал, что ты был ранен."
Гэ Сю неожиданно слегка приподнял брови: "Вы довольно хорошо информированы."
В конце концов, прошло меньше часа, и даже декан и остальные только что ушли.
Глаза Игоря слегка блеснули, и он немного неестественно кашлянул:“...Я просто случайно оказался здесь.”
Это неправда.
Когда его друг рассказал ему об этом полушутливым и полувопросительным тоном, Игорь проводил боевую тренировку меха на другом конце академии, и в тот момент, когда он услышал новости, его настроение внезапно стало хаотичным. Он нашел причину покинуть учебное поле, а затем как можно быстрее бросился в лазарет,но, дойдя до двери, он вдруг резко остановился.
В качестве кого он собирается его посетить?
друг？
Однако даже до несчастного случая с Айрисом,он крайне сложно было назвать друзьями.На самом деле, перед лицом неустанного преследования Айриса, отношение Игоря всегда было холодным и раздражающим. Даже если семья Дросте и семья Лестер хорошие друзья, они определенно не понимают друг друга.
жених？
Это еще более нелепо.
Давайте пока не будем говорить об этом брачном контракте. Он был аннулирован задолго до того, как Айрис был спасен. Даже в те годы, когда он не был аннулирован, Игорь был единственным, кто решительно выступал против этого брака и похоже, вскоре после разрыва контракта с семьей Лестер ,они заключили новый контракт, и как бы он ни просил бок о бок, генерал Лестер держал рот на замке перед неизвестным альфой.
В самом последнем разговоре позиция генерала Лестера была еще более прямолинейной:
“Почему ты спрашиваешь об этом?Разве вы не хотели избавиться от этого брачного контракта в течение длительного времени?”
Игорь на какое-то время потерял дар речи.
Да.
Разве он не хотел избавиться от этого брачного контракта давным-давно?Почему вы все еще впутываетесь в это после того, как брачный контракт был расторгнут?
Игорь некоторое время не мог собраться с мыслями.
Картина посещения Айрис в палате в тот день крутилась у него в голове - бледнолицый молодой человек расчесывал свои чуть более длинные черные волосы от передней части глаз до затылка, его глаза были похожи на темное море, спокойное и темное, как будто он мог засасывать людей. Уголки его губ приподнялись, и его голос спросил милым голосом：
“Есть конфеты?”
... За исключением того, что он похудел, черты его лица почти не отличаются от прежних.
И когда появилась поврежденная фотография, даже после форматирования, она все еще казалась размытой и прерывистой, на окровавленном, холодном, спокойном лице, даже без анестезии, не было ни малейших перепадов настроения, когда железы удалялись вручную.
Это так... я не могу отвести взгляд.
Игорь уставился на стоящего перед ним молодого человека сложными глазами.
По сравнению с прошлый раз, когда они встречались, он, казалось, изменились даже больше,глаза, которые будут наполнены восхищением и любовью, когда он смотрел на него, стали безразличными,как будто он смотрит на незнакомца. С видом равнодушия и вежливости, что был практически незаметен для посторонних, он провел невидимую линию между ними, которая четко разделяла и была непреодолимой.
Гэ Сю нахмурился, нарушая молчание, которое длилось слишком долго:
"Извините... У вас есть что-нибудь еще?“
Игорь поколебался несколько секунд, наконец глубоко вздохнул и медленно произнес:
"Я... просто пришел к вам, чтобы сказать, что я сожалею о вашем предыдущем несчастном случае, на самом деле, это моя ответственность."
Гэ Сю на мгновение опешил, затем подозрительно наклонил голову: “За что вы должны извиниться?””
Он очень хорошо это знает.Айрис скрыл свою личность и пошел в армию, потому что был ослеплен любовью, и это ни в коем случае не было ошибкой Игоря, не говоря уже о какой-либо вине за это.
Гэ Сю любезно объяснил:
“Вы не должны подвергаться психологическому давлению, и моя травма не является вашей ответственностью.”
В этом вопросе единственными ответственными людьми являются непредсказуемые высокопоставленные чиновники и присяжные снаружи.
Омега в течке посреди поля боя и феромон,также оказывает стимулирующее действие на зергов,у того, кто может создать такую сцену, должны быть некоторые психологические проблемы.
Даже когда он сейчас думает об этом, Гэ Сю хочется выругаться.
Но Игорю такие вежливые слова ,показались намеренно отстраненными.
Его сердце сжалось, он подсознательно сделал шаг вперед, и его тон стал быстрым, как будто он хотел опровергнуть теорию оппонента: “Повреждение желез - очень серьезная травма для омеги, и причина таких трагических последствий в том, что я...”
Выражение лица Ге Сю было слегка холодным, он раздраженно нахмурился, а затем бесцеремонно прервал его：
"Ну и что?Ты здесь, чтобы загладить свою вину передо мной?"
Игорь поперхнулся.
Гэ Сю действительно больше не утруждал себя тем, чтобы быть тактичным с ним, поэтому он просто быстро разобрался в этом беспорядке и сказал просто и прямо: "Если ты действительно не можешь отпустить эту ситуацию в сердце, ты можешь дать мне еще несколько подарочных коробок с прошлого раза.Мне все еще нравятся конфеты в нем.В остальном в этом нет необходимости.
Игорь замолчал.
Гэ Сю обошел его и продолжил идти вперед.
Прежде чем он сделал несколько шагов, он услышал только голос молодого альфы, доносившийся сзади, низкий и глубокий, неспособный расслышать эмоции, которые были слишком ясны:
“Это не похоже на твой характер - так легко смириться с браком, который был навязан тебе семьей.”
Гэ Сю:?？？
...Где это?
Он нетерпеливо нахмурился, обернулся и хотел что-то сказать, но услышал только ленивый низкий мужской голос, доносившийся откуда-то издалека:
"О?Тогда как, по-вашему, это похоже на его характер?”
Гэ Сю опешил, повернул голову и посмотрел в ту сторону, откуда донесся голос.
Хайнс медленно подошел сбоку, его темно-синие глаза наполовину прищурились, а кончик его глаз косо изогнулся, глядя на них двоих с улыбкой или улыбкой.
Гэ Сю：“......” Жених и бывший жених собрались вместе.
На эту сцену действительно трудно смотреть.
Хайнс остановился рядом с Гэ Сю и небрежно положил свою руку на плечо молодого человека, и, естественно, молодой человек был окружен его защитой.
Игорь на мгновение опешил, затем кивнул Хайнсу:
"Наставник Эстеро."
Хайнс слегка усмехнулся, полуприкрыв ресницы: "О чем вы только что говорили, позвольте мне тоже послушать?”"
Гэ Сю: "..." Он вроде как просто хочет уйти.
Но прежде чем он смог предпринять какие-либо конкретные действия, он просто услышал, как Игорь ответил: "Извините, мы просто говорим о личных делах"
Хайнс поднял брови: "Личные дела?"
Он опустил глаза и взглянул на молодого человека, который был наполовину заключен в его объятия, затем ответил с улыбкой: "Я не думаю, что это личное дело."
Игорь опешил, и его глаза подсознательно расширились.
Прежде чем он успел что-либо спросить, он просто услышал, как Хайнс медленно продолжил:
“В конце концов, брак, о котором вы сказали, был "насильственно заключен" , я являюсь еще одним главным героем."
Игорь в шоке вдохнул прохладный воздух и почти не смог сохранить,простого и вежливого выражения на своем лице. Он недоверчиво уставился на мужчину перед собой, едва осмеливаясь поверить своим ушам.
Гэ Сю: “...” Что, черт возьми, это такое.
Развитие событий было слишком быстрым, и к настоящему времени оно полностью превзошло его воображение.
Однако, в любом случае, рано или поздно этот вопрос всплывет на свет.
Выражение лица Гэ Сю было безразличным, и он вздохнул в глубине души.
Делай, что хочешь.
Игорь, с другой стороны, все еще был в шоке и не мог не расслабиться.
Это... поэтому его отец не хотел говорить ему?
Хайнс прищурил глаза и медленно сделал два шага в направлении Игоря.
С сокращением расстояния Игорь почувствовал только непреодолимое чувство подавленности, льющееся на него. Ужасающая ментальная сила была окутана мощным и властным феромоном альфы, с сильным чувством агрессии и предупреждения, с какой-то абсолютной силой и принуждением.немного давило сверху головы.
Маленькие капельки пота начали сочиться у него со лба, и даже руки начали слегка дрожать.
Изгиб губ мужчины выпрямился, и легкая улыбка быстро исчезла с его глаз. Его темные глаза были глубокими, как бездна, с небольшим металлическим холодным голубым блеском, и он тихо спросил: "У вас есть какие-либо вопросы?"
Игорь стиснул зубы и под сильным давлением немного неконтролируемо опустил голову.
Его голос был жестким и хриплым:
"Нет,господин."
"Очень хорошо." Хайнс поджал губы, и почти ужасающее ментальное давление внезапно отступило, мгновенно превратившись в ничто.
Игорь глубоко вздохнул, посмотрел на Хайнса, и в его глазах промелькнул слабый смысл.
Что это за ужасный контроль...
И сам Хайнс не был готов сделать слишком много при Гэ Сю. В конце концов, это была наша первая встреча, и было бы нехорошо пугать другую сторону.
Он поджал губы и снова вернулся к своему ленивому виду.
Хайнс повернулся к Гэ Сю, а затем сказал: “Тогда, если вы не возражаете, мы сделаем один шаг вперед.”
... Конечно, у Игоря не может быть никаких возражений.
Хайнс взял Гэ Сю за плечо и повернулся, чтобы уйти.
Фигура молодого человека стройная и тонкая, в то время как мужчина высокий и прямой. Сзади они выглядят так гармонично, как будто нельзя поставить их в пару с кем-то другим.
Он стоял неподвижно, наблюдая, как их спины постепенно исчезают, его глаза были глубокими и сложными.
За колонной сбоку Перси уставился на сцену перед собой, его лицо слегка исказилось, и он чуть не заскрипел здоровым зубом.
Осознав, что они покинули поле зрения Игоря, Гэ Сю остановился.
Он слегка повернул плечи, изогнул тело, гибко высвободился из под ладони противника, а затем отодвинулся на безопасное расстояние, чтобы устроиться поудобнее.
Хайнс поднял брови и огляделся.
Гэ Сю изобразил чистую улыбку, а затем сказал: “Ты доволен?”
"Конечно, нет." Уголки губ Хайнса слегка изогнулись, и он медленно произнес, словно шутя: “В конце концов, это тот, кто жаждет моей невесты.”
Тон его речи был наполовину правдивым и наполовину ложным, но глубокий взгляд его глаз ясно показывал, что то, что он сказал, вовсе не было ложью.
"По совпадению, я тоже не знаю."Гэ Сю также улыбнулся:
“Мне не нравится, когда за меня сражаются как за территорию.”
Изгиб его губ стал глубже, его тон дрожал, и он также, казалось, шутил:"Если это случится снова, я не могу гарантировать,что ничего не сделаю.”
Лицо молодого человека нежное и нежное, и в его чистом голосе есть восковой гнусавый звук. Что бы он ни говорил, это звучит так, как будто он кокетничает.
Но его зрачки были темными и трезвыми, с леденящей остротой, и опасность почти первобытного варварства была заключена в холодных зрачках, что заставляло его подсознательно чувствовать страх и панику.
Это выражение его глаз.
Глаза Хайнса расширились, пристально глядя на молодого Омегу перед ним.
Несмотря на то, что его тело было в синяках и в критическом состоянии, когда он столкнулся с жестоким зергом, который был в несколько раз сильнее его, его глаза были такими холодными, спокойными, как бесстрастный скальпель, с абсолютным рациональным анализом и ярким светом огня.
Такой взгляд мгновенно пронзил экран, как острое лезвие, и вонзился прямо ему в глаза.
В этот момент Хайнс почувствовал неровное биение своего сердца.
Поэтому он, не колеблясь, решил помочь мальчику.
Оказывается, это, наверное, самый правильный выбор, который он когда-либо делал.
Но... Очевидно, на восстановленном изображении появились те же самые глаза, но он совсем не чувствовал себя взволнованным или счастливым,наоборот, его грудь как будто была плотно прижата камнем, а сердце сильно билось.
Когда кровь растеклась по экрану, Хайнс почувствовал, что его грудь тоже сильно порезана, и невидимая рана забулькала кровью, в то время как его ярко-красное пульсирующее сердце было резко вытащено и помещено на солнце.Под солнцем.
Хайнс поджал губы:
“Очень хорошо, я запомню.”
Его голос низкий и мягкий, изящный, как виолончель, и в глубине его тона, кажется, скрывается немного неуловимой мягкости, которая звучит почти испорченно.
Гэ Сю прищурил глаза.
Наконец, он решил не наблюдать и не исследовать, а прямо спросил:
“Какова ваша цель?
Хайнс, казалось, вспомнил его слова и вдруг понял: "Ах!Да, это все потому, что меня только что прервали посторонние люди, и я почти забыл о своей цели."
Гэ Сю был ошеломлен: “?”
Мужчина опустил глаза и уставился на него. Его глубоко очерченные черты лица становились все более и более удивительно красивыми на солнце. Под острыми бровями пара темных, темно-синих глаз со слабой улыбкой пристально смотрела на него：
“Пойдем на свидание.”
