Глава 92
24 ноября 2021 г., 13:27
Гэ Сю казалось, что он падает бесконечно.
Как будто невидимая гравитация увлекла в глубины моря, все звуки были заглушены далекой водной поверхностью, как будто только собственное сердцебиение было тихо слышно.
Булькающие пузырьки прошли над его ушами и поплыли к макушке его головы.
Он не мог бороться, не мог дышать и мог только слабо упасть в более глубокую и холодную пропасть.
Откуда-то издалека раздался неясный зов.
Гэ Сю не мог слышать, что говорил собеседник, но в глубине души он просто необъяснимо знал, что собеседник зовет его по имени.
Он резко открыл глаза.
Это было так, как если бы пузырьки, обернутые вокруг него, внезапно разорвались, и все звуки, цвета и беспорядочные линии устремились к нему, яростно колотя по вискам, как молот, лишая его возможности сосредоточиться и думать. Неспособный думать.
Гэ Сю испытывал сильную боль во всем теле, не мог двигаться,начиная с кончиков пальцев на руках и ногах, как будто энергия в его теле иссякла, и он чувствовал усталость, даже когда просто дышал.
Ему потребовалось некоторое время, чтобы немного прояснить свое затуманенное зрение.
Над его головой летел и падал огненный дождь.
Огонь, парящий между небом и землей, казалось, мог гореть в течение трех дней и трех ночей. Потрескивающий звук и резкий рев опаляемого тела зергов, эхом отдавались в небе, и резкий запах горелого наполнял пламя. Даже если это далеко, вы можете почувствовать безграничный жар, исходящий от пламени.
Гэ Сю понял, что его осторожно держат в руках меха, и стальной нагрудник и руки крепко обхватили его.
Он с трудом посмотрел в ту сторону, куда только что летел.
На земле неподалеку, среди толстых, обгорелых трупов насекомых, серебристо-белый мех, которым он только что управлял, упал в обломки, его внешний вид был неузнаваем из-за огромных волн, вызванных взрывом, и черный дым поднимался наружу.
На поверхности поцарапанного металла меха отразился яркий красный свет.
Гэ Сю сначала подумал, что это пожар.
Пока он не поднял глаза-в его поле зрения, в далеком месте, где встречаются небо и земля, слегка красный солнечный свет пронзал тусклое ночное небо, и почти чудесное золотое сияние освещало тусклый и глубокий серый и синий, рассеивая тьму.
Восходящее солнце поднимается из-за горизонта.
Рассветный свет зари осветил опустошенную землю, отразился на раздробленной механизме и поразил сердца людей с определенной шокирующей силой.
Кровь и дым окрасили щеки Гэ Сю, его губы были бледными от потери сил, а зрение затуманилось.
Но золотисто-красный солнечный свет отражался в его глазах, как выжженная красная отметина, глубоко отпечатавшаяся в глубине его зрачков.
По мере того как расстояние увеличивается, меха на поле боя постепенно исчезают из поля зрения.
Взгляд молодого человека снова затуманился, он медленно закрыл глаза и впал в глубокую кому.
К тому времени, когда Гэ Сю снова очнулся, он уже был в больнице.
Белые стены и белый свет делали всю комнату холодной и тихой, и только равномерный капающий звук, издаваемый инструментом, когда он работал, был слышен.
Гэ Сю перевел взгляд.
Окружающая среда и структура здешней палаты очень знакомы... Это должна быть больница, в которой он находился, когда его впервые забрали,он действительно не ожидал, что однажды вернётся.
Он пошевелил горлом.
Ощущение жжения распространяется из глубины горла в рот, и сухость, которую невозможно проглотить,была действительно неудобна.
Прежде чем Гэ Сю успел позвать кого-нибудь, он почувствовал внезапный холод на губах.
Кусок холодного и влажного колотого льда прижался к его губам, и с небольшим усилием лед скользнул ему в рот, медленно тая при температуре рта и губ, и ледяная жидкость потекла по горлу, немного облегчая обжигающую сухость и боль.
Он с трудом повернул голову и огляделся.
Он увидел Хайнса, сидящего на стуле у кровати со стаканом колотого льда в руке.
Он все еще был одет в одежду с предыдущего боя. Дым и пыль покрывали его мятую планку и манжеты, а на переднем лацкане все еще виднелись засохшие пятна крови, что заставляло его выглядеть немного смущенным.
Хайнс опустил глаза и уставился на Гэ Сю, его темные глаза мерцали слабым голубым светом.
Его голос был тихим и глухим: "Как ты себя чувствуешь?"
Гэ Сю поджал губы от колотого льда, который растаял у него во рту, и с некоторым трудом кивнул.
Он оперся руками о край кровати и попытался сесть, но его руки были мягкими из-за потери сил, и он с трудом мог напрячь свои силы.
Увидев это, Хайнс наполовину наклонился, обнял Гэ Сю за плечо, осторожно помог ему подняться и положил боковую подушку ему за талию, чтобы он мог удобнее опереться.
Гэ Сю сделал несколько быстрых вдохов, немного успокоился, а затем поднял глаза, чтобы посмотреть на Хайнса, который отступал.
Его голос был хриплым и неприглядным:"Я...как долго я спал?"
Хайнс сел в кресло рядом с ним. Он взглянул на электронные часы рядом с собой и сказал: "37 часов 25 минут."
Так чётко?
Гэ Сю удивленно взглянул на него.
Он что, охранял здесь все это время?
Хайнс слегка наклонился к нему, потряс стакан в его руке, и осколки льда с хрустом ударились о стенку стакана. Он спросил: "Хочешь еще?"
Гэ Сю проглотил последний кусочек ледяной воды, растаявшей у него во рту в горле, и слегка кивнул.
Хайнс взял кусочек колотого льда и естественно поднес его к губам, а Гэ Сю открыл рот, чтобы подержать его.
Мужчина потер нижнюю губу теплыми пальцами, помолчал мгновение, а затем взял ее обратно, как будто ничего не случилось.
Звук приземления кончика иглы можно было услышать во всей палате.
Хайнс пристально смотрел на Гэ Сю, выражение его лица было чрезвычайно сосредоточенным, как будто в его глазах мог быть только один человек.
Гэ Сю немного пожевал кубики льда и проглотил их. Жгучая жажда в его горле наконец немного утихла, и сильная боль в его мозгу, казалось, стала менее очевидной.
Он спросил: "Боевая ситуация...что произошло потом?"
Хайнс скривил губы и изобразил легкую улыбку: "Благодаря вам основные силы зергов были уничтожены одним махом. Мой флот прибыл вскоре после того, как вы потеряли сознание, и подкрепление Федерации сделало то же самое. Оставшиеся расы зергов больше не представляют угрозы и скоро будут уничтожены. Теперь мои люди помогают армии очистить город."
Он поднял руку и заправил уголок одеяла Гэ Сю:
"Теперь я отправил людей, чтобы помочь правительству в расследовании причин этого нападения." Хайнс прищурился, и в глубине его темных глаз вспыхнул яростный и холодный свет: "Это нападение на армию произошло до того, как был пробит защитный щит, а это значит, что люди должны им помогать. Оружие, которое они используют, действительно скрыто, но доступ очень ограничен.Они не могут убежать."
У него все еще есть некоторые связи и силы, которые можно использовать в этих областях.
Гэ Сю кивнул.
Хотя он только что ненадолго проснулся, он уже чувствовал усталость.
Он зевнул и продолжил спрашивать: “А как насчет жертв?”
"Не так уж много."Хайнс только что сузил свое почти жестокое выражение лица. Он опустил глаза, чтобы посмотреть на Гэ Сю, и его голос был нежным: “Эвакуация гражданских лиц была очень своевременной. Как планета, пережившая прилив насекомых, число жертв невероятно. У вашего отца и брата нет серьезных проблем. Травмы даже не такие серьезные, как у вас. Не волнуйтесь.”
Закончив говорить, он перевел разговор на другое и с беспокойством спросил: "Ты устал?Ты хочешь прилечь?"
Гэ Сю снова зевнул.
"……не надо." Его веки были немного тяжелыми, но он все еще энергично качал головой: "Я не очень устал...это хорошо посидеть."
Хайнс неодобрительно покачал головой: “Ваше потребление ментальной энергии слишком велико, и ваши внутренние органы сильно пострадали из-за взрыва. Сейчас не время усердно работать.”
Он вытащил подушку из спины Гэ Сю, а затем медленно опустил его снова на кровать, мягкими и бесспорными движениями.
На этот раз Гэ Сю не сопротивлялся.
Он потерся щекой о мягкую подушку и привычно свернулся калачиком, как кот, который дремал в полдень: “Где мой мех?Как он?”
"Он в основном распался из-за воздействия взрыва и последующего падения. "Хайнс наклонился, натянул одеяло на плечи Гэ Сю, опустил глаза и прошептал: "Но все в порядке, я могу соорудить для тебя другое."
Гэ Сю медленно моргнул, его зрение постепенно затуманивалось.
Он по-мальчишески нахмурился и сонно пробормотал тихим голосом: “...но я просто хочу этого.”
На самом деле, когда механизм так сильно поврежден, стоимость его восстановления даже намного выше, чем стоимость строительства нового.
Но Хайнс ничего не сказал.
Он слегка приподнял уголки губ и тихо ответил: "Хорошо."
Хайнс поднял руку, чтобы ткнуть Гэ Сю в нахмуренный лоб, нежно погладил его бледную щеку кончиками пальцев, а затем снисходительно сказал:"Тогда я найду кого-нибудь, кто это исправит".
Гэ Сю торжественно закрыл глаза.
Под тонким одеялом тонкая и стройная фигура мальчика была почти проглочена, а его хрупкое тело, казалось, легко могло сломаться.
Хайнс стоял у кровати, спокойно наблюдая за ним, прислушиваясь к его ровному дыханию.
Наконец, он отвел взгляд, затем повернулся и вышел,в течение последних тридцати шести часов Хайнс был рядом с Гэ Сю, пока тот не открыл глаза и, наконец, не почувствовал облегчение,его все еще ждет много вещей, с которыми ему предстоит разобраться, будь то обсуждение послевоенного восстановления с федеральным правительством или преследование настоящего виновника этого прилива насекомых, Хайнс должен присутствовать.
Как только он поднял руку, чтобы открыть дверь перед собой, он услышал слегка хриплый голос Гэ Сю, доносившийся сзади:"И..."
Хайнс повернулся, чтобы посмотреть на него.
Он увидел, как мальчик слегка прищурил глаза, уголки его бледных губ приподнялись, и появились его острые тигриные зубы, выглядевшие немного по-детски:"Я выиграл это соревнование."
Хайнс слегка усмехнулся, его глаза внезапно смягчились: "Да."
... будь то количество врагов, убитых на поле боя на этот раз, или что-то еще.
Даже сейчас Хайнс все еще отчетливо помнит, что, когда он увидел серебристо-белый мех, падающий вдалеке, его грудь сдавило, как будто самая важная часть его жизни была внезапно отнята.Он ходил по полю боя почти 20 лет и пережил бесчисленное множество критических моментов, в которых девять смертей и одна жизнь, это первый раз, когда он вышел из себя перед великим врагом.
Он потерпел крупное поражение.
Хайнс осторожно закрыл дверь палаты и собирался развернуться и выйти, но просто столкнулся с врачом, который шел к нему.
Выражение лица доктора было чрезвычайно серьезным.
Он передал терминал, который держал в руке, Хайнсу и сказал:
“Здравствуйте, что касается пациента, которого вы послали, его ситуация немного сложная......”
Доктор помолчал, потом его лицо некрасиво продолжил:
“Мы провели его всестороннее обследование. В дополнение к травмам, которые он получил на поле боя, мы обнаружили, что... органы в его теле начали отказывать... и... мы не смогли найти причину.”
