Странный недуг

Минувшую неделю я провел преимущественно в постели, мучимый изнуряющими головными болями и общей слабостью. С самого моего пробуждения , под странный укачивающий шум прибоя, до момента , когда измождённый я утопал в мутном ощущении забвения. Внятного ответа на вопрос, что именно стало причиной моего состояния, я ни от кого, из наблюдавших меня специалистов, не получил. Все в чем они единогласно сходились - переутомление, надо больше отдыхать. Не зная когда именно я смогу вернуться к преподаванию, я письменно раздал,одно на всех, задание своей группе - пейзаж, на свободную тему. Последняя моя ночь была особенно мучительна. Нарастающий шум прибоя сводил с ума, раскачивая меня на набегающих волнах, подмывающих самое мое основание. Меня бросало то в жар, то в холод. Я задыхался и голова моя была будто расколота посредине. Соленые брызги от исполинских волн попадали в зияющую в ней прореху. Проснулся я в поту, утирая с треснувших губ соленые морские брызги. Едва придя в себя , я решил, что отдых оказался худшим помощником, чем полагали наблюдавшие меня специалисты. Тогда, что бы вернуть в тело своё, некое подобие духа, я взялся за проверку почты. Которой на удивление пришло за последние сутки не меньше дюжины за раз. По числу студентов моей небольшой художественной группы. Видимо в едином порыве мои ученики захотели выразить мне свою поддержку и пожелания скорого выздоровления. Каково же было мое удивление , когда кроме светских реверансов, в письмах я обнаружил выраженную мне крайнюю степень благодарности, за раскрытие в каждом отдельном ученике настоящего таланта, гениального в скорости прогресса. Мои счастливые и одурманенные этим сумасшедшим всплеском высвободившегося их таланта, буквально требовали скорейшего выздоровления и личной встречи со мной! Мог ли я отказать, будь я хоть трижды при смерти? Я кратко составил необходимое число писем и назначил день встречи, надеясь что общение с окрылённой успехом молодежью благотворно скажется на моем шатком состоянии. В назначенный день, в мою мастерскую начали пребывать взволнованные гости. Они старались вести себя как можно деликатнее и проявляли исключительную обходительность. Однако было видно, что каждому не терпится поскорее раскрыть свой тубус и явить моему взору и взору товарищей удивительной красоты работу! Когда все наконец собрались и меня усадили в мое кресло, снабдив бокалом чуть подогретого вина, студенты начали демонстрацию своих произведений. Один за другим разворачивались перед моим взором прекраснейшие из морских пейзажей со вздымавшейся из взолнованных, чьим-то исполинским плавником, пучин развалин белокаменной башни, с некогда небесно-голубым куполом. Обвалившиеся стены который опаляет огненно рыжий закат