Mi maestro

Возможно, Ким Намджуну нечем заняться, а возможно, это всё таки неимоверная тяга к знаниям, которая дана не многим. По другому объяснить желание провести все каникулы за изучением испанского никто не мог. Но если Намджун упёрся, значит добьётся в этом успехов. Причём, немалых. Именно поэтому сейчас он с нетерпением ждёт репетитора, которого надыбал где-то на просторах интернета. По отзывам, этот учитель сможет сделать из вас коренного испанца за каких-то пару месяцев. А после этого вы сами побежите размахивать красной тряпкой перед разъяренным быком. На часах уже давно за полдень, когда в квартиру молодого студента негромко стучат. Намджун подхватывается с нагретой софы, чтобы открыть дверь. Когда парень наконец распахивает её, то перед глазами появляется молодой мужчина. На нём строгий чёрный костюм и галстук в тон. Блондинистые волосы аккуратно уложены на бок, по всей видимости, не без проблем. Наверное, в обычное время они вьются и милыми кудряшками спадают ему на лицо. Намджун шумно сглатывает, в открытую пялясь на горячего, именно горячего, преподавателя. Других ассоциаций нет. Теперь понятно, почему он выбрал такой жгучий язык. Настолько взрывное комбо, что разнесёт покруче любого коктейля Молотова. И следа за собой не оставит. – Ким Намджун, верно? – несмотря на серьёзный внешний вид, мужчина мило улыбнулся и уточнил, по тому ли он адресу. – Да, проходите пожалуйста, – Нам отходит в сторонку, пропуская преподавателя внутрь. Намджун вроде давно уже не страдает трудностями пубертата, тогда почему в голову сейчас ударило с такой силой, что преподаватель сразу же выглядит для Нама, как та тупая красная тряпка для быка. Ким даёт себе мысленно пару пощёчин и проходит вслед за мужчиной в комнату. Тот уже успел вытащить из портфеля пару книжек и удобно разместиться за письменным столом. – Думаю, ты знаешь, как меня зовут, но всё же, Пак Чимин, приятно познакомиться, – Пак протягивает руку, которую Нам благополучно жмёт. – Приятно, учитель Пак, вы.. – только начал Ким, как был сразу же перебит мужчиной. – Давай не будем "выкать", у нас небольшая разница в возрасте. Я привык общаться со своими учениками неформально, – Чимин улыбается и жестом просит парня присаживаться. – Изучал раньше какие-то языки? – Пак открывает книгу на вступлении, заинтересованно расспрашивая Намджуна. – Я знаю английский, учил по сериалам в старшей школе, – Намджун поправляет очки, возвращая их на переносицу. – Вау, я его, к сожалению, не знаю, но мы здесь для того, чтобы научиться испанскому. Прекрасный язык, хотя не уверен, что он легче английского. Мы начнём с алфавита, а далее пойдём по словам, – Пак вновь роется в своём портфеле и вытягивает оттуда небольшой томик. – Это корейско-испанский словарь, отсюда будешь черпать всё необходимое. Всё ясно? – Предельно ясно, учитель. Чимин, в какое время тебе удобно проводить занятия? – Намджун внимательно наблюдает за молодым (сколько ему вообще?)мужчиной, интересуясь их графиком. – Я могу в среду и в пятницу в это же время. Думаю, двух занятий в неделю хватит. Обещаю, что через три месяца будешь болтать на испанском, как на родном корейском, – очередная улыбка заставляет сердце сжаться сильнее, настолько она ослепительна. – Вручаю себя вам. – Ok, cariño /Хорошо, малыш/ – отвечает Пак, подмигивая парню.

***

Намджун понял, что согласился на полный пиздец в тот момент, когда на втором занятии Пак заговорил на чистом испанском. Его речь просто мёдом лилась Наму прямиком в уши. И абсолютно не важно, что он не понял ни черта, что сказал Чимин. – Maravilloso clima, ¿no es así? /Прекрасная погода, неправда ли?/ – Чимин, переведи пожалуйста. Я, блин, только алфавит выучил, – да он издевается над ним. – Я говорю, погода хорошая. А будешь выражаться при мне, не буду переводить. – Then I'll swear in English /Тогда буду материться на английском/ , – хитро прищурившись, ответил Нам. – Эй, моим же оружием против меня, – Чимин нахмурил брови, но продолжил объяснять как читаются те или иные слоги.

***

– Como esta mi dulce chico? /Как дела у моего сладкого мальчика?/ – Чимин снова заходит в квартиру в среду, загадочно улыбаясь. Наму эта ухмылочка покоя не даёт. – What are saying babe? /Что ты говоришь, малыш?/ – не один он играет в эту игру. – Ты только что назвал меня "малыш"? – Пак совершенно внезапно разворачивается, ошарашив Намджуна своей догадкой. – Нет, это "учитель" на английском. – Правда? Ну ладно, запомню, – у Намджуна в тот момент сердце чуть в пятки не рухнуло. Благо, Чимин реально не знает английского.

***

Пока Намджун старательно вписывает слова в тетрадь, Чимин зависает. Он силком отрывает себя от красивых губ Намджуна, переводя взгляд на его сосредоточеный вид. Брови мило насуплены, а на щеках виднеются небольшие ямочки, которые становятся заметнее, когда Ким улыбается. – Estoy loco por ti /Схожу с ума по тебе/ , – непроизвольно срывается с Чиминовых уст. Он ведёт рукой по бедру парня, аккуратно сжимая его. Намджун поднимает голову и вопросительно смотрит на преподавателя, который в последнее время очень часто разговаривает сам с собой. – А, говорю, потарапливайся, – куда кричать, что Чимин чуть не спалился перед собственным учеником со своими фразочками. – Want to spend more time with you /Хочу проводить с тобой побольше времени/ , – отвечает Намджун, продолжая кропотливо выполнять занятие. Оба остаются непонятыми. И это скорее, к лучшему.

***

За окном льёт, как из ведра. Самый настоящий ураган. Вспышки молний пронзают почерневшее небо, а раскаты грома каждый раз всё громче. Чимин сидит возле Намджуна и ждёт, пока тот допишет. Как обычно. – Quiero quedarme contigo hoy /Хочу остаться с тобой сегодня/ . Пак ненавидит грозу, хотя нужно наконец признаться самому себе, что просто боится её. – Чимин, может останешься сегодня? На улице ужасная погода, – в этот момент Пак думает, что либо Намджун его понял, либо он грёбанный волшебник, который умеет читать мысли. – Если ты не против, я с радостью. Lo anhelaba/ Я так жаждал этого/. – Перевод будет? – Ким уже привык не понимать этого парня. Как оказалось, Чимин всего лишь на два года старше. – Непереводимый фольклор, – улыбается Пак, попутно складывая учебники в портфель. – На сегодня закончили, Намджуни. – You're so cute, honey/Ты такой милый, дорогой/ . – Ким Намджун, переведи сейчас же, – вывести Чимина из себя не составляет труда. – Непереводимый фольклор, – ехидно отвечает Нам, спешно покидая спальню, чтобы заварить им обоим кофе. Чимин принимает душ, а после надев одежду Нама, которая висит на нём огромным мешком (выглядит, кстати, невероятно мило) направляется к Киму на кухню. Без укладки и делового костюма Чимин скорее напоминает маленького котёнка, чем грозного преподавателя. Намджун умиляется такому парню и ставит перед ним кружку ароматного напитка. – Gracias, querido /Спасибо, дорогой/. – Para nada /Не за что/ . – Ты меня только что понял? – Чимин удивлённо округляет глаза. – Ну, gracias, мне кажется, любой дурак знает, – Намджун садится напротив Пака, ставя перед ним тарелку с печеньем. – Te adoro /Я тебя обожаю/ , – Чимин хватает печенье и с удовольствием поглощает сладость. Намджун продолжает залипать на молодого мужчину, всё останавливая свой взгляд на его пухлых губах, на которых осталась пенка от кофе. – Want to kiss you /Так хочу тебя поцеловать/, – они продолжают дразнить друг друга, не объясняя значения. Но похоже, их устраивает эта недосказанность. – Ты можешь поспать в спальне, а я лягу на диване в гостиной. Я постелю тебе, – Намджун пытается подняться, но в ту же секунду Чимин хватает его за локоть, притягивая ближе к себе. – Yo te quiero mucho /Я так хочу тебя/, – Терпение Пака лопается, как мыльный пузырь. Скрывать больше не получается, в его глазах так много желания. Он возбужден, со всей силой сжимая ткань домашней футболки Нама. Даже не зная испанского, можно догадаться, чего именно хочет этот парень. – А теперь на корейском, Чимин, – Намджун наклоняется ближе, ожидая ответа старшего. Пак смущается от такого пристального взгляда. Он молчит – слова комом в горле застряют. Пытается открыть рот, как-то оправдаться, снова сказать неправду, но так, чёрт возьми, не хочется. Так, сука, не хочется в этот раз. – Я так сильно хочу тебя, Ким Намджун, – языковая блокада с грохотом рушится. Чимин прям слышит этот оглушающий звук, тяжёлое падение его, как оказалось, хрупких оборонительных сооружений. Теперь не важно, что он скажет дальше, исход будет такой же. Он подтягивает Намджуна ближе, цепляя нижнюю губу зубами и слегка оттягивая её. Сладкий, слишком сладкий. Словно карамель. Поднимает глаза, чтобы в ту же секунду увидеть перед собой два необъятных океана, в глубинах которых плещется такое же возбуждение, словно вирус захватившее тела обоих. А Ким просто стоит перед Паком и покорно ждёт. Так сильно ждёт, что аж руки дрожат, а ноги подкашиваются. И не важно, что каждую жаркую летнюю ночь, Намджун перед сном представлял эти пухлые губы на себе. На своём подтянутом, уже успевшем покрыться загаром, теле. На сильных руках и длинной шее, которая всегда была слишком чувствительна, на вставших тёмных сосках и на пупке, ниже которого мысли Кима не доходили просто физически. Эти губы притягательные, всегда слишком мягкие и влажные. Эти губы, которые будут шептать ему на ухо всякие пошлости на чистом испанском. А он будет додумывать им перевод. Мужчина хватает Нама уже сильнее и резким движением впечатывается в его губы, хватаясь за ворот. Намджун наклоняется всё сильнее, лишь бы не разрывать поцелуй, который с каждой секундой всё больше превращался в какое-то сражение. Язык Пака пошло вторгался в рот, переплетаясь с чужим. Слюна размазывалась по подбородку обоих, а маленькая кухня заполнилась громкими звуками долгого поцелуя. – Иди сюда, – тихо шепчет в губы Чимин и усаживает Намджуна к себе на колени. Ким на это лишь мычит в поцелуй, боясь, что слишком тяжёлый для Пака, но тот явно не обращает на это никакого внимания. Лишь яростно впивается пальцами в ягодицы, придерживая, и продолжает наслаждаться сием действием до тех пор, пока воздуха не перестаёт хватать обоим. Они ненасытные, похожие на изнемождённых от голода зверей. Только голод этот неумолимый, с похотью переплетённый. И ничем его не утолить. Животное желание быстро проникает в мозг, который уже давно медленно плавится от таких правильных сейчас ласок, и заполняет всю черепную коробку тягучей серой массой. Чимин явно солгал бы, если прямо сейчас сказал, что целоваться с Намджуном просто хорошо. С ним целоваться ахуенно. До такой степени, что даже случайно пролитый кофе, беспощадно липнущая к телу футболка, возможный ожог первой (по ощущением, третьей) степени, не остановят Пака. Он бы очень сильно хотел подхватить Нама под бёдра и на своих "мощных" руках дотащить его до кровати в спальне, но увы, с их-то разницей, дальше кухонного пола они не продвинуться. Поэтому Пак решает, что до удобной и мягкой поверхности они доберутся в следующий раз. И собрав все свои силы, Чимин резко встаёт, удерживая Кима, и садит его на кухонный стол. Тот лишь успевает вновь возмутиться по поводу своего превосходства в весе, когда умелые руки заваливают его на твёрдую поверхность. Блондин залезает сверху, седлая бёдра и мысленно молиться, что дубовый стол всё таки выдержит их обоих и не развалится в процессе. Намджун гулко стонет, когда те самые губы начинают блуждать по телу, зацеловывая каждый открытый участок кожи. Чимин тянет его домашнюю футболку верх, наконец открывая себе обзор на столь манящее последние пару недель тело. Намджун великолепен, сейчас – в руках Пака, на этом чёртовом дубовом столе. Нам от неожиданности резко откидывается назад, прикрывая лицо руками. Он смущён до предела действиями Пака, своей неопытностью и всей ситуацией вцелом. Лицо запылает жаром и неприкрытым стеснением, когда Чимин прильнёт к румяным щекам, ласково обхватывая запястья. Это так неправильно, запретно – люди скажут ужасно. Но от этих "ужасных" поступков, почему на душе от них так хорошо. И говорят ведь: "На ошибках учатся", вот и Намджун научится. Научится совершать подобные ошибки. – Мне остановиться, Намджун? Только скажи, и я.. – Нет, не останавливайся, прошу тебя, – Чимин аккуратно ведёт рукой по тяжело вздымающийся груди, оглаживая сильные руки. Намджун всё ещё закрывает ими лицо, пытаясь унять непонятно откуда взявшиеся волнение. Блондин что-то нежно шепчет на ухо, а после отнимает руку от лица, выцеловывая пальцы. Он скользит мокрым языком между фаланг, а после и вовсе берёт два пальца в рот, сладостно облизывая их, словно вкусный леденец. – Ты уже занимался этим раньше? – Пак медленно раскачивается на бёдрах своего некогда ученика, забивая огромный болт в книгу о педагогической этике. – Под "этим" ты имеешь ввиду секс с преподавателем? – Намджун улыбается, наблюдая за тем, как Чимин хмурится, явно не ожидая подобного ответа. – Нет, не занимался, – Ким обхватывает руками упругие ягодицы, подстраиваясь в такт приятным толчкам сквозь ткань домашних спортивок. На них расплывается пятно от предэякулята, а насквозь мокрые боксёры плотно сдавливают нехилое возбуждение. Чимин медлит, даёт Намджуну, и главное себе, время. Он стягивает с себя большую кофту, оголяя тонкую талию, которую Ким сможет обхватить даже одной рукой. Пак изящный, ласковый, словно кот, но даже в таком положении не перестаёт доминировать, выпуская своего дикого зверя наружу. Вгрызается в шею, оставляя повсюду укусы, а после зализывает их языком. Нам под ним лишь приглушённо скулит в полной мере ощущая себя жертвой, которой довелось повстречать на своём пути беспощадного хищника. Тем временем пальцы Чимина спускаются ниже, под кромку нижнего белья, к самой заветной добыче. Большой палец надавливает на головку, отчего Ким выгибается в спине. Пак ведёт губами дорожку от пупка к паху, а после берёт член в рот, тем самым заставляя Намджуна простонать во весь голос. Его руки не знают, за что ухватится, поэтому беспорядочно блуждают по столу в поисках лучшей опоры. – Возьмись за волосы, – Чимин отрывается от своего очень увлекательного занятия, заметив растерянность парня. – Но тебе же будет больно, – Нам не хочет причинять блондину дискомфорт, поэтому лишь сильнее сжимает угол стола, отчего кончики его пальцев белеют. Чимин недовольно хмурится, а после с напором отнимает руку парня от стола, поднося её к своим волосам. – Просто возьми и трахни мой рот хорошенько. Ты же послушный мальчик, верно, Намджуни? – Пак кокетливо улыбается, а Намджун неловко запутывает пальцы в белокурых прядях, несильно их оттягивая. – Да, учитель Пак, – слова вырываются из уст Нама с трудом, он тяжело и быстро дышит, капельки пота стекают вниз по виску, пытаясь хоть как-то потушить пожар, который творится внизу. А Пака лишь больше кроет от слов Кима, настолько они грязными и похотливыми мыслями оседают на подкорке – до дрожи в коленях и влажных ладошек. Чимин представляет Нама во всех позах, которые знает, и от каждой бросает в жар — насколько идеально он будет смотреться, когда без зазрения совести отдаст своё тело Паку на растерзание. А Чимин и места живого на парне не оставит. Настолько сильно он голодом упивался при виде такого мужественного, но для него, для Пака, податливого тела. Чимин заглатывает глубже – так глубоко, что горло начинает саднить, а в уголках глаз собираются еле заметные слёзы. Слюна продолжает стекать по его подбородку, а во рту чувствуется вкус так и недопитого кофе. Он сильнее сжимает губы вокруг члена, а языком водит по набухшим венкам. После плавно перемещается ниже, поочерёдно вбирая в рот яички. Блондин старательно вылизывает Нама, причём вытворяет это с такой лёгкостью и непринуждённостью, что аж с трудом верится, что он не делает этот чёртов минет ежедневно. Хотя Намджуну бы не отказал в такой прихоти. Руки Пака оглаживают мощные бёдра, а после и вовсе тянутся выше к груди. Он нависает над Кимом оголодавшимся зверем, планируя довести его до разрядки за пару минут, поэтому хватает зубами бусину соска и аккуратно прикусывает её до терпимой боли. Намджун подрагивает от ощущений и лишь низко стонет, пока Чимин орудует его телом, как вздумается. Одной рукой он продолжает надрачивать парню, а второй давит на горло, перекрывая Киму кислород. И эта одновременно мучительная, но сладостная пытка продолжается до тех пор, пока Пак не чувствует разлившуюся на пальцы липкую сперму своего мальчика, который так и не отпустил взмокшие пряди блондина. Чимин заваливается на грудь Намджуна и пару минут пытается просто восстановить дыхание. На серых спортивках некрасиво расплылось тёмное пятно – он кончил, даже не прикоснувшись к себе. Сумасшествие какое-то, да и только. Пак слышит, как брюнет пытается объяснить, где лежат презервативы, но Чимин лишь медленно придвигается к его взмокшему лбу и нежно целует. – Не нужно, для первого раза ты большой молодец, – он целует Нама ещё пару раз, растягивая приятную ласку. – Но ведь, тебе тоже нужно.. – Не волнуйся, одного твоего вида хватит, чтобы кончить, – Пак улыбается, смотря как Намджун смущённо краснеет и отворачивается от слишком очевидного заявления. – Мы продолжим в следующий раз. Как насчёт пятницы? – Предлагаешь мне секс по расписанию? – брюнет удивлённо округляет глаза и в недоумении смотрит на лежащего на нём парне. – У нас урок в пятницу, забыл? Ты всё ещё мой ученик, Ким Намджун, а я твой учитель, – Пак ехидненько смеётся, но в тот же момент чувствует, как его подхватывают на руки и валят на всё тот же многострадальческий дубовый стол. — И это говорит мне тот, который пять минут назад мне отсасывал, да, учитель Пак? – Нам делает акцент на последних словах, жадно сминая ягодицы блондина руками. – Te dejaré follarme si estudias bien/Я дам тебе себя трахнуть, если будешь хорошо учиться/. — шепчет Чимин на испанском. — Por supuesto, maestro Pak /Непременно, учитель Пак/. — так же шёпотом отвечает ему Намджун. Видимо, Пак Чимин всё таки превосходный учитель.