Защита свидетеля

*** Звонок телефона раздражал, а мирное сопение и причмокивание под боком очень успокаивало. Выбравшись из кровати без особого на то желания, Ибо аккуратно, что бы не разбудить, закутал омегу в одеяло и, прихватив телефон, вышел из комнаты. - Ну, чего тебе? - зевая поинтересовался альфа. На другом конце только фыркнули: - Я тоже скучаю, детка. - Лэй, давай ближе к телу. Альфа спустился на первый этаж и поставил чайник. - Что-то ты мне не особо рад, я так понимаю ночь была весёлой или Чжань уже успел тебя заебать? Ибо ухмыльнулся и, потерев глаза, ответил: - Ну, ночь была относительно спокойной, если не учитывать кошмары. А вот утро мне очень понравилось. Альфа расплылся в улыбке, погружаясь в приятные воспоминания. От него всё ещё пахло омегой и тело предательски ныло, требуя продолжения банкета. Старший альфа присвистнул: - Ого, он же ранен! Ибо, у тебя от недотраха совсем кукуха поехала? Я тебе его доверил, что бы он хоть до суда дожил, а ты его... - Лэй! - перебил Ибо. - Угомонись, с ним всё в порядке. У Чжань-гэ течка, раны уже и след простыл, так что не кипешуй и не приезжай пару дней. Когда всё закончится, я перезвоню. - Ладно – вздохнул детектив. - Я понял. Тогда продукты хоть закажи, а то совсем парня ухайдокаешь, - и отключился. М-да, течка у омег – это ещё тот гемор. Во-первых, это непреодолимое желание, во время которого омега не всегда контролирует своё тело и действия. Разве что с помощью огромной силы воли не бросается на всё, что хоть как-то напоминает член. Само тело требует продолжения рода, так сказать. Во-вторых, выделяется огромное количество феромонов, которые привлекают всех альф в радиусе 100 метров. И действуют так, что у некоторых животный инстинкт берёт верх и те не могут себя контролировать – гон во всей красе. Плюс собственный запах омеги усиливается в несколько раз, что тоже способствует половому акту. Ну, и, в-третьих, если омега не получит желаемого любым способом, то невыносимые боли, температура и даже потеря сознания гарантированы. Но если омега, всё-таки, состоит в паре или как угодно получает удовлетворение, то через 2-3 дня всё проходит и организм приходит в норму. Если омега состоит в паре или имеет постоянного партнёра, то это не проблема и со временем запах омеги приобретает нотки запаха своего альфы, что на уровне инстинкта предупреждает других альф. А если ещё и метка есть в виде отпечатка зубов, то это - табу. Посягательство на чужую омегу считается непростительным и карается химической кастрацией. Конечно, метки – это пережиток прошлого, сейчас таких мало, ведь метки взаимны и это связь на всю жизнь, тут развод или тату не поможет. Поэтому насильники часто отделываются отсидкой на зоне от 5 до 12 лет. Любой здравомыслящий альфа не подойдёт к течной омеге, тем более чужой, если та не на блокаторах, которые очень выручают в такие моменты. Пока Ибо задумался о том, что, наверное, он не такой уж и здравомыслящий, раз про наличие течки вообще забыл, но Чжань был одинок и нравился он Ибо пиздец как. Альфа медленно повернулся в сторону шуршания и обомлел. Сяо Чжань стоял босыми ногами на полу, с его волос ещё капала вода, а сам он был в одной белой рубашке Ибо. Детектив челюсть уронил на пол от такого секси. Подойдя к омеге, Ибо обнял его за талию и чмокнул в шею. Сяо Чжаню было немного щекотно, но очень приятно. Он обнял альфу за шею и втянул носом такой приятный аромат его тела. - Что-то случилось? - спросил омежка, заглядывая в глаза напротив. Ибо лишь покачал головой, а потом улыбаясь продолжил целовать шею и подбородок отвечая: - Нет, всё хорошо, просто пришлось отвадить одного очень настырного старого кобеля. Не люблю, когда кто-то ещё претендует на моё. - А я твой? - задал вопрос омега, за который тут же получил укус в ключицу. Чжань прошипел от боли, а потом хмыкнул и со словами: «Я понял», подставил альфе ещё больше открытых участков своей кожи. Руки Ибо блуждали по всему телу Сяо Чжаня: он гладил, сжимал, царапал не отрываясь от его губ. Омега тоже не отставал и в какой-то момент прошёлся рукой по члену парня. Тот уверенно стоял и требовал к себе внимания. Чжань улыбнулся в поцелуй и попросил не двигаться. Сам же спустился на колени и снял с Ибо домашние штаны, благо белья ни на одном из них не было. Видеть такой внушительный размер и чувствовать в полубреду – вещи разные. Сейчас он полностью себя контролировал и то, что он видел, ему безумно нравилось. Нежно и медленно Сяо Чжань начал целовать внутреннюю сторону бедра парня. Член пока не трогал, старался не прикасаться к нему (конечно, насколько это было возможно). Сначала целовал левую внутреннюю сторону бедра, затем правую. Ибо стал часто дышать. Наслаждаясь процессом, омега перешёл к его яичкам: игриво потеребил их языком, посасывал, нежно целовал, заглатывал. Полизывал снизу вверх. При этом старался не дотрагиваться до самого члена и тем более до головки. К этому моменту Ибо уже сильно был возбужден. Он в сладком нетерпении ждал, когда его член окажется у Чжаня во рту. Поигрывая с яичками альфы, омега взял его руку и положил себе на голову. Ибо зарылся пальцами в волосы, но не стал нажимать, позволяя омеге делать всё, что тот хочет. Сяо Чжань начал ласкать член. Сначала обхватил губами самый низ ствола члена, потом, помогая себе рукой, чтобы он не выскальзывал, полизывал его и посасывал. Затем снова спустился и взял яички в рот, снова прошёлся по стволу, но, не доходя до головки. Во время ласк делал поступательные движения рукой, как бы массируя член. Целуя ствол, постепенно приблизился к головке и круговыми движениями языка начал ласкать вокруг, слегка задевая её, как бы водил языком рядом с головкой. Ибо еле выдерживал эту пытку. Чжань чувствовал, как нарастает возбуждение альфы, давая Ибо в полной мере насладиться ласками всех его эрогенных зон в паху. Затем обхватил член губами так, чтобы тот оказался во рту. Помогая себе рукой, он вбирал горячую плоть то до самого упора, то лишь слегка, посасывал, лизал, играя языком. Глубоко вбирая член Ибо, Чжань останавливался на пару секунд, чтобы альфа почувствовал, как глубоко он у того во рту. Это дико нравилось Ибо. Он так ждал когда Сяо Чжань возьмёт его в рот, такой горячий и влажный. Альфа наслаждался каждой секундой. Через минут десять Ибо уже был на грани и, с именем омеги на губах, кончил тому прямо в рот и омежка проглотил всё до последней капли. Еле раскрыв глаза и прогнав белые вспышки, Ибо увидел сидящего перед ним на коленях Сяо Чжаня, который слизывал с губ и пальцев в капельки спермы. Такого разврата от ещё недавно девственного омеги альфа явно не ожидал. Рыкнув, Ибо поднял парня на ноги, а потом рывком усадил себе на бёдра, целуя, то в губы, то в шею. Чжань млел от такого напора. Он зарывался пальцами в волосы, целовал щёки, нос, посасывал мочку уха. Дойдя до островка на кухне, Ибо резко посадил омежку на стол. Тот не удержался и взвизгнул в поцелуй. Контраст распалённой кожи и холодного камня был интригующим и заводил ещё сильнее. Не разрывая поцелуй, Ибо начал извиняться: -Прости, прости, детка. Просто ты такой охуенный. У меня от тебя крышу сносит. - Давно? - приподняв бровь, поинтересовался омега. Сяо Чжань прекрасно знал, как течка действует на альф и понимал, что времени на знакомство у них практически не было, но так хотелось услышать, что это всё происходит с ними не только на уровне инстинктов. И Ибо не разочаровал: - Ещё когда ты был без сознания, у меня уже на тебя слюнки текли. А когда ты очнулся, я понял, что буду полным идиотом, если не приглашу тебя на свидание. - Ох, Бо-ди, - омега сильнее прижал альфу к себе. Сяо Чжань не знал, что это было - любовь с первого взгляда или чувство влюблённости, но он точно знал, что этому парню можно доверять. И он доверял. Его руки на теле, его губы, его золотисто-карие глаза, а во время возбуждения – чёрные как уголь. Его подтянутое тело, одурманивающий запах, нежные или требовательные прикосновения – всё было настолько правильно, что Чжаня уносило. Ибо не был спасательным кругом, поэтому Сяо Чжань стремительно шел на дно. Тонул в этих объятиях, силе и нежности. Ибо целовал нежно и страстно, прикусывал, засасывал нежную кожу, но не оставлял следов. Он был страстный, неудержимый, но нежный и бережный. Альфа не хотел делать больно или напирать, но присваивал, забирался под кожу и проникал в сердце. Всегда сдержанный и уравновешенный Сяо Чжань сходил с ума от этого парня. Он выгибался и постанывал при каждом прикосновении и поцелуе. Ибо прикусывал соски поочередно, проходился языком по рёбрам, дул горячим дыханием на низ живота, усыпал поцелуями бёдра, сжимал ягодицы. Когда Чжань почувствовал горячий язык на головке собственного члена, он завыл и взмолился: - Ибо, милый, хороший мой. Не дразни меня, я сейчас кончу. Сделав несколько глубоких движений ртом, Ибо выпустил член Чжаня и оставил влажную дорожку вверх к ключицам. Затем размашисто лизнул шею и прикусил мочку уха. - Детка, я больше не могу, - зажмурившись прохрипел альфа. - Я так тебя хочу, но боюсь сделать тебе больно. Нам нужно остыть, хоть немного. В любое другое время Чжаню бы очень понравилась такая бережная забота, но не сейчас. Он обхватил ногами бёдра альфы и резким движением прижал к себе. Смазки было более, чем достаточно да и растянут за утро он был отлично, поэтому Ибо вошел легко и сразу на всю длину. Было так горячо и приятно внутри омеги, а возбуждение затягивалось томным узлом внизу живота. Всего было так много и одновременно так мало. Не удержав равновесие, Ибо упёрся руками на столешницу, а лбом упёрся в выгнувшееся тело под собой. - Боже, что же ты со мной делаешь... – прошептал альфа и начал двигаться. Он брал Чжаня жадно, глубоко, сжимая его бока и бедра до синяков. Такой напор плавил Сяо Чжаня. Омега отзывался стоном на каждый толчок и сам подавался бёдрами вперёд. От такого Чжаня Ибо быстро начал терять контроль и вскоре начал входить на всю длину вместе с узлом. Стоны омежки превратились в крики от удовольствия. Весь дом наполнился смешанным запахом ванили, корицы, бергамота и имбиря, сопровождаемый вскриками, рычанием и пошлыми шлепками. Чжань вцепился в плечи альфы и судорожно хватал ртом воздух: - Бо...Бо-ди...Ибо, я...я...о, господи, я сейчас... Ибо увеличил амплитуду движений и, спустя несколько толчков, они кончили одновременно. Сяо Чжань залил спермой их животы, а Ибо излился глубоко внутри омеги. С трудом отдышавшись, альфа еле успел выйти из омеги, когда узел начал набухать. Спустя некоторое время, весьма довольный и взъерошенный Ибо чмокнул такого же довольного и разомлевшего Сяо Чжаня в нос и помог ему встать. Пола Чжань так и не коснулся, альфа подхватил его на руки и понёс в ванную. - Бо-ди-и... – хихикнув, прохрипел Чжань.- Я могу к такому и привыкнуть. Ибо улыбнулся и, заглянув омеге в глаза, со всей серьёзностью произнёс: - Значит, привыкай, я готов всё время носить тебя на руках. Если ты позволишь, конечно. Сказать, что Сяо Чжань обалдел – ничего не сказать. Так, с выпученными глазами и открытым ртом, Ибо и занёс его в душ. Чжань хотел что-то сказать, но в животе громко заурчало и они оба прыснули от смеха. Быстро помывшись, Ибо чмокнул омежку в плечо и оставил того нежиться под тёплым душем, а сам вышел на кухню и снова поставил чайник. Достал из холодильника остатки курицы и на скорую руку, смешав всё, что было и приготовил курицу по-сычуаньски. Чжань тем временем, переодевшись в домашние шорты, вышел из душа и втянул носом запах еды. Живот снова заурчал, а альфа подошёл, чмокнул омегу в нос и провёл его к столу. Когда с едой было покончено, Ибо отправил Чжаня на диван в гостиную, при этом не забыв шлёпнуть того по ягодицам, а сам принялся мыть посуду. После, устроившись в обнимку на диване, они вместе выбирали продукты для покупки из супермаркета. Оказалось, что Чжань умел хорошо готовить и намеревался удивить альфу. Закончив оформление заказа, они не забыли сделать пометку о курьере бете. Запахи беты слышали и различали где альфа, а где - омега, но возбуждения такого не испытывали. Так что это был идеальный вариант в их ситуации. Ибо отложил телефон и, обняв омегу, перетащил его на себя укрывая пледом обоих. Сяо Чжань лежал на груди Ибо и выводил пальцем незамысловатые узоры. После третьего вздоха Ибо не выдержал: - Чжань-гэ-э, – потянул альфа. - Перестань так вздыхать, ты всегда можешь сказать или спросить у меня всё, что хочешь. Омежка лишь хмыкнул и поцеловал альфу в солнечное сплетение. Было до безумия приятно, когда тебя понимают без слов. Омега поднял голову и, заглядывая в самую душу, спросил: - Бо-ди, а почему ты стал полицейским? Раньше Ибо уже отвечал на этот вопрос – мол, круто - оружие, погони, ловля преступников и т.д. Романтика, ёпта! Но сейчас Чжань так смотрел, что Ибо не смог ему соврать. Альфа вздохнул и крепче обнял омегу: - Если бы мне кто-то сказал, что я буду полицейским, я бы предложил ему обратиться к врачу. Настолько эта работа не вязалась со мной. Скажем так, я не был пай-мальчиком в школе. Сяо Чжань кивнул, подтверждая свои догадки. - Мой отец был полицейским, а папа ... - Ибо сделал паузу, собираясь с мыслями. - Папа в молодости тоже был не подарок, пока не встретил отца. Я точно не помню, что там у них произошло, но знаю, что отец отпустил папу при условии, что тот пойдёт с ним на свидание. Ибо улыбался, а Чжань внимательно смотрел и вслушивался в каждое слово: - Не прошло и года, как они сыграли свадьбу и в подтверждение своей любви обменялись метками. - Ого! - присвистнул омега. - Да, – кивнул альфа, прикрывая глаза. - Отец всегда говорил, что они с папой были истинными. И, если бы папе не нужно было закончить школу, отец бы его на втором свидании в загс потянул. Чмокнув Чжаня в макушку, Ибо продолжил, перебирая пальцами волосы омежки: - Они безумно любили друг друга и через полтора года появился я, а папа... - Ибо тяжело выдохнул. – а папа умер при родах. Сяо Чжань замер. Слёзы накатывались сами собой и тяжёлый ком застрял в горле. - Прости. – приглушённо сказал омега. Он как будто ощущал всю боль, с которой говорил альфа.Ибо лишь погладил того по голове и прочистил горло от накопившейся горечи: - Да, папу я не видел, но отец очень много мне о нём рассказывал и фотографии показывал. Он всегда говорил, что папа и я – это лучшее, что было в его жизни. И когда я сильно косячил в школе, он даже не ругал меня. И это жутко бесило, – Ибо хмыкнул своим воспоминаниям. - Когда в очередной раз ему пришлось краснеть за меня в школе, он снова ничего мне не сказал и я взбесился. Накричал на него, сказал, что ему на меня плевать и даже если я сдохну, то ему будет всё равно. Ибо вытер поступившие слёзы и потёр красные глаза. -Тогда отец впервые дал мне пощёчину. С его глаз градом лились слёзы. Он обнял меня так крепко, я думал, что задохнусь. Отец сказал, что я очень похож на папу, и внешне и характером. Особенно умением плясать на его нервах, – Ибо ухмыльнулся. - Отец посмотрел мне в глаза и сказал, что он не смог уберечь любимого мужа и жалеет о том, что не смог выразить всю любовь, нежность и заботу за то короткое время, что им было отведено. Когда папы не стало, он умер вместе с ним. Но когда отец впервые взял меня на руки - в нём словно что-то ожило. Он пообещал на могиле папы, что никогда не причинит мне боль, будет оберегать и будет дарить любовь за двоих. После того разговора я переосмыслил всю свою жизнь. Я понял, что отец и так всю жизнь жил с болью в сердце, а тут ещё я – такой подарочек. В общем, я взялся за ум, закончил школу, поступил в универ и закончил его экстерном за два года, сдав все экзамены на отлично. Я хотел быть юристом – ну знаешь, представлять интересы в суде, решать головоломки на бумаге, а не бегать по подворотням с пистолетом в руке. Не хотел, что бы отец нервничал и переживал из-за моей работы. Я ему и так нервы попортил, знаешь ли. Но судьба решила иначе. Ибо опять тяжело вздохнул. - Почти сразу после моего выпуска, отец ушёл на очередное задание, он ловил какого-то маньяка. Когда они уже его обнаружили и даже спасли последнюю жертву... В общем, никто не предполагал, что у серийника был напарник. И когда отец выводил этого психа в наручниках из здания, раздался выстрел, а потом ещё один. Отца убили вместе с этим уродом. Ходили слухи о напарнике, об убитом горем муже одной из жертв, который хотел отомстить и по ошибке убил и отца. Но я в это не верю. Если отца убили по ошибке, то почему первая пуля досталась ему? И почему стрелка так и не нашли? Альфа сжал челюсти до скрипа зубов. Сяо Чжань нежно погладил Ибо по щеке, успокаивая. Парень перехватил руку и поцеловал ладонь: - Всё нормально, – пытался успокоить уже порядком расстроенного омегу Ибо. Чжань шмыгал носом и вытирал подступившие слёзы. - Не плачь, детка. Всё нормально. Я в порядке, - альфа стал сцеловывать каждую слезинку, - Всё будет хорошо. Ты знаешь, я никому не рассказывал этого... Ты плохо на меня влияешь, - Ибо с улыбкой щёлкнул по носу Чжаня. - Ты поэтому стал полицейским? Ты хочешь найти стрелка? – не унимался Чжань. - Да. Мой отец заслуживает справедливости. Он никогда не сдавался и всегда добивался своей цели. Я просто не могу его подвести. Сяо Чжань смотрел на Ибо с нескрываемым восторгом. И не мог поверить своему счастью. Ему достался самый лучший парень на свете - умный, красивый, добрый, обходительный, нежный, порядочный надёжный, сильный, до безумия возбуждающий, ласковый, дерзкий... Из раздумий Чжаня вырвал дверной звонок. Всё то время, пока Сяо Чжань смотрел на Ибо, погружаясь в свои мысли, альфа внимательно изучал парня напротив и, судя по таким же признакам отрешённости, тоже перебирал все положительные качества омеги. - Я открою, - улыбнувшись сказал Ибо и пошёл в сторону двери, - Продукты доставили. Не услышав ответа, он поставил пакеты на кухне и заглянул в гостиную. Там, на диване, свернувшись калачиком и закутавшись в плед, посапывал омега. Чжань проснулся от того, что ему было жарко. Открыв глаза, он увидел камин, в котором потрескивали дрова, пушистый белый ковёр, которого раньше не было, два бокала для вина и пиалу с фруктами, которые стояли на маленьком столике. Зарывшись лицом в подушку, Сяо Чжань пропищал на ультразвуке. Мысль о том, что он в прошлой жизни планету спас и теперь Ибо – это его награда, засела прочно в его голове. Ощущение тёплой руки на своей голове заставило Сяо Чжаня поднять глаза. На него смотрели золотисто-карие глаза с таким вниманием и тревогой, что омега не удержался и, вытянув руки, обхватил лицо Ибо и притянул для поцелуя: - Ты невероятен. Поцелуй вышел нежным, лёгким, но таким заводящим…Сияющий Чжань так и манил к себе и, если бы не планы, которые уже составил альфа, он бы прямо сейчас его сожрал. Но...Ибо мягко отстранился, прикрыв глаза, сделал пару глубоких выдохов и пригласил омегу на романтическое свидание у камина. Чжань не мог оторвать взгляд от Ван Ибо – такой милый, романтичный и весь ЕГО! Если от счастья можно летать, то Сяо Чжань сейчас где-то в космосе. Спустившись с дивана, омега провёл рукой по ковру – такой пушистый, мягкий и тёплый. Ибо принёс прохладное вино и разлил по бокалам. - За нас,- прошептал альфа и прикоснулся своим бокалом к бокалу Чжаня. Вот так, сидеть в обнимку перед камином, слушать потрескивание дров, пить вино и разговаривать о всяких пустяках – что ещё нужно для счастья? Ибо рассказывал о своих увлечениях танцами, скейтбордом, мотоциклами. Чжань впитывал каждое слово и не мог поверить, что такие мужчины бывают. Ибо был идеален во всём, а то, что у него не получалось, в конце концов осваивалось целеустремленностью альфы. Сяо Чжань тоже много рассказывал про семью: папа - преподаватель музыки и вокала, отец – повар-кондитер. Поэтому Чжань играет на скрипке, фортепиано и гитаре, поёт, умеет и любит готовить. Архитектуру выбрал потому, что любит рисовать и конструировать. Конечно выполнение причудливых предпочтений клиентов – не придел его мечтаний. Но когда-нибудь он спроектирует целый дом и, заработав достаточно денег для безбедной жизни, переедет в домик (типа этого) где-нибудь в лесу или на берегу моря и будет рисовать то, что ему нравится, а не то, что от него требуют. Ибо о чём-то задумался и, играя с вином в бокале, со всей серьёзностью и дрожью в голосе спросил: -А как тебе этот дом? До моря ехать пару часов, конечно. Но этот дом стоит на окраине и за забором начинается лес. А рисовать ты можешь начать хоть завтра. Чжань вытаращил глаза, мысли спутались, а во рту пересохло. Кровь стала пульсировать в ушах, а ладони вспотели. -Иб-бо? – Чжань заиканием никогда не страдал, но сейчас он вообще рад, что хоть что-то смог выговорить. Альфа оторвался от бокала и взглянул в глаза напротив. На висках выступила испарина, а губы стали бледнее и тоньше. Ибо очень нервничал: - Я серьёзно. Не думаю, что смогу отпустить тебя, когда всё закончится. Я понимаю, что может это звучит глупо. Возможно рано. Ты можешь даже не поверить мне, но я не могу себе представить хотя бы один день без тебя. Кажется, я влюбился. Чжань медленно поставил бокал на столик и со всей серьёзностью посмотрел на альфу. Внутри у Сяо Чжаня бился в припадке и пищал омега. Но внешне он был сама серьезность и адекватность (ёб твою мать). - Ибо, ты понимаешь насколько это всё серьёзно? Ты предлагаешь мне остаться? Ты уверен? Если ты потом пожалеешь и передумаешь, я.... - Не пожалею и тем более не передумаю, – перебил альфа. Глаза Ван Ибо потемнели и казалось будто от них веет холодом. Ибо смотрел в самую душу так, что у Чжаня затряслись руки от волнения. Этот взгляд завораживал и пугал одновременно. Всем своим видом альфа показывал серьёзность своих намерений. И Чжань больше не сомневался и впредь не станет, он верит. Мысленно прыгая в пропасть, Сяо Чжань вздохнул и, глядя в глаза сказал: - Запомни свои слова. – и замолк. Ибо долго смотрел на него, а потом мотнул головой: -Так, я так и не понял, ты согласен или нет? Чжань улыбнулся, подсел ближе и положил голову на плечо альфы: - Да куда я от тебя денусь? Я даже думать не хочу о времени без тебя. Я тоже, кажется, влюбился. Ибо обхватил Чжаня обеими руками за лицо и, глядя прямо в глаза, проговорил, задыхаясь от волнения: - Я с тобой с ума сойду! Я чуть не поседел за эти минуты! Ибо осыпал лицо Чжаня поцелуями, целовал шею, ключицы. Прикусил мочку уха и услышал тихий стон. Прошёлся языком по ушной раковине. Сяо Чжань сжал плечи Ибо. Альфа проложил дорожку из поцелуев вдоль венки на шее, обхватил губами кадык, слегка посасывая, лизнул вверх к подбородку и поцеловал омегу в губы. На каждое прикосновение, поцелуй, слово – омежка отзывался – стонал, мычал, дрожал от возбуждения, задыхался в этих ласках. Гладил и целовал в ответ, но Ибо повалил его на пол и приказал не двигаться. Нависая сверху, альфа смотрел на Чжаня как голодный лев на кролика. Двигался медленно и плавно. Целовал, аккуратно и нежно, иногда покусывал и сразу зализывал место укуса. Продолжая вылизывать каждый сантиметр такой бархатной, сладкой на вкус и запах кожи, Ибо стал делать поступательные движения бёдрами. Сяо Чжаню только и оставалось, что держаться за плечи альфы и отзываться стонами и всхлипами. Дойдя до сосков, Ибо втянул один в рот, а второй сжал пальцами. Он обводил языком тёмный ореол и слегка прикусывал саму бусинку. Затем, меняя руку и рот местами, проделывал тоже самое с другим соском. Сяо Чжань плавился, изнывал от желания, скулил. Так хорошо ему было. Выцеловывая середину живота, Ибо царапал рёбра, вылизывал каждый кубик пресса. Проследив языком линию резинки домашних шорт, он сантиметр за сантиметром стягивал их вниз, целуя каждый новый открытый участок кожи. Чжань с ума сходил от такой сладкой пытки, как в бреду повторяя имя альфы. Сняв с омеги ненужные вещи, Ибо сначала размашисто лизнул его яички и ствол члена, а потом резко втянул в рот головку. Чжань прогнулся в спине до хруста. Ему хотелось вцепиться в плечи, но он не дотягивался. Не отрываясь от процесса, альфа переплёл их пальцы и вобрал член до основания. Делая движения вверх и вниз, Ибо смотрел на Чжаня, впитывая в себя каждое движение, каждую эмоцию, каждый звук. Когда омега начал задыхаться, Ибо не дал ему кончить, выпустил его член изо рта с прошлым и громким причмокиванием и сжал член у основания. -Бо-ди-и.... – прохныкал Сяо Чжань. - Знаю, детка, знаю, но так просто я тебя не отпущу, – Ибо ухмыльнулся краем губ. А Сяо Чжань понял, что конкретно попал. Скинув с себя одежду, Ибо сел, опёршись на диван спиной, и потянул на себя Чжаня. Подставив свой член к кольцу мышц, альфа стал медленно насаживать омегу на него, придерживая парня за ягодицы. Когда Сяо Чжань опустился полностью, Ибо дал время привыкнуть, продолжил целовать и гладить бёдра, спину, живот. Взял в руку член омеги и, сделав пару движений вверх и вниз, разрешил двигаться. Чжань упёрся руками в грудь альфы и начал раскачиваться. Сначала медленно, растягивая удовольствие, затем стал наращивать темп. Чжань чередовал глубокие (как можно глубже с узлом) проникновения с совсем легкими. Омега убрал руку альфы, давая понять, что хочет кончить только от его члена внутри. - О боги, Ибо, я сейчас умру, – сбивчиво прошептал омежка. Хищно облизнувшись, Ибо решил поменять позу и встал сзади, а Чжань упёрся руками в край дивана. Ибо двигался медленно и плавно, выцеловывая каждую родинку на спине, лопатки, плечи, вылизывал и покусывал загривок. - Боже, как же я хочу поставить тебе метку...- еле дыша, произнёс в плечо омеги Ибо. -Так поставь, – оборачиваясь, прохрипел омежка и лизнул верхнюю губу альфы. Дважды спрашивать Ибо не стал. Он перехватил Чжаня одной рукой под грудью, а второй взял под плечо. Альфа стал жёстче и быстрее выбиваться в омегу, каждый раз входя на всю длину, загоняя член вместе с узлом. От удовольствия Сяо Чжань всхлипывал и выкрикивал имя Ибо. - Ты уверен? – прошептал альфа, прямо в шею омеге, - Я не позволю тебе потом уйти! Сяо Чжань решительно кивнул, закусывая нижнюю губу. Ибо резко развернул Чжаня к себе лицом и, оперев того спиной в диван, а ноги забросив себе на талию, снова вошёл. Через пять минут оба начали задыхаться в предвкушении. Ещё пару движений и они оба кончили. Во время оргазма Ибо укусил Чжаня в ключицу, а Сяо Чжань сомкнул челюсти на плече Ибо. Метки стали гореть, запахи смешиваться, а оргазм продолжился. Через пару минут оба рухнули на пол. Когда фейерверки перед глазами закончились, парни столкнулись с проблемой – узел уже набух и произошла сцепка. Чжань, оценив ситуацию, приподнял бровь и заглянул в глаза: -Ты решил, что метки будет мало? - омежка кивнул вниз, недвусмысленно намекая. - Была бы моя воля, я бы тебя ещё и наручниками приковал к батарее, - улыбнулся альфа и переверну их так, что бы Чжань лежал на груди у Ибо.- Я люблю тебя, малыш. - И я тебя люблю, детка, - альфа чмокнул омежку в нос и укрыл обоих пледом. Сцепка будет длиться от двух до шести часов, так что парни решили пока просто поспать.