Via mortis. Принятие

Утро добрым не бывает. Особенно если всю ночь, стоило тебе закрыть глаза, услужливое воображение подкидывало тебе живописную картину собственного молодого человека в объятиях проклятой китаянки. Не спасал даже урчащий под боком Мерлин. Хаус старался, как мог, успокоить свою безутешную хозяйку. Как ни странно слёз не было, только бесконечное самобичивание. Она ведь сама виновата в сложившейся ситуации. Зная, что вся вина лежит на Чжоу, почему она сорвалась на Гарри? Она ведь предполагала, что так и будет. Только вот не получалось быть спокойной и уравновешенной, когда человек, которого ты любишь, приходит чёрт знает во сколько и весь помятый, будто его похитили дамы из местного борделя и держали в заложниках как минимум месяц. Когда пришло время вставать, девушка с трудом подняла с подушки свинцовую голову. Бессонная ночь определённо не прошла даром помимо жутких синяков она заработала страшное головокружение. — Подруга, выглядишь неважно, — вместо приветствия заметила Дафна, внимательно оглядывая Лестрейндж. — Чувствую себя также, — устало ответила Джинни, отпивая из высокого стакана свежевыжитый апельсиновый сок. — Ощущение, будто я всю ночь ЗОТИ штудировала… — А ты не забыла, что у нас сейчас рубежный контроль по ЗОТИ? — поинтересовалась Гринграсс у подруги. — Помнишь, что те, кто его провалят, пойдут на отработки? — Плевать, — хмыкнула брюнетка. Сейчас её больше волновала вереница когтевранцев, неумолимо заполняющих Большой зал.  — Как плевать?! — округлила глаза Дафна. — Кому как ни тебе, после того как ты сама составляла лечебную мазь для своего ненаглядного, знать, что из себя представляют наказания у Амбридж? — Не напоминай мне о нём, ради Мерлина! — прошипела Джинни. — Слышать о нём ничего не хочу! На этом девушка подскочила и вылетела из-за стола. Всё бы хорошо, если бы именно в этот момент она не столкнулась с главной виновницей своего сегодняшнего состояния. — Доброе утро, Лестрейндж! — почти пропела Чжоу Чанг. — Как тебе спалось? — Прекрасно, — сквозь зубы прошипела Джинни. — Дай пройти, Чанг, я спешу на урок. — Ой, а я вот тоже плохо спала… — будто не слыша слов слизеринки, сладко потягиваясь, отметила Чжоу, — твой Поттер такой ненасытный… Джинни почти почувствовала, как что-то в груди оборвалось. То есть с ней Гарри боялся, а с Чжоу нет? То есть она не достаточно хороша для его высочества Гарри Поттера? Ему, видимо, хочется чего-то более экзотического! Так, нет, он этого не делал только потому, что боялся навредить ей… он любит её, ведь правда? Всегда любил. Он всегда всё делал ради её блага… да, и спал с Чанг тоже! — Что ж, поздравляю с переходом на новый уровень отношений, — деланно бодрым голосом ответила Джинни, широкими шагами спиной вперёд отходя к лестнице. — Пойду, поздравлю Гарри. Не чужой всё-таки человек. Жди мою открытку с таким великим днём. Не каждый же день просыпаешься с героем всея магическая Британия! — Спасибо! Может, достанешь для нас некоторые зелья из лаборатории? Хотя они, наверно, и тебе самой нужны, чтобы хоть кого-нибудь в постель затащить, — язвительно ухмыляясь, кричала ей вслед китаянка. Джинни с трудом боролась с желанием закрыть уши. Голос Чанг эхом разносился в голове. Слизеринка, не разбирая дороги, бежала вверх по лестнице. Сейчас больше всего хотелось сбежать ото всех, побыть одной. Просто переварить сложившуюся ситуацию. Но, видимо, всё сегодня против неё… — Мерлин, Джин, куда ты так летишь? — взволнованно поинтересовалась староста гриффиндора, перехватив подругу за плечи. Девушка тут же вырвалась. Из всех студентов, обучающихся в Хогвартсе, Джинни умудрилась влететь не в кого-нибудь, а в Рона и Гермиону. — Что случилось? — поинтересовался гриффиндорец, аккуратно перехватывая руку слизеринки. — Спроси у своего лучшего друга! — хмыкнула Джинни, чувствуя, как к горлу подкатывают рыдания. — Жди в скором времени рассказ о… о его новоприобретённом сексуальном опыте! Последняя фраза почти потонула в слезах и всхлипах. Девушка вырвала руку из захвата Уизли и кинулась вверх по лестнице. — Джинни! Джинни! Что стряслось? Что ты имела ввиду? — Рон кинулся за подругой, однако его уверенно перехватила Гермиона. — Дай ей успокоиться, — тихо посоветовала девушка. — Джинни сейчас нужно побыть одной. А нам лучше всё-таки выяснить, что же у них с Гарри снова стряслось. Джинни летела по коридорам, пока не оказалась в тупике, а именно на Астрономической башне. Девушка только сейчас почувствовала усталость. Ноги подкосились, и как-то неожиданно она оказалась на холодном каменном полу. Сейчас было абсолютно всё равно, что уже пробил колокол, что сейчас в кабинете ЗОТИ Амбридж раздаёт листочки с заданиями и спрашивает, почему отсутствует самая прилежная студентка факультета слизерин, что Драко как можно незаметнее передаёт Дафне записку с тем же вопросом, что Дафна вместо ответа кидает на наследника рода Малфоев взволнованный взгляд… Джинни было на это глубоко наплевать. Сейчас было важно просто принять тот простой факт, что её парень изменил ей с самой большой стервой в этой проклятой школе. И самое страшное, что спровоцировала его на это она сама. Даже обвинить в сложившемся положение некого — это всё только её вина.

***

Как оказалось, утро добрым не бывает и у парня, который провёл «незабываемую первую ночь» со своей «любимой» девушкой. Наверно, потому что это знаменательное событие произошло как-то без его активного участия. Сейчас, с трудом поднимая голову с подлокотника маленького, жутко неудобного диванчика в музыкальном классе. Тихо шипя от нестерпимой боли в атрофированных мышцах, Гарри поднялся на ноги. Голова раскалывалась так, будто всю ночь напролёт он звонил в огромный колокол. Отражение тоже ничего хорошего ему не поведало. Земленистый цвет лица, огромные синяки под глазами, красные следы от очков на носу и щеках. М-да, красавец, нечего сказать. Быстро поправив рубашку и взлохматив волосы, юноша направился в Большой зал. Завтрак как раз подходил к концу, и у него был хороший шанс отловить свою любимую слизеринку и рассказать, как всё было на самом деле. Почему-то казалось важным срочно переговорить с девушкой. В Большом зале опального героя встречали неожиданно тепло. Все столы кроме, разумеется, слизеринского, встретили его аплодисментами и одобрительным свистом. Некоторые парни подходили и хлопали по спине. Многие поздравляли с переходом во взрослую жизнь. Решительно ничего молодой человек не понимал. Сейчас хотелось только двух вещей — крепкого горячего кофе и нежного взгляда сапфирово-синих глаз. Не успел гриффиндорец занять свое место, как на скамейке началось какое-то странное движение. Во-первых, Дин Томас, который к нему до этого относился нейтрально, отсел как можно дальше, при этом поглядывая на соседа по комнате волком. Во-вторых, подруги-сплетницы Лаванда и Парвати мигом придвинулись поближе, навострив ушки. — Привет, дружище! — практически прошипел Рон, усаживаясь слева от лучшего друга и «легонько» похлопывая его по спине. — Как ночь прошла? Как тебе сегодня спалось? — Рон, что… — А ничего, Гарри, — злобно прошептала Гермиона. — Поведай мне, о чём ты думал, когда распускал руки с Чанг? — Что? — поперхнувшись кофе, еле выдавил герой. — А то, что ты вчера, как говорят, интересно провёл время с Чжоу… — Гермиона, давай без предисловий, — перебил её Рон. — Ты спал с Чанг? Да или нет? — Разумеется, нет! Я не понимаю, с чего вы все… — Гарри! — с когтевранского стола к нему летела Чжоу. Рон и Гермиона тут же отсели от парня подальше. Только сам герой все ещё пребывал в прострации от навалившихся на него новостей. Неужели все думают, что у них с Чжоу вчера ночью что-то было?! И, неужели Джинни поверила, что он ей изменил?! Взгляд судорожно искал девушку с волнистыми длинными волосами цвета воронова крыла. Мерлин, она же не поверила во весь этот проклятый бред? Из мыслей его вытащил поцелуй в щёку и женские руки на плечах. Как же, чёрт возьми, хотелось, чтобы это была Джинни! — Как ты сегодня спал, милый? — проурчала китаянка, устраиваясь рядом с героем. Черт, вот что ему сейчас делать? Искать Джинни и доказывать ей, что ничего у него с этой узкоглазой грымзой не было и все это наглая ложь? Или продолжать спектакль, а со своей девушкой переговорить вечером в музыкальном классе? Так ничего и не решив, парень выскочил из-за стола и кинулся прочь из Большого зала. Главное, сейчас всё-таки понять, что делать.

***

Практически весь день Джинни просидела на Астрономической башне, борясь с одолевающим её желанием переступить каменный парапет. Остатки разума орали о сумасбродности этого решения, но ноющая боль в грудной клетке не давала окончательно отбросить мысли о суициде. Ближе к вечеру её, совсем продрогшую и дрожащую от холода, обнаружили Рон и Гермиона. Как оказалось, по уши погрузившись в свои отношения с распрекрасной Чжоу Чанг, Гарри стал расхлябанно относиться к своим магическим артефактам, поэтому Рон наткнулся на раскрытую карту Мародёров прямо в гостиной. По ней они с Гермионой нашли Джинни и сразу поспешили к подруге. Сейчас, стараясь отвлечь девушку от тоскливых мыслей, они втроём устроили пикник в библиотеке.  — Я тут кое-что вспомнил из экскурсий по египетским пирамидам, — заметил Рон, запихивая в рот слойку с сыром.  — Ты слушал экскурсовода? — улыбнулась Гермиона, стряхивая с его свитера крошки. Рон послал ей раздраженный взгляд и картинно закатил глаза. Джинни, кутаясь в алую мантию Рона, грустно улыбнулась. Интересно, сколько этим двоим ещё нужно времени, чтобы понять, что они созданы друг для друга?  — Конечно, я слушал экскурсовода, это был мой старший брат! — фыркнул Рон. — Так вот, жрецы по сути — те же маги, такие же, как мы с вами, только добившиеся высот в какой-то одной сфере. Они осваивали «свой» раздел магии так хорошо, что сами сочиняли заклинания, которые были подвластны только им.  — Потом они передавали секрет потомкам, — задумчиво рассматривая кофе в кружке, продолжила его мысль Джинни, — и так на свет появились родовые специализации.  — Верно, но это не самое интересное, — кивнул парень, отпивая хороший глоток горячего чая. — Тот самый обряд посвящения. На что он, по-твоему, направлен?  — На… выявление сил? — предположила Гермиона, опираясь спиной о книжную полку.  — Скорее, на их приумножение, — поправил подругу Рон. — Ведь этот обряд за свою жизнь жрец проходил не единожды. Именно он увеличивал его мощь, помогал забраться на следующую ступень мастерства.  — Стоп, — сверкая глазами, прервала его Гермиона. — Морриган — ведь богиня смерти? Следовательно, обряд посвящения как-то должен был быть связан со Смертью, так?  — Гениально, мисс воображала, — хмыкнул парень, отправляя в рот ещё одну слойку.  — Джинни, когда ты впервые побывала в Смерти? — не обращая внимания на выпад парня, продолжила рассуждать гриффиндорка.  — В прошлом году с Грегором… И тут Джинни осенило. Нет! Не в том году, впервые она побывала в Смерти не по своей воле. Её туда заманили! И она смогла оттуда выбраться. Тот могильный холод в тайной комнате. Кому как не ей должно было быть очевидно, что это было. Она же и вправду умерла тогда, но вернулась. С помощью Дафны и… Гарри.  — Тайная комната, — поднимая глаза на Рона и Гермиону, твёрдо ответила Джинни. — Я умерла там. Всего на несколько минут, но умерла. Я помню тот ужасный могильный холод и все те ужасные видения, это не работа Реддла. Он был слишком слаб в тот момент, чтобы каким-либо образом на меня воздействовать. Это было испытание. Я должна была уйти, чтобы вернуться. Меня перенесло в тело Дафны, где я должна сделать окончательный выбор: простой — умереть или сложный — выжить и помочь… Гарри.  — Значит, именно в тот момент ты приняла свою судьбу некроманта, — продолжила рассуждения Гермиона. — А потом на матче по квиддичу, когда ты упала с метлы? Ты же была на волосок от смерти!  — Про тот момент ничего сказать не могу, — пожала плечами Джинни. — Я совершенно ничего не помню. Только, может быть, душераздирающий вой собаки и… Голос Гарри. Чёрт, надо взять себя в руки! Пора прекратить спотыкаться на его имени. В конце концов, в сложившейся ситуации виновата она, а не Гарри. И она прекрасно знала, на что шла, когда сводила их с Чжоу. Но его помятый внешний вид вчера ночью, злые слова Чанг сегодня утром… у неё будто что-то в груди оборвалось… Рон и Гермиона грустно переглянулись. Девушка только открыла рот, чтобы сказать хоть что-то успокаивающее, как парень выпалил:  — У них ничего не было!  — Что? — переспросила Джинни, с надеждой смотря на друга. Она почувствовала, будто дыра в груди начала медленно зарастать, но ей было нужно знать… — Это правда?  — Гарри сам был в шоке, когда услышал обо всём этим утром, — быстро ответил парень, смотря на оживающую прямо на глазах подругу. — Ты бы видела его лицо. Джин, я тебе точно могу сказать, ни одна девушка не вызывает в нём и сотой доли тех чувств, которые в нём пробуждает один твой вид. Поверь, со стороны это видно. Джинни несмело улыбнулась, смотря на лучшего друга. Мерлин, хоть бы он был прав! Хоть бы это не говорилось, только ради того, чтобы успокоить её…  — Джин, это правда, — заметила Гермиона, обнимая подругу за плечи. — Он сейчас сам мучается. Гарри сегодня на уроках не знал, куда себя деть. Слизеринка опустила глаза. Как хотелось, чтобы он сейчас был рядом. Просто пришёл и сказал, что эта проклятая тварь просто врала, чтобы побольнее задеть Джинни.  — Джинни, вот ты где! — запыхавшись, выдавил Теодор. — Пойдём, тебя ждёт профессор Амбридж. Когда старосты факультета слизерин покинули библиотеку, Рон тяжело вздохнул, откидывая голову на книжную полку.  — Рон, — тихо позвала его Гермиона, подсаживаясь поближе. — Это же правда? То, что ты сказал о Гарри и Чжоу?  — Не знаю, — хрипло ответил гриффиндорец, — но искренне надеюсь, что правда. Гермиона подсела ближе, аккуратно взяв парня за руку. Ей тоже очень хотелось, чтобы у Гарри и Джинни было, наконец, всё нормально. Смотреть, как два дорогих ей человека мучаются, не было больше сил. Рон, понимая мучения девушки, аккуратно приобнял её за плечи и притянул ближе к себе. Может быть, любовь, и правда, способна преодолеть любые преграды?