Via mortis. Принятие

Тренировка с Тео закончилась очень поздно, потом Гарри и Джинни просто не могли разойтись по спальням, поэтому ночевать решили в музыкальном классе. Но ничего такого, они снова легли на разных концах кровати. Джинни в обнимку с Мерлином со стороны фальш-окна, а Гарри на противоположном краю. Уже начало светать, когда Джинни разбудил тихий шорох с соседнего края кровати. — Уже уходишь? — сипло поинтересовалась девушка, приподнимаясь на локтях так, чтобы видеть юношу. Гарри вздрогнул, едва не уронив очки, которые как раз хотел надеть, и повернулся к девушке. Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Какая она всё-таки милая с лохматыми волосами, выбившимися из косы, следами от подушки на щеке, сонно щурящая глаза. Взгляд опустился ниже, и парень вспыхнул. Видимо, пока она спала, несколько пуговиц расстегнулись, являя его голодному взгляду краешек телесного кружевного бюстгальтера и молочно-белую кожу груди. Гарри быстро отвернулся, стараясь сохранить самообладание, а Джинни, поняв причину его поведения, с усмешкой застегнула рубашку. — Да, светает, — всё ещё боясь повернуться и не совладать с собственным желанием, ответил парень. — Прости, что разбудил. — Я бы всё равно проснулась, — пожала плечами девушка, выбираясь из кровати. — Почему тебе обязательно уходить ни свет ни заря? — Потому что… — боюсь себя в руках не удержать! Потому что боюсь зайти далеко! Потому что ты сводишь меня с ума… — Невилл, Дин и Симус начинают что-то подозревать, когда я не ночую в комнате. И Рон уже не знает, как ему меня отмазывать. — Они же гриффиндорцы, — подходя к своему парню и поправляя его форменную мантию, пожала плечами Джинни. — Не побегут же они к жабе-Амбридж! — Может, и побегут… Я всегда был уверен, что они никогда не перестанут верить мне, — грустно протянул Гарри, обнимая девушку за талию. — До недавнего времени я боялся, что Рон и Гермиона тоже посчитают меня лжецом. — А я? Во мне ты уверен? — поинтересовалась девушка, заглядывая ему в глаза. — Больше чем в себе, — ответил юноша, крепко прижимая девушку к себе, — потому что если и ты… — Если я от тебя отвернусь, — прикрывая глаза и утыкаясь носом в его плечо, прошептала Джинни, — то только чтобы уберечь тебя. Запомни это. — Я знаю, — положив щёку на её лохматую макушку, ответил парень. Мерлин, и как от неё уйти?! Гарри давно ловил себя на мысли, что с каждым днём уходить от Джинни всё тяжелее и тяжелее. И вот-вот он не сможет этого сделать. — Джин, мне пора, — отстраняясь, проговорил Гарри. — Не знаю, удастся ли навестить тебя на перемене. Мне не нравится, как Чжоу на тебя косится в Большом зале и на переменах. Боюсь, она начинает что-то подозревать. Так что… — Я буду ждать тебя после отбоя здесь, — хмыкнула Джинни, — как и всегда. — Мне иногда кажется, что я только из-за этого встаю с кровати каждое утро, — заметил юноша, с трудом отпуская её руки и начиная выходить за занавеску. — До вечера. — До вечера… — эхом протянула девушка, провожая парня тоскливым взглядом. Что ж, судя по её бессменным наручным часикам, у неё ещё два часа на сон. Но идти в спальню не хотелось точно. Подушка, на которой ещё недавно спал Гарри сохранила его тепло и запах. Если закрыть глаза, можно даже представить, что он всё ещё здесь… Но без него это всё равно было не то. Так, ей определённо нужно выкинуть эти мысли и лечь спать. Одной в постели, без сопящего лохматого Гарри в нескольких сантиметрах от неё… близко и одновременно далеко. — Мрррр? — Иду, Мерлин, — грустно отозвалась девушка, ложась на кровать рядом с котом. — Интересно, долго ты будешь единственным мужчиной, который обнимает меня по ночам? — Мяу…! — Нет, я люблю тебя, просто так хочется… — Мррр, — ласково проурчал кот, потерявшись мордочкой о шею хозяйки. Джинни, зажмурившись, прижала к себе кота, пропуская через пальцы его мягкую золотистую шерсть. Мерлин мягко обнял передними лапами девушку и успокаивающе заурчал, помогая ей погрузиться в сон, где Гарри не ушёл, где не кот, а юноша обнимал её шею… Утром Джинни как обычно пришла на завтрак самой первой. Откровенно говоря, только её старая привычка подниматься с первыми петухами берегла их с Гарри от разоблачения. Её соседки просто привыкли, что Лестрейндж ложиться очень поздно, а встаёт рано, поэтому ночью в комнате её редко кто видит. И вот сейчас она сидела себе за столом, наблюдая, как постепенно заполняется Большой зал. Вот, зевая и не поднимая от конспектов заспанные глаза, в обнимку зашли две старшекурсницы когтевранки, следом за ними что-то активно обсуждая, ввалились Фред и Джордж; синхронно поздоровавшись со своей старостой, заняли места на скамейке первокурсники слизеринцы. Всё как всегда, если бы… — Мисс Лестрейндж! — к ней очень быстро приближалась профессор МакГонагалл. — Мисс Лестрейндж! — Да, профессор? — Могу я вас попросить кое-что объявить всем старостам? — поинтересовалась профессор, поправляя свою клетчатую остроконечную шляпу. — Конечно. — Передайте, пожалуйста, всем старостам, что на обеденном перерыве в моём кабинете состоится собрание. — Конечно, — с готовностью кивнула девушка, и, увидев, что профессор вновь собралась уйти, выпалила, — а по какому поводу? — По поводу назначения Генерального инспектора Хогвартса, — недовольно буркнула декан гриффиндора и направилась к преподавательскому столу. — Кого-кого? — скорее про себя, нежели обращаясь к МакГонагалл, поинтересовалась девушка. Где-то к восьми народ начал подтягиваться на завтрак. Джинни уже успела предупредить Джастина — старосту пуффиндуя и нелюдимую занудную старосту когтеврана. Она уже собиралась вернуться к своему столу, как в Большой зал зашёл Рон. Точно! Она же так и не узнала, как прошли отборочные! Подруга называется. — Рон… Уизли! — осеклась девушка, вспоминая, что они вообще-то якобы в ссоре. Рон остановился и неохотно посмотрел в сторону якобы бывшей подруги. — Уизли, передай своей лохматой подружке, что сегодня на обеденном перерыве ваш декан устраивает собрание старост, — холодно отрапортовала Джинни, мысленно интересуясь: «Как прошли отборочные? Ты получил место?» — Ясно, — холодно отозвался парень, игнорируя её мысленный вопрос и усаживаясь на лавку. — Что, Лестрейндж, тебя снова отшили? — час от часу… — И тебе доброе утро, Чанг, — натягивая на лицо фальшивую улыбку, Джинни развернулась к собеседнице. — Как ночь провела? Как оказалась пока Джинни пыталась поговорить с Роном, Чжоу и Гарри успели прийти в Большой зал. Гарри, незаметно ухмыляясь, положил руку на плечо своей «девушке». А Чжоу, многозначительно смотря на Джинни, крепче прижала к себе парня, как бы намекая на ответ. Слизеринка даже не знала, как ей удалось удержать рвущийся изо рта язвительный комментарий. — Просто великолепно, — протянула китаянка, заглядывая в глаза Гарри. — Рада за вас, — всё ещё стараясь запихнуть подальше все колкие замечания, которые только пришли на ум, процедила слизеринка. Как всё-таки приятно слушать ложь, зная, что на самом деле этой ночью Гарри был с ней. Но всё-таки эта дрянь рядом с ним не могла не нервировать. Каждый раз, когда она видела их вместе, всё ещё хорошо заметную надпись под левой ключицей жгло коленным железом. Джинни раздражённо сглотнула и нервно одёрнула воротничок рубашки с левой стороны. Гарри всё понял без слов. Надо отвлечь Чанг. — Чжоу… — Джинни, — Гарри и Чжоу буквально растолкал Дин Томас, которому будто кто-то просто дал пинка. — Такмысегодняидёмгулять?! — Что? — слизеринка с трудом, но всё-таки расшифровала фразу, и её значение немного смутило. — А мы?.. — Хорошо, я зайду за тобой в семь, — уже спокойнее закончил парень и сделал то, чего она от него вообще не ожидала. Наклонился и поцеловал её в щёку. Джинни так и обмерла. Девушка даже не знала, как реагировать. С одной стороны, Дин пытался помочь ей выбраться из неудобной ситуации, а с другой… а с другой, она видела сжавшиеся кулаки Гарри и его перекошенное от ярости и ревности лицо. Мерлин, он же всё неправильно понял! — Вы видели сегодняшний Пророк! — в их дружную компанию буквально ворвалась Гермиона с газетой в руках. — «МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ! ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА»! — Что? — Генерального инспектора? — Что за чушь? Только Гарри и Джинни пропустили эту весть. Она отложилась на подкорке, но основные их мысли текли совершенно в другом направлении. Воспользовавшись тем, что все отвлеклись на газету, слизеринка отступила к своему обеденному столу. — Лестрейндж, ты уже читала эту расчудесную новость? — поинтересовался Теодор. — Ты про генерального инспектора? — Да, — встряла в разговор Дафна, — этой жабе даже дали полномочия проверять других преподавателей! — Ох, весело будет на неё посмотреть на уроке в Снейпа, — улыбнулся Тео и посмотрел на Гринграсс. — Тебе больше подойдёт тёмно-фиолетовое, розовый — не твой цвет. К тому же это явно не твой… — Тео! — отвесив старосте подзатыльник, вспыхнула девушка. — Какого Мордреда?! — Что? Ты не знала, какое подобрать бельё для жаркой ночи с твоим рыжим психом, — начал оправдываться парень, положив Пророк на стол, — я сделал доброе дело и помог, а ты… Пока эти двое спорили о приличиях и тонкостях ментальной защиты, Джинни перехватила забытую всеми газету. «Узнав, что деятельность Дамблдора поставлена под объективный контроль, я испытал большое облегчение, — заявил вчера вечером в своем уилтширском особняке мистер Люциус Малфой. — В последние годы многие из нас, кому небезразличны судьбы наших детей, были обеспокоены отдельными эксцентрическими решениями Дамблдора, и мы рады услышать, что Министерство намерено отслеживать ситуацию в школе». Ох, дядя… что же ты за игру ведёшь? Кому, как не мне знать, что ты всегда поддерживал кандидатуру Дамблдора на посту директора? Кому, как не мне знать, из-за чего тебя на самом деле тебя выгнали из совета попечителей? Но что случилось сейчас? Ведь ясно, что Амбридж поставят на пост директора, при первой же возможности. Почему теперь ты выступил «за»? — Джинни, чего ты зависла? — поинтересовалась Дафна. — Пойдём, ты же не хочешь опоздать на зелья? Ещё раз напомнив Тео о собрании, Джинни позволила подруге уволочь себя в подземелья. Так, сегодня должны быть результаты эссе о лунном камне, которое она писала чёрт-те как из-за всей этой нервотрёпки. Интересно, что там у неё? Первые два урока пролетели совершенно незаметно. От мыслей о предстоящем собрании с Амбридж бросало в дрожь. Джинни старательно избегала эту жабу после того жуткого наказания, когда Гарри еле-еле её откачал. Кстати о Гарри, именно сегодня, когда ей нужно с ним объясниться, эта узкоглазая гадина является чуть ли не каждую перемену! Да и по эссе Джинни умудрилась схлопотать «Слабо»… Поэтому сейчас, стоя вместе с Тео у кабинета профессора МакГонагалл, слизеринка чувствовала себя совершенно отвратительно. Ей срочно нужно переговорить с Гарри. Как объяснить ему, что ни о чём она с Дином не договаривалась? Что она прекрасно знает, как он ревнив, и что она не собирается сыпать ему соль на рану! Да и Дин… он же хотел как лучше, хотел помочь девушке, которая ему нравится. Ох, и как же ему не повезло влюбиться именно в неё! — Эй, Лестрейдж, — шепнул ей на ухо Теодор, доставая неизвестно откуда маленькую белую розочку, — прекращай хмурить своё миленькое личико. «Спасибо! — мысленно проговорила девушка, с мягкой улыбкой принимая цветок. — Не боишься, что Гарри?..» «Пусть радуется, что я больше не лезу к тебе целоваться, — хитро улыбаясь, ответил Тео. — К тому же твоей грустной миной заинтересовалась розовая жаба, которая уже идёт сюда. Не хочешь же ты давать ей повод для радости?» Джинни быстро повернула голову и, действительно, увидела ненавистного профессора. Отчаянно сжав кулаки, она даже не почувствовала, как впиваются в руку шипы, раздирая кожу. Мерлин, что же она так на неё действует? Главное, держать себя в руках, главное, не думать о её смерти… не думать, как было бы замечательно, если бы вон то окно разбилось вдребезги, обсыпая это жабу градом острых осколков… Сначала по коридору разнёсся тонкий, еле уловимый писк, будто кто-то свистел в свиток… потом резкий звонкий треск и высокое стрельчатое окно лопнуло, обсыпая осколками профессора и… идущих за нею Рона и Гермиону! — Мерлин… — еле выдавила Джинни, напрочь позабыв про конспирацию, кинулась к друзьям. Как оказалось, гриффиндорцы практически не пострадали. Рон неизвестно каким чудом успел оттолкнуть Гермиону назад, а сам повернулся к осколкам спиной, избегая серьёзных травм. — Как вы? Всё в порядке? — Да, — с помощью слизеринки поднимаясь на ноги, ответила Гермиона. — Я даже не поняла, что произошло… Обеих девушек отвлекло тихое шипение Рон, который аккуратно, стараясь не причинять себе лишней боли, снимал форменную мантию. Рубашка под ней была бордовой от крови… — Мерлин, Рон… — Гермиона тут же кинулась к парню. — Тебе нужно в Больничное крыло. Тем временем остальные старосты окружили Генерального инспектора. В этот момент открыла дверь в свой кабинет МакГонагалл. — Что здесь произошло? — кинув взгляд сначала на Амбридж, а потом на своих учеников, взволнованно поинтересовалась декан Гриффиндора. — А то, что вы и профессор Дамблдор запустили школу, — глупо хихикнув, ответила Амбридж, что-то пометив в блокноте. На этом Генеральный инспектор ушла прочь, оставив старост и профессора МакГонагалл в коридоре в полном замешательстве. «Лестрейндж…» Джинни повернулась к Тео. Парень смотрел на неё таким взглядом, будто она только что на его глазах убила человека. Хотя… разве не именно это сейчас почти произошло? При этом едва не пострадали её друзья.