дорогой дневник…

Утром первый проснулся Джей и решил, что пока ещё рано будить Чонвона. Старший умылся и вспомнил, что у того стоит будильник, поэтому он пошёл к нему в комнату и взяв телефон, выключил все мешающие звонки в ближайшее время. В комнате чуть-чуть посветлело, шесть утра уже рассвет, это вам не зима. Пак, сам незная зачем, закрыл шторами окно, из которого ослепляюще светит солнце. Кинув короткий взгляд на Чонвона, он улыбнулся сам себе и стал получше разглядывать его комнату. Шагал очень медленно, чтобы не издать лишних звуков. Его взгляд упал на стол, где лежало много разных ручек с мультяшными персонажами, блокноты яркие и пенал с фломастерами и карандашами. У Яна даже была раскраска мандалы. И не одна, две законченные лежали в полке, а одна на столе. Да, младший ведь уже припоминал, что ему нечего делать, вне учебы. Чонсон подошёл к столу и брал каждую вещичку в руки, рассматривая. На одном блокноте, первая страница была обклеена вокруг надписи «личный дневник». После того, как парень увидел эту страницу, он отложил блокнот, чтобы, не дай бог, не прочитать чужие мысли. Закончив с изучением комнаты, прошло уже минут пятнадцать точно, он присел возле кровати и стал разглядывать Яна, он думал, что от пристального взгляда, тот проснётся. Но чуда не случилось. Он продолжил разглядывать умиротворенно спокойное лицо и его стали посещать мысли о том, какое красивое детское лицо было у Чонвона. Он нравился Джею ещё с восьмого класса, но старший думал, что это просто из-за внешности. Сегодня, в данный момент, он понял, что этот человек привлекает его по всем параметрам. Ян Чонвон- добрый, веселый, умный, заботливый, красивый, и самый лучший человек в жизни Пака. Они понимают друг друга и поддерживают. И оба не скрывают, что по мальчикам. Но у Чонсона есть сомнения, что младший относится к нему, как к обычному близкому другу, человеку, который будет рядом. Он просто считает его красивым и самым лучшим. Да, вбейте Джею в голову то, что симпатия не всегда не взаимна. Он не замечал особого отношения Чонвона к своей персоне. Думая обо всем этом, старший невзначай коснулся губами к носику Вона. Всегда хотел это сделать. Он уверен, что у того самые мягкие щечки и вкусные губы. Но расстроен, что, возможно, ему не суждено узнать, правда ли это. От Яна пахнет персиками, Чонсон обожает персики, и все, что с ними связано. Младший очень мягкий и нежный. Хочется забрать его себе. Решив, что пора просыпаться, он все таки захотел разбудить мальчика с поцелуйчиком в лоб, от этого же ничего не будет. Джей гладит щечки и глаза. Первая мечта сбылась. -Вони, просыпайся, солнышко должно было встать час назад, почему же ты спишь? -М? Ну оно же не встало ещё, темно на улице, сколько время? Чонвон говорит с закрытыми глазами, потому что, на то, чтобы их открыть нет сил. -Без двадцати семь утра, думаешь, еще не было рассвета? -Ну темно же. -Я просто закрыл шторы, чтобы ты не проснулся. -Почему же не было будильников, они у меня стоят на каждые десять минут, с шести тридцати. -Я их выключил. -Что?! И тут Ян проснулся за секунду. На его обоях стоит фотка Пака, где он улыбается самой искренней улыбкой. -А ты…мой пароль же не знаешь. -Когда будильник скоро прозвенит, можно выключить его и все последующие. -Аа, точно. Значит, он не видел обоев. -Вставай, котёнок, тебе ещё умыться надо. -Ещё надо покушать же. -Я приготовлю тосты с овощами и разливным яйцом. -Мои любимые. -Я помню, ребёнок. Встаём. -Сам ты ребёнок. Пробурчал в ответ Вон, пытаясь надеть носки, потому что пол холодный, сейчас он выглядел, как настоящий ребёнок. -Я тебе дам носки, пол холодный. -Не надо, мне не холодно. -Нет, возьми. Если заболеешь, то виноват буду я. -Перед кем? -Тобой. -Хорошо, давай, надену. Пока Чонвон умывался, то вспомнил, все, что было утром. Он не соображает минут десять, после сна. Джей, поцелуйчик, солнышко, завтрак, то, как он гладил его, котёнок и неимоверное количество бабочек и тепла внутри младшего. Стоп, ПОЦЕЛУЙЧИК? Ну все, смерть наступила слишком рано. Ему же только пятнадцать лет. Ян не понял, как быстро он дошёл до кухни, но от туда вкусно пахло и живот заурчал, от вида любимого завтрака.