***
14 февраля 2022 г., 15:00
Примечания:
сразу говорю: это просто отвлечение от мыслей, ближе даже к стёбу(моментами), поэтому столь серьезно не относимся, я отчаянно не хотела писать курсовую просто
— Ты почему опаздываешь?
Возмущение менеджера вместо «привет» встретило Ярославу, которая практически влетела в павильон для съёмок «Контактов». Не в её стиле было опаздывать, но сегодня всё валилось с рук, её сопровождали пробки и конфузы, а также ссоры-ссоры-ссоры: то с администраторами в отеле, то с доставкой еды, то просто на дороге.
Девушка ничего не ответила, а лишь аккуратно обняла свою разъярённую, готовую порвать её саму на кусочки подругу, при этом оставив поцелуй на щеке, словно в честь извинений, а после поспешила сразу же в гримерную, таща с собой наряд в чехле, который едва ли не забыла в номере.
— Всё потом, Ольчик, — виновато протянула девушка, падая в кресло перед зеркалом. Гримёрша тут же принялась за дело. Работы было много: начиная большими мешками под красными глазами от недосыпа, да заканчивая искусанными в кровь губами. Всё из-за грёбанной тревожности и чувств.
Менеджер нахмурилась, видя едва заметную дрожь в руках, лежащих на подлокотниках кресла, и подняла взгляд в зеркало, сталкиваясь глазами с подругой, волнение которой прекрасно виднелось в голубых зеницах. Конечно, она догадывалась что являлось причиной, но озвучить в голос при посторонней женщине, которой казалось было на всё до одного места, всё же не решилась.
Ольга лишь испытывающе, с неким недовольством глядела в глаза подруги, словно пытаясь достучаться до её тараканов голове, отвечающих за здравый смысл и поступки. Медленно она оперлась бёдрами о столик для визажа, не отводя взгляд, отчего Ярославе становилось не по себе.
— Яся, милая, ты…
— Неужели наша мисс пунктуальность пришла?
Оля тут же заткнулась, услышав радостный голос Шастуна, направляющегося к ним. Парень как всегда искренне улыбался, слегка щуря глаза, отчего подле них образовывались морщинки. Он не изменял своим кольцам, которых на руках сейчас было чертово количество, и милой цепи из бисера, которую подарила какая-то фанатка.
Ярослава нервно сглотнула, тут же сжимая руки в кулаки, чтобы скрыть дрожь. Ей казалось, что она прекрасно скрывала это блядское чувство влюблённости, но, как минимум, Оля замечала все изменения в поведении подруги. Хотя, казалось все замечали эти изменения.
Кроме Антона.
Он был либо слишком слеп, либо слишком умён, чтобы это не замечать.
— Привет, малая, — нагло отодвинув гримёршу, Антон обнял подругу со спины, обвивая руками шею, а после оставил целомудренный поцелуй в копне тёмных волос. Это вызвало табун мурашек по коже и новую волну волнения, которую Яся мастерски скрыла.
— Привет, — голос сам по себе стал тоньше, а глаза заблестели, словно у маленького ребёнка, который увидел салют. Да, Яся совсем не палилась. — Прости, что задерживаю тебя и всех остальных, но у меня чертовски тяжёлый день.
— Я бы даже сказал период, судя по твоим синякам под глазами, — внимательно подметил парень, наконец-то замечая недовольство гримёрши, которая не могла заняться своей работой. Он аккуратно отошёл в сторону, с неким недоумением замечая задумчиво-изучающий взгляд Ольги. У него с ней были нормальные отношения на уровне «знакомых», но это вызывало странное волнение. — Сколько уже не спишь? — решая игнорировать странное поведение агента своей подруги, поинтересовался Антон.
— Тю, — более расслабленно хмыкнула Ярослава. — Бессоница у меня уже месяца два…
“… с тех пор, как я осознала одну малоприятную вещь о своих чувствах.» — в голове закончила девушка, измученно улыбаясь другу.
— С этим нужно что-то решать, иначе так кукухой поехать недолго, — то ли девушке уже виделось, но то ли в голосе Антона и правду сквозила некая нежность вперемешку с заботой.
— Мне казалось, что я уже поехала, — попытка свести всё к шутке провалилась, ведь какого-то черта взгляд зелёных глаз не отпускал её сквозь зеркало. Шастун глядел с мягкой улыбкой и блеском во взгляде, от которого внизу живота Яси скручивался узел, а бабочки рвались наружу, застревая в трахее неприятным комком кашля. — А ты как вообще? А то лишь о моих синяках говорим, у тебя, между прочим, не хуже, — переводить тему она умела хуже всего, но в этот раз у неё казалось вышло неплохо. Как минимум, Оля невольно удивилась, кивнув головой, словно говоря: «молодец».
— Слишком напряжённый график съёмок, а также полный пиздец в личной жизни, — позитивно выпалил он, разведя руками. Антон попытался вновь поймать взгляд Ярославы в зеркале, но она вела странные переговоры взглядами со своей подругой.
— Полный пиздец? — девушке стоило скрыть свою слишком заметную радость в голосе, но она искренне это не заметила, перебирая мысли о том, что быть может у него всё также, как и у него (пусть она ему такого и не желала). — Что уже случилось? С Ирой поссорился?
— Насколько ты отстала от новостей, Гончаренко? Я с ней расстался ещё полтора месяца назад, — хохотнул Антон, невольно положив свою большую и тёплую ладонь на её оголённое плечо. Эти слова принесли небывалое расслабление девушке, которая едва сдержалась от того, чтобы шумно выдохнуть.
— Мне кажется, с тем, как я пропадаю в Украине, месяцами не приезжая в Москву, то я твою свадьбу пропущу и не узнаю. Приеду, а вокруг меня будут бегать маленькие Шастунятка, — искренне расхохоталась Ярослава, чувствуя, как внутри все просто ныло от этой шутки. Оля хохотнула, на мгновение привлекая к себе внимание парочки, а после многозначно подмигнула подруге.
В отличии от подруг и гримёрши, такого смеха у Шастуна не было. Лишь по-странному неудобная улыбка и неловкий хохот пару секунд, который закончился, стоило его взгляду вновь поймать голубые глаза, замечая в них неимоверный блеск жизни и позитива.
— Честно говоря, сильно в этом сомневаюсь, — на выходе изрёк он, оставляя по себе мягкую усмешку, за которой, казалось, таилось чертовски много. Яся прокашлялась, также сохраняя улыбку и недоуменно свела брови, совсем не понимая этого странного ответа, на который Оля странно фыркнула, потирая двумя пальцами переносицу.
— В смысле? — Взгляд Ярославы выражал полное недоумение и волнение. Он не собирался вообще жениться или иметь детей? Или вообще не собирался знакомить её со своей будущей семьёй, если такая будет? Что, блядь, это значило?
— Да забей, — отмахнулся парень, в момент как-то серея и грустнея. — Жду тебя на площадке.
Девушка открыла рот, чтобы вновь что-то спросить, но лишь тяжело втянула ртом воздух, замечая, как рука начинала ужасно подрагивать, говоря об убитой к черту менталке, которой точно стоило заняться в ближайшее время.
— Какие же слепые идиоты… — со смехом едва слышно произнесла Ольга, всё также потирая пальцами переносицу, которая казалось уже стала красной от этого действа. Ярослава дернулась, моментально нахмуривая брови. Внутри всё было верх ногами, сердце билось в ужасно быстром ритме, а руки дрожали, словно у алкоголика с двадцатилетним стажем.
— Что?
— Ничего, — отмахнулась также, как и Шастун пару минут назад, подруга, наконец-то устремляя на подопечную насмешливый взгляд. Гримёрша закончила свою работу, давая комикессе пройти за ширму и переодеться. — Не волнуйся.
— Да я вроде спокойна…
Ярослава быстренько надела цветочную юбку ниже колена с разрезом до середины бедра. Она плавно обтекала её ноги, не сковывая движения и не сексуализируя тело. Чёрная укорочённая кофта прикрывала, не висела мешком, и смотрелась мило, но стоило поднять руки вверх, как она оголяла плоский животик там, где не закрывала высокая посадка юбки, давая почву для размышлений. На ногах были мартинсы, которые придавали грубости образу, напоминая об её образе пацанки, коей Яся на самом деле и являлась.
— Ага… «Вроде», — показала кавычки в воздухе агент, не скрывая откровенной насмешки, которая, быть честным, ужасно раздражала девушку.
— Слушай, Оль, я злюсь и…
— Ты только переименовать… — игнорируя высказывание подруги, Оля на мгновение замолчала, головой кивая в сторону болтающего со Стасом Шастуна, — не забудь, а то попадёшь по-крупному и признание произойдёт само собой, — Яся могла бы прикинуться непонимающей дурочкой, если бы подруга была не права в своих советах. Ей стоило переименовать Шастуна в телефонной книге, иначе в самом деле произойдёт не самая приятная ситуация. — Хотя, судя по вашей взаимной симпатии и тупизму одновременно, — с нотками мудрости начала Ольга, хватаясь за собачку, чтобы застегнуть мини-молнию на спине у изумлённой словами подруги девушки, — может это будет даже к лучшему.
— О чём ты…
— О том, что ты растяпа.
— Неправда. Я прямо сейчас переименую.
— Вот и переименуй, — тверже повторила слова подруги Оля, а после взглянула в свой ежедневник, который ответственно вела, как приверженица бумажных изделий.
Ярослава потянулась за своим телефоном, открывая телефонную книгу, а после вздрогнула, когда к ней подбежали ассистенты звукорежиссера, показывая поднять руки, чтобы они могли установить петличку. Девушка закатила глаза, а после странно поёжилась, почувствовав чей-то взгляд на себе. Моментально обернувшись, она поймала зелёные глаза Антона, который испуганно моргнул, а после по-глупому улыбнулся, тут же вклиниваясь в разговор Оксаны и Стаса.
Девушка поймала себя на мысли, что это было странно и немного не нормально. Впрочем, она сама не могла нормально соображать, учитывая блядские чувства, которые могли вылезти в любой момент.
Звукорежиссер попросил что-то сказать, и уже уставшая Яся что-то пробубнила на суржике себе под нос. Аппаратура работала отлично.
— Ясь, ты готова?
Стас помахал рукой, привлекая своё внимание. Девушка дернулась, пытаясь вспомнить, что она должна была такое важное сделать, а после обратила внимание на друга. Антон уже сидел на диване, просматривая карточки с вопросами. При упоминании имени подруги странно дёрнулся и тут же нашёл взглядом её, сталкиваясь с голубыми глазами, которые откровенно пялились на него.
— Да, я иду.
Ярослава попыталась сделать вид, что так и нужно было уже на пути к месту съёмок. Всё это время она прекрасно чувствовала своим виском испепеляющий взгляд Шастуна, от которого становилось не по себе, но в тоже время внизу живота появлялся целый зоопарк со зверьём, требующим дать свободу чувствам — заранее провальная идея.
— Какой он красивый, — мазнув взглядом по тёмно-синему (практически чёрному) бархатному дивану, девушка уселась, но от неожиданности того, что он такой мягкий, испуганно воскликнула, подумав, что она начала падать. Ещё одним естественным рефлексом стало то, что она тут же схватилась за ладонь Антона, заставляя того обеспокоенно подпрыгнуть на месте.
— Что такое? — крепче перехватывая миниатюрную ладошку, спросил он, рассматривая подругу на наличие каких-то увечий.
— Прости, всё нормально, просто я не ожидала, что так провалюсь… — смущённо хохотнула она, наконец-то обращая внимание на то, как заботливо, но в то же время крепко держал её за руку Антон.
— Бывает, — бросил Шастун, мягко улыбаясь. Он не спешил забирать свою руку, нежно растирая большим пальцем внутрь ладошку, точно также, как и не спешил отводить взгляд от её больших, небесно-голубых, словно чистейшие топазы, глаз.
Если до этого Ярослава по-глупому верила в то, что ей удастся нормально сняться в этом шоу, то сейчас поняла, что все шансы уничтожились ровно в тот момент, как её рука схватилась за Антонову.
— Вы готовы? — глупый вопрос Стаса, и магия этого уютного момента была разрушена. Антон согласно кивнул, тут же забирая свою руку и оставляя девушку без небольшого, но такого важного очага тепла. — Тогда…
Ярослава сдержалась от того, чтобы закинуть ногу на колено, как это делали мужчины, вовремя опомнившись, что на ней была юбка, пускай длинная и с разрезом. Аккуратно сложив ноги друг с другом, словно в школе, она удобно оперлась боком о спинку дивана, краем уха, слыша, как Шеминов отсчитал до начала мотора.
Казалось, она бы совсем отсутствовала в этой реальности, перебивая в своих грёзах и мыслях, если бы не тёмный взгляд Оли, которая даже издалека сумела показать, что ей будет, если та не соберётся.
— Всем привет! С вами я — Антон Шастун, мы снова на этом диване, а это значит, что это не просто очередной, а юбилейный выпуск шоу «Контакты»!
Парень радостно и, можно было сказать, экспрессивно взмахнул руками, пытаясь передать весь бешеный настрой. От этих слов Яся моментально натянула как можно искреннюю улыбку, бросая взгляд в камеру. Она знала, что выглядела шикарно, но даже это не придавало ей спокойствия, ведь это был не её стиль.
Сейчас вообще ничего не было её: ни стиль, ни улыбка, ни чувства, ни мысли, ни поведение и казалось, что даже жизнь.
— И сегодня у меня в гостях — Ярослава Гончаренко, самый красивый стэндап-комик из Украины, не считая Сергея Деткова!
Девушка искренне рассмеялась, смущённо прикрываясь ладонью, которая всё ещё покалывала от прикосновений Антона. Быть честным, она сейчас чертовски хотела спать, тем самым закрывшись от всего и всех, но её радовало, что это было единственное шоу, которое ей сегодня стоило посетить, пускай и с объектом обожания в роли ведущего.
— Здоровенькі були! — она аккуратно махнула в камеру ладонью, а после незаметно обтянула рукава своей кофты со смешными, маленькими пуговицами.
— Прежде, чем мы начнём, хочу сказать, что ты прекрасно выглядишь.
— Родной, запомни, я всегда прекрасно выгляжу, — поддаваясь странному порыву, ближе наклонилась Яся и лукаво подмигнула, невольно положив ладонь на его руку, отчего по телу вновь побежал ток. Это была ложь, учитывая, что буквально час назад она приехала на съёмки с большими синяками под глазами и поплывшим макияжем, который это не скрывал. И он это видел. — Но спасибо.
— Ох, простите, мне мою глупость, — шутливо исправился Антон, совсем не убирая свою руку, словно не заметив. — Итак, — со вздохом он посмотрел на карточки, а после взглянул на уже разблокированный телефон около девушки. — Я так понимаю, что сегодня мы тебя обанкротим из-за звонков в Украину.
— На самом деле, ты прав. У меня где-то большая часть — это украинские номера, — задумчиво подтвердила Яся. — Причём они могут быть записаны украинским языком. Кто не знает, я в реальности говорю на украинском… Ну-у, когда не в России, ибо тут меня никто кроме Деткова и не понимает, — качнув указательным пальцем в камеру, возмутилась девушка. Медленно она протянула ему телефон и громко вздохнула в предвкушении. Внутри вновь появилось чувство тревожности, словно она что-то забыла сделать.
— Как же ты меня обрадовала, — наигранно радостно воскликнул Антон, вызывая смех у подруги. — Уроки украинского языка с Ярославой Гончаренко.
— С Ярославой Орестивной, — смеясь тотчас, будто учительница исправила его она.
Лицо Антона моментально вытянулось, брови взлетели в недоумении, а улыбка пропала, словно и не бывало. Впрочем, все в студии непонятливо переглянулись, пытаясь понять, как звучало имя. Шастун глупо моргнул, а после бросил взгляд за камеру на Стаса, который и сам глупо улыбался, переговариваясь с Олей.
— Как?
— Орестивна.
— Как-как, ещё раз? — невольно он пододвинулся ближе, словно это поможет ему лучше услышать «по-батюшке».
— Орестивна. Ярослава Орестивна, — не выдержала и во весь голос расхохоталась она. Это не первый раз, когда иностранцы так реагировали на её имя. Недавно она даже написала монолог на эту тему и только планировала с ним выступить.
— Погоди, это какое имя у твоего отца? — всё ещё недоумевал Шастун, бегая глазами по ней.
— Орест, — с доброй улыбкой ответила девушка, а после улыбнулась в камеру. — Тату, мамо, вам, до речі, «привіт»! Я вас люблю и дуже сильно за вами сумую!
— Добрый день, родители Яси, спасибо вам за такую дочь, — также помахал парень, а после прочистил горло, пытаясь собраться. — Что ж, пока я пытаюсь усвоить первый урок украинского от Ярославы Орестивной, — пытаясь правильно выговорить, без акцента имя подруги, продолжил Антон. — Первый вопрос и он звучит так: «Как называется планета, в которой Супермен последний уцелевший житель?» — Ярослава отчаянно не хотела, но всё же мельком невольно засмотрелась на то, как прекрасно двигались губы Шастуна, зачитывающего вопрос. Опомниться она лишь смогла в тот момент, как он внезапно поднял улыбчивый взгляд. — Есть предположения, Ясь?
— На самом деле, я никогда не смотрела фильмы и не читала комиксы, но кажется это Криптонит, правильно? — предположила девушка, бросив выжидающий взгляд на Антона, который лишь вскинул плечами, сдерживая улыбку. — Просто кивни, если да, — усмехнулась она, игнорируя странные вибрации своего тела от улыбок парня, которые предназначались только ей. А ещё её сбивал с толку этот приятный, слегка резковатый аромат его мужских духов.
Шастун медленно качнул подбородок в согласном жесте, но практически в конце резко мотнул отрицательно, а после и вовсе вновь вскинул плечами, начиная смеяться.
— Да йопта, — подняв левый уголок губ, выругалась Гончаренко, решая воздержаться от более грубого мата, который был повседневным её говором.
— Давай лучше пройдёмся по твоим контактам и том, кто это мог бы знать, — начиная листать книгу, предложил парень. — У тебя вообще есть кто-то на примете?
— Никого, все на MARVEL сидят… Вот если бы был вопрос по MARVEL — я легко бы ответила, это прямо моя движуха, а DC не смотрю. MARVEL круче, да простят меня все фанаты DC, — улыбнулась в камеру Ярослава, начиная вспоминать своих друзей любителей комиксов. — Кроме «Темного рыцаря», Леджер и Нолан — гении, — быстро опомнилась она, дополнив свою тираду.
— Это ты добавила, чтобы тебя в комментариях не засрали? — хохотнул Шастун, остановившись на интересном контакте.
— Мне хватает хэйта на тот счёт, что я типа кручу со всеми женатыми мужиками, — спокойно подтвердила комикесса, замечая, как весёлый парень на пару мгновений посерел, задерживаясь взглядом чуть дольше, нежели стоило.
Это была абсолютная правда. Последний год регулярно выходили статьи о том, что Ярослава, после похода на «ЧБД?» завела роман с Сабуровым, из-за большого количества невольных касаний (хотя всё объяснялось тем, что и Нурлан, и Яся во время проявления позитивных чувств были слишком тактильными людьми), то с Смирнягой, из-за совместного проекта для начинающих стендаперов, который они открыли четыре месяца назад, после чего поехали отметить в ресторан, где помимо их были и друзья, а также и Оля, его жена (хотя журналистам, как всегда было до одного места), то вообще Усовичем, который и женатым-то и не был.
— Главная вертихвостка стендапа, ай-ай-яй, Гончаренко, — попытался сгладить не слишком приятную им обоим тему, Антон, улыбнувшись.
— Да, пора менять свой образ. Нахер «пацанку», «вертихвостка» — вот, где кладезь, — поддержала его шутку Ярослава, невольно прочувствовав всё недовольство друга от этой темы. Пусть на его лице и была улыбка, но его словно аура говорила о другом.
— Так, мы отвлеклись, — прочистил горло парень, переключаясь на телефонную книгу. — Знает ли Анюта Кавун? Кто это?
— Анюта Кавун, — встряхнула руками девушка, словно это было очевидно, а после сощурила глаза. — Кавун-кавун-кавун, — затараторила себе под нос она. — А! Это женщина, у которой мы летом на море арбузы покупали оптом на всю нашу семью.
— Оптом арбузы для семьи? Это какая у тебя семья? Футбольная команда? — смеясь издал Шастун, размахивая руками. Он вновь невольно коснулся её предплечья, заставляя девушку на мгновение застыть, обратив на это внимание. Любое его прикосновение она ощущала чрезвычайно остро.
— Да нет, — вновь рассмеялась Яся, — просто большая. Я в этот раз взяла всех своих племянников с собой. У меня шесть троюродных братьев и в каждого по одному-два отпрыску.
— Ничего себе ты меценат-нянька.
— Маленькая ремарка: больше такой херней я не занимаюсь, — тут же подняла она указательный палец вверх. — За неделю я поседела полностью в свои двадцать пять. Чтобы ты понимал, — Антон с теплотой в зелёных глазах наблюдал за тем, как ни на шутку завелась подруга, рассказывая о своем отпуске. — У меня кроме девяти детей, были родители, которые ещё те дети малые, — он рассмеялся, запрокидывая голову. — Нет серьёзно, моя мать решила покататься на вот этом парашюте… Ну знаешь, катер и парашют…
— Да-да, я понял.
— Но перед этим выпила винца с кумой — ну это святое, а мы ещё и остановились в коттедже, который крестная держит, — повернулась Яся в камеру на пару мгновений, делая маленькое отступление. — Так вот, выпили они вина и сразу на парашют, причём двойной… — она тяжело вздохнула, откидывая назад. — Короче, их укачало, — спустя пару секунд озвучила апогей этого происшествия Гончаренко. — В воздухе, блядь! — более громко и возмущенно повторила она, улыбаясь тому, как Шастун от смеха заваливался вперед на неё, даже не пытаясь остановиться смеяться. Про обещание самой себе не материться — она благополучно забыла. — Ну ты только подумай — в воздухе! Там свежесть ветра в лицо фигачит, они трезветь должны были.
Ярослава и сама рассмеялась, замечая, как все в студии громко хохотали, не в силах остановиться. Она понимала, что мама её убьёт за эту историю, но это был крик души. Плюс ко всему, благодаря этому смешному случаю, Антон сейчас прижимался к её плечу, громко смеясь и тем самым даруя тепло своего присутствия. В животе пели птицы, и Яся была готова рассказывать все свои смешные истории, и истории близких, лишь бы это продолжалось вечно.
— Боже, я уже в восторге от этой женщины. Наталья Петровна, Вы супер! — посмеиваясь сказал в камеру Антон. — Кстати, могу заверить, что Яся тоже дочь своей матери, — смеющаяся девушка тотчас распахнула глаза и ударила кулаком друга в плечо, прекрасно понимая, что он имел ввиду: два месяца назад, когда они с друзьями были в клубе она напилась до того, что он держал ей волосы в туалете вместо танцев с Ирой.
— Заткнись, предатель, — предупреждающее улыбаясь, грозно произнесла она. — И вообще, я знаю, кому мы можем позвонить — Кашокову. Мне кажется он должен знать, ибо всё вообще знает.
— Эмиру?
— Да, — утвердительно произнесла Ярослава, и протянула руку за телефоном, на котором Антон набирал номер Сраного Умного.
— Ты уверена, что он знает? Он вроде по аниме.
— Эмирчик знает всё, и я более чем уверена, что и это он тоже знает.
Шастун с неким недовольством подметил то, как загорелись радостью глаза подруги, но постарался не придавать этому большое значение, особенно игнорируя противное жжение в груди. Он сдержанно улыбался, повторяя про себя одну лишь фразу: «Кашоков женат!».
— Да, Ярик? — голос Эмира прозвучал сонно и устало, что дало ясно понять, что парня вырвали из царства Морфея.
— Мирка, привет, дорогой. Как ты? — размахивая карточкой с вопросом, словно веером, не спеша спросила девушка, глядя куда-то в пол за кадр.
— Да вот над сценарием уснул, благо ты позвонила и разбудила, — по тону стало ясно, что он улыбнулся. — А ты как? Уже в Киеве?
— Нет, у Шастуна…
— … да неужели моя ставка выиграла?..
— … в шоу. Какая ставка? — недоуменно свела брови девушка, тут же устремляя взгляд на телефон, словно сквозь него могла узреть друга. Антон тоже невольно напрягся, убрав улыбку с лица. В трубке на пару секунд наступила тишина, в то время, как секунды перевалили за отметку «20».
— Да это я о футболе, — поспешил отмахнуться Кашоков, но всё же от Гончаренко не скрылась нервозность в его голосе. — Ты в «Контактах»? Так задавай вопрос! — умело перевёл тему он, чем только больше сбил с толку девушку. — Шаст, привет!
— Привет, — немного наклонившись вперед, поздоровался в ответ парень, невольно задевая плечом Ярославу, которая от этого вновь вздрогнула, растеряв свою уверенность. Вернувшись в начальную позицию, он обратил всё своё внимание на девушку, которая сегодня была слишком необычайна для своего образа «пацанки»: юбка, кофточка и излюбленные мартинсы. Такая милая, но такая уютная и вызывающая улыбку.
— Как называется планета, в которой Супермен последний уцелевший житель? — прочитала с карточки слегка охрипшим голосом она. В трубке была недлительная тишина, в которой слышался мыслительный процесс парня. — Эмир, солнышко моё, время…
— Это Криптон… — неуверенно прозвучал ответ друга, отчего Яся нахмурилась, посмотрев на ведущего, при этом тут же столкнувшись с его улыбчивым взглядом. Антон, изучающий девушку, дёрнулся, поняв, что его спалили, но, решил стойко выдержать это недоумение, чтобы не добавлять больше подозрения — просто открытый к окружающему миру и людям человек, не более.
— Криптон? А разве не Криптонит?..
В трубке на пару секунд повисло молчание.
— Блядь, Ярик, нет. Не сбивай меня. Криптонит — это камень, который мог убить Супермена, а Криптон — это планета. Откуда я вообще это знаю?
— Неважно откуда, важно, что ты это знаешь! Всё, люблю, целую, обнимаю тебя, Светку и мелких!
Не давая что-то и ответить в ответ, Гончаренко нажала сброс, а после подняла взгляд с широкой улыбкой на Антона, который выглядел не менее счастливым за свою подругу.
— Итак, Эмир Кашоков ответил, что это «Криптон», — отдирая с карточки наклейку, торжественным голосом начал Шастун. Ярослава не особо волновалась над правильностью ответа, поскольку её тело, которое никак не поддавалось контролю и выдавало с потрохами её влюбленное состояние, — куда больше занимало её мыслей и волнения. — И это верный ответ!
Девушка радостно захлопала в ладони, невольно поправляя ткань юбки, которая съехала в бок, оголяя левую ногу. Антон на это тут же обратил внимание, нервно сглатывая.
— Я ведь говорила, что Эмир знает всё — просто ходячая энциклопедия!
— Вы оба молодцы!
На лице Антона была невероятно гордая и милая улыбка, глаза искрились огоньками радости, а рука, свисающая за спинкой дивана, незаметно для Яси, дёргалась в легких порывах сжать её ладонь, словно в знак поддержки.
Любой, кто знал Антона давно, заметил изменчивость в его поведении подле этой девушки, которая была тот ещё орешек в плане любых отношений. С ней было трудно подружиться, ибо она долго не подпускала к себе в круг «доверенных лиц», парням было трудно ухаживать, ведь любые знаки внимания она настойчиво игнорировала, а те, кто был настойчивее — мог получить и в пах, и по лицу, смотря на грань, которую перешёл.
И Шастуну очень сильно не повезло пропитаться не только дружеской симпатией к Ярославе, но и любовной. Здесь не было такого понимания, как любовь с первого взгляда, ведь в тот момент, как они познакомились, он искренне любил Иру и строил с ней своё будущее, но обстоятельства складывались так, что раз за разом в тяжёлый момент появлялась Яся и поддерживала.
Не в том плане, что говорила занудные речи пьяному у бара. Нет. Это были съёмки, где она лишь улыбнулась, рассказав глупую шутку про отношения, лишь добавив краткое: «если твоё — вернётся»; это был корпоратив, где она вытянула его на танцпол, проговорив уверенное: «когда танцуешь — легче эмоционально, всплеск идёт в другое русло»; это был саундчек стендап-концерта, где она, дурачилась, не боясь показать глупой и получить по шапке от Дусмухаметова. Яся никогда не лукавила с ним, а была искренней.
И поэтому он и сам не понял, как принял тот факт, что остыл к Ире, а на смену его чувств пришла влюблённость к подруге. Кузнецова приняла всё очень спокойно, они расстались друзьями, и это было прекрасно. Только вот она уехала отдохнуть после разрыва с девочками, а Антон забываться в работе, раз за разом всё чаще сталкиваясь с Гончаренко. И это было большим пиздецом.
Особенно сейчас, когда она сидела за метр от него, невероятно красивая, необычная, но такая же искренняя и весёлая, с тем горящими глазами и легким румянцем на щеках. Ярославу хотелось обнять.
— Ита-ак! — торжественным голосом продолжил Антон. — Вопрос номер два: «Как называется, так называемый детский поводок безопасности, что позволяет исключить возможность травмирования?».
Ярослава изумлённо распахнула глаза, внимательно вслушиваясь в вопрос. Он был лишь второй по счёту, но смотря на то, как резко изменилась сложность, ей стало страшно, какой будет пятый.
— Мать родная, откуда я должна это знать? У меня нет детей! — нервно хохотнула темноволосая, прижимая ладони к щекам и бросая молящий взгляд за кадр, где широко и самодовольно улыбался Шеминов.
— Ясь, тебе и не нужно знать. Главное, чтобы знал кто-то из твоих контактов, — можно было сказать ласково улыбнулся Шастун, одними лишь своими зелёными глазами излучая поддержку и уверенность. Девушка не могла не улыбнуться. Каждая его улыбка согревала её, словно плед зимним вечером. — Думай, кто у тебя есть с детьми.
— Ласточкин, — неловко потирая щеку, начала вспоминать Гончаренко. — Но его сыну уже семь вроде…
— Это из «Днепра»? — прищурился Антон, напрягая все свои извилины, в попытках вспомнить знакомую фамилию.
— Да-да, Игорь, — подтвердила она, продолжая перебирать друзей. — У него даже вроде есть российский номер… Хотя, кому он всрался, если он всё равно в Украине, — Шастун кратко хохотнул, невольно поправляя свою чёлку. Яся поймала этот жест, едва ли вновь не зависнув на этом. С каждой минутой становилось всё сложнее и сложнее.
— Тогда идём по списку? — Внезапно предложил Антон, резко подняв взгляд на неё, отчего она незаметно подпрыгнула. Практически незаметно, ведь парень недоуменно приподнял уголки губ, сдержавшись, чтобы не спросить: «что такое?». Видимо, подумал, что она волновалась, Шастун аккуратно обхватил её ладонь, свисающую за спинкой дивана, и некрепко пожал. Но это лишь только больше усугубило ситуацию: тепло его ладони вызвало стресс, ведь в животе вновь создалась иллюзия грёбанных бабочек.
— Да, давай, — слегка охрипшим голосом согласилась она и тут же негромко прокашлялась.
— Знает ли Дианка Саб? — прочёл Антон, тут же устремляя взгляд на девушку, глаза которой загорелись, как бенгальские огни. Гончаренко широко улыбнулась, ведь он сразу же попал в нужный номер. — Это…
— Ну Диана, ты ведь понял… — щёлкнула она пальцами, словно это было очевидно.
— Конечно, Ясь, я ведь всех Диан в мире знаю, — хохотнул парень, когда подруга недовольно закатила глаза. — Но я так понимаю, это жена Нурлана? — решая не ссориться и не допускать угнетающей атмосферы, предположил он.
— Да, она. У неё двое детей, и мне кажется, она точно это знает.
— Тогда мы звоним Диане Сабуровой? — поймав её кивок, Антон отдал карточку и телефон. — Мы звоним Дианке Саб, и у тебя есть шестьдесят секунд.
Ярослава нажала вызов, включила громкую связь и задумчиво закусила губу, почувствовав как друг невольно подался вперед, словно специально выводя её из зоны комфорта. Сердце билось чертовски быстро, мысли сменяли друг друга, не давая собраться.
— Алё, Дианыч, сонечко моё, привет. Как ты? — быстро радостным голосом затараторила Яся, невольно наклоняясь вперед. В трубке послышалось шуршание, странные перебои, а после прозвучал голос:
— Кто это? — грубый и мужской голос буквально на секунду ввёл в тупик Ясю, пока она не сообразила, что трубку снял Нурлан. Антон уже умирал со смеху, едва ли не переваливаясь через спинку дивана.
— Боги, Нурик, ты меня напугал, привет! Это я — Яся Гончаренко, если не узнал, — смеясь, протараторила девушка. Она подняла взгляд вверх, замечая, что Шастун всё ещё не мог успокоить свой беззвучный смех.
— Да, узнал, привет. Просто прикалываюсь…
— Слушай, а Дианка далеко?
— Она сына укладывает…
— Блин… Тогда помоги ты мне, — не растерялась девушка, мимолётом бросая взгляд на время, которое у неё оставалось. — Я у Шастуна на шоу…
— Бля-я-я, давай Диану подождём? — страдальческим голосом предложил Нурлан, чем вновь вызвал волну смеха и улыбок у команды. — Хотя искренне не понимаю, что там за вопрос, что ты решила к моей умной жене обратиться.
— Нурлан! — возмутилась девушка, словно через телефон напоминая о всех их разговорах, насчёт уважения. — Так, прости, родной, но поджимает время, — замечая отметку тридцать секунд, возразила Яся. — Слушай: «Как называется, так называемый детский поводок безопасности, что позволяет исключить возможность травмирования?».
— Поводок безопасности для детей? — в голосе Нурлана заскользило типичное ему недоумение, смешанное со смехом. — Даже, если я приблизительно и понял, что это, то максимум могу назвать цену, в сколько обойдётся эта ненужная, как оказывается, хрень.
— Бля-я-ть, Нурлан, ты меня ужасно подводишь! — Ярослава невольно подняла взгляд вперед, замечая, с каким лукавым прищуром глядела на них Оля. Она нахмурилась и быстро повернула взгляд влево на Антона, едва ли не сталкиваясь лбами, ведь он был слишком близко. Нервозность явно просматривалась в его глазах.
— Ладно-ладно, я прикалываюсь, — смеясь проговорил Сабуров. — Это — вожжи.
— Вожжи? — недоверчиво переспросила девушка, нахмурившись, ведь впервые слышала это слово. — Ты уверен?
— Ясь, я прямо сейчас стою в гостиной и смотрю на эту, как оказалось потом, хуйню за две с половиной тысячи. Я ни в чём так больше не уверен, как в этом, — Ярослава громко и заливисто рассмеялась, представив эту картину.
— Нур, спасибо, ты лучший. Обнимаю! Диане и мелким привет!
Ярослава встряхнула плечами, словно освобождаясь от этого глупого вопроса, а после протянула карточку и телефон обратно Шастуну.
— Что ж, Нурлан вместо своей жены ответил, что это вожжи, — в привычной себе манере начал Антон, чувствуя, как его щеки начали гореть от неловкости. — И это абсолютно правильный ответ.
— Так, стоп. Гримера! — дождавшись, когда пройдёт несколько секунд радости Яси, приказал Стас. — Антох, ты покраснел? Тебе жарко? — заботливо поинтересовался, словно отец мужчина, нахмуривая брови. Девушка, сидящая на диване вопросительно скосила взгляд на румянец на щеках парня, изумляясь скорее тому факту, что не заметила его.
— Че-то душновато, — отозвался он, поднимаясь на ноги. — Я это… пойду проветрюсь.
— Только не долго, я домой сегодня хочу до десяти вернуться! — крикнул ему в спину Шеминов, а после плюхнулся на диван подле Ярославы, которая и сама словно с расслаблением выдохнула. Мужчина смотрел с лукавым видом, который так и кричал, что тот знал большее, нежели видела или осознавала она сама.
— Ты чего, Стасик? — недоуменно улыбнулась Яся, слегка склонив голову набок.
— Да так, — отмахнулся он со всё той же улыбкой. — Может коньячку?
Девушка лишь согласно кивнула, понимая, что нужно было отвлечься от своих мыслях о Шастуне. Ольчик же с таким же самым выражением сидела в кресле гримера и глядела на подругу-подчиненную, которая в самом деле была слепой идиоткой.
своей подруги своего объекта влюблённости. Страх того, что внезапно он может наткнуться на какой-то мужской контакт с сердечком или же банальное «зая», «любимый» заставлял холодеть всё внутри. — «Ольга стерва херовая покраска» Господи, что?
— Блин, это стилист, которая мне посоветовала в рыжий покраситься, чтобы имидж сменить, — улыбаясь скорее колективному смеху, нежели каким-то радужным воспоминаниям, ответила Ярослава.
— А стерва почему?
— За этот совет она взяла триста зелёных.
— Сколько? — глаза Антона полезли на лоб от такой цифры.
— Это ещё дешево, я тебе скажу, — со смешком пожала плечами она. — Но я так и не покрасилась, ибо мне сказали, что у меня красивые и здоровые волосы и мне не нужно их портить. Причём сказал это другой, более дешёвый стилист.
— Ну это правда, — словно между прочим махнул рукой Антон, не успевая себя одёрнуть. Все, в том числе и Яся, вопросительно уставились на него, ожидая объяснений. — Ну… мне нравятся твои, они прекрасные…
«Пиздец блядь! Какой парень делает такой комплимент НЕ своей девушке?!» — внутренний голос панически орал Антону о том, какой он придурок, в то время, как его лицо оставалось невозмутимым и со спокойной улыбкой.
Девушка глупо улыбнулась, медленно осмысливая сказанное, но торможение тоже движение, отчего она лишь смущённо кивнула головой, выражая свою благодарность лишь через минуту, ведь всё время глядела в глаза Шаста, ощущая каждый кульбит своего сердца. Всё равно на монтаже исправят.
— Спасибо, — всё же запоздало качнула подбородком Ярослава, а после прочистила горло, когда услышала щелчок пальцев из-за кадра — Оля никогда не кидала в беде и за это спасибо. — Давай дальше по списку.
— Да, давай, — опомнился Шастун, тут же утыкаясь носом в телефон.
Девушка не могла успокоить своих бабочек в животе, они болтыхались, требуя шанса, который Яся не позволяла дать себе здравым смыслом. Но эти родные зелёные глаза так тепло и мягко глядели в её, словно излучая не меньшую симпатию.
Спустя пару имён, на которые она лишь отмахивалась, парень неожиданно издал:
— Олег Винник… Это кто?
— Типа украинского Стаса Михайлова. «Нино-о-о, мне не все равно с кем ты пьешь вино-о-о и к чему теперь твоё-ё-ё кино!» — пропела Ярослава строки из первой вспомнившейся его песни, заставляя Антона удивлённо вскинуть бровями: то ли из-за твоего голоса, которого у тебя не было, то ли от наличия такого человека в Украине. — Или же моя любимая: «А мне хорошо с тобо-о-ою, волосы пахнут весно-о-ою. Нежную и родну-у-ую обниму и зацелу-у-ую. А большего мне и не надо-о-о, только бы ты была ря-я-ядом. Сердце любовь наполня-я-яет, счастья много не бывает.»
Щелкая пальцами в такт, тем самым себе помогая, пропела Гончаренко, невольно глядя лишь в глаза парня напротив, который и не спешил отвернуться. Зелёные глаза излучали приятную теплоту и, что удивительно, нежность — в этот раз девушке не могло просто показаться. На устах была невесомая улыбка, которая вызвала трепетание внизу живота, а сам Антон с интересом, казалось, заколдованно слушал.
Ярослава невольно пропела именно эти строки, лишь под самый конец понимая, что это было завуалированное обращение подсознания к парню напротив. Тот сидел и можно сказать практически не шевелился, слегка приоткрыв свои пухлые губы.
— Так он может знать ответ на этот вопрос?
— Сомневаюсь, чтобы Олег Анатольевич знал, что такое «фапать» на молодёжном сленге, если я правильно предполагаю ответ. И как минимум, мне будет стыдно у него это спрашивать.
— Тогда ищем дальше?
— Да, ищем дальше, — кивнула девушка, чувствуя странное предчувствие тревоги которое разрасталось внутри живота.
Собраться с мыслями ей было трудно, ведь столь приятный комплимент с его стороны и этот пронзительный, тёплый взгляд заставлял думать совсем об ином. Всегда заставлял. Быть честным, Яся даже не помнила, когда впервые ощутила что-то большее к Антону: быть может это было закулисье «Открытого микрофона», а может и первый выступ в Stand Up Store, а может и вообще вечеринка у Макара, куда её потащил Детков в качестве своего «+1». В любом случае это было неважно, главное, что чувство внутри было трудно не заметить, да и ей не хотелось его игнорировать.
Любовь к Антону — убивала, но в то же время заставляла чувствовать хоть что-то. Плюс ко всему, как сказал неизвестный: «Несчастливая любовь должна быть у каждого, чтобы понять, что такое «быть живым»…» Да и это не мешало карьере — в последнее время у неё резко возросло количество шуток о невзаимной любви.
— Опа, — внезапно весёлым голосом издал парень, смотря в телефон. — Знает ли «Признайся или останешься старой девой с кошками»? Что? Кто это вообще? — Антон громко рассмеялся, пытаясь понять, кого и как можно было так записать. Он не заметил, как широко и изумлённо распахнула свои глаза Ярослава, после смутилась и потерла двумя пальцами переносицу. Блядь, вот что она забыла сделать! Сейчас лишь оставалось надеяться на невнимательность парня.
За кадром послышался шлепок, и Яся без подсказок поняла, что это была Оля, ударившая себя по лицу ладонью от тупости подруги. Шастун всё ещё хохотал, но это казалось как-то наиграно и скорее нервно, но девушке было не до этого и она совсем не заметила.
— О-о-ох… — понимая, что нужно выкручиваться, начала Гончаренко, — это весёлая история. Относительно…
— Правда?
«Знал бы насколько — заплакал…» — с грустью про себя вздохнула она.
— Как-то раз, мы с девочками решили собраться и просто посидеть, — Ярослава кинула косой взгляд на подругу, которая сидела с невероятно скептическим лицом так и говорящим: «ну-ну, давай покажи своё мастерство пиздежа». — Ну, а наши посидеть — это по сути ваша рыбалка. Вроде звучит красиво и спокойно, а на самом деле всё заканчивается водкой, — парень вновь хохотнул, не отрывая глаз от неё. — И в какой-то момент мы оказались играющими в «правда или действие», и эти идиотки рандомного парня записали мне так, — пытаясь выглядеть, как можно беззаботней закончила Гончаренко.
Антон слушал внимательно, прекрасно понимая, что девушка врала. Она всегда заламывала руки, когда это делала. Понимание того, что перед ним номер того, кто покорил сердце его объекта обожания, заставляло набрать и спросить его секрет. Идея была неплохая, и он невольно скосил взгляд вниз, пробегаясь взглядом по цифрам. Недоумение, граничащее с радостью, не заставило себя ждать — уголки губ подпрыгнули в глупой, но тёплой улыбке, в груди защемило.
Это был его номер.
А если она врала, значит…
— А жаль, — неожиданно издал Антон, и все заметили его внезапную бодрость, — сейчас бы могли узнать, кто же забрал твоё сердце. Девушка кисло улыбнулась и развела руками, мол говоря, а что поделать?
— Кстати, — понимая, что нужно срочно переводить тему, взяла она слово, — а я знаю, кому мы можем позвонить.
— Кому?
— Бебуру, он мне об этом и рассказывал…
— Точно?
— Точно…
***
— Итак, пятый последний вопрос! — торжественно объявил Шаст, смотря в нужную камеру. — К нему у тебя осталось пятьдесят секунд, и это просто прекрасно, — уже обращаясь к раскрасневшейся то ли от коньяка, то ли от полностью происходящего Ясе, закончил он. За третий и четвёртый вопрос, которые оказались не столь сложными, как она предполагала, ей пришлось потерять десять секунд. И не по её глупости, что неправильно выбрала свой контакт, а из-за того, что этот самый контакт, коим был Дантес, настолько веселился и шутил, что в конечном итоге затупил и не назвал правильно всех гномов из «белоснежки». Точнее вместо «Весельчак» сказал «Смехунчик», отчего разочарование очень ярко виднелось на лице румяной Гончаренко. Благо, что тот потом перезвонил, извинился и назвал правильный ответ, и девушка едва ли сдержалась, что не послать друга к чёрту. Антон и съёмочная группа выпали. Ярослава важно кивнула, возвращая внимание на ведущего, на котором нельзя было не залипнуть. Копна густых волос лезла ему в глаза своими кудряшками, отчего тот время от времени поправлял свою чёлку, и Яся ловила эти жесты взглядом, скользя по браслету и кольцам, сдерживая ужасное желание к ним прикоснуться. — И он звучит так: «Что значит «фапать»? — бодро зачитал Антон, и она возвратилась обратно в реальность. Из-за кадра послышались смешки, а Ярослава лишь недоуменно свела брови, мимолётом припоминая, где это слышала и кто ей это говорил. Шастун и сам едва ли сдерживал лукавую улыбку, прикрываясь карточкой, ведь знал ответ и он был более будоражащим, нежели она могла себе вообразить. — Есть какие-то предположения? Парень слегка склонил голову назад. — Есть, но озвучивать мне не сильно хочется, поэтому, — Ярослава была не из стеснительных, но не слишком хотелось произносить столько пошлое «дрочить» в программе, пусть это был и ютуб, а ещё, что она материлась, как сапожник, — поэтому поехали по контактам. — Хорошо, — с улыбкой выдохнул Шастун, тут же утыкаясь в телефон. На протяжении всей программы это было волнительно лазить по телефонной книге***
— Ты правда думала, что я не узнаю свой номер? Ярослава испуганно дернулась, когда внезапно позади прозвучал голос Антона. Он заметил, как обессиленно опустились плечи подруги, словно её планы вовсе пошли не так, как задумывалось. Впрочем, так и было, ведь план побега от Шастуна и выяснения происходящего, провалился. После пятого вопроса, на который Андрей ответил точно и быстро, но не теряя возможности простебать Ярославу на камеру, как самый настоящий друг, девушка получила свою статуетку с инициалами «ЯГ», отчего Антон пошутил о нехватке буква «а». Она лишь кисло отозвалась, искренне не понимая, что могло придать лёгкости парню, учитывая то, что и он витал поначалу в облаках. Её просто съедали мысли о том, что он обратил внимание на номер и всё понял… Как оказалось не зря. Тяжело вздохнув, Гончаренко обернулась, тут же сталкиваясь взглядом с пронзительными глазами Антона, который и сам сейчас выглядел не менее неуверенно, несмотря на улыбку. — Я сказала правду, насчёт спора, просто не добавила, что это твой номер — не хватало ещё шипперов нашей пары, — с неловко приподнятыми уголками губ всё же отозвалась Яся. — Врёшь, и тебя выдают твои руки — ты всегда их мнёшь, когда лжёшь, — спокойно улыбнулся он, наблюдая за этим действом девушки. Та нахмурилась, а после аккуратно опустила взгляд вниз, тут же прекращая это делать. Спалилась, увы. Медленно она возвела глаза обратно, сталкиваясь с добродушным взглядом Антона. Он был сейчас словно довольный кот, которому подфартило тем, что хозяин разбил банку со сметаной. — Что ты хочешь от меня услышать?.. — устало спросила девушка, обречённо склонив голову назад. Понимание того, что она в западне и вряд ли могла как-то уйти от неудобного разговора, окутало её с ног до головы. — Хотелось бы правду. — Правду? — с глупым смешком переспросила Ярослава. Рука взлетела вверх и нервно потерла лоб, она прикрыла глаза, шумно выдыхая. — Ты мне нравишься, Антон… Хотя, наверное, я тебя даже люблю… — понимая, что отступать было некуда, да и завтра у неё самолёт в Украину — сумеет сбежать — негромко отозвалась она. Но даже несмотря на такой отчаянный шаг, внутри неё пал камень с души, мучивший долгое время. Больше она не волновалась, что её любовь раскроют, теперь она волновалась — не плюнут ли в это чувство. Антон не был удивлён, даже более — заметно выдохнул, а после расплылся в широкой улыбке, которую девушка интерпретировала совсем по-другому нежели взаимность. Он сделал шаг вперед, аккуратно, словно в клишированной романтичной комедии, опустил руку на щеку, а после повёл вверх, поправляя прядь волос, внимательно изучая лицо вблизи. — Я такое ссыкло оказывается, — неожиданно усмехнулся он. — Чтобы сделать шаг и признаться и мне понадобилось дождаться этих слов от тебя, — Ярослава, которая была в шаге, чтобы разреветься, недоуменно свела брови домиком, устремляя взгляд на парня. — Прости меня… — За что? — не нарушая тишины вокруг, всё ещё не понимая происходящего, шепнула девушка. — За то, что еблан, и что не сказал этих слов тебе раньше, — медленно, но уверенно его ладони переместились на щеки, слегка приподнимая лицо, — я люблю тебя, Ясь… И меня разрывает внутри от того, что мои чувства оказались взаимными. — Антон… Больше ей сказать было не суждено, Шастун уверенно сократил расстояние между их лицами и соприкоснулся губами в трепетном поцелуе. Внутри не было салютов и бабочек, которые пытались бы выпорхнуть наружу, там было лишь умиротворение и спокойствие, что всё встало на свои места. Сминая его губы своими, Ярослава аккуратно обвила его шею, словно пытаясь оказаться ещё ближе, нежели и так была. Ей было хорошо, ей было уютно. — Ну наконец-то, — послышался позади радостный голос Ольги. Пара моментально оторвалась, но, не отлипая друг от друга, взглянули на лукаво усмехающуюся девушку. — Я уже думала, что реально билет нужно заказывать. — Билет? — вопросительно свела брови Гончаренко, на мгновение мазнув взглядом по Антону, который выглядел не менее недоуменным. — Ну ты никуда не летишь, ибо у тебя планы, — Оля кивнула головой в сторону парня, — появились. Внезапный смех вырвался из груди Яси, она лишь сильнее прижалась головой к груди Шастуна, который и сам посмеивался, пусть и услужливо молчал. — Ты с самого начала всё знала? — Знать я не могла, Ясь, — возразила подруга, уперев руки в боки. — Но предполагала, — менеджер самодовольно улыбнулась. — Ладно, голубки, целуйтесь, остальных беру на себя… — послышались шаги из гримерки, и пара, с нежными улыбками взглянув в глаза друг другу, вновь потянулись навстречу. — Так, в гримерку не заходить, там птенчики наконец-то созрели!.. Стас, ты торчишь мне сто долларов! Ярослава и Антон застыли из широко распахнутыми глазами, переваривая информацию, после чего рассмеялись, крепче обнимаясь. Видимо, слепыми были лишь они.
