Последний раз

Петя уже пятнадцать минут наблюдает за Игорем, нервно стоящим перед зеркалом и поправляющий бабочку. Это выглядит забавно. Взрослый мужчина, уже тридцатник, а нервничает как подросток какой-то. Хазин встает с насиженного места и подходит к мужчине, хватая его за плечи и поворачивая к себе лицом. Усмехается, когда видит озадаченное выражение лица и бегающие глазки, и тянется к бабочке, поправляя ее. — Че, ссышь, дядь? — смеется над ним, но не со злобой. Так, чтобы поддержать, — Ты будто в первый раз женишься. — Вообще-то, в первый, — Гром выдыхает, смотря в сторону. Такое неуверенное лицо в принципе не подходило Игорю, что Хазин настораживается, — Не нравится мне это все. Чувствую, что все по пизде пойдет. — Отставить, майор, — он ударяет его по плечу кулаком, но не сильно. Тут же чувствует, как чужие широкие ладони устраиваются на его талии, подчеркнутой костюмом — Петя тоже принарядился, — Вы так долго планировали это все с Юлей не для того, чтобы все оборвалось из-за твоей чуйки. Хазина прижимают ближе к себе, совсем вплотную. Мягко, даже слишком, целуют в острую скулу, на что Петр хмыкает. — Мне нужно расслабиться, Петь, — шепчет он на ухо, обдавая горячим дыхание кожу, — В последний раз перед дорогой. Петя сразу же соглашается. Ему совершенно похуй, что через каких-то полтора часа Игорь будет стоять под венцом с Юлей и давать друг другу клятвы. Он лишь закрывает дверь, чтобы кто-нибудь из родственников не пожаловал зайти к молодожену. Секс без обязательств — довольно крутая штука, и Хазин это подтвердит. Сам он этого никогда не практиковал, считая, что ему этого не надо. А при переводе в Питерское отделение на его голову свалился Гром, весь такой угрюмый, с каменным еблетом… Горячий, в общем. В его вкусе. Но чувств он никаких не испытывал, да и до сих пор тяги не было никакой к этому человеку. Пререкание, ор друг на друга — все это перелилось в секс в отделе с вещдоками. Опасно, но оба переживали не то, что их тут спалят, а то, что оставят отпечатки свои везде, где можно. Слава Богу, после них все было чисто. А потом таких случаев стало больше. Хазин позвал Игоря в свой кабинет, — «разобрать дело, а то скоро висяком станет» — а его совсем ожидаемо нагнули прямо на рабочем столе, на этих ебучих папках с делами. Когда Гром провожал его до дома поздней ночью, они потрахались в лифте — похуй, что это все засняла камера. Не каждый же день такая удача случается. И каждый раз, словно по традиции, Игорь напоминал о том, что он, как бы, натурал, и ему Юлька нравится. Ну, а Хазину поебать. Он даже не ревнует, потому что это для него обычный секс, да и хоть какая-то дружба за последние несколько лет, ведь они с Игорьком успели сблизиться. Короче, френдс виз бенефитс. Очень, конечно, жаль, что такой мужик из жизни пропадет — кто Петю трахать-то будет? Игорь был категорически против измен в браке, а Хазин и не возражал особо. Не будет же он рушить чужую семейную жизнь. И так дохуя разрушил, и Громовскую он тем более не хочет. Хазин с приглушенным стоном кончает в ладонь Игоря, сжимающую его член, а тот сам толкается в последний раз, припечатывая Петю к спинке кресла. Этот секс не особо отличается от всех предыдущих, но он кажется просто сногсшибательным. Потому что последний. Гром одной рукой натягивает брюки и идет в ванную комнату, чтобы смыть сперму с ладони. Невеже будет на грязную руку кольцо надевать. Петя восстанавливает дыхание еще пару минут, а потом одевается, смотря в зеркало и приглаживая свои волосы — не очень взлохмаченные, кстати, ведь оба договорились не трогать прическу. Рядом становится и Игорь, принимая прежний приличный вид. — Отлично постарался для последнего раза, дядь. — Ты тоже ничего, — и усмехается. Теперь он не напряжен и не нервничает. Может, слегка, но этого не видно. Петю это радует. — Ну, че, молодожен, — он смотрит на часы, примечая, что они уложились в нужное время. За ними вот-вот должны зайти, потому Хазин открывает дверь, — Под венец пора. И, словно их подслушивали, в комнаты зашли родственники, говоря о том, что Игорю нужно уже выходить. Петр подмигивает ему и выходит из помещения, ретируясь к другим гостям. Хазин с улыбкой смотрит на то, как целуются Юля и Игорь у алтаря. Хлопает, наверное, громче всех взятых. Искренне радуется, ничуть не ревнует и не злится. Сам он, наверное, проходит холостяком еще долгое время. Не для него такая ноша, тем более работа важнее. Да и к тому же, жениться можно на ком угодно и когда угодно, а вот трахаться в метро — далеко не с каждым.