In your imaginary dreams

***

Боль? Мне не больно.

Я не имею права чувствовать боль.

Чтобы жить, нужно выживать, никак иначе. Слабым и беспомощным не место в этом мире. Именно таким был первый урок для маленького Сяо, полученный от отца. ** —Мама!Мамочка!—мальчик, вбегая в дом босыми ногами, спотыкается и перепрыгивает через пустые, стеклянные бутылки, разбросанные по коридору и в дверных проемах. Мальчику не терпится показать свою находку и он немедля показывает ей то, что нашел, раскрывая ладошки. —Ах!.. Сяо, это ведь четырехлистный клевер!—женщина радостно восклицает, начиная тут же трепать своего сына по непослушным волосам.—Ты такой умничка! Мальчик быстро-быстро закивал и лучезарно улыбнулся, довольный похвалой от матери. —Береги его, Сяо..— последний раз проведя рукой по волосам мальчика, она возвращается к своим делам, пуская сына на самотек. Мальчик разворачивается и быстро семеня своими ножками, бежит в свою комнату с целью того, чтобы спрятать "сокровище". Рыская в разных углах, в поисках хорошей нычки, тот слышит громкий хлопок входной двери и ускоренное копошение матери на кухне. Не замечая для себя, когда его колени начали дрожать, забивается в угол, мертвой хваткой сжимая в руках клевер. Моментально слух обостряется, стараясь понять, не приближаются ли к нему шаги. Тишина. Через минуту слышатся тихие вопросы матери, после слышится голос отца. Грубый, хриплый. Его язык заплетается. Удар. Видимо, папа снова поднимает руку на маму.. Сильнее вжимаясь в стену, стараясь и вовсе с ней слиться, по щеке скатывается одинокая слеза. Сяо не хочет, чтобы его маму били, ведь она так добра к нему и она единственный человек, кто дарит любовь и тепло, затмевая собой очередные выходки отца. Кажется, мама срывается на крик. —Ты что, снова под наркотой..?Какого черта!?—опять удар. Судорожно пытаясь ничего не слышать, сяо зажимает уши ладонями и вжимается лицом в колени, дыша через раз. Крики. Мама кричит, пытаясь остановить отца. —Не смей к нему подходить!!— ее голос хрипит от отчаяния, она плачет. Надрывные всхлипы заканчиваются глухим ударом об стену."..Все закончилось?Папа больше не злится?". Сяо отлипает от стены, сидя на коленях, он пытается прислушаться к тому, что происходит за дверью. Очень тихие шаги начинают эхом отражаться от стен, крича в сознании маленького мальчика, что ему нужно спасаться, бежать прочь. Но он не двигается. Будто бы парализованный, сидит, сверля взглядом воображаемую точку на двери, до того момента, пока она, скрипя, тихо не откроется, впустив внутрь уже знакомый силуэт. —..Сынок, папа дома.—Сяо смотрит снизу вверх. Зрачки глаз отца расширены и взгляд притуплен. Он слегка пошатывается, переминаясь с ноги на ногу. Рыжая копна волос, небрежно растрепана. Взгляд опускает ниже. "Что у отца в руке?". Глаза Сяо расширяются в ужасе, а рот приоткрывается в немом крике. Он машинально отползает к стене, подбирая под себя ноги и опираясь руками о пол. Шприц с жёлтоватой жидкостью покачивается в руке у мужчины, оставляя все внимание темноволосого на нем. Дыхание учащается и как назло, в комнате становится слишком мало кислорода для двоих. Пришедший опускается на корточки рядом со своим сыном, который с каждой секундой начинается сильнее трястись, бегая глазами по своему отцу. —Ты ведь не будешь кричать, малыш?—мальчика перетряхивает от акцента на последнее слово и тот начинает еще сильнее вжиматься в холодный бетон, скребя ногтями по полу. Мужчина резко притягивает к себе за талию ребенка, наклоняясь к уху и опаляя горячим дыханием, сладко нашептывая:— Будь потише. — таким же резком движением разворачивая Сяо к себе спиной, одной рукой прижимая к себе и закрывая рот, второй в руках держа шприц. От иглы до тонкой рученки, остается крошечное расстояние. В панике, мальчик начинает дергаться и громко мычать в руку отца, бить ногами по полу, пытаясь предпринять хоть что-то. Очевидно, мужчину не устраивает такой расклад и он сильнее стискивает лицо сына, локтем прижимая его грудь к своей. Все тщетные попытки сходят на нет, когда игла вонзается в вену. Кровь. Истошные крики, заглушаемые рукой. Слезы, которые скатываются ручьем по щекам, сползая ниже. Захлебывающиеся всхлипы, сопровождаемые ругательствами отца, который обещает затолкать в его глотку лезвия, если тот сейчас же не успокоится. Из места укола тонкой струйкой спускается кровь. Прохладная жидкость медленно соединяется с кровью, успокаивающе обволакивая стенки сосудов. ".. Мне больно, мне невыносимо больно, отец, прошу..". Истошное мычание сходит на тихие хрипы и неровное дыхание, силы почему-то резко уходят и тело обмякает в чужих руках. ** Перед глазами все размыто. Фокус не может настроится. Сяо отчетливо чувствует чужие прикосновения к своему телу. Чья-то рука оглаживает его спину, а сам тот лежит на животе, бедра приподняты, а ноги разведены. Отекшие руки стальной хваткой заломаны за спину. Все прикосновения ощущаются слишком воздушно, будто бы нереально. Спину покрывают мокрыми и влажными поцелуями, кто-то тяжело наваливается сверху, выдыхая на ухо мальчику, опаляя горячим дыханием холодное тело. Доносится шепот .— Будь хорошим мальчиком, Сяо. Резкая боль между ног, где-то внутри все разрывается, жутко пробираясь внутрь. Через силу сдавленный хрип срывается с уст мальчугана, безмолвно лежащего под его родным отцом. До мозга костей пронзающая боль, которая ощущается все четче, но по прежнему в тумане. Что-то теплое стекает по внутренней стороне бедра, оставаясь на простынях. "..Где мама?". Большая и крепкая ладонь вжимает голову мальчика в подушку, выбивая остатки кислорода. До безумия больно, хочется вцепиться ногтями глубоко в кожу, раздирая ее до мяса и крови, лишь бы перестать чувствовать эту раздирающую изнутри боль. Резко хватают за волосы и тянут на себя, заставляя прогнуться в спине до хруста. Еще пару выдавленных через силу хрипов-полустонов. Потеря сознания. Через пару часов сознание начинает возвращаться малыми отголосками в голове. С этим приходит и осознание. Сяо полностью обнаженный лежит на своей кровати. Тело до потери сознания болит и ломит, а веки будто налиты свинцом. Через огромные усилия Сяо распахивает глаза. Привычный вид своей комнаты, приподнимаясь на локтях, сдерживая слезы от подступившей к телу боли, тот опускает взгляд вниз, смотря на окровавленные простыни. Доля секунды и мальчика желчью выворачивает на пол. Откашливая слюну севшим голосом, он обращает взор на свою правую руку. Рядом со сгибом расплылась красно-фиолетовая гематома небольшого размера. Пустой взгляд, несколькими часами ранее, наполненный ужасом и неподдельным страхом, направлен на пожелтевший и смятый клевер на полу.

Мне больно.