Я прогоню кошмары

- Почему здесь так, блять, холодно? - Эрвин укоризненно покосился на Леви. - Я даже не собираюсь подбирать другие слова. Они вдвоём сидели и разбирали отчёты последние два часа, как делали всегда. Иногда к ним присоединялась Ханджи, делая вид, что выполняет бумажную работу сама, а не спихивает на Моблита, но сегодня учёная была занята исследованиями, так что они остались вдвоём. Правда, если спросить Леви, он бы ответил, что компанию им составлял собачий холод. Зима была противной. Он буквально ненавидел это время года. Влажный холодный воздух проникал под самую тёплую одежду, заставляя дрожать, стучать зубами и чувствовать себя маленьким и беспомощным. А это чувство Аккерман ненавидел ещё больше, чем зиму. Так что когда они объединялись, и без этого тяжёлый нрав капитана становился невыносимым. Поэтому, вместе с ним, зиму не любили и все новобранцы разведкорпуса, которых он тренировал. - Мне тепло. - Спокойно ответил Эрвин, краем глаза оглядывая помещение в поиске чего-то согревающего. - О, тебе тепло! Рад слышать. - Фыркнул Леви, залпом допивая кружку чая, надеясь таким образом согреться. Эрвин встал из-за стола, планируя заварить ещё чая. - То, что тебе холодно имеет смысл. Все-таки, ты гораздо меньше меня. - Тихо произнес Смит, разливая напиток по кружкам. - Хочешь сказать мне это в лицо? - Нарочито громко и угрожающе поинтересовался Аккерман, но кружку из чужих рук принял. Эрвин поставил свою на стол, но сам садиться не стал, а исчез за дверью личной комнаты. Леви нахмурился, пытаясь понять, что Смит задумал. Даже про чай забыл. К счастью, долго гадать не пришлось, через пару минут Эрвин вернулся с одеялом в руках. - Ты издеваешься? - С непроницаемым выражением лица поинтересовался Леви. - Тебе холодно, почему нет? - Ты издеваешься. - Смит не шелохнулся, по прежнему протягивая одеяло. - А если кто-то зайдёт? - Без стука обычно только Ханджи входит. - Пожал плечами Смит. - Да и почему то эта проблема не волновала тебя, когда мы целовались здесь. - Как бы невзначай заметил Эрвин, и Леви мгновенно покраснел. Потом он будет утверждать, что от холода. - Знаешь, я как-то обещал убить тебя. - Процедил Аккерман, укутываясь в одеяло до самого носа. - Хорошо, что ты решил отложить исполнение этого обещания. - Взгляд Леви, в отличие от него самого, был обжигающим, в то время как Эрвин был спокоен, словно глыба льда. Только Аккерман, знающий его достаточно давно, мог сказать, что Смит наслаждается ситуацией. - Изабель бы меня избила, если бы узнала, что я с тобой. - Пробурчал Леви себе под нос, высунув из своего кокона только лицо и руку, которой писал. - Я бы понравился Изабель. - Отозвался Эрвин, тоже возвращаясь к прерванному занятию, только иногда кидая взгляд на закутанного капитана. Забавное зрелище грело душу. - Возможно. - Напряжение в голосе Леви стало сигналом закрыть тему, и поэтому Смит просто кивнул. - Эрвин... - Мужчина вскинул голову. Лицо Аккермана никак не изменилось, но глаза будто остекленели. Леви смотрел в окно, за которым набирал обороты дождь со снегом. Ещё одной причиной, почему Леви не любил зиму, особенно раннюю, являлись частые дожди. Первый раз в жизни, когда он увидел дождь, был выжжен клеймом в его памяти. Рукояти мечей были отвратительно скользкими, приходилось моргать так часто, что глаза уже горели, сердце еле трепыхалось в тисках беспокойства. Он не видел ни Фарлана, ни Изабель. Неизвестность мучила, заставляя мозг воспроизводить самые жуткие сценарии. Лучше бы они и остались лишь сценариями. - Леви. - Голос Эрвина вырвал его из воспоминаний. - Может, сделаем перерыв? - Аккерман перевёл взгляд на бумаги. Ровным столбиком на листе красовались имена и фамилии погибших в последней вылазке. - Давай. - Хрипло ответил он, переворачивая документ. Как бы он хотел плакать. Но, казалось, Леви просто не умел. За столько лет маска безэмоционального солдата приросла к лицу, и снять её теперь было бы слишком больно. - Тебе по-прежнему холодно? - Аккерман вскинул голову, не понимая, зачем Эрвин задаёт этот вопрос. Он был закутан в одеяло с ног до головы, конечно ему не было... - Да. - Ухватился мужчина за подсказку. - Твоё дурацкое одеяло мало помогает. - Ну, может, я справлюсь лучше. - Леви поднялся со стула, и его место занял Смит. Поколебавшись пару секунд, Аккерман опустился на его колени, забросив ноги на подлокотник. Эрвин, в свою очередь, обнял его, прижимая голову капитана к своему плечу. - Лучше? - Ну это как посмотреть. - Пробурчал Леви, прикрывая глаза. - Точно теплее. - Что ж, этого мы и добивались. - Тихо посмеиваясь ответил Смит. Дальше они молчали, и Аккерман почувствовал, как веки начинают тяжелеть, и открывать глаза снова и снова становится все сложнее. Медвежьи объятия Эрвина изгнали промозглый холод из его тела вместе с воспоминаниями, и теперь Леви чувствовал только приятное тепло. Даже улыбаться захотелось. Но такой вольности Аккерман себе не позволил. То, что он сидел на коленях у собственного командира каким-то образом казалось менее личным, чем улыбка. - Ты опять не спишь по ночам? - Неожиданный вопрос вырвал его из полудремы, и Леви захлопал ресницами, пытаясь сфокусировать взгляд на Эрвине. - Иногда. - Выдал он привычную ложь. Бессонница мучила капитана каждую ночь за исключением редких дней относительного спокойствия, когда ему удавалось вымотать себя усиленными тренировками. - Можешь подремать. - У нас работа. - Но вопреки собственным возражениям, Аккерман снова положил голову на плечо Смита и закрыл глаза. - Работа никуда не денется, если ты поспишь пару часов. - Эрвин стал медленно гладить его спине. - Ты мне ещё колыбельную спой и сказку расскажи. - Не открывая глаз, процедил Леви, и Смит тут же прекратил. - Я не говорил, чтобы ты остановился. Сон накатывал волнами, и пришёл момент, когда Аккерман уже почти отключился, нежась в тепле. И тогда из блаженного состояния его вырвала костяная рука страха. Встрепенувшись, Леви резко выпрямился, ударившись лбом о подбородок Эрвина, но даже не почувствовав боли. - Что случилось? - Нахмурился Смит, потирая ушибленную часть тела. - Ничего. Вернёмся к работе. - Аккерман попытался встать, но Эрвин мягко удержал его. - Что случилось? - Повторил он вопрос. - Дождь случился. Ненавижу эту чёртову погоду, не могу спать. - Прошипел Леви, стараясь показаться раздражённым, чтобы не выдать настоящие эмоции. - Я прогоню кошмары. - Лицо Аккермана перекосила грустная усмешка. - Каким образом? - Видимо, голыми руками. - Непоколебимая уверенность в голосе Эрвина раздражала. Раздражала, потому-что так хотелось ему поверить. - Тебе нужно поспать, Леви. - Я знаю. - Растеряв весь запал, ответил Аккерман, вновь пытаясь расслабиться. Смит был прав. Он не спал неделю, за исключением нескольких раз, когда ему удалось подремать по полчаса. И каждый раз он видел очередную смерть ещё одного дорогого человека, и снова чувствовал эту чёрную массу в груди, которая мешала дышать. Однако, как бы ни хотелось, отказаться от сна он не мог. Поэтому Леви снова закрыл глаза и сосредоточился на тепле внутри, а не холоде снаружи. Эрвин боялся пошевелиться все время, пока Аккерман засыпал. И даже когда дыхание мужчины выровнялось, а тело окончательно расслабилось, Смит продолжал сидеть в одной позе. Только спустя полчаса он аккуратно переместил руки, подхватывая тело Леви под коленями и спиной. Открывать дверь в спальню ногой было сложно, особенно учитывая то, что каждый раз она жутко скрипела, но Эрвину удалось не разбудить Аккермана и даже уложить его на кровать. Смит уже собирался тихо уйти, чтобы закончить работу с документами, но остановился, глядя на Леви. "Я прогоню кошмары" - прозвучала в голове собственная фраза. Не просто фраза, а обещание. Бумаги нужно было разобрать, чтобы потом не справляться с двойной работой, да и не отчитываться перед вышестоящими. Но что если Леви проснётся, а его рядом не будет? Что если его разбудит очередной плохой сон? Что Эрвин скажет? Сначала пообещал, а потом оставил его, потому-что нужно было работать? Он мог, конечно. И Аккерман бы понял, даже не стал бы злиться. Просто не доверился бы в следующий раз. Эрвин лёг рядом, обвив талию Леви одной рукой. До сих пор закутанный в одеяло, Аккерман во сне попытался подвинуться ближе, но попытка провалилась, и мужчина нахмурился. Беззвучно рассмеявшись, Эрвин сам притянул его ближе и тоже закрыл глаза. Шум дождя за окном был почти уютным.