Под крыльями ангела

Горло обожгло горячее виски. Она пила… от стресса и боли. Пытаясь унять терзающие муки разума, картинки крови и пыток. Не было и дня, чтобы Элизабет не вспоминала о том мальчике, волосы которого было как золото, а глаза ярко голубыми. Прижав холодную бутылку ко лбу, девушка покачивалась на кресле. Волосы заплетены в косу, ноги поджаты под себя, а грудь тяжело вздымалась. Кто-то постучал в дверь, она соскользнула со стула и отложила бутылку на камин. Подойдя к двери Малфой нажала на ручку и приоткрыла дверь. Драко стоял, упершись плечами об косяк дверей, на его губах играла легкая улыбка, ее брат выглядел умиротворенным. -Выглядишь не очень. – Сказал он, растягивая слова. -Ближе к делу. – Элизабет пожала плечами, ей хотелось снова ощущать жар спиртного на ее губах, языке, в горле. Как алкоголь пощипывает ее потрескавшиеся губы. -Может прокатимся верхом на лошадях? – Голубо-серые глаза как и ее собственные весело вспыхнули. Малфой кивнула, ей нужно развеяться, а что может быть лучше прогулки в лесу, когда твой конь бежит, а волосы развеваются от быстрой скорости? -Когда? -Когда будешь готова. – Блондин сказал это с таким лицом будто, вы женщины год будете собираться. -Через тридцать минут. – Драко кивнул и Элизабет закрыла двери. На девушке были одеты облегающие лосины, кружевная рубашка с открытым декольте. Поверх черная мантия, на ногах ботинки. И удивительно, что лишь с небольшим каблучком. Ее шаги было слышно по гравированной дорожки, волосы развевались, губы как всегда алые, а на молочной коже лица небольшой румянец. Она остановилась рядом с черной, как ее сердце и ночь лошадью. -Я думала мы будем одни. – Холодно сказала блондинка и взглянула на мулата. Блейз хмыкнул и одарил ее наглой улыбкой. -Простите, что нарушил ваш покой. – Забини подмигнул ей, но на лице девушки не было ни одной эмоции. -Ты снова в моем доме. -Я друг твоего брата, веди себя хотя бы уважительно. -Блейз… - Сказал Драко. Элизабет просунула одну ногу в стремя. Забини поставил ей руки на талию, тем самым помогая залезть на лошадь. Малфой остановилась и холодно посмотрела на него. Он медленно убрал руки, не прерывая с ней взгляды. Элизабет перекинула ногу через лошадь и уселась в седло. Ее ровная осанка придавала ей красоты, холодный взгляд загадочности, а теперь она возвышалась над ними. Оба парня сели в свои лошади. -Человек, который потерял мое уважение и доверие, никогда его не обретет вновь. – Эти слова она бросила в воздух, но все знали кому они предназначены. И от этого было больно. Малфой пустила лошадь галопом, ее волосы и плащ красиво развевались, подождав минуту они пустили и своих лошадей галопом. Эта игра цветов, где лошадь черная как ночь, а ее волосы белые как снег была невероятной, завораживающей, неземной. Ветер ударял в лицо, все мысли из головы ушли. Теперь ветер был ей, а она ветром. Одно целое, совместимое, нераздельное… Сердце радостно стучало, кровь бурлила в теле, а эйфория захватила полностью. Это было расслабляюще, прекрасно. Но это было мимолетно, она вернется домой и снова ее на пороге будет ждать кровь, мучения и откуда-то явившаяся совесть. Ночью девушка не могла уснуть. Казалось все стало налаживаться. Отец дома, жив и здоров. Мать счастлива, хоть все еще переживает, Драко в безопасности и они не мертвы. Разве нужно было еще что-то? Блондинка закачала головой, в которую лез лишь один образ, одного мужчины. Он был ей нужен, как воздух, которым она дышала чтобы жить, но сейчас казалось будто она похоронена, а воздуха все меньше и меньше. Он был для нее как воздух, но ведь она сама пыталась отдалить его от себя. И каждый раз был болезней другого. Слова с ее губ срывались легко, слова которые ранили ее, а особенно его. Элизабет злилась, ей сложно прощать. Но на удивление злилась она далеко не на него, а на себя, на свою внимательность. Что это было? Какие чувства преследовали? Любовь? Нет…не думаю, невозможно…Маловероятно… Малфой открыла балкон, летний ветер пролез в комнату, охлаждая каждый угол ее темной комнаты. Забираясь в самые скрытые от посторонних глаз тайники и открывая самые страшные тайны. Было сложно, но ведь жизнь никогда не была легкой. Она видела столько смертей, крови, и будет продолжать видеть. А ведь даже большинство из них было дело ее собственных рук. Голоса мучеников, людей которых она пытала и убивала по приказам преследовали ее. Куда бы она не пошла, где бы ни была, каждый уголок напоминал о ее сущности. Как? Как она будет смотреть в глаза собственным детям? Держать их на руках, полных крови. Как будет любить их своим холодным и жестоким сердцем монстра и убийцы? Она повернула голову и увидела свет. Среди тьмы ночи был свет. Яркий, казалось будто солнце осветило все вокруг. В любимой беседке матери горело несколько свечей и гирлянд, фонари горели рядом. Было светло, а среди этого света ее взгляд заскользил по высокому мужчине, с широкими плечами, крепкое телосложение, темные как ночь волосы, и так манящая загорелая кожа. Забини закинул ноги на стол и вливал в себя алкоголь. Не успев подумать, Элизабет вышла во двор. На ее ногах были обычные шлепки, а на теле тонки, летний халат. Девушка приблизилась к беседке, но замерла. Нет… Нельзя! Запрещено! Казалось, будто на ее плечах сидел ангел и черт. Один говорил, умолял уйти – это был ее разум. А второй вопил подойти к нему, плюнуть на все правила и поцеловать – это было ее сердце. Помня все слова, все правила которым ее учили, ноги белокурой красавицы сами собой повернули обратно. Но было слишком поздно, девушка остановилась, когда до ее ушей долетел мужской баритон. -Элизабет. – Тихо сказал Блейз, он перебывал в небольшом шоке. А в его голосе были нотки тоски и…боли. Она не видела его лица, но слишком хорошо знала мужчину сзади нее. На его лице скорее всего было легкое удивление, и как обычно он поднял свою левую бровь, а с левой стороны от его ухмылки проступила небольшая ямочка. Его улыбка была великолепной. Послышались тихие шаги сзади, а затем скрежет каменой дорожки. Мулат направлялся к ней, а она не смела пошевелится. Да что с ней такое? Забини притронулся к ее волосам, а затем опустил руку на спину, но отдернул ее, будто обжегся. По телу Элизабет прошлись мурашки. Мерлин, надеюсь он этого не заметил. Нельзя показывать какую власть имеют над мной его прикосновение, и как мое тело отзывается на него. Блейз повторил мое имя, прямо у моего уха. -Элизабет. – Это было блаженно. Ее имя с его уст были как рай для ушей, как нежная музыка. Она позволила убрать ему ее платиновые волосы. Мулат аккуратно прошелся пальцами по ее шее и обвел изгибы ее ключицы. Элизабет выгнулась, но сразу поняла свою ошибку, когда услышала тихий смешок рядом с ухом. Его дыхание обожгло ее шею. -Я схожу с ума? – Спросил он тихо и коснулся ее жилки на шее. Сердце девушки стало биться все быстрее и быстрее, а между ног предательски стало жарко. Черт, ее тело желало его. -Я не знаю...Возможно мы оба сходим с ума. – Ее голос надорвался, и это так было на нее не похоже. Его рука прикоснулась к ее бедру и Элизабет прикусила губу, проколов ту до крови. Девушка схватила парня за шею и он снова покрыл нежную кожу девушки своими поцелуями. -Это неправильно… - Сказала Элизабет, а голос который должен звучать строго сейчас звучал неправдоподобно. -Не правильно… - Согласился Блейз. В его голосе был голод, жажда. Мулат хотел каждый чертов сантиметр этого идеального тела. Нужно было остановится, но он не мог. Его руки продолжили изучать ее тело, а затем итальянец резко развернул ее к себе, прижимая к груди. Тонкие пальчики вцепились в его плечи, а ее глаза как лед уставились на него. Взгляд Элизабет блуждал по его лицу, такому идеальному. Запоминая каждый сантиметр, каждый волосок, все до мелочи… -Ты самое прекрасное, что я когда либо видел, ангел. – Ангел…с недавних пор это напоминало о том маленьком, убитом мальчике. Но с его губ этого не произошло, рядом с ним девушка забывала все кошмары, а демоны покидали ее сердце, открывая ту светлую часть ее, которая все еще жива. Забини коснулся ее лица. – Такая нежная, идеальная… - Продолжал он. И в его голосе была уверенность. Он не видел никогда и не увидеть женщины более прекрасной чем Элизабет. Она была совершена, даже ее характер не смог испортить ее красоту. А эта холодная ее сторона прибавляла еще больше желания заполучить ее. Малфой не была его, но и Блейз был не так прост. Итальянец был собственником, как и многие итальянские мужчины. Он не отдаст своего ангела, свою холодную королеву, никогда. А если придется он поклянется на крови! -Позволишь? – Спросил он, чуть ли не рыча от возбуждения. В штанах было слишком тесно. Его рука прошлась к ее внутреннему бедру. Элизабет на удивление кивнула и когда его пальцы коснулись ее трусиков она застонала. Блаженные звуки с ее рта…Но кажется не один он был возбужден, она была мокрой, для него. Мулат подхватил ее на руки и сел вместе с ней на стул в беседке. Не зря Нарцисса Малфой любила это место. Рядом был пруд, фонари, а гирлянды украшали белую беседку с золотым узором, невероятная эстетика. Итальянец усадил блондинку к себе на колени так, чтобы она оседлала его бедра. Его губы нашли ее и страстный поцелуй окружил им голову. Элизабет качнула бедрами и Блейз чуть ли не кончил от этого. Мерлин, он умрет без нее! Забини испустил тихий вздох, когда она снова качнула бедрами. Черт! Черт! Черт! Поняв, что ему это нравится, Малфой продолжила свою пытку, потираясь своей промежностью об его член. -Если ты продолжишь в том же духе я кончу! – Потому что эта стерва, нашла его самое чувствительное место. И у нее получалось заставлять его каждый раз вздрагивать, даже через плотною ткань штанов. Но Элизабет не остановилась и Блейза накрыл оргазм. Придется пойти переодеть штаны, но это того стоило! Малфой хотела подняться, но итальянец схватил ее за бедра. -Я не закончил, ангел. – Забини усадил ее обратно к себе на бедра и просунул руку между ее ног, отодвигая ткань ее трусиков. Его пальцы скользили по ее складка, затрагивая самые чувствительные места ее тела. Спустя пару минут девушка вцепилась в его плечи своими ногтями, ее тело задрожало в оргазме, а с губ сорвался протяжный стон. -Давай попробуем с начала? – Спросил брюнет. Его янтарные глаза блуждали по ее лицо, по розовым щечкам и опухлым слегка губами от их поцелуев. В глазах обоих был огонь. Малфой знала, что нельзя. Она отвергала все свои чувства, пусть будь это привязанность или желание. А может все-же любовь? Плевать, возможно она завтра умрет. Ее эгоистическая сторона взяла вверх, а дьявол на левом плече самодовольно заурчал. Будет сложно и не легко, но стоит ведь попробовать. Даже если в конце им придется простится. Малфой не ответила, а просто впилась в его губы. Забини понял все без слов и какое-то облегчение появилось в груди. Эта женщина сведет его с ума.