Под крыльями ангела

Ее светлые волосы преследовали его везде. Куда бы он не пошел, всегда он стыкался с ней. Будто как магнитом тянет их к друг другу. Это было противное чувство. А Аврора…ну она милая и наивная девушка. С ней было скучновато. Не было того огня, той страсти, что так ярко горела между Забини и Малфой. Элизабет стала проводить больше проводила времени с французом. Уроки были ужасом. Грязнокровок пытали и заставляли это делать других. За опоздание был круциатус, а не отработки. Когда Снейп пришел к управлению Хогвартсом поменялось абсолютно все. Маггловединье и ЗОТИ вели сестра и брат Кэрроу. Это были дьявольские существа. Ведь их даже людьми не назовешь. Они заставляли пытать других, а если ты отказывался пытали тебя. Первые курсы ходили перепуганные, а старшие пытались скрыть нервозность. Под этим натиском было сложно сосредоточиться на уроках, но к счастью, Слизерин был в любимчиках и лишь немногие получали круциатусом. В один из уроков Кэрроу заставила пытать грязнокровку, которая опоздала на урок. -Мисс Малфой, у вас есть опыт, не продемонстрируете нам. – Она криво улыбнулась и кивнула в сторону опоздавшей гриффиндорки. Которая тряслась в страхе. Элизабет медленно подняла на преподавательницу взгляд. -Я не буду марать руки об это дерьмо, если это не прямой приказ Темного Лорда. – Холодно отозвалась она. Женщина нахмурилась, но кивнула. -Хорошо, есть желающие? – Ее темные глаза прошлись по ученикам седьмого курса. – Мистер Забини. Блейз выглядел спокойным, но ему жутко не хотелось этого делать. И хоть слизерин и гриффиндор враждовали это не означало, что мулат хотел пытать кого-то из них, особенно девушку, вина которой банальное опоздание. Парень продолжил сидеть на своем месте. -Ну же, или вы хотите поменяться с ней местами? – Злобно прошипела Кэрроу. Мулат поднялся на ноги и бросил взгляд на друзей. Затем его взгляд остановился на Малфой, она выглядела спокойной и расслабленной. Ну конечно, скольких она пытала и убивала. Он достал палочку, рука затряслась, мысли и чувства стали душить. Да что же за хрень творится в этом мире? Пытки, убийства, игры в власть… Блейз поднял палочку и вздохнул. Выбор сделан. Либо ты, либо тебя. Рука задрожала, но он заставил свое тело замереть, готовясь произнести заклинание. Забини уже был готов произнести его, когда за спиной послышался холодный голос и показалась красная вспышка. -Круцио. – Палочка была направлена на девушку перед ним. Та упала на колени и закричала, громко и пронзительно, а ее спина выгнулась под неестественным углом. Это закончилось так же быстро, как и началось. Гриффиндора лежала на спине, с глаз текли слезы, и она пыталась отдышатся. Тело Блейза замерло на одном месте, пытаясь понять, что произошло. Он повернул голову назад и встретился с голубыми глазами. Элизабет Малфой держала руку с палочкой направленную на гриффиндорку, а затем медленно опустила ее. Глаза были полны льда и презрения. Она ничего не сказа, а лишь развернулась и вышла из кабинета. К девушке на полу подбежала вторая и уже потянулась за салфеткой, когда ее испуганный взгляд уставился на Кэрроу. Та ухмыльнулась и махнула на них рукой, позволяя помочь девушке. Забини вышел из класса следом, прислушиваясь к шагам высоких каблуков. Он толкнул дверь заброшенного женского туалета и замер. Блондинка склонилась над раковинной, костяшки пальцев побелели от силы, с которой она сжимала мрамор. Девушка закашляла, парень тихо преодолел расстояние и стал придерживать ее волосы. Она блевала жидкость, ее глаза вцепились в зеркало. В них вспыхнул гнев, но Элизабет не успела ничего сказать. Ее снова вырвало… Она тяжело дышала, прижимаясь к его груди. Ее тонкие пальцы сжимали спереди его рубашку. Блейз все еще придерживал волосы Малфой и она потянулась к раковине. Дрожащими руками открыла кран и плеснула воду себе в лицо. Передние прядки все-равно намокли и потемнели. Девушка дернулась, и он отступил. Вздохнув, она прохрипела: -Какого черта? – Элизабет повернулась к нему, ее била дрожь, а ноги подкашивали, но она вцепилась в раковину и заставила себя стоять. Блейз нахмурился, понимая, о чем она. -Не знаю… - Прошептал он. Да хер его знает почему он пошел за ней. Просто пошел, потянуло. Последнее время мозг не контролировал его тело и это было противно, тошно от самого себя. Малфой кивнула и направилась к двери. Когда она проходила мимо него, Забини схватил ее за запястье. Блондинка посмотрела на руку, а затем подняла злой взгляд на него. Глаза мулата были странными, будто он сам не понимал, что делает. Что он собирался сказать? Что любит ее? Да она бы посмеялась ему в лицо. -Мне больно. – Тихо прошептала она и это подействовало. Блейз медленно убрал пальцы с ее руки, а затем отступил на шаг, пропуская девушку. Последние дни были омерзительными. Кэрроу сошли с ума, ученики ходили в гематомах и ранах. Снейпу, кажется, до этого не было дела и он ничего не говорил. Последним уроком был ЗОТИ и его вел профессор Кэрроу. Их поставили друг против друга, заставляя использовать самые ужасные и болезненные заклинания. Когда урок закончился ученики принялись со страхом выбегать из кабинета. Забини стоял у стены, ожидая, когда выйдут Тео и Драко. Он прислонился к ней, глядя в потолок, руки были сложены на груди. Аврора прошла рядом с ним и улыбнувшись поздоровалась. Он кивнул ей и тут его взгляд зацепился за две головы светлых волос. Но одни из них были почти белыми. Дафна Григрасс что-то говорила Элизабет Малфой и в конце та кивнула. Элизабет развернулась и пошла дальше по коридору, обходя учеников и отступая, когда первокурсники бегают по коридору, хотя мало кто из детей осмеливался вообще у нее что-то спросить. Забини оттолкнулся от стены и схватил ее за локоть, когда она была уже близко рядом с ним. Толпа закрывала их, что заметить Блейза и Малфой было сложно, не смотря на ее ангельское личико. А гул стоял такой, что услышать их было невозможно. Они стояли плечами к плечу и ее взгляд опустился на свою руку, а затем посмотрела на парня. В ее глазах блеснула злоба, но мулат тихо прохрипел: -Если хочешь забыть обо всем, хорошо, но я не могу… Элизабет уставилась на него. В его голосе будто звучала боль и у нее в груди сжалось все. Неужели она с ним так поступила? Каждый день ее поедала совесть, которая решила в семнадцать появится. А теперь еще и это? Может он хочет заставить ее страдать еще боль? Ненавидеть себя за каждое ужасное слово и действие в его сторону? Они не сводили с друг друга взгляда, будто одного этого действия хватало, чтобы причинять боль обоим. Это разрывало душу, ставило на колени, заставляло идти на тупые поступки и жертвы, и всему этому было свое название – любовь. Вот как называлась эта болезнь и на была неизлечима. Возможно лишь время было тому лекарством. Краем глаза девушка заметила темные волосы и высокую фигуру, направляющуюся к ним. Заставив свое лицо быть непроницаемым, Малфой вздернула левую бровь, а затем вырвала руку и взглянув на Блейза, пошла прочь. Ее каблуки стучали об мраморный пол, а затем сильная рука легла на ее спину. Лука наклонился ближе к ней и что-то прошептал. Элизабет покачала головой, и он посмотрел на Блейза. Его зеленые глаза пылали злобой. Малфой схватила его за скулы и заставила смотреть на себя. Ее губы двигались, она что-то серьезно ему говорила и его взгляд потеплел. Девушка торкнулась своей рукой его, и они пошли к одному из коридоров. Лишь на мгновение Элизабет позволила себе слабость. Блондинка взглянула на мулата, стоявшего по середине коридора, наблюдая за ними. Ее сердце сжалось, а затем стена закрыла ей способность видеть. Он сидел напротив камина в гостиной. На часах стояло пол третьего, но сон не хотел приходить. Блейз перебирал темную, бархатную коробочку в руках, глядя в угол гостиной слизерина. Там, где чуть меньше года назад Элизабет показала на свое молочной коже метку Пожирателей смерти. Тогда его сердце застучалось быстрее и бросило в холодный пот. Забини знал о их отце, что Люциус Пожиратель, но видеть этот знак на ее руке было чем-то невыносимым. Поднеся бутылку виски к губам, он сделал один большой глоток, а затем перевел взгляд с места у угла на бархатную коробочку. Отложив бутылку, мулат аккуратно открыл ее. На мягкой подушечке лежала средней толщины цепочка из белой платины, а по середине кулон из того же материала, что и цепь. Внутри был бриллиант, который находился в сплетении косы по кругу драгоценного камня. Парень достал его и подняв за цепочку, стал рассматривать его. Красив и элегантен, как девушка для которой он был предназначен, но Элизабет отдала его ему еще на Рождество…Закрыв глаза Блейз отложил кулон обратно и закрыл коробочку, засовывая ее в карман штанов. Судьба-злая штука, которая сыграла с ним жестокую шутку. Со временем он забудет девушку. Ее светлые волосы и серо-голубые глаза…Если это вообще возможно. От любви к ненависти только один шаг.