Под крыльями ангела

Трек-Wicked games (feat. Annaca) -Здраствуй. – Прошептала Элизабет. -Здраствуй. Они уставились друг на друга, не отрывая взгляда, будто боясь, что это был сон. Что-то в ее сердце кольнуло, а он простоя стоял как драк. Все влюбленные такие? -Что ты хотела? -Больше всего я хочу прийти к тебе и лечь рядом. И знать, что у нас есть завтра. – Эти слова, казалось парализовали обоих и впервые Элизабет не скрывала чувства. На это просто не было сил. – Салазар…Я люблю тебя настолько, что все мои слова будут звучать ужасно банально… -Только попробуй полюбить человека – и он тебя убивает. Только почувствую, что без кого-то жить не можешь, - и он уходит. – Сказал Блейз хмуро. -То, что мы не можем быть вместе, не значит, что я не люблю тебя. – Прошептала блондинка. По ее щекам текли тонкие струи соленых слез, которые смешивались с дождем. Она сделала шаг вперед, но мулат отошел. -Стой…Если ты подойдешь ближе, я никогда не отпущу тебя. – Проворчал он, плюя на все и делая шаг в ее сторону. -Я влюблен в тебя больше, чем ты в меня, и не дай Бог, мне понять, что я люблю тебя… -Тогда ты любишь меня. Потому что я люблю тебя всем сердцем, каждой частью гребаного мозга. – Прошептала она, гладя его скулу, всматриваясь в янтарные глаза. -Я знаю, Ангел, и я этого чертовски боюсь. – Его глаза пристально вглядывались в нее, Элизабет плакала и сердце разрывалось от этого. -Если бы я знал, когда видел тебя в последний раз, что это последний раз, я бы постарался запомнить твое лицо, твою походку, все, связанное с тобой. И, если бы я знал, когда целую тебя в последний раз, что это последний раз, я никогда бы не остановился… -Тогда это, наверное, последний раз, когда мы видимся… Мерлин, я так люблю тебя, каждая часть моего тела разрывается от осознания этого. Я бы хотела не любить тебя, но не могу… -Я целый мир возненавидел, чтобы любить тебя… -Господи, как же мне противно от себя самой. – Ее рука продолжала нежно поглаживать его лицо, а его собственные пальцы вытирали ее слезы. – Я прошу тебя о невозможном, но прости меня…Прости за все. Ты найдешь однажды ту, что оценит твои старания с достоинством, подарит тебе то, что не смогла подарить я. Найди такую, будь счастлив, забудь обо мне, уезжай с Англии, возвращайся в Италию, построй новую жизнь. Прости меня, если сможешь. И постарайся быть счастливым, это лучшее милосердие с твой стороны к моей гнилой душе. Если ты будешь где-то там, далеко, даже если не рядом со мной, счастлив, то мое сердце тоже будет счастливо. Даже если та эгоистичная часть меня будет страдать, зная, что твое сердце уже давно пылает для другой. Забини схватил ее за ладонь и прижал к тому месту, где за пальто и телом скрывалось сердце. -Я никогда тебя не забуду, не могу разлюбить, до самой смерти, а жить я буду долго и это будет моим наказанием. -Тебе незачем наказывать себя. -Ты всегда в моем сердце. -Я храню твое сердце… - Прошептала девушка. Слезы хлынули с новым потоком, не заботясь о своем выгляди. Ее сердце разрывалось. Как и мужчины перед ней, потому что они уже давно не дети. Дети-которые, приобретя любовь потеряли ее из-за войны. Первые, и не последние жертвы этой войны. Извращенной игры во власть. Малфой рухнула на мокрый асфальт и Блейз присел на корточках рядом с ней, обнимая своими крепкими руками, поглаживая голову, шепча слова утешения, хотя сердце и душа парня болела не меньше ее. Дождь усилился, гром прошелся по небу, а все вокруг осветило молнией. Люди в спешке разбегались по домам. А они так и продолжили сидеть на мокром асфальте, прижимаясь к друг другу, молчаливое прощание. -Поцелуй меня, поцелуй меня так как бы поцеловал в последний раз, потому что это последний наш поцелуй. – Хрипло попросил его ангел. -Тогда я не остановлюсь. -Тебе придется… Его руки подняли ее, останавливая перед собой. Оба промокли до ниточки, но это сейчас было последним, что их заботило. Мокрые губы накрыли ее, пробуя на вкус девушку. Наслаждаясь ее губами. Алыми как кровь и кисловатыми как вишня. Такая идеальная, всегда, для него идеальна. Элизабет вцепилась тоненькими пальчиками в его пальто и спустя нескольких минут страстного, желаемого и дикого поцелуя отстранилась. Ее пальчики быстро пробежались по лицу, смахивая слезы. Свою слабость, которую она позволила проявить на публике. Потянувшись к карману, девушка достала белый конверт, с красиво написанными именами и нарисованными цветами, с печатями двух семей. Руки затряслись, но Блейз крепко сжал протянутый ею конверт. Его взгляд гулял, сначала на конверт, потом на ее лицо. Малфой решила добить его? -Прости, но я хочу, чтобы ты был там…Или лучше не нужно, не знаю…Прощай. – Девушка развернулась и еще долго в его ушах звучал звук ее каблуков. Пальцы парня потянулись к конверту, и он открыл его. Приглашение на свадьбу…Сердце пропустило удар. Элизабет тихо вошла в поместье, предварительно высушив с помощью палочки одежду, но глаза все еще были красноватыми от слез. Ботинки девушка оставила в коридоре и максимально осторожно стала подниматься по ступенькам. Но ее привлек свет внизу в гостиной. Блондинка аккуратно и тихо спустилась обратно, нажимая на дверную ручку. Лука сидел в кресле, спиной к ней. Но судя по тому, как он напрягся, а пальцы побелели от силы, с которой он сжимал стакан с виски Терье заметил ее. -Ты была с ним. – В его голосе звучали незнакомые ей нотки, которые перемешались с злостью и…болью. Но что самое удивительное, брюнет не спрашивал, а утверждал. -С чего ты взял? – Спросила настороженно Элизабет. -Не смей мне лгать! – Взревел Лука, поднимаясь со своего места и пронизывая своим яростным взглядом. Он не контролировал свой гнев. – Какого хера, Элизабет? – Продолжал кричать он. – Ты моя жена! -Я еще не твоя жена! – Холодно ответила Малфой и на лице Терье заиграла хитря, властная улыбка. -О нет, волчонок, ты станешь моей женой, если хочешь спасти свою семью! -И снова ты манипулируешь мною! -Ты встретилась с ним, снова! Даже не смотря, на то, что наша свадьба через пару дней! -Ты не имеешь права мне указывать, что делать. -Имею, как твой муж! Я просил не играть со мной, я не терплю неповиновения! -А я не исполняю приказы! -Разве, а не ты ли убивала тех людей? – Его лицо исказилось гримасой отвращения и Элизабет замерла. – О чем ты говорила с ним? -Я не собираюсь отчитываться. – Все так же с ледяным спокойствием ответила блондинка. -Ты пригласила его на свадьбу… - Догадался Терье и Малфой прикрыла глаза, готовясь к крикам. – Блядь! – Взревел он и швырнул бутылку скотча в камин. -Прекрати это! -Ты трахалась с ним? Сука, захотелось острых ощущений, изменяя за моей спиной? -Я бы не опустилась до того уровня, до какого опустился ты, изменяя с той волшебницей, если ее можно вообще так назвать. Ты променял меня на полукровку! -Разве? – Лука преодолел расстояние между ними, сильно хватая ее за запястье и таща наверх. Парень пнул ногой дверь спальни и толкнул Элизабет к кровати. Его футболка полетела на пол и Терье развернул девушку к себе лицом, придавливая ее хрупкое тело своим к кровати. Его губы накрыли ее, жесток целуя в губы, руки опустились к оголенному бедру и стали поглаживать внутреннюю сторону. Малфой пнула его в грудь, но он не сдвинулся, лишь хватая ее за запястье прижимая их над ее головой. Она брыкалась, кусалась и пыталась его ударить. -Нет! Отвали от меня и не прикасайся своими недостойными руками! – Взревела Элизабет и его как осенило. Помутневшие глаза стали видеть ясно и Лука отшатнулся. Парень резко оттолкнулся от кровати, пошатываясь схватился за стол. Тяжелое дыхание было сложно остановить, и брюнет метнул взгляд на Малфой. Ее волосы, как и его были растрепаны, а платье порвано. Когда он успел это сделать? Злость накатила на него с головой. На себя, за то, что позволил себе такое, и на нее, за то, что встретилась с этим…Он даже не знал, как называть итальянца. -Я думаю, тебе лучше спать пока отдельно. -Я думаю мне вообще лучше спать отдельно. – Прошипела девушка, собирая с пола ошметки своего платья. Ее белье было кружевным и белым, что заставило его член дернутся. Мать ебанную! Эти ее слова разожгли еще больший огонь, Лука хотел сказать что-то еще, но в последний момент просто вышел, сильно стукнув дверьми. Элизабет вздохнула и бросила куски ткани на пол. Глаза зажгло и ее неги опустили ее на землю. С губ сорвался болезненный стон и слезы за второй раз появились на ее ангельском личике. Она потеряла все, любую надежу. Вот ее собственный ад, в котором ей приходится искупить грехи. Эта девушка была сломана временем, но недостаточно, чтобы не встать снова. Ей придется подниматься, каждый раз, каждый который она будет падать. Это было частью характера Элизабет Малфой. Люблю, - но реже говорю об этом, Люблю нежней, - но не для многих глаз. Торгует чувством тот, что перед светом Всю душу выставляет напоказ.