Запретный плод сладок

Юная гриффиндорка шла по тёмным коридорам волшебного замка. Она снова допоздна просидела за своими книгами, стрелка на часах уже показывала 22:00. Декабрьские дни были неумолимо коротки, солнце догорало за горизонтом очень рано. Порой девушке казалось, что от недостатка света она превратится в вампира. Когда волшебница зашла в гостиную своего факультета, её схватили какие-то очень сильные руки, закрыли ладонью рот и потащили куда-то наверх. Её охватила паника, она пыталась освободить запястье и нащупать в кармане платья палочку, но возможности вырваться совсем не предоставлялось — у этого человека была очень крепкая хватка. Внезапно за ней закрылась дверь — она оказалась в неведомой ей комнате. Девушку повалили на кровать, держа её руки у изголовья кровати. Она начала кричать и угрожать, что превратит его в флоббер-червя, но ей снова закрыли рот. — Эви, не надрывайся, на комнату наложено звукоизолирующее заклинание, — Эвелин оцепенела, когда осознала, кому именно принадлежит этот голос, его обладатель явно хищно ухмылялся. Паника никуда не ушла, ей хотелось понять, что, чёрт возьми, происходит. — Ради Годрика, Фред, что ты творишь?! Я чуть было не начала составлять в голове завещание, — угрожающе прорычала гриффиндорка. — О, завещание ещё рано писать, сначала составь нам компанию, — девушка обомлела, когда поняла, что Джордж тоже присутствовал. Намечалось что-то интересное. Когда всё ещё держащий её запястья Фред начал гладить рукой плечи Эвелин, опускаясь всё ниже, её окончательно захлестнули эмоции. Девушка не понимала, что происходит, но эта неизвестность почему-то возбуждала её. — Мы слишком долго хотели тебя, чтобы продолжать сдерживаться, — с желанием произнёс Фред, продолжая нащупывать молнию платья на спине. Джордж параллельно поглаживал её ногу и внутреннюю сторону бедра. Эвелин прерывисто выдохнула, окончательно выпав из реальности. Нет, она совершенно не была против. Она хотела этого. Чересчур сложно было выбрать одного из братьев, поэтому она держала на расстоянии в качестве лучших друзей обоих, всё же издалека жадно поглядывая на каждого, мысленно раздевая. — Не переживай, мы изнасилуем тебя нежно, — плотоядно улыбнулся Джордж, голос которого уже слегка хрипел от возбуждения, — больно не будет, мы уж постараемся. Фред уже расстёгивал её платье, пока Джордж стягивал нижнее бельё. Эвелин не была готова к такому резкому повороту событий и лишь тяжело дышала, пытаясь справиться с нарастающим возбуждением. Она попыталась вырвать свои руки из крепкой хватки Фреда, но тот лишь приподнял уголок губ, нежно взяв девушку за подбородок. — Не пытайся убежать, девочка, — он шептал это настолько чувственно, что по всему её телу пробежал табун мурашек, — сегодняшней ночью ты принадлежишь только нам, твоё разрешение или согласие не требуется. Эвелин тихо застонала, когда Джордж аккуратно укусил её за мочку уха. Она знала, что близнецы очень благородны и ни за что не стали бы насиловать её всерьёз. Для них это было что-то вроде ролевых игр, и если бы гриффиндорка с ужасом кричала им отпустить её, вырывалась и плакала, то они бы сразу прекратили и очень долго извинялись за свою неудачную «шутку». Но девушка не стала всерьёз сопротивляться, так как слишком долго стояла меж двух огней. Если их совершенно не смущает присутствие друг друга, то ей было не о чем переживать. Моральные нормы прописаны лишь для тех, кто хочет им следовать. А близнецы Уизли явно были не из тех, кто соблюдает правила. Фред, видимо, понял, что Эвелин не собирается лежать спокойно. Девушка не увидела, откуда он достал верёвку, потому что Джордж аккуратно сжал её грудь и она прикрыла глаза, выгибая спину и прерывисто дыша. Она даже не успела понять, когда парни успели раздеться. Старший из братьев крепко связал между собой её запястья и привязал концы верёвки к изголовью кровати. Теперь девушка уж точно никак не могла им помешать творить, что вздумается, и это подстрекало их ещё больше. Фред властно целовал девушку, покусывая её нежные губы, пока Джордж, совершенно себя не ограничивая, изучал руками тело сокурсницы. Эвелин не знала, куда деться от эмоций, чувств и ощущений. Близнецы прикасались ко всем точкам её тела, ласкали каждый сантиметр, словно имели огромный опыт. Хоть братья и оказались наедине с девушкой впервые, но их природная находчивость творила самые настоящие чудеса. — Солнце, ты девственница? — с заботой спросил Джордж. Эвелин лишь утвердительно кивнула головой, будучи не в силах произнести и слова из-за сильного возбуждения. После подтверждения своей догадки они стали действовать нежнее прежнего. Близнецы словно знали, что ей нравится, какие прикосновения вызывают наибольшее наслаждение. Будто читали её как открытую книгу. Даже её застенчивость и робость не помешали ей стонать всё громче и громче, извиваясь на кровати. Братья лишь с ухмылкой переглядывались, будто знали, о чем думает каждый из них. Девушка уже не ощущала грани между реальностью и нирваной, когда парни временно прекратили ласкать её и снова достали верёвки. Братья аккуратно раздвинули ей ноги и привязали каждую за лодыжки к ножкам кровати. Фред сел между ног Эвелин, а Джордж пристроился у её головы. Она поняла, что сейчас произойдёт и зажмурила глаза. Но боли, которую она столь боялась, так и не ощутила. Вместо этого почувствовала лишь приятную наполненность изнутри, кою жаждала практически с самого начала процесса. Фред вошёл медленно и аккуратно, придерживая любимую девушку за талию. Джордж в это время нежно целовал её в шею, сминая чувствительную грудь и поглаживая щёчки. Девушка задыхалась от стонов, становившихся всё громче и чувственнее. Близнецы действовали, дополняя друг друга. Там, где не ласкал один, помогал другой и Эвелин пребывала в самом настоящем экстазе. Через некоторое время братья поменялись. Джордж действовал нежнее своего брата и Эвелин прикрыла глаза, желая раствориться в этих ощущениях полностью. Фред схватил девушку за шею, прижимая ту к кровати и со страстью целуя: грубо, властно и в то же время с некоторой заботой. Это вернуло девушку в реальность и она пожалела, что её руки крепко связаны. Эвелин не могла выплеснуть свои эмоции, обнять кого-то из близнецов или обхватить за шею и это действовало дразняще, словно она была рабыней. Гриффиндорка приближалась к финалу. Её тело подрагивало, стоны уже превратились в хриплые вздохи и она с преданностью смотрела на своих любовников, которые тоже были на пределе. Девушку накрыл мощный оргазм, отдающий в каждую клеточку тела. Мир перед глазами расплылся и Эвелин, тяжело хватая ртом воздух, обмякла. Фред и Джордж отвязали ноги и руки гриффиндорки от кровати, однако не освободили от верёвок сами запястья, и легли на бока по обеим сторонам от девушки. — Ну что, малышка, ты осталась довольна? — с самодовольными ухмылками произнесли одновременно близнецы. — Идите к чёрту, — выдохнула Эвелин. — Оу, наша девочка уже на исходе сил? — в тоне Фреда угадывалось что-то зловещее. — Не переживай, это далеко не конец. — ЧТО?! — подскочить и сесть девушке не позволили крепкие объятия близнецов, придерживающих её с двух сторон. Фред и Джордж перевернули Эвелин на живот. Они ловко поставили её на колени, прижав голову к кровати и снова привязали концы верёвки к изголовью постели. Теперь она находилась в крайне уязвимом положении, пусть и до этого не имела много свободы. Коленно-локтевая поза открывала вид на многие достоинства девушки, что дико её смущало. — Да чтоб вас, Уизли… — с сильным румянцем прошептала Эвелин. — Ты что-то сказала, Эви? — спросил Фред, хищно улыбаясь и легонько сжимая шею девушки. В ответ она лишь накрыла его ладонь своей и покорно выгнулась, ожидая своей участи. Это действие приятно удивило и завело братьев. Теперь они уже не сдерживали себя и в полной мере наслаждались процессом. Наслаждались властью над ней. Вполне возможно, что после этой ночи Эвелин и ходить нормально не сможет. Но это всё подождёт, ведь в данный момент все они находились в нирване и наконец были счастливы. Счастливы, что моральные устои или их собственные принципы не помешали им быть вместе. Втроём.