золотая пыльца

Вадим трахает в ровном быстром темпе, не вытаскивая сильно, добавляет к члену палец. Алтан задушено мычит в подушку. Ему очень кайфово, конечно, Вадим знает, каково это – когда вот так сильно берут сзади, ебут без остановки, пока не сползешь весь на кровать, обкончаешь простыни под собой, потом не можешь отдышаться, а тебя сверху придавливает тяжелое тело. Это охуенно, Вадим соскучился по этому ощущению. Алтан под ним протяжно стонет и кончает, кажется, едва успев коснуться себя. Вадим догоняет его и растягивается сверху, целует ему плечи, шею, лижет кожу за ухом и шепчет: – В другой раз поменяемся местами. Алтан понимает его… не совсем верно. Он то седлает его, то трахает в рот, то доводит пальцами по простате, но не берет его, даже когда Вадим просит напрямую – будто не понимает, о чем он говорит. После возвращения в Гонконг Вадим думает, что его к телу пока не допустят – Алтан злится, предсказуемо до дури колотит его в зале, вымещает злобу, но пусть лучше там, чем в спальне. День после разговора с сестрой проводят в молчании, а вечером Алтан удивляет его: пишет, просит зайти. Он даже стучится на всякий случай, застает Алтана за подготовкой ко сну: тот снимает через голову футболку, косы все еще стянуты хвостом – наказывает себя, сам завтра будет мучиться. Вадим ждет очередного скандала, аккуратно садится на край кровати и рассматривает красивое тело – сухое, жилистое, сильное. – Хватит смотреть. Только и можешь что пялиться, как же ты надоел мне, – Алтан бросает бессильно уже, злости почти не осталось. – Как не смотреть, когда тут красивое показывают. В обычной ситуации Алтан бы улыбнулся, и они быстро перешли бы к постельной возне. Сейчас смотрит оценивающе, подходит ближе. Вадим тянет его к себе, оттягивает резинку домашних штанов недвусмысленно. – Тебе бы только пялиться и трахаться, другого ничего не умеешь? Все проблемы сексом решаешь? Вадим усмехается, кладет ему руку на теплый бок и доверительно произносит: – Секс не решает проблемы. Но ты сбросишь напряжение и потом все уладишь, – подмигивает похабно, скалится. – Хочу сегодня тебя трахнуть, – Алтан думает, что напугал Вадима, и тот с удовольствием подыгрывает. Замолкает задумчиво, смотрит на него серьезно. Поднимает ставки. Сосредоточенно кивает. – Наказываете? Алтан не отвечает: целует кусаче, держит тонкими пальцами под челюсть – почти больно, толкает на кровать. Они торопливо раздеваются, Вадим укладывается на спину, но Алтан заставляет встать на колени, растягивает и мучает сразу тремя пальцами, хотя Вадим просит вставить ему уже. В зале Алтан тоже забрал инициативу, в итоге Вадиму здорово досталось, но сейчас все будет иначе. Он пытается активничать, подмахивает, но Алтан шлепает его и командует стоять спокойно, потом грубо затыкает, когда из Вадима начинают лезть грязные разговорчики под руку. Ему остается только мычать в подушку, и это к лучшему, потому что он вот-вот кончит. Падают на кровать рядом, потные и запыхавшиеся, довольные. Вадим сыто размышляет, как бы ему устроить свою жизнь так, чтобы Алтан почаще трахал его, не пытаясь при этом убить, как сегодня.