Осколки стеклянной мечты

      Смех озарил комнату, когда Драко вспомнил тот случай, когда пылающий от гнева Рон заявился в его поместье, поклявшись отдать Малфоя-младшего на корм гиппогрифам. Несмотря на то, что все находились на годовщине смерти, друзья спустя сорок лет позволяли себе шутить и смеяться. Они знали, что погибшие не хотели бы, чтобы они столько времени скорбели. Утрата неизгладимо отпечаталась в сердце каждого, но они продолжали двигаться вперед.       Дафна родила ребенка и они переехали в Америку, чтобы начать новую жизнь. Ее сын - Чарльз Нотт - закончил Ильвермонию и работал магическим адвокатом в престижной частной фирме. Он несколько раз в год посещал крестного в Британии. Драко всегда был рад видеть мальчика в стенах своего поместья. Вдова Нотт вышла замуж спустя десять лет после смерти Теодора за богатого бизнесмена. Женщина разводила породистых лошадей и спонсировала гонки.       Одри Уизли занялась благотворительностью. Она ездила по горящим точкам в Британии и помогала детям, попавшим в беду. За работой она пыталась спрятаться от боли, которую получила со смертью Перси. Женщина получила орден Мерлина третьей степени, но даже тогда не успокоилась и продолжала работать.       Рональд не мог смириться с выбором дочери. Вокруг было столько достойных юношей, а она выбрала Малфоя. По правде говоря, Уизли вообще считал, что Гермиона ещё слишком юна, чтобы думать о парнях. Когда когтевранка написала, что она встречается со Скорпиусом, миссис Уизли услышала со своего портрета много лестных слов.       Рон долго говорил с женой. Первым делом он хотел запретить дочери встречаться с белобрысым слизеринцем, но Гермиона-старшая строго не рекомендовала этого делать. Она понимала, что ее тезка может встречаться в тайне от отца, прятать письма. Своими запретами Рон только разрушит доверительные отношения.       Мужчина решил, что наилучшим вариантом будет поближе узнать избранника дочери. Гермиона предложила позвать Малфоев на Рождество.       — Белобрысый хорек в моем доме? — взревел Рон. — Не думаю, что этот аристократ будет готов променять стряпню эльфов и убранство мэнора на индейку моего приготовления.       — Милый, ты хотя бы попытайся пригласить. Узнай мальчика получше, дай ему шанс.Я воспитывала Гермиону вместе с тобой. Она не будет встречаться с кем попало, — ласково проговорила женщина с портрета. — Не переживай.       — Я не переживаю, — пробурчал себе под нос Рон, но пошел писать приглашения.       Гермиона и Скорпиус были красивой парой. Это признал даже Рональд, который встречал дочку на перроне. Из поезда показалась сначала блондинистая макушка. Затем Рон увидел спортивносложенного юношу в изумрудном пальто на распашку. Скорпиус был на голову выше отца в его возрасте. Слизеринец в одной руке нес две уменьшенные сумки, а вторую руку подавал, спускавшейся с поезда девушке.       Гермиона с раскрасневшимся лицом и распущенными волосами не сразу заметила отца. Она смотрела на молодого человека и счастливо улыбалась. Рон не мог не заметить, как радостно горят глаза дочки.       — Мистер Уизли, — почтительно, но холодно поклонился Скорпиус. Он ещё помнил его угрозы, а потому, чтобы не провоцировать отца, целомудренно поцеловал девушку в лоб.       — Папочка, — девушка кинулась Рону на шею и он расцвел в улыбке.       Скорпиус передал чемодан Гермионы ее отцу и трансгрессировал в мэнор. С тех пор, как он стал совершеннолетним, Драко перестал сопровождать его. О своей матери Скорпиус знал совсем не много. Лет в шесть отец рассказал ему правду, но имя матери не назвал. Скорпиус мальчиком был любопытным и настырным. Ему потребовалось только пять лет, чтобы вычислить имя матери. Ещё несколько лет, чтобы решиться написать. С молодой Джорджиной Кейт он встретился в Хогвартсе накануне пятнадцатилетия. Девушка уже была замужем и имела двух маленьких детей, она заработала много галлеонов, чтобы возродить свой род и не интересовалась жизнью сына. Джорджина все же уделила внимание пятнадцатилетнему слизеринцу. Они целый день прообщались, гуляя по деревне. На следующий день миссис Кейт с семьёй уехали из Британии. А Скорпиус больше никогда не поднимал тему существования матери в его жизни.       До Рождества оставалось два дня. Драко сказал сыну, что праздновать Рождество они будут вне мэнора. Скорпиус несколько часов провел в банковском хранилище, выбирая подарок для девушки. Драко посмеивался над ним, но сам захватил с собой несколько бутылок коньяка для Рона.       Гермиона-младшая проснулась рано утром. Вне душе рождалось чувство предвкушения, но она ещё не знала, что ее ждёт вечером. Девушка упаковала подарки друзьям. Лишь Скорпиусу она не спешила отправлять. Что-то сдерживало ее.       Когтевранка спустилась в столовую, чувствуя приятный аромат свежей выпечки. Рон, в красном переднике, уже доставал кекс с изюмом из духовки.       — Доброе утро, папа, — девушка поцеловала отца в колючую щёку. — Мы кого-то ждём сегодня?       — Милый, ты ещё не сказал ей? — игриво спросила Гермиона-старшая с портрета.       — Я пригласил Малфоев на праздничный ужин, — поговорил Рон.       Девушка удивилась, но виду не подала. Ее внимание больше привлекли две большие чёрные коробки, лежащие на столе. Для подарков было ещё рано.        — Открывай, солнышко, — подмигнул ей Рон.       Гермиона забралась на стул и нетерпеливо раскрыла коробки. В одной лежало бархатное длинное платье оливкового цвета. Во второй коробке находились туфли такого же цвета.       — Папочка, ты удивляешь меня сегодня уже второй раз, — прощебетала Гермиона. Она ещё раз поцеловала отца и убежала в свою комнату готовится к приему гостей.       Малфои прибыли вовремя. В тот момент, когда прозвенел дверной звонок, Гермиона надела туфли. Девушка отворила дверь, присев в книксене.       Драко сдержанно кивнул и пожал руку хозяину дома, который тоже одел костюм. Скорпиус поцеловал руку девушки, не в силах сдержать восхищение и улыбку. Юноша потянул девушке небольшую коробку:       — Я думаю, что это отлично дополнит твой образ, — шепотом сказал Скорпиус.       Девушка охнула, увидев бриллиантовую подвеску внутри. Слизеринец, довольный реакцией, позволил себе помочь застегнуть украшение. Холодный камень дотронулся до фарфоровой кожи и Гермиона дотронулась до него рукой.       — Спасибо, Скорп, — благодарно поцеловала его Гермиона.       Рон отвернулся, а Драко отсалютовал бокалом изображённой на портрете Гермионе. Миссис Уизли улыбалась и чувствовала себя счастливой, словно она тоже находится среди них, может ощутить тепло Рона и дотронуться до волос дочери.       Камин Поттер-мэнора озарился зеленым светом, и оттуда вышла восемнадцатилетняя Гермиона под руку со Скорпиусом. Тот всё еще хмурился, глядя на Рона, но лишь крепче сжимал руку девушки. Пусть старый мистер Уизли знает, что Малфои от своих слов не отказываются.       — Мистер Уизли, — растягивая слова Скорпиус обратился к отцу своей ненаглядной. — Благословите меня на брак с Вашей дочерью.       Рональд так и сел в кресло, которое стояло позади него. Драко удивился так же неделю назад, когда его сын попросил семейное кольцо Малфоев и разрешение сделать предложение мисс Уизли. «Твой дедушка Люциус перевернулся в гробу, Скорп. Малфои и Уизли породнятся — это верный признак конца света» — прокряхтел тогда Драко, смеясь, но сына на помолвку благословил.       — Солнышко? — спросил Рон у Гермионы. Но она светилась от счастья, глядя на будущего мужа, и это было красноречивее многих слов. — Малфой, если ты когда-нибудь обидишь её, я найду тебя и скормлю соплохвостам.       Скорпиус поклонился, пожав руку будущему тестю, и надел Гермионе на палец небольшое колечко с бриллиантом. Гарри поздравил драгоценную крестницу, передав ту в руки Джинни, которая хотела отдать любимой племяннице свое платье. Галя отказалась от него, зато Гермиона была в восторге от белоснежного наряда Джиневры с длинным шлейфом и открытой спиной.