Чертовка

— Чёртов Пак Чимин, терпеть тебя не могу, — шипит на выдохе, упираясь руками в грудь парня.       Чёрт по имени Чимин. Да, ему определённо подходит. Наглый паршивец. Юнги елозит, сидя на парте и, вновь стараясь не зацепить свои новые брюки, хватается сильнее за чёрную рубашку юноши. Идиот. — Взаимно, — Пак активно мажет влажными от слюны губами по чужой шее, всё больше расслабляясь и наваливаясь на Мина. — Не представляешь насколько.       Их отношения всегда были на грани своеобразного безумия. А они – настоящими безумцами, вновь и вновь цепляющимися за друг друга мёртвой хваткой, не называемой нормальной любовью. Ненавистные разговоры и сводящий с ума дурман от прикосновений были из ряда вон выходящими, тянули их обоих в бездну, из которой никто не хотел выбираться. — Если кто-нибудь зайдёт, то я прикончу тебя, — Мин бормочет несвязно, откидывая голову назад и позволяя темноволосому хаму искусать его шею вдоль и поперёк, оставить багровые отметины на память до их следующей, совсем «нежеланной» встречи. — С каких пор ты не любишь внимание? — ехидный смешок. Юноша льнёт к чужой щеке, трётся как кот, радующийся приходу своего хозяина, горячим дыханием обжигая кожу.       Младший хотел было сдерзить, показать свою власть над этим придурком, но Пак крепко хватает его за талию, плотно вжимаясь тёплыми пальцами, не давая ему свалиться спиной на парту. Мин шипит. По телу проносится табун мурашек, отчего парень приятно ёжится и щипает мощную ляжку сквозь плотную ткань чёрных джинс, обтягивающих самые привлекательные части тела. Чимин на этот жест довольно хмыкает, останавливая свои руки на ремне чужих брюк и по-хозяйски расстёгивает их, исподлобья наблюдая за рассеянным взглядом юноши.       А Юнги вновь, каждый день как в первый, отмечает, что лицо у него тоже ничего. Симпатичное. — Можешь не отвечать, — они соприкасаются лбами. Пак гадко хихикает, расставляет руки по бокам, окружая младшего и заставляя его опереться на локти от настигнувшей безысходности. — Моего внимания будет достаточно. — Придурок, — Юнги коленом упирается в пах старшего, бесстыдно двигаясь ближе и желая получить своё. — Просто не хочу делиться, — темноволосый улыбается и обхватывает румяные щёки. Накрывает излюбленные губы Мина своими, целуя жадно и напористо.       Он слегка кусает нижнюю губу младшего, заставляя его рвано простонать от неожиданности. Тянет пуговицы серой рубашки, чуть великоватой для такого худого парня, как Юнги, легко спадающей на узкие плечи, и тем самым оголяет его острые ключицы.       Чимин не привык делиться.       Юнги не привык быть делимым.       Старший блуждает губами от шеи по плечам, в итоге останавливаясь и языком играя с твердеющими сосками. Юнги запускает свои длинные пальцы в густые волосы, медленно оттягивая их, чтобы схватиться за мешающую одежду и облапать своего наглого ухажёра. — Какой ты нетерпеливый, — соблазнительный шёпот Пака щекочет слух. Он оттягивает мешающие боксеры, цепляется за упругую ягодицу парня, лёгким шлепком призывая перевернуться на живот. — Так соскучился по мне за два дня? — Нахер ты мне не сдался, идиот, — младший просьбу выполняет, показывая явное нежелание, но всё же толкается назад, упираясь в промежность Чимина, оставшегося в нижнем белье и растёгнутой рубашке. Смотря на него затуманенным взглядом, хрипит от повторившегося шлепка и проклинает старшего, вечно затягивающего процесс.       Темноволосый в это время достаёт из брошенной рядом сумки бутылёк со смазкой, щедро выдавливая на пальцы. — Я могу и без твоего участия так справиться... — Юнги хочет снова повернуться, но Пак давит на его поясницу, приближаясь и совсем не оставляя расстояния между ними.       Входит одним пальцем, нежно расцеловывая бледную кожу плеч. Мин мычит, не зная куда деть руки, хватается за край парты. Ему мало. — Мне прекратить? — старший сладко тянет, кусая мочку уха юноши. Тот толкается навстречу, без слов давая понять свой отрицательный ответ. — Твоя послушность не добавит тебе очков, солнце. — Н-нет, боже, блять, ты совсем...       Юнги чуть ли не скулит, когда старший добавляет второй палец. Слишком медленно. Он растягивает парня мучительно долго, словно издеваясь над ним и его желанием расслабиться, лёжа под телом этого нахала. — Чимин... — Юнги шепчет. Звук сливается с глухим стоном. Пак продолжает изводить его, испытывая терпение и своеобразную выносливость. — Что такое, крошка? — старший делает резкий толчок, отчего Мин громко скулит, становясь усладой для слуха Чимина. — Я отгрызу тебе член, козлина, если ты наконец не трахнешь меня.       Юнги чуть ли не хнычет от таких издевательств. Жмётся упругими бёдрами, стараясь ощутить пальцы старшего ещё глубже. Хочет быстрее почувствовать его. Но Пак лишь свободной рукой сжимает его левую ягодицу, вынимая пальцы. И, пользуясь моментом, младший жалобно выпячивает задницу в надежде получить желанное, чем вызывает у Чимина едкий смешок.       Раз хочет – надо выполнять. Он проводит рукой по члену и плавно входит в Юнги, слегка подогнувшего колени. Он держится за край стола, ненавидя эти неудобные парты.       Пак двигается медленно, набирая резкий темп и с характерным хлопком вжимаясь в податливое тело. Юнги стонет от каждого толчка, уже ни о чем не думая. Старший гладит его бедро, сдавливая, второй рукой бесцеремонно обхватывая тонкую талию, теперь уже предназначенную для его ладони.       Толкается быстрее, когда Мин хватается за его руку, бормоча что-то вроде «х-хён, помедле-еннее». Ненасытный и двуличный.       Юнги кажется, что скоро перед глазами полетят искры от нарастающего удовольствия и слишком чувственных прикосновений старшего. Он начинает жалобно просить быть мягче, каждой клеточкой прочувствовав Пака.       Но сам Пак не намерен слушаться. Он усердно мажет губами по спине младшего, оставляя алые следы везде, куда только может дотянуться. Юнги, весь потный от разгорячённости двух тел, выгибается, дыша загнанно и обрывисто. Колени окончательно подкашиваются перед полученным оргазмом. Чимин делает ещё пару толчков, прежде чем с хрипотцой в голосе кончить на ягодицы Мина. — Ты же говорил мне что-то? — Пак наклоняется к лицу младшего, наглаживая его задницу. — Я совсем ничего не расслышал из-за твоих стонов. — Придурок.       Мин цедит сквозь зубы, утягивая парня в неспешный поцелуй.