Путешествие. Шаг первый: Чакра.

      Две недели прошли быстро. Ученики восстановили своё душевное спокойствие и готовы выполнять миссии. Но так как опыта у них нет, я решил начать с простого. Миссия ранга С: сопровождение и охрана. От Конохи до столицы страны Огня. Один из самых безопасных маршрутов. Что может пойти не так?       Встретившись с заказчиком у ворот деревни, отправились в путь. Охраняемый человек является сыном какого-то то там чиновника из столицы. Поэтому пешком не пошёл, а отправился в путь на двух повозках. Одна с его шмотками и парочкой слуг, другая с ним самим.       Повозки двигались медленно, быстрым шагом мы вполне поспевали за ними. Пока мы не отошли далеко от Конохи, решил сказать пару слов ученикам.       — Итак, команда, не смотря на то, что эта миссия относительно безопасная, не расслабляйтесь. Отныне, вы сами по себе. Я вам ничего подсказывать не буду. Только после завершения задания, разберу все ваши ошибки. — стращал я учеников, хотя сам всем видом показывал наплевательское отношение к миссии. И это действительно так. Если бы не необходимость, никуда бы я не пошёл, — Я схожу вместе с вами по одному разу на каждый тип миссий. После чего выдам патент Чунинов и больше никуда не пойду. Видеться мы будем только на тренировках. А теперь, вспоминайте, чему вас учили и выполняйте миссию.       Геннины переглянулись, почесали тыковки и разбежались по позициям. Все по учебнику. Один впереди, двое по бокам, один сзади. Орочимару даже вспомнил про разведку и создал клона, который начал нарезать круги вокруг повозок, двигаясь на удалении в сотню метров.       Путь от Конохи до столицы, на повозке, занимает два дня. Условно маршрут можно разделить на два участка. Первый - до города Отафуку. Второй - от Отафуку до столицы. На первом участке, встретить даже обычных бандитов можно очень редко. Всё таки рядом Коноха, шиноби которой постоянно чистят округу от всякой швали. А вот на втором участке, есть шансы нарваться даже на нукенина.       Дорога до столицы прошла спокойно. А вот на обратном пути геннины впервые познали истинный страх и отчаяние.       На одном из отрезков пути, где деревьев не было и пришлось спуститься с верхних путей на землю, на моих учеников напал нукенин.       Из земли вырвались три каменных стены, взяв геннинов в коробочку, а со стороны единственного свободного прохода появилось чёрное нечто. Человекоподобной формы, с белой маской на голове и открыв рот, выдохнуло гигантский вал высокотемпературного пламени.       К чести учеников, должен сказать, что реакция была сносная. Правда только у Орочимару.       Джирайя не додумался сделать ничего лучше, как использовать дзюцу Стена воды. Без доступа к источнику воды. На своих невеликих резервах. Гениально (нет). Типо, круг стихий, вода сильнее огня? Да ты в себя поверил парень. Раз не сообразил, что ты не Тобирама и запасы чакры у тебя ни фига не уровня Каге.       Цунаде сделала ещё большую тупость. Возвела стену земли, окончательно блокируя самих себя в каменном мешке. Со страху вложив в дзюцу почти весь резерв чакры.       Единственный кто сделал что-то умное - это Орочимару. Который возвел фуин барьер, защищающий от стихийной атаки. Молодец. Но он забыл, что каменная шрапнель, при взрыве стен, считается за физический объект, о чем ему быстро напомнил нападающий нукенин. Призвав второе нечто в маске, которое долбануло по стенам из камня мощной атакой молнией. Произошёл взрыв и геннинов изрешетило осколками камней.       Глядя на лежащих в полумертвом состоянии учеников, решил, что с них хватит. Одновременно признавал, что стоило уделить больше внимания спаррингам с превосходящим силой противником, на тренировках.       Когда оба нечто в масках вновь атаковали, с хлопком, я появился перед геннинами. Взмах, с руки срывается шквал штормового ветра, отклоняя атаку в небо. Вторая рука указывает на противника и с пальцев срывается широкий веер черно-красных молний, стирая в пыль врага и пару акров местности.       В следующий миг, с хлопками появляются три теневых клона, хватают учеников и изчезают из виду, на ходу начиная лечение.

***

      Подождав, пока клоны с учениками скроются в далеке. Сказал в пустоту:       — Выходи. Они ушли.       Сразу после моих слов, из под земли выплыла фигура, известного в определённых кругах, нукенина Какузу. Встав на расстоянии пары метров от меня.       Не поворачивая головы, извлёк из рукова своей накидки два свитка-хранения и кинул наемнику, с словами:       — Здесь твоя плата и компенсация. За уничтоженные маски.       Первым делом Какузу распечатал свиток с деньгами и принялся пересчитывать. В процессе задав вопрос:       — Ты настолько мне доверяешь и не сомневался, что я не убью твоих геннинов?       — За исключением моей семьи, во всем этом мире, ты пожалуй единственный шиноби, которому я полностью доверяю. — от удивления, глаза Какузу расширились, он даже отвлёкся от пересчёта денег и шокировано уставился на меня. Видя это, я решил пояснить: — Я хорошо тебя знаю. За хорошую сумму денег ты исполнишь договор от и до. Без эксцессов, ошибок и отклонений.       Кивнув, нукенин вернулся к деньгам. Закончив с деньгами, он распечатал второй свиток, из которого вывалились пять тел.       — Пять?       — Я не знал, какие маски будут уничтоженны. Они все джонины, мастера в своих стихиях. — дал пояснение.       — Все бы заказчики были такие заботливые, как ты. — довольным тоном проворчал Какузу.       Усмехнувшись, обдуваемый ветром, от чего волосы, полы ханьфу и накидки пафосно развевались, я развернулся и пошёл в сторону Конохи, бросив напоследок:       — Прощай, Какузу, с тобой было приятно работать. Возможно, мы ещё встретимся.       — Прощай, Древний. Мне тоже было приятно с тобой работать. — донеслось мне в спину.       Не удивлён, что Какузу кое что раскопал обо мне. Не особо я и старался скрыть историю своей жизни. Другое дело, чтобы сложить все кусочки мозаики надо достаточно долго ходить по миру, собирая эти самые кусочки.

***

      Решив не позорить учеников, вместо госпиталя отнёс их в дом Мито. Она болтать не будет.       Как же, первая миссия и возвращение в деревню присмерти, на руках Хокаге. Если меня тронуть смельчаков нет, то учеников смешают с грязью очень быстро. То, что противник был не по зубам для геннинов, волновать никого не будет.       Сперва хотел к себе домой отнести, но вспомнил о количестве вещей и бумаг, которые посторонним видеть не надо, сразу передумал. Мои девочки очень ревностно хранят наши секреты. Сначала бьют, а потом спрашивают: кто такой? Было уже пару моментов, когда Анбу с донесением пытались, как они это любят, зайти ко мне в дом, через окно. Еле успел откачать. После издал приказ, чтобы больше так не делали. А дом закрыл десятками барьеров, наглухо. А Мито и так знает много про меня.       Игнорируя барьеры Узумаки на доме Мито, специально задел только сигнальный контур, стал ждать.       Мито явилась спустя несколько секунд, полыхая аурой на весь дом, что мне пришлось защищать учеников, а то чего доброго помрут. Хотя клоны их подлатали немного, до полного исцеления ещё далеко.       Увидев меня, Мито успокоилась. Заметив раненых учеников, удивленно подняла брови и наконец заговорила:       — Однако... Кенджи-сан, я всегда рада тебя видеть, но мой дом не госпиталь.       На что я, с укором в глазах посмотрел на неё и сказал:       — Мито, не заставляй меня сомневаться в глубине твоего ума и мудрости. Ты прекрасно знаешь, какая банка с пауками наша деревня, на самом деле. Лучше покажи где я могу завершить лечение учеников.       Задумавшись на несколько мгновений, Мито кивнула в согласии и жестами велела следовать за ней.       Разместив геннинов, оставил клонов долечивать их. Сам, вместе с Мито, спустился в гостиную. В этот раз меня не стали мучать низкими столиками, вместо этого мы с комфортом разместились на диване.       Наслаждаясь великолепным чаем, я не удержался и полушутя обратился к Узумаки:       — Мито, твой чай самый лучший из всех, что я пробовал. В самих чайных листьях нет ничего особенного, но ты завариваешь их так, что получается замечательный напиток. — искоса взглянув на довольную комплиментом женщину, продолжил: — Станешь моей женой?       По лицу Мито пробежала непедаваемая гамма эмоций. После чего, успокоившись, Узумаки с подозрением и укором взглянула на меня. Помолчав несколько мгновений, сказала бесцветным голосом:       — Это была неудачная шутка. Не говоря уже о политической стороне вопроса, ты прекрасно знаешь, что я являюсь джинчурики Кьюби и не проживу долго. Может быть ещё лет десять, в лучшем случае пятнадцать.       Внимательно посмотрев на неё, я сам задумался о сказанном. Если провести улучшения её организма, она сможет выдержать меня хоть прямо сейчас. В таком ракурсе, шутка уже не выглядит шуткой и, соответственно, почему бы и нет? Всякие прочие поподанцы собирают себе огромные гаремы из-за простого "ХОЧУ" и желания самоутвердиться. А для меня это необходимость, если я не хочу стать асексуалом, из-за вечной неудовлетворенности. К тому же, сильно большой гарем мне и не нужен. Достаточно постоянно увеличивать силы моих женщин. Так сказать повышать качество, вместо количества. И Мито отлично впишется в мою семью...       Дойдя до этой мысли - замер от шока. Это я, типо, сам себя сейчас уговариваю что ли? Ы-ы-ы... Хеллоу, крыша, ты куда убежала? А, да-а, она уже давно у меня отсутствует. Смех, смехом, но раз меня клинит так сильно, надо расслабиться и не сопротивляться. Угу... Если я желанию быть с женщиной, или несколькими, начну противиться - значит пора бить тревогу и проверяться на голубизну. Хех..       Тем не менее, я слишком сильно задумался, а Мито всё ещё ждёт реакции от меня.       — Это не является проблемой. — подумал пару секунд и уточнил: — Для меня.       — Ты, что же, не пошутил? — широко раскрыв глаза, спросила шокированная Мито.       — Нет. — с улыбкой, отвечаю ей.       Справившись с эмоциями, у Узумаки началась проявляться стадия отрицания. Поэтому, она мило улыбаясь, с обвинением в голосе начала закидывать меня вопросами:       — Ну кто же так делает? А как же поухаживать за девушкой? Сводить на свидание? Признаться в любви? А ты сразу замуж зовёшь! Нельзя же так.       — То есть, принципиально ты согласна и только отсутствие букетно - конфетного периода в наших отношениях тебя останавливает? — уточнил у неё.       — Ты не шутишь. — утвердительно сказала Мито. После чего вопросительным тоном сказала: — Но ты же понимаешь, что я не могу дать тебе ответ прямо сейчас?       — Разумеется. Мы оба взрослые люди. Мы оба знаем, что крепкая семья держится отнюдь не на таком ненадежном чувстве, как любовь. — допив чай и поднявшись с дивана, продолжил: — Что касается твоих вопросов. В отличие от других, я в состоянии подарить тебе бесконечно долгую жизнь, вечную молодость, возможность постоянно расти в личном могуществе и самое главное, открыть для тебя другие миры. Но и пути назад у тебя не будет.       Двигаясь на выход, остановившись в дверях, развернулся, посмотрел Мито в глаза и сказал напоследок:       — По моим наблюдениям, твоё тело продержится ещё пятнадцать - шестнадцать лет. Ровно столько времени у тебя есть, чтобы подумать о моем предложении. — вновь развернувшись на выход, повысил голос и сказал: — Ученики, завтра в полдень жду вас на полигоне. Будем разбирать ваши косяки.       На этом я вышел из дома Мито, а за дверью ведущей на второй этаж послышался грохот упавших тел.       Мало я их порол, раз им хватило наглости подслушивать. Ну ничего. Как показал бой с Какузу, вернее избиение, надо побольше спаррингов со мной. Пусть привыкают. Может быть и Ханзо на войне осилят, после практики.       После ухода Кенджи, геннины разбежались по комнатам. Только Цунаде, на правах внучки Мито, осталась и прошла в гостиную.       Зайдя в гостиную, Цунаде увидела погруженную в свои мысли бабушку. Не став её беспокоить, налила себе ещё тёплый чай и стала ждать, когда Узумаки очнется.

***

      В тоже время, Мито вела диалог со своим сожителем.       — В чем твоя проблема? Тебе предложили такие шикарные условия, а ты ещё думаешь о чем-то. — Раздался из печати раскатистый бас Кьюби. Но слышала его только Мито.       — Да что ты понимаешь в человеческих отношениях, Кьюби? — язвительно ответила Мито.       — Мне и не надо ничего понимать. Тебе нравится этот человек, я то знаю. Он тебя хочет. Я знаю, людским самкам нравится ухаживать за своей шкурой. Вы, люди, мечтаете о бессмертии. Вы стремитесь к силе. Тебе предлагают всё это. Чего тебе ещё надо, самка?       Подумав немного, Мито была вынуждена признать, что доводы Кьюби насквозь логичны и прямо таки пропитаны прагматизмом. Но решила задать ещё вопрос:       — С чего бы это ты принялся меня убеждать, принять предложение Кенджи? Тебе то какое дело?       — Мне любопытно. Я прекрасно знаю, как ты на самом деле относилась к Хашираме. Не то что любовью, там даже уважением не пахло. Мне любопытен человек, который смог вызвать симпатию у тебя. Кроме того, мне скучно.       — Я заметила, ты даже попытки вырваться прекратил. Это из-за Кенджи? — снова задала вопрос Мито.       — Пфе.. Ты этого не замечаешь, но я прекрасно чувствую силу этого человека, которую он старательно прячет, чтобы люди вокруг не подыхали. Хотя, судя по его поведению, я ему не интересен ни в каком качестве, но если начну ломать его игрушки меня быстро отправят на перерождение. А это очень неприятный процесс.       — Игрушки?       — А что ещё? Ты думаешь такому старому монстру, как твой обожаемый Кенджи, правда нужно хоть что-то в этой никчемной деревеньке? ХА! Нет, конечно. Всё что ему нужно - он может получить силой. Но, ему видимо нравится играть с шиноби в ваши игры. Но попомни мои слова. Однажды ему это надоест. И он пойдёт искать новые игрушки.       — Я, получается тоже игрушка, всего лишь? — расстроенная, спросила Мито.       — Из того, что я чувствую - пока да. Ты же не в его стае. Для таких как он или я, старых монстров, есть две категории разумных. Члены стаи или по вашему - семья. И все остальные. Из второй категории в первую попасть не так то просто. Это верно для всех, кто живёт долго. Для нас порой и несколько столетий - небольшой срок. Что уж говорить о таких мелочах как пятнадцать лет. Когда ты согласишься, он ещё долго будет привыкать к тому, что ты теперь в стае.       — С чего ты взял, что я соглашусь?       — Не задавай мне тупых вопросов, самка. Всё, поговорили и хватит. Тебя вон, какой-то детёныш ждёт.       На этом Кьюби оборвал связь. А озадаченная Мито наконец обратила внимание на Цунаде.

***

      Заметив, что Мито наконец-то пришла в себя, Цунаде обратилась к ней:       — Бабушка, ты серьёзно рассматривашь предложение сенсея? Или ты из-за чего-то другого задумалась? — с любопытством спросила блондинка.       — Может быть. — дала неопределённый ответ Мито, явно не желая обсуждать этот вопрос с внучкой. Пока Цунаде не успела задать новый вопрос, Узумаки решила поспрашивать о причине, того что трое геннинов оказались присмерти, в первый же выход из деревни: — Расскажи мне лучше, что с вами случилось на миссии? И друзей позови.       Спустя час, когда Мито приготовила ужин, все собрались в столовой. Геннины принялись делиться впечатлениями.       — Нормально все было, в столицу добрались без проблем. Нападение произошло на обратном пути. — начала говорить Цунаде.       — На открытом участке пути, нарвались на засаду. Всё произошло так быстро. — продолжил Джирайя.       Далее геннины подробно описали сам бой. До момента, когда их накрыло каменной шрапнелью. Конец они не видели.       — Я видел часть. Учитель появился перед нами и спас от добивающей атаки. Хм.. — сказал Орочимару и оборвал себя на полуслове.       — Что такое, Орочи? — с интересом спросил Джирайя. Остальные тоже поглядывали с любопытством.       — Я не заметил, чтобы учитель складывал какие-то печати. Просто махнул рукой и атаку отклонило вверх потоком воздуха. А со второй руки сорвался шквал молний и уничтожил врага. Только, молнии были черно-красные почему-то. А потом нас унесли клоны учителя, что было дальше неизвестно. — ответил означенный Орочимару.       — Цвет техники зависит от цвета чакры пользователя. Иногда, очень редко бывает что, чакра меняется в цвете. Хотя в большинстве случаев - чакра имеет голубоватый цвет. — просветила детей, Мито, — Что касается отсутствия печатей, то это просто. Когда контроль над чакрой достигает феноменальной точности - шиноби может использовать техники игнорируя печати.       — Мито-сама, а вы принимаете учеников по фуиндзюцу? — набрался храбрости спросить, Орочимару. Или наглости, это как посмотреть.       Глянув на него, Мито с улыбкой ответила:       — Я видела учебные пособия в библиотеке. Конечно там почти нет готовых фуин, но достаточно материала для достижения ранга подмастерья. Знаете за что присваивается звание Мастера фуин? — увидев отрицательные мотания головой, продолжила: — Во-первых, контроль достаточно высокий для выжигания фуин на любой поверхности. Во-вторых, надо создать принципиально новую фуин-печать. Поэтому, отвечая на твой вопрос, Орочимару, тебе нет смысла искать учителей по фуиндзюцу. К тому же, ваш учитель прекрасно знает эту область. В библиотеке потому и нет готовых фуиндзюцу. Кенджи хочет, чтобы шиноби создавали свои собственные дзюцу, а не копировали других.       — Ясно. Спасибо за ответ, Мито-сама.       Поговорив ещё некоторое время, геннины разошлись по домам.

***

      На следущий день, придя на полигон, увидел что моя дрим-тим уже присутствует в полном составе. И судя по лицам, готовы к худшему. Зря, я же не зверь какой. Понимаю, что они ещё неопытные дети.       — Здравия, мои дорогие ученики.       — Здравствуйте, сенсей.       — Ну, что ж, давайте начнём. — присев под кроной единственного целого дерева, начал разбор полётов: — Итак, я знаю, что вы не глупые ребята, поэтому пройдусь по самым важным моментам. Остальное сами сообразите. Как вы думаете, кто из вас совершил самую большую ошибку, в бою с нукенином?       Команда задумалась. Спустя несколько минут ожидания, я услышал ответ:       — Наверное я, сенсей. — неуверенным голосом, сказал Джирайя.       — А что так много сомнений в голосе? Разумеется - ты. — вперив взгляд в это ходячие недоразумение, продолжил говорить, при этом с моего языка яд капал на зависть всем змеям: — Только ты мог додуматься использовать водное дзюцу, без источника воды рядом. Ты просто, без пользы, слил весь резерв и на остаток боя превратился в балласт для своей команды.       Отведя глаза от этого бездаря, вновь задал вопрос:       — Кто из вас второй неудачник, как вы думаете?       На этот раз ответ пришёл быстро.       — Я, Ямамото-сенсей. — с опущеной головой, сказала Цунаде.       — Да! А знаешь почему? Не отвечай, я сам скажу. — тяжёлым взглядом окинул блондинку, яда в моем голосе прибавилось ещё: — Ладно, ты поставила каменную стену. Ладно, со страху, влила весь резерв в неё. Но ты поставила эту стену так, что команда оказалась в каменном мешке! Ты! Своими собственными руками, подписала смертный приговор себе и своим товарищам! Если бы меня там не было, вы бы сдохли. Даже будь враг в десять раз слабее.       Переведя дыхание, посмотрел на последнего неудачника.       — А теперь ты. — глядя на Орочимару, сложным взглядом, продолжил говорить: — Ты молодец. Ты правильно оценил обстановку. Оценил свои силы и сделал самое лучшее в вашей ситуации. Поставил барьер фуин. Пусть ты выбрал не лучший барьер из возможных, тем не менее, это имеет место быть;       — Но ты забыл самое главное! Ты забыл о команде! — всё таки я не сдержался и повысил голос, хоть и до крика не дошёл: — Если ты такой умный, почему ты не сказал Джирайе поставить барьер от физических атак? Тогда бы вас не изрешетило шрапнелью. Ты мог сказать Цунаде, использовать ещё один барьер или выступить в роли батарейки. У вас был бы шанс продержаться какое-то время, даже против такого сильного врага. Но ты решил, что нахрен тебе команда и ты сам справишься.       Потратив некоторое время, чтобы успокоиться, вновь обратился к ученикам:       — Запомните раз и на всю жизнь. Один в поле не воин. Каким бы сильным ты ни был, тебя можно победить числом. Рано или поздно, у тебя кончится чакра, затем выносливость и ты останешься беззащитным перед врагом. — видя не понимающие взгляды, тяжело вздохнул, — Даже у меня есть поддержка. Это мои три тысячи личных Анбу. Вы же не верите, что раз моя гвардия стала называться Анбу, то они теперь навсегда с Конохой? Нет конечно. Они подчиняются только мне. И я всегда знаю, что есть те, кто прикроет мне спину.       Увидев проблески понимания, решил заканчивать экзикуцию.       — Главное оружие шиноби - это голова. Мозг! Пока вы не научитесь думать и думать быстро, вы не шиноби. Вы мясо.       Поднявшись с земли и отряхнувшись, "обрадовал" геннинов, что отныне, раз в две недели, их ждёт спарринг со мной. Идя на выход с полигона, не поворачивая головы, сказал:       — Свободны, мясо. Не забывайте о тренировках. Следующая миссия через неделю.