"Как ты вообще выжил?"

У Гарри так складывались жизненные обстоятельства, что со временем у него выработалась стойкая неприязнь, когда ему задавали вопросы, хотя сам он не прочь был хорошенько расспросить интересных личностей, да и по долгу службы приходилось допрашивать, стабильно раз в неделю. Отдельный пласт вопросов составляли такие, на которые он не мог ответить, как бы сильно не хотел и не старался – серьёзно, в мире столько вещей, которые происходят сами по себе, а именно от него требуют сложных объяснений. Такие вопросы он ненавидел вдвойне, просто всё внутри переворачивалось и хотелось, если не прибить неосторожного любопытствующего, начать выть (возможно на Луну, если время было подходящим). - Как ты вообще выжил?! – Джинни оранжево-жёлтым вихрем крутилась вокруг двух мужчин, лежащих бесформенными кучами, залитыми экстрактами бадьяна настолько, что простыни под ними пропитались насквозь. Поттер всегда был щедрым. Гарри старался смотреть на белый потолок, прислонившись спиной к холодной стене. Он хотел бы оказаться подальше от Мунго, но по уставу не мог оставить двух задержанных преступников рядом с колдомедиком, даже если преступники представляли из себя два куска мяса, и Джинни швырялась сглазами едва ли не лучше, чем лечила. А лечила она хорошо, Гарри на своём опыте убедился, когда ему почти оторвало руку на одном из заданий, а потом Джинни её приделала на место без всяких шрамов за три минуты. - Давай ты просто не дашь им умереть, и я передам их под наблюдение дежурным колдомедикам в тюрьме, - Поттер попробовал найти компромисс. В любом другом случае он не подумал бы ответить, но Джинни спасала его положение уже в который раз – если сейчас не даст ускользнуть на тот свет из лап правосудия преступникам, состоящим в запрещённой во всём мире организации, за английским филиалом которой Аврорат гонялся вот уже восемь месяцев, то он готов купить ей всё, что её душеньке захочется, и до конца своих дней считать лучшим колдомедиком. - Ты стоял в самом эпицентре взрыва! - Я всего лишь помешал им активировать портал и направить взрывную волну от взорвавшегося артефакта в моих ребят. И кто тебе вообще рассказал о том, где я там стоял? - Твои раненые ребята, которых доставили сразу после взрыва. - Предатели. Ну да, Гарри задержался на десять минут, потому что после взрыва вокруг него образовалась стена колдовского огня, и он не мог с ней разобраться, потому что одной рукой с зажатой палочкой держал барьер, другой же пытался не дать умереть двум ценным объектам, вытаскивая все могущие помочь зелья из безразмерной сумки на поясе. По возвращению в Аврорат он тут же потребует отправить на улучшение квалификации парней, которые тушили огонь. Реально быстрее было ботинком затоптать, чем истерично палочками во все стороны махать. - Ладно, объяснение только для тебя – барьер я держу хорошо, почти отлично. А ещё у меня на лбу шрам, подтверждающий, что родиться удачливым это блин намного лучше, чем быть тем, кто удачливого пытается грохнуть. - Я бы на твоём месте не заигрывала с судьбой. - Да я не играю. Пашу, как проклятый. Восемь часов на дуэльном ринге три раза в неделю с лучшими мастерами. Меня Кингсли обещал дополнительно к званию старшего аврора к невыразимцам сбагрить, когда это дело с международной контрабандой артефактами закончу. Так что скоро ещё больше опыта наберусь, как не сдохнуть. - Ты смотри, не закончи, как Моуди. С кучей шрамов и протезов. - А что без паранойи? - Она в тебе уже давно цветёт и пахнет, учитывая, что ты барьер успел активировать за долю секунды. - Между прочим, я планирую в скором времени усовершенствовать свою защиту настолько, чтобы она без моего участия активировалась, но это пока только в планах. Насчёт Моуди… У меня самый лучший колдомедик в мире. - Лучший в мире колдомедик имеет слабые нервы и тяжёлую руку, которую обязательно положит со всей силы на твой затылок. - Я не против – хоть одна шишка должна неделю заживать после не совсем удачного задания. Кстати, эти двое разговаривать смогут? - Наслышана, что у тебя даже труп заговорит. Поэтому не переживай. Думаю, через два дня их состояние с критического переместится на тяжёлое, а потом ещё через день на удовлетворительное. Так что готовься подыхать со скуки и изнемогать от любопытства три дня. - Прекрасно. Я проставляюсь. - Лучше прекрати играть со смертью. - Прости, не в моих правилах отступать от трудностей, особенно смертельных. - Хорошо. Тогда приходи на следующих выходных на семейный ужин. Мама давно тебя не видела. - С меня вино. - Полусладкое красное. И для меня любое белое. - Конечно, Джинни. Ты просто прелесть, спасибо за помощь. - Угу. Не заставляй в следующий раз спрашивать, как ты выжил. - Обязательно постараюсь.