jeez? more like jizz

      Бесчисленные коридоры местного храма. Городок не особо большой, поэтому сам храм, казалось, должен соответствовать невеликим размерам. Рядом с храмом стоял монастырь, неподалёку — иконная лавка, где продавались ладан и православные книжки. Вообще никто и не знал, что под храмом есть место для коридоров и комнат. Туда имели доступ только священники и алтарники, возможно, монахи, которых проводили священнослужители. Хоть место было «чистым», многие нарушали «чистоту», совсем не в прямом смысле слова. Священники часто не сдерживались и трахались, если не между собой, то ебали похотливых алтарников или же невинных монахов и монашек. То была ночь, как раз в одном из многочисленных коридоров. Поп сидел в комнатушке меж золотых икон и что-то читал. Может, какая священная книга, но по виду древние записи с зарисовками странных существ. В дверцу его комнатки постучали, но мужчина даже не шелохнулся, будто понимая, что это какой-то знак. «Последний вроде», — он прочистил горло, перелистывая страницы книжки. Затем он лениво обернулся на часы, показывающие весьма поздний час. Дежурство его подходило к концу, фитиль в лампе уже догорал, поэтому священник медленно взял свою сумку, достав оттуда масла и заправив лампу, затем поправил хвостик на голове и вышел из дежурной комнаты. Напоследок он решил проверить все комнаты коридора, чтобы убедиться, что никто из коллег не находится здесь и можно было бы закрыть дверь, ведущую в это место. Это не заняло бы так много времени. Ему стоило зайти на порог, как все маленькие подобные друг другу комнатки освещались пламенем лампы, обнажая перед светом снятые иконы и старые статуи. Из каких-то комнат пахло ладаном, какие-то были наполнены свечами и воском, в любом случае все оказывались пусты. Священник почесал бороду, которая мирно росла вдоль висков и скул. Он хотел побыстрее дойти до конца коридора, чтобы проверить оставшиеся комнатушки. Завтра, кажется, ему надо было давать литургию. В последних комнатах конца коридора пахло благовониями, от которых кружилась голова. Тут происходили не самые чистые вещи, все священники знали это. Поп посмотрел на матрас. Никого. «Значит, свою шлюшку он забрал с собой? — он бесшумно усмехнулся, протягивая руку с лампой в центр комнаты. — С другой стороны это и славно, не надо никого выводить и обхаживать». Мужчина расправил плечи и уже было направился наверх, но тут же увидел тёмную фигуру в коридоре. Священник немного напрягся, но подошёл к неизвестному, чтобы увидеть молодого человека в монашеской рясе.       — Извините, — незнакомец теребил свои рукава. — Я… Я случайно сюда зашёл. Вы не поможете мне?       — Обычные монахи сюда не заходят. Кто ты?       — Меня позвал сюда святой отец, сказал, что я должен ждать его тут, — он потупил взгляд. Мужчина вздохнул и подошёл поближе, рассматривая лицо монаха. Юный. Загорелый. С тёмными волосами, которые тот прячет за капюшоном. В остальных комнатах точно никого нет, может, у кого-то была назначена встреча? В любом случае мужчина хотел пойти спать, его дежурство окончилось, поэтому все последующие мероприятия были запрещены. Поэтому поп спокойно пожал плечами и пошёл вперёд:       — За мной. Юноша последовал за попом, ухмыляясь за его спиной. «Смертных так легко обмануть, — он почти что смеялся во весь голос внутри головы. — Просто представиться заблудившимся монахом и все верят… Все такие одинаковые и наивные… Что же! Я действительно заблудившийся… Кхм. Хотя думал, что популярный своим похотливым вкусом святой отец Шлатт будет хоть как-то подозревать меня. Я правда… О Дьявол, я правда думал, что он будет какой-то проблемой для меня! Удивительно».       Его рожки несильно выпирали сквозь капюшон, в отличие от хвоста, который приподнимал конец рясы. «Я думал, что у священных есть нюх на инкубов. Ну, мне же лучше, если нет. В местах забытых Богом больше этого… Чувства. Желания секса. Похоти. Блять, я боюсь даже представлять о том, каков этот поп на вкус! У меня уже встаёт… И слюнки текут… Я собираюсь развлечься сегодня, это уж точно».       Юноша твёрдым шагом шёл за мужчиной, доверяя ему маршрут пути. «А мне говорили, мол, священники грубые. Сразу начнут крестами хуячить или водой святой швыряться… И зря говорят! Все людишки такие глупые и такие вкусные… Ладно, не все, но этот… Я прямо чувствую, как он будет, мм… Сначала испугается, потом смирится и будет стонать… Будет просить самого Бога, чтобы я не прекращал! Хаха, да… Так, к делам насущным. Надо атаковать. Скоро».       Наконец юноша прервал поток своих мыслей, устремившись взглядом на затылок Шлатта. К шоку первого тот обернулся, останавливаясь, и одарил инкуба сладкой улыбочкой. «Б-блять? Я-я надеюсь, что не говорил ничего…» — хвост парня спрятался под рясу.       — О-отец?.. — замялся парень. Мужчина снял сумку и кинул вдаль комнаты, поворачиваясь к юноше. Он машинально посмотрел назад, удивлённо обнаруживая, что они зашли в какую-то комнату и дверь в неё закрыта. — В-вы-       — Тише, — священник приложил пальцы к губам юноши. — Ты думаешь, я не понял? Ты же вылитый демон похоти и страсти. Инкуба как святой водой окатило. «Блять! Дело плохо! Я… Я долбоёб! — он резко потянулся к внутреннему карману, чтобы достать пыль для магического портала. — Надо съёбываться. Срочно!»       — Куда это ты собрался? — мужчина схватил юношу за запястье и прижал его к стенке всем своим телом. — Я знаю, для чего ты заявился сюда, но это не значит, что я тебе этого не дам. Шлатт направил чужие губы к своим собственным. Юноша и так пребывал в ахуе, но сейчас немного расслабился в поцелуе. «Блять, я… Такие скачки… Сука, даже возбуждает! — он открыл ротик пошире, позволяя своему длинному языку проползти внутрь рта священника. — Ладно, одну стадию мы изменим, святой отец Шлатт будет желать меня, несмотря на мои намерения. Что ж, он всё равно не понимает, что я выжму его до капли. А ещё что я люблю быть сверху». Священник просто прильнул ближе, словно разрешая молодому инкубу жадно облизывать свой рот внутри. Затем мужчина аккуратно опустил руки на лопатки юноши, поворачивая его от двери. Инкуб похотливо выдохнул в его губы, вновь накидываясь на них, пока его руки бродили ниже пояса на чужом теле. Шлатт обнял за талию парнишку и положил его на что-то мягкое. Кажется, это какой-то матрас. Поп, наверное, хотел бы повалить юношу, но тот на удивление жёсткой хваткой противостоял, вынуждая Шлатта лечь на спину. Он навис перед мужчиной, стоя на четвереньках.       — Ты не знал, но нам нравится занимать более, — он погладил бёдра священника, — доминантную позицию.       — Славно, — Шлатт не потерял лица. — Хочешь меня в задний проход?       — Мх… — инкуб был поражён невозмутимости партнёра, но он решил не думать об этом, тем более когда он мог ощущать это вожделение мужчины, которым можно вдоволь насытиться. — А ты не такой глупый.       — Конечно, — руки священника поднялись к талии парнишки, проскальзывая к копчику. — Только вот я слышал, что вам нравятся наполнять любые свои отверстия спермой. И ты не исключение, — он ощупал очертания толстого хвостика демона. Тот вздрогнул, на что Шлатт усмехнулся. — Чувствительное место, правда? Нравится? Парень невольно прикусил губу, его хвост поднял подол рясы, оголяя свою гладкую тёмную кожу. Священник поддразнивал всю длину, сжимая хвост и проникновенно глядя в глаза инкуба. «Блять, что-то мне… Это не нравится… — ещё одно приятное прикосновение и юноша не сдерживает лёгкого стона. — А с другой стороны… Мне очень нравится».       — Хорошо, в твоих словах есть доля правды и здравого смысла, — инкуб поднялся и уселся на промежность мужчины. — Только я, пожалуй, всё равно останусь сверху.       — Валяй, — прикрыл глаза Шлатт. «Какой ты самоуверенный. Ну-ну, посмотрим, каким ты будешь через две минуты», — усмехнулся про себя парень. Он нетерпеливо снял с себя рясу, оголяя молодое тело полностью. Когда мужчина потянулся расстегнуть свою ширинку, парень его одёрнул, чтобы самостоятельно выполнить это волнующее действие. Огромный стояк и так виднелся сквозь ткань, а когда он выскользнул из неё, демон побагровел от вожделения. «Давно у меня не было хороших хуёв», — он немного потёр головку чужого члена, прежде чем приподнять бёдра и направить его к ним. Это так завораживало, что инкуб недолго думал над тем, чтобы буквально сесть на этот аппетитный пенис без подготовки. Он громко простонал с улыбкой на лице. «Как долго я не пользовался этой дыркой? Ё-ба-нэ, надо было бы раньше… С другой стороны… Только таким статным мужчинам и можно позволять себя ебать», — парнишка глянул на партнёра, который плотно сжал губы и закрыл глаза, скрывая стоны и взгляд похоти. Это смешило. Настолько смешило, что юноша самодовольно ушёл в мысли. «А Сут говорил мне, мол, Шлатта тяжело затащить в постель! Уже хочу посмотреть на его ебало, когда от меня так и будет пахнуть энергиeй этого священника… Хочу, чтобы сам Вилбур-выебонщик-Сут мне в глаза сказал это. Что-то типа, блять, Квакити, ты такой пиздатый, а я просто хуесос, которому не следует выёбываться лишнего, так что давай я тебе отсосу, а потом ты сладко трахнешь меня, чтобы я окончательно признал своё поражение… Да, я хочу, чтобы Вил так и сказал. Конечно, секс с ним — последнее, чего я хотел бы сейчас, для кого-то это приятно, но для меня трахач с таким же инкубом, ну… Такое себе что-ли…» — парень и не замечал, что с каждой новой мыслью он углубляется в неизведанные недра. Он даже не заметил, что темп ускорился, что теперь его таз полностью контролировался пальцами Шлатта, что они оба стали испускать хриплые и тихие стоны. Да, было горячо, но в то же время как-то… Прохладно. Тело инкуба, привыкшее к бурному сексу, будто двигалось само по себе. Квакити продолжал мечтать о том, как его друзья будут завидовать его добыче, при этом он ощущал, что скоро поп кончит, отчего к горлу подкрадывалось сладко-ядовитый привкус похоти. «Я уже хочу этого… Хочу трахаться до изнеможения… Хочу поглотить полностью… — парень сглотнул слюнки и поставил руки вперёд, совсем рядом у плечей партнёра, выгибая спину. Член священника резко и неряшливо выходил и входил, юноша сжимался внутри с улыбкой на дрожащих губах. Шлатт плотно закрыл глаза вместе со ртом. — Да… Уже не можешь смотреть на меня? Слишком хорошо? Я так и знал… Чёрт возьми, это будет замечательно! Он сам не понял, во что ввязался… Это так… Забавно. И возбуждающе». Мужчина испустил глухой стон, сжимая пальцами ягодицы парня. Он кончил. Квакити знал, что его глаза блестят. С каждой каплей семени он поглощал эту похоть, желая словно вылизать источник энергии дочиста. Но поток чувства вожделения скоро прекратился, хотя юноша был уверен: где-то глубоко таится больше, из этого священника можно выудить ещё этой прекрасной страсти. Но партнёр уже глубоко дышал, словно пытаясь перенести оргазм.       — Не думай, что мы перестанем, как только ты кончишь, дорогой, — Квакити вплотную придвинулся к промежности попа с искренней ехидной усмешкой. Он словно старался показать власть над ситуацией и наслаждение, которое он от неё получает. Партнёр на это высказывание неполностью открыл глаза, сместив руки к талии парня.       — Конечно не перестанем, — он в ту же секунду приподнялся и сменил позу в миссионерскую, обнажив оскал. — Ты же ещё не кончил. Парень с широко раскрытыми ногами уже хотел возразить, но пенис Шлатта, который даже не думал приходить в состояние покоя, вошёл снова, задевая самые глубокие чувствительные места. «Кончить, да?.. А ты смешной… Мечтай-мечтай, — инкуб откинул голову, проскальзывая руками к лопаткам мужчины, словно притягивая его ближе. — Я всё равно… Не потеряю бдительность. Можешь наслаждаться этим, пока имеешь возможность». Шлатт поддался и приблизился настолько, что парень смог затянуть его в рассеянный поцелуйчик. Его длинный язык вылез во всей красоте, проникая сквозь губы священника внутрь, дёргаясь с каждым грубым толчком партнёра. Поначалу инкуб действительно расслабился, но когда Шлатт легко прикусил его язык, одарив его загадочным взглядом, вынуждая парня сильнее податься бёдрами вперёд. Квакити и сам не понял, что его ноги дрожали, лишь разбегаясь шире. Чтобы таз мужчины продолжал оставаться в наиближайшем состоянии, хвост обернулся вдоль него. Поп усмехнулся, как только его бёдро и выше оказалось словно запутано этим нетерпеливым хвостом.       — Как мило, — мужчина выдохнул в чужие губы, пока его глаза поднялись немного выше глаз парнишки. Он немного замедлил темп, хотя давление от хвоста принуждало его всё же двигаться. Парень уже бы и выкрикнул самую жалобную просьбу не останавливаться, открыл бы своё тело ещё больше, чтобы она попала под атаку его страстных поцелуев, ему хотелось ещё, получить ещё этого желанного греха. Да, он знал, что он не демон обжорства, но насытиться похотью он не мог за редким случаем. И Квакити ничего не сказал, может, потому что не хватило силы собрать слова в фразу, а, может, и желания их собирать. Мужчина же ненавязчиво дотронулся до выпирающих через иссиня-чёрные прядки рогов инкуба. Юноша вздрогнул, не зная: поднять голову, чтобы Шлатт не смог лапать рожки, или же наоборот стыдливо опустить, дабы партнёр смог касаться его там, где ему вздумается.       — Удивительно, — пока Квакити решал, куда бы ему направить голову, поп умеренно двигал бёдрами, поглаживая и изучая чужие рога. — Всё же демон, а не чертёнок? Щёки инкуба побагровели. «Да как он смеет… Что бы я! Да в самые слабые демоны! Как он…» — он еле складывал мысли воедино от возмущения и смущения.       — Я… Т-ты… — парень заикался, потому что вскоре аккуратные пальцы священника коснулись основания рогов возле волос, лаская. — Б-боже…       — Он тебе уже не поможет, — хихикнул Шлатт, чувствуя, как его талия сжимается сильнее чужим хвостом. Он ускорился, из-за чего инкуб открыл рот, глубоко вздыхая. — Маленькая сучка. Ты едва походишь на полноценного демона. Такой слабенький, — мужчина оторвался от ласк длинных рожек инкуба, хватая его за бёдра. — Тебе очень повезло, что я в хорошем настроении. Если хочешь, чтобы всё вышло по-хорошему, кончи прямо сейчас. «Блять… Настырный хуесос, — Квакити закрыл локтями лицо. От этого вкуса наслаждения ему хотелось смеяться, но в то же время страх за жизнь закрался в сердце. — Я… Я ещё не готов кончить… Для меня этого… Этого мало… Но я не… Хочу умирать!»       — Я-я не могу… — заныл парень. — П-простит-те…       — Не можешь? — мужчина толкнул бёдра вперёд, кончая во второй раз с усмешкой. Он будто бы не устал от предыдущего оргазма. Квакити закрыл глаза в вожделении, приятная энергия наполнила его вены смыслом и пряным вкусом. Это было настолько великолепно, что он почти и забыл о том, что поп стоял рядом. Шлатт же сжал пульсирующий член инкуба, приметив капельку предэякулята на головке. Он, видно, был крайне недоволен, что демон похоти под ним не кончил, несмотря на его угрозы, продолжая наслаждаться сексом. Но он задумался, смахнув эту каплю, и попробовал её. Глаза расширились. Квакити только отошёл от этого сладкого ощущения, как почувствовал, что его тело перетаскивают. Он поднял веки и перед ним уже было лицо Шлатта, немного румяное. Мужчина посадил его к себе на коленки. «Блять!.. Я-я же не… Он меня убьёт! Чёрт! Чёрт! — руки парня упёрлись в его грудь, но сил оттолкнуть его не было. — Он… Меня прикончит… Блять, я ведь столько не успел… Как же стыдно будет возвращаться… Надо будет ещё тело в порядок после святой воды приводить… А то и молитвой меня прогонит, так ещё и на чистку ушей записываться…» Но священник не предпринимал никаких действий, соответствующих мыслям Квакити. Его пальцы протиснулись к спине юноши, поглаживая её. Мужчина поджал губы.       — Вот ты какой значит, — наконец прошептал он, разогнав бурю мыслей инкуба. — Ладно. Это хорошо. Очень хорошо. Я трахну тебя столько раз, сколько тебе понадобится, чтобы кончить. И я надеюсь, ты уже близок, — он устроил свой эрегированный пенис между булочек парнишки. От этих слов Квакити захотелось расплавиться. Он выдохнул и потёрся неугомонным задом о член. «Блять… На самом деле… Я бы не против кончить такому мужчине на лицо, к примеру… Если он продержится и этот раз… Блять, да у него даже не падает! — он простонал про себя. — Это… Так возбуждает меня… Видимо, его тоже… Что ж… Так этому и быть».       — Х-хорошо, — инкуб облизнулся и с рывком уселся на хуй. — Я-я кончу для Вас.       — Так-то лучше, — выдохнул Шлатт, прижимая губы к чужой шее. «Его поцелуи мне приятны… Чёрт, я столько думал о его вкусе, что забыл с каким красавчиком имею дело! — паренёк поддержал ладонями затылок попа. — Сука, а он хорошо использует рот».       — Мне нравится твоя кожа, — вдруг промолвил поп, проводя языком по кадыку инкуба. Затем он поднёс свои пальцы к лопаткам парня, прожимая их. — У тебя должны быть крылья, да? Я знаю, должны. Покажи их мне. Квакити поморщился. «Откуда он… Знает? Не думаю, что обычно кто-то бы из наших показал…»       — Хватит молчать, — он замедлился, чтобы одной рукой направить макушку Квакити к себе. — Я говорю с тобой, сладкий. Будь добр ответить.       — Я… Я… — инкуб хотел уже вернуться в ритм, но Шлатт прижал его к себе, держа за спину и голову. — М-мы… Не можем…       — Можете, — он поцеловал носик парня, будто пытаясь быть нарочито добрым и сладким. — Давай, пирожок. Покажи мне свои славные крылышки. Квакити зажмурился. Стыд покрыл его, казалось, что он никогда раньше не показывал крылья друзьям или родным, будто это был его первый раз. Это было слишком интимное место для него, но нужда и жажда секса, жажда угодить этому мужчине вывела его из себя. Он выпустил из своих лопаток свои перья.       — Такие милые, — Шлатт слегка отпустил Квакити, позволяя ему контролировать темп, пока он сам рассматривает появившиеся пышные крылья. — Ты ещё и пернатый… Ты же знаешь… Хотя, кому как не тебе знать, какие вы редкие, — он разглаживал перья, пока краска на щеках Квакити наливалась. — Жёлтые… И ты скрываешь от всех эту красоту? Инкуб попытался ускорить темп, чтобы мужчина перестал говорить, хотя бы на секунду запнулся, но тот продолжал будто ни в чём не бывало.       — Из-за твоего маленького роста и не скажешь, что ты такой величавый, — он перешёл к основанию. — Они такие мягкие. Ты поэтому скрываешь их? Даже в начале не показывал, хотя рожки выдвинул… Боишься, что тебя выебут, как только увидят крылышки? Ну, неудивительно. Должно быть, твои друзья сразу захотят с тобой переспать опыта ради… А ты предпочитаешь людей, м? Таких как я, например? Ты же считаешь меня вкусным? «Блять-блять-блять, захлопнись, — Квакити уже спрятал лицо за виском Шлатта, а его руки, обнимавшие чужую шею, дрожали с каждым новым словом. — Я… Никто… Не говорил так…»       — Д-да, — смог бегло ответить инкуб, пока его хвост метался из стороны в сторону. Шлатт прильнул к ушку парня, смахнув с него прядки.       — Так как тебя зовут, дорогой? — он положил пальцы на чужой таз, слегка замедляя толчки.       — Биг Кью… — пролепетал тот, изнываясь по пенису внутри себя.       — Понятно, почему большой, — он на секунду прижался к партнёру, чувствуя своим животом его пенис, — но я прошу полное имя, — юноша попытался отодвинуться, но Шлатт аккуратно и крепко держал его за щёку.       — Ква-квакити… — инкуб зажмурился.       — Не-ет, — протянул мужчина, нарочито изнеженно целуя бугорок его уха. — Твоё настоящее имя, пирожок.       — М-мы… Нельзя… — Квакити простонал, ведь поп грубо протолкнул свой член внутрь, не позволяя встать. Шлатт словно намекал, что ждёт чёткого ответа на вопрос. — М-меня зовут А-алекс… «Заставляет… Делать такие унизительные! Чёрт… Вещи!» — Кью смутился, понимая, что ему это даже нравится, его заставляет это изворачиваться и наслаждаться происходящим.       — Алекс, да? — священник поцелуем в щёку перешёл к губам инкуба, приводя темп в норму. — Гм. А ты знаешь, как меня зовут?       — Отец… Шлатт? — выдохнул инкуб, обнимая и прижимая мужчину ближе к себе.       — Джей-Шлатт, — будто поправил его тот. Затем он усмехнулся, словно от своей мысли. — Для тебя могу быть просто папочкой, сладкий. Мужчина не дождался реакции, спустился к груди партнёра, Квакити казалось, что всё его тело изучается чужими ловкими пальчиками, пока член входил и выходил резкими приятными толчками. Парень посмотрел вниз, увидев там лишь дерзкую ухмылку Шлатта. Не прерывая контакта глаз, поп медленно прошёлся языком по всей грудной клетке вниз, одна рука прокралась к соску, выкручивая его, пока вторая ласкала основание крыльев. «Я-я не могу, — Квакити закрыл глаза. — Он будто… Знает, где мне будет лучше… Жутко, да, но… Так хорошо, блять… Ни с одним человечишкой… Не было так… Ахуенно!» Шлатт наконец притронулся к пенису инкуба, потирая его головку, полностью усаживая парнишку на свои колени. Может быть, Квакити бы продержался ещё немного. Но мужчина с завершающим глубоким толчком кончил уже в третий раз, как-то незаметно, но ярко. Эссенция похоти вытесняла мысли, наконец-то багровый хуй инкуба покачнулся, извергая семя. Сперма покрыла пальцы Шлатта, его грудь почти до самого подбородка. Он лишь облизнулся. Квакити уже ничего не чувствовал, он и так наелся вдоволь. Последнее, что он ощутил — то, как его поднимают и укладывают на кровать, накрывая одеялом. «Блять… — инкуб неосознанно нашёл это место комфортным. — Это самый пиздатый… Секс… В моей, блять, жизни… Даже до моей жизни, я уверен. Сука…» Так бы он и заснул, если бы не имел потребности во сне. Его хвост успокоился на несколько минут, глаза закрылись, дыхание стало ровным, но ненадолго. Услышав возню сзади себя, парень заинтересованно и медленно повернулся. «Что он может теперь делать? — он приоткрыл глазки. — Наверное, одевается. Скоро уйдёт, я сделаю портал и пойду хвастаться. А может, пойду выпить…» Шлатт что-то собирал. Хвостик инкуба заметался. Спросить парень боялся, поэтому просто наблюдал. Его крылья оставались снаружи, прикрывая голое тело. Мужчина бережно взял с кожи белёсую жидкость в колбочку. Квакити уже широко открыл глазки в осознании, что поп так поступает с его свежей спермой. Перья колыхнулись. Колба осталась неполной, а остатки и следы от липкого семени с рук Шлатт аккуратно попробовал на вкус. Квакити вскинул плечи от смущения.       — Что, что ты… — начал он, закрывая крыльями обзор.       — Мм? — Шлати обернулся и хихикнул. — Ты уже отдохнул? Мужчина подсел на матрас и ласково погладил пёрышки инкуба.       — Наверное… — неловко сказал Квакити, приподнимая крыло. На него смотрел тот же красивый мужчина. «На такого только дрочить и дрочить… — он сглотнул. — Хотя… Зная, что он копается в моей сперме… Блять, я, конечно, слышал о свойствах нашего семени, но… Хуй знает».       — Тебя, видимо, удивила наша встреча, да? Меня тоже, знаешь, — Шлатт уселся поглубже. — У меня… Есть несколько вопросов к тебе. Но я полагаю, что у тебя тоже. Будет невежливо не выслушать сначала тебя. Поэтому сперва я отвечу на твои вопросы, а затем ты на мои, ладно? Квакити аккуратно выглянул. Он подполз к мужчине и сел рядом. «На самом деле… Если так задуматься, то это было бы выгодно. Ну, объективно, он не сможет правильно подобрать вопросы, чтобы я дал ему какую-либо серьёзную информацию! Да и что я могу ему дать? Он священник, и так знает наше происхождение. А про личную жизнь могу и соврать. А вот он… Расскажет мне пусть чем занимается и откуда знания такие имеет», — решил парень.       — Откуда ты… Знаешь так много про нас? — промолвил инкуб.       — Ну, многие инкубы и суккубы приходили ко мне, — Шлатт старался не смотреть на собеседника. — Да я и сам изучал их. По всяким книгам, мифам… Понимаешь? — он вдруг перевёл взгляд на Квакити. — В жизни вы гораздо… Интереснее.       — Мм… — Кью слегка поднял брови. — И что… Что именно изучаешь?       — Вообще, строение тела, особенности поведения и выделения, — откровенно ответил поп. — А прямо сейчас занимаюсь ну… Производством. Сперма инкубов подходит для афродизиаков. Очень хорошо. Не всех инкубов, конечно…       — Ты… — парень покраснел. — Ты и мою собрал?       — Да, — сразу сказал священник, но затем замялся. — Она… У тебя очень… Возбуждающая и ароматная… Блять, ты понял.       — Тебе понравилась моя сперма? — он выдохнул.       — Да. Она прекрасна, — поп посмотрел на инкуба твёрдо. — У тебя есть ещё вопросы? Я могу начать свои?       — Да… Говори… — от такого пристального внимания парень готов был провалиться сквозь землю.       — Хорошо. Тебе понравился мой вкус? От такого вопроса, что был задан так настойчиво, Квакити опешил.       — Д-да, мне было хорошо…       — Ты бы хотел повторить? Квакити сглотнул и мельком посмотрел на промежность священника. Ничего не выпирало. Демоны похоти, конечно, могут всегда, но лакомную эссенцию получить после недавнего полового акта сложно и маловероятно.       — Ты… Хочешь повторить прямо сейчас?..       — Я спрашиваю, хотел бы ты повторить ещё, — строго поднял нос Шлатт, но заметив лёгкий испуг инкуба, ему пришлось смягчить лицо и тон. — Я имел в виду… Вообще. Не прямо сейчас.       — А ну… — было слишком неловко отвечать. Даже простая близость по отношению к священнику начинала смущать. — Да… Да.       — Славно. Хочешь заключить сделку?       — А? С-сделку? — Квакити вскинул плечи и замахал руками. — Если это связано с церковью и оргиями, я против. Такого даже… Блять, никто не сделает! Ни один из моих знакомых не согласится… Не у всех есть силы, а особенно представления затрат! — вдруг парень понял, что завёл тему куда-то не туда и замолк. — И-извини…       — Всё в порядке, я имел в виду другую сделку. Мужчина подсел ближе и погладил парня по затылку, слегка направляя его лицо к своему. Парень подался навстречу приятных прикосновениям, хотя его лицо горело пламенем. «Сука… Эссенция… Да похуй на эссенцию! Если он продолжит быть таким… Я просто не смогу сдержаться… Я зарою его в своих объятиях и вторым слоем крыльями закрою и затрахаю, Богу видно будет, до смерти затрахаю!»       — Как насчёт того, чтобы ты… Приходил ко мне время от времени? — мужчина наклонился к нему, между их губами оставалось меньше двух дюймов. — Если тебе правда понравилось… Поверь, я смогу удовлетворить тебя многими способами… Тебе надо просто наслаждаться и кончать. «Боже! Если он серьёзен… То это будет лучший день моей блядской жизни. Получить такого мужчину… Блять!»       — Ты… — Квакити глядел вниз на эти заманчивые тонкие губы. Ему хотелось вцепиться в них, углубить поцелуй и приблизиться настолько, насколько только можно, хотя и понимал, что подобное будет восприниматься как согласие. Вдруг в голове проскользнула одна мысль. — А если ты найдёшь кого-то… Лучше чем я? Просто бросишь меня?       — Маленький бес, — усмехнулся Шлатт, не двигаясь и не позволяя инкубу двигаться. — Вы вроде можете поставить метку на человеке. Чтобы испортить его запах и пометить.       — Говоришь будто о собаках, — смелее заговорил Квакити. Он будто бы был замотивирован предложению Шлатта, что мог дерзить. — Ну да, могу. Сложно сказать, что я тебе тоже понравился?       — Я не каждому демону похоти такое предлагаю, знаешь, — священнику, казалось, даже нравилась эта резкость. — Так что, согласен? Или мне надо лишний раз показать, насколько сильно ты мне симпатичен?       — Попозже, успеешь ещё, — Квакити прильнул в поцелуй, проталкивая длинный язычок внутрь. «Заебись! И этот мужчина теперь мой! Сука, да Вилбур Сут… Да нахуй этого Вилбура! Со мной такой горячий папочка, который будет готов удовлетворять меня! И это только ради моей спермы, которой у меня дохуя и больше! Выкуси, ебаный мир!» — проводя вдоль мягкого нёба и языка, инкуб с лёгкой дрожью обнял священника. Тот ответил взаимностью. Руки парня прошли к шее, пальцы начали касаться кожи каким-то странным символом, который был известен одному Дьяволу. Именно такой и была эта «метка», которая тут же засветилась и осталась сзади шеи священника. Это почти наполнило юношу непонятной радостью. Он сам не заметил, как его крылышки обвили мужчину, заключая их обоих в некий круг. Спустя пару секунд горячего поцелуя, в течение которого проскальзывали тихие стоны, парень устало отпрянул от чужих губ. Лишь довольная улыбка прокралась на лицах обоих партнёров.       — Ох, Дьявол… Это замечательно, — не смог сдержать восхищения Квакити, потирая лоб. — Но мне надо идти.       — Конечно, — Шлатт вытер рот от выделившейся слюны и нащупал в скинутой одежде Квакити специальную пыль для портала. — Держи. И свяжись со мной. Я знаю, что ты можешь.       — Хорошо, жди в своих мыслях, дорогой, — Квакити счастливо махнул хвостиком, очертивая портал. Спустя пару секунд он был готов, парень послал воздушный поцелуй и исчез. Мужчина закряхтел и встал, не чувствуя ног. Его шея немного покалывала, но он старался не обращать внимания. Поп собрал свои колбочки в сумку, коих там было с десяток, и закрыл на молнию. «Сука, теперь я богат. Как же хорошо верить в Бога и Дьявола, — подумал Шлатт, прежде чем покинуть комнатку. Он заметил, как из окошка уже ломился солнечный свет. — Блять, у меня же сейчас ебаная литургия. Ладно, надо реально торопиться». С этой мыслью священник закрыл дверь на ключ и направился к выходу. И пусть в мыслях он ворчал на предстоящую службу, глубоко внутри он был доволен, что распознал в том монахе похотливого инкуба, иначе бы его изнасиловали прямо в коридоре, и он бы так и не узнал, что его ебёт демон с самой сладкой спермой из всех остальных. Пиздец.