Tyranny's Impact /Происходит редактирование. Надолго/

Путешественник решил убить Барбару

Я вытащил меч. Меня попыталась схватить одна из сестер. Испуганная Барбара поспешила сбежать от меня. Не успел я оттолкнуть одну из сестер, как уже вторая преградила мне путь. Мне пришлось применить силу. Я не собирался убивать безоружных сестер собора… Но мне пришлось от них всех избавиться как можно быстрее. Я прорубил себе проход. Толпа начала истерично бежать от эпицентра резни. Сестры, окружавшие меня, попадали на землю и жалобно стонали из-за ран, нанесенных мной. Я побежал в сторону Барбары. Она бежала слишком медленно, я успел сблизиться с ней, чтобы нанести удар в спину, но ее прикрыла еще одна сестра, оттолкнувшая Барбару. Вот она точно погибла… Этот удар был не для тебя, а для Барбары… Барбара, забрызганная кровью, в ужасе стала ползти спиной вперед. Она визжала от страха, смотря на мой окровавленный меч. Но между нами провокационно встала фигура. Как же мне не хотелось с ней пересекаться… — Путешественник! Что ты творишь?! Остановись! — Ну почему именно ты?.. Ноэлль… — Зачем ты сражаешься с нами?! Тут мирные жители! Я… не знаю… зачем тебе нужна госпожа Барбара… Н-но прошу! Хватит! — Ноэлль, отойди. Я должен исполнить приговор той, кто погубил столько людей… — Я направил меч в сторону Барбары, выглядывавшей из-за спины Ноэлль. — Я… осознаю… Я-я понимаю твои чувства… Послушай, ты же понимаешь, что мы проиграли. — Неожиданно Ноэлль подошла ко мне схватила за руку. Мне… немного некомфортно… — Э… — Зачем ты берешь на себя такую ношу? Мы проиграли… Мы все окажемся под судом за все наши преступления. Прошу, хватит смертей. Все, кто хотят сбежать в сторону собора — должны безопасно до него дойти. Помоги мне… Помоги простым жителям… Ноэлль смотрела на меня жалобным взглядом. Она беззащитна, так-как ее меч был в ножнах. Я бы мог ее одним взмахом клинка рассечь, как сестер собора… Но я не могу так поступить с Ноэлль… Но почему я так поступил с сестрами?.. Что я творю?! Я оттолкнул Ноэлль и достал меч. Ее глаза слезились, но ее жалобный взгляд не остановит меня. — Уйди или сражайся! На меня напал рыцарь Ордо Фавониус. Он незаметно подошел из-за спины, чтобы пронзить меня. Я в самый последний момент увернулся, а затем нанес контрвыпад, который рыцарь успешно парировал. — Не трожь его! — Закричала Ноэлль. Рыцарь послушался ее приказа. Я осмотрелся и понял… вокруг меня уже шестеро рыцарей Ордо Фавониус. Я в тяжелом положении… — Ты почетный рыцарь Ордо Фавониус… нет, даже не так… Ты — герой Мондштадта! Так скажи, зачем тебе пачкать свое славное имя кровью невиновных?.. — Ты не понимаешь… это не просто моя личная месть… Я совершу то, чего желают все те, кого я не смог спасти… Они хот… — Откуда ты знаешь, чего они хотят?! Быть может они и желают мести, но почему именно твоими руками?! Я тебе не позволю! — Ноэлль… ты никак не связана с преступлениями Ордо Фавониус… Ты всегда меня поддерживала просто своим существованием. Ты оставалась такой чистой, находясь в этом городе… Я всегда был рад твоей компании… Я всегда мог прийти к тебе, ведь ты никому не отказывала в утешении… Ноэлль покраснела. Ее большое сердце и самоотдача сделали из нее самого светлого человека Мондштадта. Я осознаю, что кроме ментальной поддержки, я пользовался ее телом, чтобы утолить свою похоть. Скорее всего, она тоже это понимала, но никогда мне не отказывала, в каком бы тяжелом алкогольном состоянии я не был. Просыпаясь с ней в постели, я все время чувствовал муки совести. Опять моя бедная Ноэлль, успокаивая меня, согласилась переспать со мной. Мне всегда было тяжело на следующий день, после того как она меня успокоит. Но вот она делала вид того, что все нормально и ничего особенного не произошло прошлой ночью. Она всегда хотела быть рыцарем Ордо Фавониус… Ноэлль больше всех ценила мои подвиги, всегда наслаждаясь моими рассказами об очередной миссии против лагеря бандитов или поселения хиличурлов. Когда мне нужно было одиночество, она уходила. Когда мне нужна была помощь — она была рядом со мной. Именно благодаря ее стараниям я бросил пить. Но без алкоголя жить становилось намного ужаснее. Я игнорировал преступления Ордо Фавониус и все время считал, что уже бессмысленно что-либо делать. Я считал… что я уже опоздал… Но Ноэлль меня убеждала, что все будет хорошо… что герой Мондштадта не должен унывать… что она всегда поддержит меня в трудную минуту… Ноэлль, как ты можешь быть такой сильной?.. — Посмотри на ворота в город. Они уничтожены… Мы проиграли… Давай просто отведем людей в безопасное место?.. — Ноэлль… — Тогда так! Одолей меня! И делай что хочешь! — Неожиданно выкрикнула Ноэлль. — Это тебе не игра… — Я хочу сразиться с героем Мондштадта, что смог одолеть Ужаса бури! И еще… впечатлить одну девушку! Ноэлль дразнила меня. Ее двуручный меч оказался в ее нежных, но очень сильных руках. — Но если я одолею тебя, то ты поможешь мне с дальнейшим спасением мирных жителей! Хорошо?! — Сказала Ноэлль, веря в то, что я ей честно дам ответ. — Я тебя одолею, убью Барбару, а потом помогу жителям. — Тогда нужно закончить все как можно быстрее, ведь нам нужно спешить! — Ноэлль собиралась атаковать меня, но из-за ее медленных движений, уже ей пришлось обороняться от моих быстрых атак. Тем не менее, я не смог ее сдвинуть. Она не позволяла, чтобы я смог взять инициативу в бою, даже если атакую лишь я. Замедлившись на секунду… и… Ноэлль взмахивает мечом по простой траектории. Я, конечно же, парирую удар, но он настолько мощный, что я почувствовал импульс от рукояти меча до ног. Я практически потерял равновесие. Ноэлль ударила землю предо мной, чтоб я точно упал. Неплохая попытка, Ноэлль… Я устремился к ней, чтобы нанести серию ударов. Но я стал замедляться и совершать мелкие ошибки. Я не мог сосредоточиться на своей технике. Я… засмотрелся на лицо Ноэлль, улыбающейся мне… В ее глазах столько света и доброты. Я снова убеждаюсь, что она самый чистый человек, которого я видел. Хочу воспользоваться ее слабостью, чтобы победить… — Ноэлль, ты ведь никого так и не убивала, так какой же из тебя рыцарь? — Ты не прав… я была на миссии… слаймы… — Что-то мямлила Ноэлль. — Ха-ха! Не смеши меня! Тебя взяли в Ордо Фавониус только из-за расширения призыва. А все твои миссии — это мелочь, по сравнению с миссиями твоих товарищей, разве я не прав? — Н-но… Они просто… — Ноэлль, тебе не стать рыцарем Ордо Фавониус. Ты слишком слабая. Ты не способна достойно атаковать человека… даже сейчас. — Д-да как ты смеешь?! Я… я… Похоже, что мои слова задели ее. Но я думал, что она захочет меня бездумно атаковать, но этого не случилось. Она… поникла… Я ее обидел, а не раззадорил. Ноэлль хоть и взяли в Ордо Фавониус, но ее очень редко используют в сражениях. У нее есть много навыков прекрасной горничной. Так зачем ей погибать, если она убирается лучше, чем сражается. Ноэлль медлительная и слишком добрая. Как ее можно отправить на передовую? Ее единственной из группы одногодок не взяли в поход в Ли Юэ. Это решение очень сильно ударило по уверенности Ноэлль. Знала бы ты, что именно я всегда уговаривал Джинн в том, что ты не должна сражаться… Именно я ей внушил о необходимости тебе оставаться в городе, чтобы улучшать репутацию рыцарей… Что бы ты со мной сделала за это?.. Я помчался к Ноэлль. Мне нужно сбить ее с ног. Я совершу подкат, параллельно отбивая возможный удар ее меча. Как я и думал. Ноэлль решила остановить меня банальным ударом. Я легко сменил его траекторию своим мечом. Ноэлль крайне удивилась моему решению приблизиться к ней. Я сосредоточил Гео в своих ногах. Я провожу скольжение, чтобы сбить ее с ног. Но ничего не вышло. Я просто в нее врезался со всей силы. Ужасная боль. Я вывернул ногу. Кровь из меня хлещет. Рана кровоточит с двойным напором. Я еле сдерживаю слезы от боли. Очень хочу обезболивающего… Ноэлль, стоящая предо мной, убрала свой меч. Она вытряхнула с себя пыль и протянула мне руку. — Сильно ударился? Сможешь встать? — Заботливо говорила, довольная своей победой, Ноэлль. Будто ангел предо мной явившийся, она протягивала мне свою руку помощи. Меня тронула ее доброта. Я непроизвольно начал лить слезы. Ноэлль притворялась, что не замечает моей слабости. Она все так же держит перед мной свою руку, ожидая момента, когда я возьму ее в ответ. Я протянул свою ладонь. Она же в ответ ухватила меня за пальцы и скрестила свою холодную железную перчатку с моей теплой от свежей крови рукой. Она потянула меня… Но сама упала… Ласковое румяное личико Ноэлль стало безжизненным. Ее взгляд потерял искру, а лицо деформировалось из-за перелома черепа. Из лба Ноэлль торчала стрела. Ноэлль грузно рухнула на колени. Ее доспехи прозвенели на всю округу. Я не переставал держать ее руку. Я не двигался. Мой рот был открыт, но я молчал. Моя милая Ноэлль, которую я всегда оберегал… Неужели это моя вина?! Все из-за того, что я так медлил?! Я ревел над мертвым телом Ноэлль. Так же, как и в прошлые разы над телами моих старых друзей. Но как же мне теперь дальше жить без тебя?! Топот рыцарей меня вразумил. Они бежали от стрелка. Я обернулся. В-венти?.. И еще группа людей… Наверное, местные анархисты… Пришли меня спасти… — Как ты?! Т-твоя нога… — Венти осматривал меня на наличие других ран, переживая за мое состояние. Я заметил, что его лук перевязан клочком ткани. Да и сам Венти, судя по засохшей крови его верхней одежды, был сильно ранен… Мне было тяжело думать о чем-либо, кроме моей милой Ноэлль. Теперь, когда ты мне стала нужна — тебя нет. Мои мысли лишь о ней… Но… — НЕ ДАЙ ЕЙ СБЕЖАТЬ! — … — Отомсти за нас! Убей ее! Отомсти за нас! Убей ее! Я встал на ноги. Но не надолго, тут же рухнул на землю. Я начал карабкаться в сторону собора. Барбара… она сбежит… Венти… помоги… Нужно… ее убить… * * * Рыцари Ордо Фавониус сообщили Джинн о том, что не нашли Барбару, а территория, где находятся мирные жители — уже подконтрольна восставшим. Если Барбара среди них… то ей недолго осталось… Тяжело раненная Джинн отправилась в лабораторию, находящуюся под запретной секцией библиотеки. Нужно заставить их уничтожить все документы, чтобы они не достались врагу. — Отряд 731, внимание! Все различные ученые и алхимики, являвшиеся большими специалистами, собрались вокруг командира своего отряда. — Армия Ли Юэ скоро захватит библиотеку. Обнаружить вход в нашу лабораторию в запретной секции — лишь дело времени. Нас всех казнят! — Что же нам делать, госпожа Лиза?! — Ревела одна из новеньких сотрудниц. — Так вот… слушайте… Нам прийдется применить экспериментальный газ и экспериментальную защиту от него… — Ч-что?! Н-но… — Испуганно сказал заместитель, осознававший то, что сейчас собирается совершить Лиза. — Да-да! Я осознаю, что мы толком его не изучили. Но мы же не зря его столько накопили. — Н-нет… Л-лиза… Люди… они все погибнут… — Люди… Ха! Подумай о нас! Об умах, сотворивших такое, что и не снилось другим ученым. Я не собира… — И как это понимать? — Грозно сказала Джинн, услышавшая весь разговор Лизы. — В-великий м-магистр… — Экспериментальный газ?.. Что это?! — В-великий магистр, это оружие способно уничтожить всех наших врагов. М-мы можем применить его…. — Почему о нем у меня совершенно нет информации?! Лиза, ты собираешься закончить как прошлый капитан отряда?! Даже ты меня предала?! — В-великий м-магистр… У н-нас есть з-защита от газа. И д-для вас… Вы п-переживете применение г-газа… — Переживу применение газа?.. На какую площадь он действует?.. — Весь М-мондштадт… но не беспокойтесь, у моего отряда имеется защита и для ва… с… Джинн проткнула грудь Лизы. Сотрудники испуганно отошли, чтобы не попасть под гнев великого магистра. Джинн была настолько яростной, что казалось, что она способна убить всех находящихся в этой комнате. Но она остыла, вытащив свой меч. Лиза упала на пол. — Уничтожьте все документы! Если можно каким-то образом уничтожить газ, то уничтожьте и … — Джинн резко прервалась, схватив себя за кровоточащий живот. — В-великий магистр, вы в порядке?! — Подбежал один из сотрудников, подставивший свое плечо. — Еще один предатель… … … Альбедо… Сахароза… … Ненавижу этот отряд!.. — В-великий магистр… Вам нужно оказать медицинскую помощь… — Где защита от газа?.. — В-вот… Сотрудник показал пальцем на шкаф. Джинн открыла его. Там были различные противогазы. От самых первых моделей, до самых новых и совершенных. Джинн разрубила шкаф вместе со всей защитой от газа. — Великий магистр! — А теперь живо уничтожьте все документы! Мне все равно как, но так же уничтожьте и этот газ! И не смейте погубить всех мирных жителей, идиоты!.. Джинн села на ближайший стул. В лаборатории царил хаос из-за спешки сотрудников. Что-то рвали, затем что-то поджигали… В цистерны с газом начали вводить какой-то другой газ, по словам сотрудников, который должен деактивировать действие этого экспериментального оружия. Джинн молча сидела и затем прикрыла глаза, чтобы никто не видел того, как она тихонько проливает слезы. Но никто на нее и не смотрел, все ревностно выполняли приказ об уничтожении лаборатории. Кровь вокруг трупа Лизы заполняла пол помещения, но никто и не думал уделить внимание и переместить труп бывшего капитана. Ее тело жалко валялось на полу, через которое периодически переступали сотрудники, спешившие уничтожать документы и создавать деактивирующий газ из компонентов, имеющихся прямо сейчас. — Мы… проиграли… * * * Меня зовут Альберт — я гордо зову себя анархистом. Я один из многих, кто желает полностью уничтожить старый режим… и даже Барбару… Наша группа вступила в бой с Ордо Фавониус и заставила их отступить. Мы захватили собор и… толпу простого народа, эвакуированного от места сражения. Я заметил, как одна из сестер собора карабкалась в руинах, чтобы дойти до… прохода вниз?! Она заметила меня и поспешила с большей скоростью. Я позвал отряд, и мы помчались по бесконечной лестнице вниз. Куда она ведет?.. Неужели… Мы оказались в подземном этаже. Я и парни сразу же задумались о том, что здесь можно что-нибудь стащить. Мы разделились в разные стороны и стали брать в мешки все, что блестит. Но потом я нашел то, что является для меня более ценным, чем местное золото… — Б-барбара?.. И вот я перед Барбарой, прячущейся за безоружными сестрами, готовыми мне дать отпор. — Трое на одного? Ну попробуйте… Я демонстративно отрубил голову одной из сестер, чтобы внушить страх. Барбара завизжала от ужаса. Двое других сестер держатся достойнее и стараются не показывать свой страх. Но я вижу как им страшно. Их коленки дрожат и явно не от холода. И вот я сделал шаг. Они атаковали меня. Они накрыли меня своими телами. Но они настолько слабые, что даже вдвоем не могут меня повалить на пол. Я оттолкнул этих двоих и взмахнул своим мечом. Разрубил их одним ударом. Два тела лежат на холодном полу и стонут от боли. Если не оказать им помощь, то они точно умрут от кровотечения. Им не окажут помощь… Барбара… я о тебе так давно фантазировал… Любая мысль о тебе заставляла мой член встать так сильно, что я мог эякулировать от любого трения об штаны. И Барбара заметила мой гигантский стояк, который невозможно никак спрятать. — П-пожалуйста… Н-не н-надо… — Дрожала Барбара. Барбара упала на колени. Молча. Она закрыла лицо руками и начала тихо плакать. — Д-джинн… — Тише… Если тебя заметят, то тебя казнят на месте. — Сказал я, а затем схватил Барбару за одежду и потащил в ближайшую темную комнату. — Отпусти! Отпусти! Не надо! — Жалобно кричала Барбара сквозь мою ладонь, прикрывающую ее рот. Ее испуганное лицо меня только сильнее возбуждает. Я рвал в клочья ее одежду. Она сопротивлялась всеми силами, из-за чего мне приходилось в знак наказания — бить ее. Мне нельзя портить красоту ее милого личика. Я бил ей в живот каждый раз, когда она пыталась оттолкнуть меня. Похоже, что я так сильно ударил ей в место, где должен быть мочевой пузырь, что она потеряла над ним контроль. Барбара была сильно смущена. Голая, побитая, на холодном полу, она лежала в собственной моче. Она смотрела на меня с такой сильной печалью. Я еще раз ударил ее, со всей силой. Она согнулась от боли, представив перед мной свой зад. Она осознала свою ошибку и попыталась быстро изменить свое положение, но я уже схватил ее талию. Она попыталась вырваться, я же схватил ее за голову и прижал к полу. Второй рукой я начал поглаживать спину Барбары, на которую я похотливо наблюдал. Затем я сунул сразу пять пальцев в ее влагалище и начал неистово растягивать ее мясные стенки. Прошла вся рука, хлынула кровь. Это будет смазкой. Барбара кричала от невыносимой боли. Я приподнял ее голову и со всей силы впечатал ее в землю. Возможно, что сломал ей челюсть. Челюсть… О челюсти… — Когда мне надоест твоя дырка… стоит тебе выбить зубы, на всякий случай… — Случайно произнес я вслух, продемонстрировав Барбаре всю свою жестокость. — П-прошу… убей меня… — Про себя прошептала Барбара, слова которой совершенно не слышны из-за моего громкого дыхания и пошлых звуков ковыряния моей руки в ее окровавленной киске. — Как же я мечтал об этом дне… Если хочешь жить, то тебе лучше расслабиться и подчиниться моим требованиям. А сейчас начнем… — НЕ-Е-ЕТ! * * * — Освободить всех! Взрывай тюрьмы! — Кричала разъяренная толпа. Я пережила жесткое падение со стены. Добралась до тюрьмы, в которой должны были держать дедушку, чтобы самой освободить его. Я опоздала, анархисты уже успели всех выпустить, а затем взорвать здание несколькими бочками пороха. Здание не рухнуло, но вход завалило. Толпа веселится, разрушая все, к чему прикоснется. Я начала искать в толпе дедушку. Он где-то среди них! Он точно здесь! Я расталкивала всех подряд. Даже почти завязалась драка, мне пришлось извиниться. Когда толпа анархистов ушла, отправившись далее вперед, чтобы еще что-нибудь разграбить или взорвать — я заметила своего дедушку, одиноко сидящего на каком-то обломке стены. Это точно он! Я побежала к нему, чтобы крепко обнять. — ДЕ-ДУШ-КА!!! — Глупо, по-детски закричала я. Он обратил на меня свой взор, но потом снова отвернулся и продолжил пялиться на пейзаж разрушенного города. — Дедушка?.. — … — Это я! Эмбер! Д-дедушка?.. — Моей Эмбер… больше нет… — Нет! Дедушка, это я! Я жива! Дедушка! — Радостно кричала я, чтобы передать дедушке свой положительный настрой. — Моей Эмбер больше нет… Она храбро погибла в битве с захватчиками из Ли Юэ… — Д-дедушка… но это же я… — Скауты — элита Ордо Фавониус. Они бы не посмели сдаться врагу… Они бы не отдали нас на растерзание врагу! Скауты готовы убить себя, лишь бы не достаться врагу! Вот кто такие скауты! Гордость Мондштадта! И моя дорогая Эмбер не могла даться живой врагу! Эмбер… больше нет… — … Я оставила его. Мне было настолько плохо, что я не могла держать лук. Я просто шла. Куда-то в сторону света. Я не осознаю того, что делаю. Куда-то иду… Зачем? Не знаю. Мне все равно. Что-то происходит вокруг меня. Периодически слышу различные звуки. Но я не вижу, что вокруг меня. Все стало тоннелем. И он ведет к свету. Зачем иду к свету? Не знаю. Я просто иду. Что это? Это огонь… Горит чей-то дом… Я села на пол и начала греться, так-как я дрожала от холода. Но я не могла согреться. Решила потушить пламя своими слезами, но не вышло. Что я делаю?.. У меня в руке бомба, способная взорвать меня за доли секунд. Но как ей воспользоваться?.. Я не умею… Как применить?.. Быть может достаточно нагреть ее от огня? Пожалуйста, взорвись… Эмбер больше нет… Я очнулась, когда моя рука настолько поджарилась, что я не могла более терпеть боль. У меня серьезный ожог, нужно забинтовать его! Я быстро перевязала руку. Как же больно… Посмотрела на пол и увидела перед своими ногами круглый камешек… Ха!.. Ха-ха-ха! Я начала плакать. * * * — Даже не верится, что эта ужасная война прекратилась… Путешественник совместно с Венти наслаждался чаем в новом штабе Федерации Анархистов Тейвата. Только лишь они. На улице праздник давно как прекратился. Слышны лишь звуки тяжелой работы. Все жители города работают сообща, чтобы как можно быстрее отстроить новый Мондштадт. Итэр задумался о том, как о нем подумают жители из-за того, что он так долго зализывает свои раны. — Да расслабься. Никто о тебе плохо не подумает. Ты спаситель этого города… герой… — Успокоил его Венти. После всех событии Путешественника признали живой легендой Мондштадта, даровав неофициальный титул — «великий освободитель». Сам того не замечая, вокруг него начал формироваться культ. Ему было очень приятно, что жители настолько ценили его. Он итак был всегда желанным гостем Мондштадта после случая с Двалином, но теперь он смело может называть данный город — своим. Каждый житель при виде него — бросается к его ногам, чтобы пожать ему руку и поблагодарить за спасение. Сначала его это смущало, но теперь он принимает это за что-то естественное… то, чего он заслужил за все свои свершения. Если Венти — хороший координатор и загадочный философ, то Путешественник — знаменитость, живая легенда и защитник всех обездоленных… ну… это жители так думают… Итэру хочется, чтобы и дальше о нем так и думали… Ему нужно, чтобы его репутация была и дальше абсолютно идеальной… — Мне нравится, что люди меня так любят… Я ранее и думал о таком… — Ты — герой Мондштадта. Ты… заслуживаешь всю эту народную любовь. — Надеюсь, что ты не обижаешься, что я немного популярнее у народа, чем ты, Венти! Ха-ха! Венти нахмурился, чем сильно смутил своего гостя. Путешественник подумал, что он его обидел. «Я даже и не знал, что его это заденет. Я не собирался расстраивать его…» — думал Путешественник. — И-извини! Я не хотел тебя обидеть… — Ничего страшного. Я очень рад с тобой проводить время. Ценю, что ты смог уделить мне свое время. Став знаменитым, у Итэра появилось множество дел. Ежедневно его стали приглашать в разные уголки Мондштадта, чтобы стать участником какого-либо мероприятия. Вчера, например, его пригласили первым войти в новый отстроенный дом и сказать все свои замечания и предложения. Путешественник осознавал, что он совершенно далек от архитектуры, но любое его слово досконально записывалось и затем исполнялось. Так что ему следовало очень аккуратно вести себя на публике, чтобы не сказать того, что испортит отношение к его персоне. После того, как он объявил дом официально открытым — начался пир, на котором присутствовало намного больше человек, чем было рассчитано. Все хотели лично пожать руку «великому освободителю», что считалось хорошей приметой. Не знаю кто пустил эту байку, но из-за него Итэру приходится ежедневно пережать несколько десятков рук. Анархисты уничтожили религию, но из голов она до сих пор не выветрилась… — Ты же видишь, что вокруг нас формируется культ? — Строго спросил Венти. — Культ?.. Честно говоря, ты прав… — Ты два раза спас Мондштадт, ты посещаешь публичные мероприятия. Все считают тебя главным человеком среди нас. Лидером… — Т-ты не прав, Венти. Я просто… герой войны, а… вот ты… лидер восста… — Нет, ты меня не понял. Я не ревную из-за любви народа к тебе. — Резко прервал обозленный Венти. — Н-но… что… тогда… не… так?.. Если… хочешь… я… могу… покинуть… Мондштадт… чтобы… продолжить… поиски… сестры… Я… до… веряю… тебе… Почему… ты… злишь… ся?.. — Из-за того, что я делаю… Вот я и злюсь… — Тяжко выговорил Венти, вытирая слезы со своего лица. — Ч… то?.. Венти резко встал из-за стола и схватил клинок, скрывающийся у него за плащом. Путешественник попытался схватить свой меч, но понял, что не может. Он не чувствует руку. Попытался побежать, но тоже не может… Ноги не движутся… — Что… ты… де… ла… ешь?.. — Промычал Путешественник из последних сил. — Прости! Прости меня, пожалуйста, но мы с тобой имеем слишком большой авторитет. Если мы хотим, чтобы люди стали по-настоящему свободными… нам нужно исчезнуть! — Да… вай… сбе… жим?.. — Мне нельзя рисковать! Вдруг и ты станешь тираном?! Возможно, что никакой человек не способен устоять перед соблазном власти. Только мы с тобой стоим выше остальных жителей Мондштадта! Только мы с тобой… — Сес… тра… Венти собирается надолго покинуть Мондштадт. Он вернется лишь в том случае, если почувствует то, что кто-то обладает достаточным авторитетом, чтобы узурпировать власть. Когда-нибудь люди научатся жить и без него… Нужно лишь время… Стена Мондштадта отстраивается в рекордные сроки. Также создаются новые вооруженные формирования, состоящие из всех жителей. Возможно, что скоро наступит новая война. Цисин не собираются признавать власть анархистов. Верховная жрица Барбара, чудом спасшаяся после битвы за Мондштадт, стала лидером правительства в изгнании, которое скрывается в Ли Юэ. Как скоро сюда вернется армия Ли Юэ?.. — Это не входило в планы. — Хо! Ты… — Все пошло не так… Совершенно не так… — Время… Хо! Что же ты собираешься делать?.. Паймон?.. ——— ——— ——— «Tyranny's Impact». Концовка #2: Новый мир, новая война. 1. Альбедо — неизвестно. Раннее исчез из Мондштадта. 2. Барбара — после битвы за Мондштадт — сошла с ума из-за различных психических расстройств. Но это ей не мешает возглавлять мондштадтское правительство в изгнании (с позволения Цисин). 3. Беннет — неизвестно. 4. Бэй Доу — восстановившись после всех ран — снова вернулась в море. 5. Венти — неизвестно. Загадочно исчез. 6. Гань Юй — продолжила свою работу секретарем Цисин. 7. Джинн — погибла в битве за Мондштадт. 8. Дилюк — раннее погиб во время рейда на винокурню «Рассвет». 9. Диона — была освобождена из тюрьмы Мондштадта. 10. Кадзуха — неизвестно. Перед началом войны начал свое одинокое путешествие. 11. Кли — была публично повешена анархистами. 12. Кэ Цин — оказалась беременной после пыток, ранее проведенными над ней Ордо Фавониус. Родила мертворожденного мальчика. Так же сама мучительно умерла во время тяжелых родов. 13. Кэйа — раннее погиб за сутки до рейда на винокурню «Рассвет». 14. Лиза — погибла в битве за Мондштадт. 15. Мона — была публично повешена анархистами. 16. Нин Гуан — погибла во время теракта в Ли Юэ. 17. Ноэлль — погибла в битве за Мондштадт. 18. Люмин — неизвестно. 19. Итэр — неизвестно. Загадочно исчез. 20. Розария — погибла в битве на второй линии. 21. Рэйзор — неизвестно. 22. Сахароза — ранее была казнена из-за обвинения в заговоре против Джинн. 23. Син Цю — погиб во время теракта в Ли Юэ. 24. Синь Янь — сбежит в Мондштадт из-за преследований в Ли Юэ. 25. Сян Лин — неизвестно. Эмигрировала из Ли Юэ. 26. Сяо — неизвестно. 27. Тарталья — неизвестно. 28. Фишль — неизвестно. Исчезла до сформирования диктатуры Джинн. 29. Ху Тао — смогла оправиться после потрясений и продолжить свою работу в похоронном бюро. В ближайшее время выйдет замуж. 30. Ци Ци — была окончательно похоронена. 31. Чжун Ли — неизвестно. 32. Чун Юнь — неизвестно. 33. Эмбер — неизвестно. 34. Эола — была публично повешена анархистами. 35. Янь Фэй — вступит в правозащитную организацию, но по итогу сама станет работать на Цисин, сдав всех своих бывших товарищей, обвиненных в связях с анархистами.