Немотивированная агрессия

      — А сами-то вы как оцениваете произошедшее?       — Ну, уж тут разночтений быть не может. Немотивированная агрессия. Худший ее вид — сорваться на первом встречном. И даже не важно на ком.       — Агрессия не возникает на пустом месте. Даже если раздражение было накопленным, что-то должно было послужить триггером. Так сказать, спусковым крючком. Вы его чем-то спровоцировали? Не припоминаете?       — А вы из тех, кто считает, что жертва сама виновата? Тем, что не смогла ответить и дала возможность остаться безнаказанным? С таким подходом любой геноцид можно оправдать — зачем народ был так слаб, что позволил себя истребить? Но не мною замечено, что люди с оружием в руках рано или поздно начинают ощущать себя немного… сверхлюдьми. Просто потому, что сильнее. Более слабые для них повод самоутвердиться и развлечься. А современная культура это поддерживает. Посмотрите на героев нашей молодежи, они же все проблемы кулаками решают. Не головой, не языком через рот, а силовыми методами.       — Все-таки предлагаю задуматься, может быть что-то в вашем поведении позволило ему подумать, что он вправе повести себя таким образом? И именно с вами? Что-то вас выделило в его глазах?       — Мое поведение ничем не отличалось от того, как я вел себя вчера, позавчера, три недели назад и вообще целую вечность. И никто за всю мою жизнь ничего подобного в отношении меня не позволял. Будь во мне что-то вызывающее или отталкивающее, я столкнулся бы с негативом окружающих раньше, вы согласны?       — А такого не было?       — Никогда, клянусь.       — Хорошо. Статистика говорит, что жертва чаще всего была знакома с агрессором до нападения. Пусть очень давно, но их пути пересекались, просто память затушевывает эти воспоминания, как травмирующие. Не приходит на ум ничего такого?       — Честно, я был бы рад припомнить. В этом была бы нормальная понятная логика. Месть самое простое чувство, я — тебя, ты — меня. Просто и ясно. Но дело в том, что я этого человека никогда раньше не видел, а память у меня хорошая и зрение острое. Наследственное.       — Но ведь у всего есть первопричина...       — Разумеется, есть. Только зря вы ищете ее во мне. В некоторых людях, несмотря на все запреты, законы и воспитание иногда вырывается наружу...нечто, особенно когда они чувствуют собственную безнаказанность и неуязвимость. Или как вариант — слабость окружающих. Извержение пострашнее вулкана, потому что нельзя предсказать, нельзя предвидеть, когда случится. Разумных существ это пугает на глубинном уровне, лишает ориентиров, поселяет в сознании хаос и убивает доверие даже к близким людям. В светлой и чистой картине мира остается рубец, после которого ткани свести невозможно даже хирургически. Мне вот не смогли, кстати. Показать вам?       — Не надо, я верю.       — Мне нет смысла врать.       — Но это точно никак не связано с вашей работой?       — Да господи, абсолютно. Сами подумайте: я работаю в одном месте уже тридцать тысяч лет, никто не жаловался, все довольны, и вдруг какой-то ублюдок ни с того, ни с сего решает выстрелить из лука в меня, простого орла, летящего заняться своими рутинными делами. Так вы не мне, а ему, Гераклу вашему, свои вопросы задавайте. Вот чем я ему настолько помешал, чтобы стрелу в горло схлопотать? Ну чем?