Постельный режим

Боннибелл медленно повернула свою руку тынной стороной, ещё раз осмотрев её от локтя до пальцев. На них не осталось ни единого ожога. Только четыре крупных нежно-розовых шрамов едва виднелись даже при таком ярком освещении. Девушка недоуменно подняла голову на подругу, не опуская ладонь. «Вырабатывает чистое электричество из собственной энергии, не пьёт кровь и имеет способность исцелять ранения?! Чего я ещё не знаю о вампирах полудемонах?» — Как? — повторила Бонни, давая ей возможность рассмотреть светлые следы на своей коже. — Говорю же, не знаю. — проговорила Марселин, выглядя уже слегка раздражённой. — Просто инстинктивно. Абадир быстро окинула взглядом весь зал, ища на что бы сменить тему. На глаза ничего не попадалось, только пёстрые платья резали ей их. Напряжённая обстановка давила на неё, но она даже была благодарна за то, что здесь играла музыка и танцевали гости, не оставляя их в полной тишине. Впервые на своей памяти вампирша была рада тому, что рядом было столько незнакомых людей. Бубльгум всё ещё увлечённо ощупывала свою руку, почти не обращая ни на что внимания, будто опасаясь, что наваждение вдруг пройдёт и раны снова вернутся на её кисть. — Слушай, давай просто забудем, что это было. — устало сказала королева, медленно отплывая от неё. — Подожди. — принцесса резко схватила её за запястье и мягко дёрнула в свою сторону. — Это просто… Что-то новенькое. — девушка слегка виновато улыбнулась, опуская ту обратно на пол, рядом с собой. Бонни не отпустила ладонь после этого, только крепче обхватывая. — Таак, тебе ещё интересно здесь? — продолжила она, почувствовав, как к голове прилил небольшой поток крови. — А у тебя есть другие варианты? — спросила Марселин, выглядя немного заинтригованной. — Есть один. Только нам понадобится твоя гитара. — ответила Бубльгум, осмелившись подмигнуть ей, вызвав этим сильное потемнение оттенка на щеках у другой девушки. — Д…да. Хорошая идея. — заикаясь, быстро протораторила Абадир, поднимаясь в воздух и медленно двигаясь задом наперед к окну. — Жду тебя в моей комнате. — успела бросить она, прежде чем скрыться, едва не впечатавшись в стену.

***

Боннибелл быстро шагала вдоль дверей второго этажа. По коридорам тихо проносился звук шелеста её платья, заглушаемый музыкой, исходящей из зала. Эмоции разрывали тело принцессы изнутри. Инцидент с исцелением ещё не вылетел у неё из головы, но её подруга ясно выразилась на эту тему. В остальном ей одновременно нетерпелось снова услышать пение Марселин, и в то же время она ощущала смутный страх того, что сделает что-то не так. А что, если она вдруг передумает? Или мятный дворецкий найдёт её ещё по пути туда и вампирша разочаруется в ней. Бубльгум старалась гнать эти мысли прочь, но они возвращались с новой силой. Тревожность вдруг окутала её колючим, словно репейник одеялом. Внезапно у неё появилось навязчивое желание развернуться и пойти обратно, но королева вампиров уже ждёт и Бонни не может подвести. Девушка аккуратно заворачивает за угол в другой коридор, в котором как и всегда находились особенные гостевые комнаты. Досчитав до десяти, Бубльгум подошла к последней из них, как ей показалось куда быстрее, чем надеялась. Неуверенно подняв руку, она застыла, не дотянувшись всего на пару сантиметров. Её кулак завис в воздухе, учёная могла видеть, как он подрагивает, пока смотрела на дверь, которую ей по собственной инициативе предстояло открыть. Боннибелл не знала сколько простояла так, с поднятой рукой, ведя мысленную борьбу со своим внутренним"я», пока не услышала странный звук по ту сторону стены. Она отпрянула от двери, когда та резко распахнулась и на пороге появилась улыбающаяся Марселин. — Ты ведь ещё не передумала? — спросила Абадир, изогнув тонкую бровь. — Нет, конечно нет. — принцесса отрицательно помахала руками, пытаясь скрыть свои сомнения. — Тогда проходи, я успела настроить гитару уже раза шесть. Бубльгум прошла в комнату, закрыв за собой дверь и следуя за парящей королевой к кровати. Вампирша небрежно приземлилась на её мятый край, подхватывая по пути свой бас. Она ловко прокрутила его и заставив струны издать звонкое музыкальное рычание, жестом пригласила её присоединиться. Бонни совсем по-девчачьи хмыкнула, пряча руки за спину и робко подошла, присаживаясь в полуметре от неё. Вампирша очередной раз коснулась пальцами маленьких колков, прокрутив их поочереди и перепроверив звучание. Вся её решимость мигом сдулась под выжидающим взглядом принцессы. Рот уже тянется раскрыться, для того, чтобы выдать какую-нибудь неловкую глупость и Марселин поджимает губы. Она глубоко вздохнула, переставляя ладонь на струны и вспоминая любую классную мелодию, чтобы наконец заполнить тишину. На ум ничего не приходит, он плотно забит старой песней, которую когда-то давно использовала как знак прощания. Нервно иссколзив руками всю гитару, королева вампиров медленно оборачивается, встречаясь взглядом с голубыми глазами. — Эээ… Какие-то особые предпочтения? — это вышло жалче, чем она надеялась. Боннибелл на секунду задумывается, поднося руку к подбородку и пожимает плечами. — Что-нибудь, чего я не слышала. — в этот момент Абадир поймала себя на мысли, что выглядет так, словно всю жизнь врала про свои способности в музыке и теперь, когда ей пришлось играть перед кем-то всё, что та успела освоить за тысячу лет вылетело из её головы. Буквально ни одной строки. — Кхм. Чтож… Попробуем. — без команды мозга пальцы начали методично перебирать струны. Импровизация казалась не лучшим выходом, но раз песня, вертевшаяся на языке весь вечер уже начала звучать, то пути назад нет. Неуверенные ноты одна за другой выплывали из-под её рук, исходя от баса и доходя до ушей внимательной слушательницы, становясь всё смелее с каждым аккордом. Выждав время, отведённое музыкальному вступлению, ей пришлось слегка удленнить его, чтобы набрать воздуха в лёгкие и медленно начать петь. Вампирша закрыла глаза, погружаясь в текст песни, получая привычное удовольствие. Руки сами собой дёргали струны, перемещаясь по гитаре, создавая ощущение отрешённости. Совсем не хотелось задумываться о том, что она поёт или играет, будто это бы испортило иллюзию небрежных движений, затягивающих её тело в некий транс. Музыка для неё была сравнима с бутылкой хорошего вина: это дарило спокойствие, расслабляло, подталкивало к невольному пению, а на следующий день ты можешь уже и не вспомнить, что именно пел. Поэтому тексты, возникающие в голове всегда нужно срочно записывать. Уйдя в свои мысли, Марселин чуть было не пропустила новое чувство. Чуть выше колена расползлось приятное тёплое покалывание, что на открытой холодной коже ощущалось для неё как грелка. Ей не нужно было открывать глаза, чтобы понять что могло вызвать его. Абадир заметно напряглась, брови едва заметно сдвинулись к переносице, её нота чуть подпрыгнула, при действии принцессы. Девушка могла видеть то, как подруга секунду назад почти оторвавшись от земли резко выпрямилась, сев ровно, а пальцы слегка дрожали, когда пытались, ориентируясь на мышечную память найти нужный лад. Не остались без внимания и быстрые взгляды на неё из-под ресниц, казалось, будто она в самом деле думает, что Бонни их не замечает. В такие моменты, как этот королева вампиров выглядела как никогда сосредоточеной и это странно привлекало. Песня уже подходила к концу и Боннибелл впервые опустила глаза на быстрые руки. Вот она растопырила пальцы, чтобы достать до нескольких струн одновременно, другая ладонь сильно изогнулась, встав на нужных местах и вновь возвращаясь. Вампирша плавно допела последние слова, объявив об окончании песни резким ударом по вибрирующим струнам, посылащим свои отголоски по всей комнате. Бубльгум вздрогнула, убрав руку, почувствовав призрачное движение в свою сторону и встретилась взглядом с певицой. — Вау… Марси, это потрясающе. — тихо призналась принцесса, мягко улыбаясь ей. Знакомая, казалось давно забытая эйфория от прослушивания пения ее подруги накрыла девушку волной. — Спасибо, я старалась. — искренне ответила королева, немедленно отварачиваясь и потирая ладонью шею. Если бы Бонни знала её хоть капельку хуже, то никогда не подумала бы, что она в самом деле пытается скрыть свой румянец.