Expectatio

Очередное пасмурное утро Лондона. Ватное одеяло совершенно не согревало, собственно, как и камин в серой гостиной дома на площади Гриммо. Гарри кое-как оторвал свое бренное тело от матраса и поплелся в ванную. Тишина. Кикимер наверняка где-то на чердаке, портреты разошлись по своим копиям в других местах, а больше здесь никого и не было. Одиноко. Гарри уже привык к этому. Друзья после войны занялись кто семейной жизнью, кто карьерой, а свои отношения не складывались. Сколько раз он пытался найти себе девушку, но что-то необъяснимое каждый раз кричало: "Она с тобой только из-за славы!", "На кой ты ей сдался, ей нужно попасть на первую страницу Пророка!", "Эта на самом деле влюблена в Джинни и хочет через тебя выйти на нее!", - не давая Поттеру раскрыть душу юной особе. Хоть сознательно он и понимал, что настоящие чувства существуют и не стоит бояться быть обманутым, он не мог противиться: зажимался, подолгу молчал, искал в каждом слове подвох, выуживал всю информацию о родословной и отношении к Пожирателям и Министерству, и через пару недель люди не выдерживали, уходили, а Гарри снова оставался один. Среди магглов он пару раз тоже попытал счастье, но притворяться неволшебником продолжительное время — оказалось непосильной задачей. Поэтому быть одному — оптимальный вариант, как ему казалось пару месяцев назад. Но сейчас... Гарри поднял взгляд на свое отражение: глаза потускнели, приобрели болотный безжизненный оттенок, под ними залегли темные тени, лицо сильно похудело, потому что ел раз в день в академии, подначиваемый Роном, по праздникам два у миссис Уизли, шрам почти слился с бледной кожей — пронеслась мысль, что он похож на инфернала и вызвала грустную усмешку. Да уж, инфернал, запертый в дне сурка, не видящий смысла в своей воспеваемой жизни, именно об этом он мечтал, когда бросил решающее заклятие в Волдеморта, ага, как же. Пресекая начавшийся акт самокопания, Поттер умылся способом аля "кот лапкой" и поплелся на кухню за убийственной дозой черного кофе. Что-что, а маггловскую привычку никаким заклятием не выживешь. На обшарпанном подоконнике белело письмо. От министра, не иначе, потому что на любые другие Гарри установил защиту после того, как письмами от поклонников завалило всю парадную. Прищурившись и все еще позевывая, он пробежался взглядом по содержимому: "Так, значит, ордер от министра, ага, наследство...Снейп, дом, угу... ключ прикреплен...ТАК, ЧТО?!" Сонливость мигом слетела, ладонь взлетела ко лбу со шрамом, протерла его и для убедительности вторая поднесла пергамент к самому носу. Гарри вчитался еще раз. "Наследство. От Снейпа. Дьяволова мать, да это сюр какой-то! Может мне еще и Волдеморт завещал что-нибудь, скажем, дочь свою? А чего сразу Малфой мне свой Нимбус 2001 не оставил на память?" Воспоминание о школьном недруге неприятно кольнуло что-то под ребрами, но так слабо, что это можно списать на старый синяк от тренировки в Академии. Вот так, странно — вроде враждовали всю жизнь, а как погиб Хорёк — так даже Хорьком его звать перехотелось. "Каким бы ни был человек, страшная смерть в 17 лет — это в любом случае трагедия, и мое отношение к нему самому не имеет никакого значения." — твёрдо заверил сам себя Гарри. Верилось плохо, но в последнее время ему вообще мало во что верилось. В письме, сообщающее о том, что Северус Тобиас Снейп собственной сальной персоной оставил ему — Поттеру! — наследство, верилось тоже слабо. Тем не менее, вскоре Гарри сидел в кресле в кабинете магического нотариуса — древнего, как жопа акулы, гоблина из одноименного отделения Гринготтса. Кряхтящим, как тостер тети Петуньи, голосом это божье создание поведало историю зарождения Вселенной из одной магической искры, замысел Мерлинов неоколдуемый, и даже процесс рождения гоблинят (что, Мерлином быть не надо — Гарри ох, как не хотел знать), но причина наследования одному конкретному гоблину в человеческом обличье так и осталась невыяснена. С некоторой опаской взяв из крючковатых пальцев желтый, едва не рассыпающийся пергамент, "наследник" с видимым усилием вчитался в убористый почерк. Стало ясно, как он сюда попал. Документ гласил следующее: Наследник первой очереди — сын: отсутствует. Наследник второй очереди — дочь: отсутствует. Наследники третьей очереди — внуки: отсутствуют. Наследники четвертой очереди — отец — Тобиас Снейп: маггл, местоположение неизвестно; мать — Эйлин Принц: мертва. Наследники, вписанные клиентом: Лили Поттер (Эванс) — мертва. Люциус Малфой — осужден пожизненно, лишен права на владение имуществом. Нарцисса Малфой (Блэк) — беженка, лишена прав на владение имуществом и палочкой. Драко Малфой — мертв. Лорд Эйвери — мертв. Эван Розье — мертв. Лорд Мальсибер — мертв. Эльф Снукки — не подлежит наследованию по ст.423 маг.юр.кодекса Гарри Поттер — признан наследником по праву отсутствия более близких кандидатов. Вот как, значит. Очень приятно быть крайним в списке после домового эльфа. Впрочем, нет ничего удивительного в том, что старый недобрый профессор умудряется унизить его даже после смерти. С тяжелым вздохом Гарри взял ржавый ключ, вежливо кивнул гоблину и отправился познавать тайны жизни загадочного препода.

***

Первые десять проклятий в сторону усопшего посыпались, когда в нос ударил едкий запах смрада. Дыхание сперло, глаза заслезились, а мозг мысленно восхвалил сам себя за то, что даже желанный кофе от неожиданности "подарка" был не выпит этим утром, потому что желудок усердно пытался вывернуться наизнанку. Кое-как наколдовав защиту от зловоний, парень огляделся. Он стоял посреди неопознанного пространства, впереди виднелось подобие города, хотя по разрушенным зданиям сложно было так назвать, но это точно забытое Богом место. — Весьма милое местечко, профессор, заселю все крыжовником и буду здесь торчать все лето. — едко прокомментировал Гарри, допуская мысль, что Снейп каким-нибудь да-образом следит за ним. Налюбовавшись городской разрухой Паучьего тупика, Поттер спокойно повернулся на сто восемьдесят градусов и машинально отскочил назад. Перед ним стояло строение, наводящее ужас, и которое сложно назвать домом. От забора осталось два гнилых колышка, теряющихся среди высоченной травы. Гарри поблагодарил себя за то, что решился ехать днем, так как вечером он вполне мог бы не выдержать. "Что там говорили, Визжащая хижина неуютная? Возможно. Однако я бы сейчас начал по ней скучать, потому что этот дом был похож на портал в ад." На фоне серого неба он был полностью черным из-за гнилого дерева, с визгливо скрипящими досками из-за ветра, с небрежно заколоченными окнами без стекол, за которыми была кромешная тьма, с перекосившейся дверью — он пугал раз в десять сильнее, чем его хозяин. Тяжело сглотнув, Гарри зажег 'люмос' и направился внутрь. Ржавый ключ чуть не рассыпался в руках, пока "наследник" пытался впихнуть его в заросшую мхом скважину. Провернуть открывандель казалось вообще миссией невыполнимой, но Гарри справился, хотя радости как-то не чувствовалось. Толкнув чудом державшуюся на петлях дверь, которая разрезала округу оглушительным скрипом, он вошел внутрь. От света палочки к щелям стен испуганно разбежались некие существа — опознать их не было возможности, потому будущий аврор решил быть начеку. Он попал в единственную тесную комнатушку. В одном углу было что-то напоминающее кухонный гарнитур: небольшой кухонный шкаф, стоявший на полу — очевидно, он должен был крепиться к стене, но у Снейпов, наверное, служил еще и столом, и старый умывальник, уже успевший зарости плесенью. Чуть ближе ко входу стояло кресло с отвалившейся спинкой и выскочившими пружинами, а на его подлокотник упирался маленький журнальный стол без одной ножки. В другом углу стояла ветхая лестница, ведущая на чердак, но туда Гарри решил пока не лезть, опасаясь обрушения ветхого потолка. Койка с проволочным каркасом, почему-то без белья, у нее крохотная тумба, две полки на стенах, на которых стояли какие-то книги, и...и...и все. Больше ничего не было. — М-да, — разочарованно буркнул "наследник всего состояния", — я-то уж собирался вселенские тайны Великого и Ужасного профессора открыть, а здесь нема... — и показательно развел руки в стороны. Уверенный, что за ним никто не смотрит, он преспокойно болтал сам с собой, ибо так было не слишком жутко. За два года после окончания войны эта привычка закрепилась за ним. — Даже не присесть...хотя тут садиться и не хочется, — еще раз обведя взглядом комнату, он остановился на полках с книгами. Хоть что-то потенциально интересное. Не придерживаясь какой-либо цели, направился прямиком к ним. — Та-ак, что тут у нас...Ага, учебники по зельеварению за все курсы, на кой они ему вообще? Старые...Может, матери память? Дальше... Журнальчик с...оу, май, ладно, это не мое дело...Та-ак, тетрадочки с каракулями, вот же любитель заклинания выдумывать, книженция с, э-э-э, это какой язык? Вот это слово похоже на "психология", хмм...Возможно, справочник о том, как убить детям психику за год без совиных смс и регистрации в каминной сети. Так, дальше, о, а вот это интересно. — Гарри достал из-под завала особых журналов тяжелый гримуар, покрытый толстым слоем пыли. — Том всем Реддлам Томище, как его только полка выдержала. Что-то на сложно-магическом. — усмехнулся он, сдув слой пыли. Изучив находку со всех сторон, Гарри открыл страницу с закладкой. — "Вызов демона, который найдет вашу идеальную вторую половинку". Мерлинова борода, звучит как дешевая реклама в маггловском шапито. — хохотнул он, но книгу не закрыл. С неким сожалением оставил ее на тумбе у койки, ведь еще весь дом не изучен. Обернувшись еще раз, и снова не найдя ничего примечательного, Гарри невольно вернулся взглядом к книге. Потертая обложка из темного бархата притягивала взгляд, как запах амортенции. — Что же вы хотели сказать мне этим, профессор? — вопросил он вполголоса, ни к кому не обращаясь особенно. — Сам девственником в 40 умер, небось, так и мне решил на то же тонко намекнуть... В вашем стиле, да... Неприятно, конечно, но ведь... — незаметно для самого себя юноша шагнул к тумбе, к раскрытым страницам потемневшего от времени пергамента. — Мне уже 19, а все еще никого... Никого, кого бы я смог любить и не боятся... — изумрудные глаза завороженно следили за тем, как переливаются в тусклом свету витиеватые буквы. — В конце концов, хуже мне быть не должно...Аваду пережил, Амбридж пережил, злую Гермиону пережил, так что же... Просто попробовать... Тонкие пальцы, не в силах сопротивляться, коснулись бархатистой поверхности листов, пробежались по чернильным строчкам. Руку будто бы кольнуло слегка, но едва заметно, так, что это можно было списать на...накопленное статическое электричество, например? — Незнакомые слова... Латынь я плохо знаю, ну попробовать-то можно... Э...Его? Эго? Ладно, с этим разберемся, следующее. Экс...пектан...экспектанс...Патронум, ха! Так, ладно, серьезные щи, аврор Поттер! Плу...плю...плювиам... Хомо...гомо...э...гоми...бас... Хэ, гейский автобус получается! Нет, тут что-то не то... — Сам ты гейский автобус, урод! — раздался по всей комнате звенящий голос. — А! — подпрыгнув на месте, Гарри наугад взмахнул палочкой и выпустил несколько атакующих заклятий в пустоту. — Кретин! Кто же палочкой в демона-то целится?! — снова разнесся возмущенный дребезжащий голос. Гарри почувствовал себя героем комедийного театра. — Так ты демон! Ты пришел...э...на мой зов? — неуверенно спросил он, пытаясь смотреть одновременно везде. — Да придешь тут к такому туполобому остолопу с лупоглазыми тупыми... Хм...Минутку... Поттер, неужто ты?! — вскричал демон, и от его обертонов у Гарри, кажется, лопнуло что-то в ухе. — Ну я, да, Поттер. — потирая ухо плечом и пытаясь одновременно с этим не опускать палочку, пробормотал несчастный, — А ты кто? — У тебя прабабка пикси? — Чего? — Точно пикси. Только у них единственных в магическом мире память две секунды. — ЭЙ! — Тебе только что сказали — ДЕМОН Я! — озверев, жутким воем вскричало это...нечто. — Ну, а имя у тебя есть, демон? — вжавшись спиной в угол между тумбой и кроватью, спросил Гарри. — Есть, конечно. Но для тебя — Демон, и не иначе! — с подозрительно знакомыми капризными интонациями отозвался этот "Демон". Несмотря на то, что его манера общения напоминала каких-нибудь истеричных дамочек с "Ведьминского Еженедельника", Гарри почему-то показалось, что это существо скорее мужского пола, чем женского. Хотя, кто знает, есть ли вообще гендер у демонов? — Да ладно, ладно. Чего разорался-то. — морщась, он тяжело поднялся из угла, — Так что, значит, сработало мое заклинание, и ты будешь исполнять мое желание? — Во-первых, Поттер, я тебе не рыбка, а с памятью проблемы только у тебя. Во-вторых, ты, слепой как книззленок, заклинание прочитал так, что...Ну, меня только и послали, в общем. — А ты что, не очень демон, так себе? — Я — великолепен во всем! — не колеблясь, отозвался Демон, — Но да, скажем так, я на службе два года всего, поэтому могу являться разве что таким неудачникам, как ты. — Два года — это мало? — пропустил мимо ушей очередное оскорбление Гарри. Видит Снейп с небес, у него иммунитет. К тому же, может, у демонов так принято — обзывать своих...жертв? Повелителей? Клиентов? — Конечно, мало, для бессмертных созданий, наблюдающим за вами, жалкими грязными людишками, с самого вашего зарождения! — Хм. — не на шутку задумался Гарри, — Но раз уж ты там недавно, то где ты до этого был? Демон промолчал. А потом разразился оглушительным, побуждающим к действию рёвом: — ПРИЗОВИ МЕНЯ, СМЕРТНЫЙ! ПРИЗОВИ МЕНЯ ПО КАНОНАМ НЕБЕС И АДА, ЧТО ПИСАЛИСЬ ЗАДОЛГО ДО ТВОЕГО РОЖДЕНИЯ! РАСКРОЙ СТРАНИЦЫ, ПИСАНЫЕ ПРОВОДНИКАМИ МИРОВ ТЫСЯЧЕЛЕТИЯМИ! Сопротивляться этому голосу было абсолютно невозможно, да Гарри и не пытался. Руки сами нашли нужную страницу и остановились на нужной строчке. — ПУСТЬ ЧЕРНИЛА ИЗ КРОВИ СОЗДАНИЙ АДА ОТКРОЮТ ТЕБЕ ТАЙНУ ВЕЛИЧАЙШУЮ ИЗ ТЕХ, ЧТО КАСАЛАСЬ РУКА ЧЕЛОВЕКА! ДА ПУСТЬ УСТА ТВОИ ПРОИЗНЕСУТ СЛОВА, УГОВОРОМ МЕЖДУ НЕБЕСАМИ И АДОМ ЗАКРЕПЛЕННЫЕ! Ты там читаешь, нет, я устал так-то уже?! — Да я пытаюсь, блин, но тут такие слова... как будто кунилингус гиене делаешь, вот так. В комнате на время повисла тишина, блаженная после того ора. — Что? — будто задыхаясь, переспросил невидимый Демон. — Ну то. Ты знаешь, что гиены рожают через... — Не знаю и знать не хочу! — Вот меня Луна не спрашивала, хочу ли я это знать, она просто подсела ко мне на ужине в честь ее свадьбы со Скамандером и как давай мне это рассказывать, а я же потом блева... — Я ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ ЗАТКНУТЬСЯ! — снова перешел на те властительные, повелительные тона Демон. Им действительно было невозможно сопротивляться. — Значит, так... — по комнате явственно разнесся тяжелый вздох, родивший у Гарри в животе какие-то странные щекотные ощущения, — Слушай меня внимательно, Поттер. Берешь сейчас книгу, встаешь в уверенную позу, не согнувшись раком, желательно. Молодец. Слова я подскажу, а ты... просто, Дьявол, постарайся произносить их увереннее. Не трясись и держи голову прямо. Лицом к стене. "Ego Expectans Pluviam Hominibus!" — Чего-чего? "Яйца экспертов правильно ебутся"? — Поттер! Дьявольские силки, за что мне все это... — Реально, а за что тебя сюда послали? — Молчать! Читай. Ну? Ну?! — Ты же велел молчать. Я молчу. — Поттер-р-р! — прошипел Демон озлобленной змеей, и Гарри понял, что шутки кончились. А еще кого-то очень напоминало ему это шипение. И потому его очень нравилось злить. Сорвавшись на схожий с банши визг, Демон закричал, оглушая: — Будешь так много елозить, я уйду и не вернусь! Думаешь, это такое огромное удовольствие — быть вызванным неучем, неспособным даже зачитать готовое заклинание с книжки, черным по белому написанное! Я не проститут, чтобы к девственникам на вызов приходить! И не слабак из призрачных душ, чтобы чувствовать себя комфортно между мирами! Если хочешь знать, ничерта приятного в том, чтобы застрять не там и не сям из-за плохо произнесенного заклинания! И ты, идиот, даже не хочешь выполнить простое руководство, которое я тебе предоставляю, хотя и не должен! Могу просто развернуться и отбыть в свой тепленький Ад, вместо того чтоб в междумирье торчать и с тобой пререкаться! Когда наконец Демон, наверное, устал и сделал перерыв, Гарри экстренно вскричал, вскинув руки для убедительности: — Ладно-ладно! Все, я тебя слушаюсь! Просто, понимаешь, я не очень верю вообще...во все это. И не совсем верю, что ты можешь мне помочь, но с тобой просто очень весело болтать. Демон помолчал несколько секунд, а затем деловито спросил: — Это насколько же у тебя все плохо с социальной жизнью, если тебе мое общение кажется "веселым"? Теперь уже в кой-то веки настала очередь Гарри помолчать. — Ладно. Произносим вместе по слогам. Ego... Спустя несколько бесконечно долгих попыток, тысячу ругательств и десяток советов записаться к логопеду, Гарри наконец смог уверенно прокричать темной стене перед собой: — Ego Expectans Pluviam Hominibus! Книга в его руках затрепетала, задрожала, и выскользнула из пальцев, ударяясь об пол и тут же обращаясь в пыль. Воздух вокруг необъяснимо сгустился, и будто невидимый ветер закружил мусор, пыль и клочки бумаги по комнате. Зажмурившись (вовсе не от страха, а чтобы пыль не попала!) Гарри стоял в его эпицентре, пока это все не закончилось. Ветер утих, под его ногами оседала пыль, а сзади раздался уже не потусторонний, а вполне себе обычный, высокий и чуть капризный голос с растянутыми гласными: — Неужели? Думал уже, помру там второй раз, в этом междумирье. Что здесь за свинарник, Дьяволова нога?! Поттер, ты бы хоть заботился о том, куда приводишь гостей! Не веря своим ушам, Гарри ошалело развернулся, не двигая головы и едва переставляя ноги. Видеть этого не хотелось. Или хотелось, но так сильно, что... было страшно. Страшнее, чем когда вызывал его, собственно. Не желая ошибиться и страшась оказаться правым, Гарри развернулся на все 180. Перед ним собственной неповторимой персоной стоял Драко Малфой, разъяренно размахивая хвостом.