Охотница

      И снова шёл дождь. Человек с незапоминающейся внешностью, идентифицирующий себя как Вадим, вошёл в кафе, чтобы не промокнуть до нитки, пробежал взглядом по залу, и обратил внимание, что за столиком у дальней стены сидит девушка. Вроде бы её образ мелькал в глубинах памяти, Вадим видел её в институте. Человек решил присесть рядом с девушкой.       Она читала чьё-то смс-сообщение с красного смартфона. При виде Вадима она оторвалась от экрана и убрала аппарат в сумочку, которая лежала у неё на коленях.       – Привет, – начал человек. – Не против, если я сяду с тобой?       – Садись, – разрешила девушка.       Вадим присел напротив неё. Она была очень красивая, голубоглазая блондинка с родинкой на левой щеке. В его памяти был её образ, но какой-то размытый, а человек не чувствовал в ней сладостного аромата крови, как будто бы и вовсе сидел возле статуи.       – Когда уже этот дождь прекратится, - проговорил он, чтобы завязать с ней разговор.       – Когда-нибудь обязательно… – Ответила красавица ледяным тоном. Она не пробуждала в нём голод, он не чувствовал совсем ничего. И его это немного бесило. Что ж, если не удастся отведать её на вкус, то, возможно, удастся сделать с ней ещё что-нибудь эдакое из того, что ему безмерно нравилось.       – Это да, – он пробежал по ней взглядом, и уловил, что она напрягается. Почему? Неужели настолько ясны его мотивы! – Как дела, куколка?       – Хорошо, – сказала она, судя по всему собирающаяся встать.       – У меня тоже, – ответил машинально он, продолжая изучать свою соседку по столику.       Да, она явно не хотела с ним разговаривать, но ведь она же позволила ему сесть рядом, тогда в чём же дело, почему она так затрепеталась...       – Я тебе не нравлюсь? – Ему не нравилось её поведение.       – К чему вопрос? – Спросила она, накидывая на плечи плащ, до этого висящий на спинке её стула.       – Ты со мной холодно разговариваешь, – всё, это было последней каплей...       – Мне пора, – она встала. – Приятного дня.       Девушка зашагала в сторону выхода из кафе, постукивая по полу каблучками чёрных полусапожек. В Вадиме вскипела злоба.       Он встал и направился следом. От злости появилось головокружение, он цеплялся за края столов, чтобы сохранить равновесие. Его очень сломило поведение незнакомки. Она была первой в этом городе, кто, мало того, что не представляла ему пищевой интерес, так ещё и ушла от разговора. Другие были более покладистыми и он много кого изнасиловал и убил в черте и за чертой этого мрачного города.       Когда он вышел с кафе, то она уже отошла от здания и раскрыла зонт. Она была утончённая и изящная, и его это злило. Такая красота и не по его душу. Он шёл следом, игнорируя дождь, струящийся по его лицу, бегущий за шиворот и хлюпающий под ногами. Улица почти пустовала.       Девушка обернулась. Человек не понимал, каким образом он себя выдал, ведь шёл он на расстоянии. Неужели она обладала настолько чутким слухом? Когда он приблизился к своей жертве достаточно близко, она уже зачем-то сложила зонт. И только в самом конце он понял причину, когда её зонт со свистом рассёк воздух и пришёлся ему прямо между ног.       Пока он корячился от оцепенения и боли, от девушки уже простыл и след. Куда она убежала, он так и не смог понять. Поднимаясь с земли, на которую он упал от невыносимой боли, проклиная это тело, которое был вынужден носить не один десяток лет, он осматривал окрестности в поиске прыткой девушки. Её нигде не было видно. Проклятый дождь уже смыл следы её каблуков.       Оставалось брести домой. День был уже испорчен, ему не удалось ничего из того, что он замышлял… В его дом входила соседка-старушка. Вадим остановился и смотрел, как она входит в подъезд: такая немощная и седовласая. И она уловила его взор, и обернулась. Да что же такое, он так часто стал себя выдавать.       – Овца на заклание, – проговорил Вадим и его глаза вспыхнули яростью.       Старушка поспешила в подъезд и закрыла дверь. Её целью было поскорее вызвать лифт и успеть заскочить в него и уехать до того, как странный мужчина войдёт в дверь подъезда. Но, как назло, лифт спускался с верхнего этажа и его подход к первому занял время, достаточное для того, чтобы странный тип вошёл в подъезд.       – Я тоже здесь живу, – послышался его язвительный голос прямо возле уха старушки. – Не надо захлопывать двери у меня перед носом.       – Простите, я не заметила вас, – ответила старушка.       Весь дом прекрасно знал этого парня. Он был её соседом. Неразговорчивым и очень странным. Въехал в квартиру с год назад. При виде Вадима, у старушки задрожали руки и ноги. Она попыталась улыбнуться и поздороваться с одержимым соседом. Все соседи знали, что парень не в себе, и старались лишний раз с ним поодиночке не пересекаться. Но вот ей, похоже, не повезло.       – С какого ты этажа, старая...? – Бесцеремонно спросил он.       – С четвёртого… – Неуверенно ответила старушка.       – С четвёртого, с четвёртого… – Задумчиво повторял парень, обдумывая в голове какую-то мысль. Ему пришла в голову идея. Такого он ещё никогда не делал.       Двери лифта открылись. Старушка не спешила входить. Тогда Вадим втолкнул её в лифт. Толчок был пронзительно сильным, голова пошла кругом и в ушах зашумело. Старушка не успела прокричать, как всё перевернулось в глазах и она упала на пол. Сквозь гул в ушах, она расслышала какой-то шум позади себя. Кажется, на этаже у лифта завязалась какая-то потасовка.       Ещё одно мгновение и она почувствовала, что просыпается. Похоже, она потеряла сознание, теперь она была в машине «Скорой помощи». Рядом с ней сидел фельдшер.       – Я упала? – Слабенько спросила старушка. – Рядом был мой сосед...       – Нет его больше, – ответил кто-то. Старушка повернула голову и увидела девушку удивительной красоты. Она стоял возле машины перед открытыми дверцами.       – Ангел, – сказала старушка. Она вдруг почувствовала, что эта девушка спасла её от одержимого соседа Вадима.       «Скорая помощь» стояла возле подъезда. Также тут была машина полиции.       – Мне уже лучше, – уверила медика старушка, осознавая, что ей и впрямь хорошо. – Как звать тебя?       Девушка ответила "Неважно" приятным голосом, развернулась и заторопилась прочь.       – С кем вы говорите? – Поинтересовалась фельдшер, со снисхождением в тоне.       Красивая девушка, изящная и утончённая, блондинка с родинкой на левой щеке, с удивительно голубыми глазами, словно небо, шла по улице, ощущая спиной взгляд старушки.       – Хорошо, что мы успели, – проговорила девушка в пустоту и тут же ответила. – Да. Но это ещё не конец. Оно вернётся.       Вадим стоял в коридоре подъезда, мимо проходили люди, он видел, как его тело лежит у стены, и он понимал, что оно больше не принадлежит ему. Вадим шагнул прочь, пролетел через стену и оказался на улице. Никакой он вовсе не Вадим, теперь уже нет. Тело уничтожено и исчезла история существования этого грешника.       Через минуту из подъезда стали выходить люди, забывая о трупе, о негативе и прочем. Их жизни были наполнены своими красками, какое им было дело до какого-то одержимого негодяя, которого боялся весь подъезд, и который так плохо кончил. Он почувствовал старое знакомое ощущение, что не обладает никаким родом и полом, он это нечто. И пора было вновь искать очередного грешника, чтобы занять его место, а иначе эта планета вконец сгубит его, превратит в ничего.       Оно долго думало и пыталось вспомнить, кто ж его убил, но не могло вспомнить ничего, и поспешило улететь в другое место, чтобы те, кто убил его Я, не нашли его снова.